ОсвальдоТанго:Тымненесказала,какуюконкретноработутывыполняла.Тыинженерпокакойспециальности?
OlgaTango:Теплоэнергетика.Производствоивыработкаипоставка тепла,газа,вентиляция(господи,какжеэтонаиспанскийперевелось,по-моему, косячно).
Освальдо Танго: Я знаю,про что ты, это увлекательно. Да, нам это подходит)).
ОсвальдоТанго: Яговорил тебе,что ятоже инженер,механик иэнергетик.Корочеговоря,яимеюстроительнуюфирму,выполняющиевсевидыремонтаотэлектрикидосантехники.Яработаюнастройке,делаюработу, чтозаказываютклиенты,направляюлюдейнаразныеработы.Штатбольшой,постояннонедержу,ананимаюисполнителейвзависимостиотпредстоящейзадачи.
OlgaTango:Да,японимаю.Тышеф.
ОсвальдоТанго:Ага.Крометого,ранееяпреподавалвколледжеобслуживание зданий, как профессор-механик.
OlgaTango:Эксплуатациязданий,знакомаятема.
ОсвальдоТанго: Ещея давным-давнопостроил несколькодомов вЛухане и сейчас сдаю их в аренду.
OlgaTango:Тактыещеидомовладелец.
ОсвальдоТанго:Да,этобылозаманчиво,иядумалобэтом.Нодоходы от сдачи в аренду не так велики, и главное, я люблю заниматься строительством,нетривиальнымиинженернымизадачами,абольшевсегомненравится работать руками.
OlgaTango:Подходит мне.
Освальдо Танго: А Вы конкретно, какую работу вы выполняете, менеджериливызанимаетеськакой-тозадачейпотехническомуконтролю качества?
OlgaTango:Яноминальноявляюсьруководителемотдела,нонасамом делеработаюнадпроектамиоднаилитолькосоднимпомощником.Яанализируюсистемутеплоснабжениягородаидаюрекомендации,какэтосделать эффективнее.
ОсвальдоТанго:Мнеэтонравится,иямногознаюогеотермальной энергии.
OlgaTango:МойофиснаходитсявМоскве,ноябольшеработаюдомав городе Череповце. Удаленно.
ОсвальдоТанго:Этоидеальнаядистанционнаякоманда.
ОсвальдоТанго:Итак,онипоставляютгорячуюводудлядомов.Ив промышленности для отопления или для потребления. Здесь это делаетсяспомощьюавтономныхрезервуаровдлянагреваводыиличастных котлов, в редких случаях только проточная вода, нагревается природным газом.
OlgaTango:Яправильно поняла,что вБуэнос-Айресе централизованное отоплениедомовсбольшимикотламинеприменяется.Применяетсяместное теплоснабжение?
ОсвальдоТанго:Верно.
OlgaTango:Ктопоставляетгаз?ЕстьливАргентинедобычаприродного газа?
ОсвальдоТанго:Да,есть.Ноиимпортгазатожеесть.Здесь,вАргентине, энергия используется совершенно неэффективно, то есть специалисты,которыеизучили,чтобыэффективноиспользоватьэнергию,чтобы сделатьеемаксимальнопассивной,насамомделенепринимаютнашепреимущество,потомучтоонипродолжаютработатьсоченьстарымисистемами,ископаемымтопливомит.д.Компаниизаинтересованывтом, чтобы брать деньги за границу как можно дороже и предоставлять наилучшее обслуживание.
OlgaTango:Перевод,каквсегда,оставляетжелатьлучшего,носуть улавливаю.
Освальдо Танго: Национальная компания Fiscales oilfield, в свою очередь, продает49%акцийиностраннымкомпаниям.Какиеизнихполучаютнаибольшуюприбыльидобываютгазинефть,аНПЗпродаютсявнутристраны, и также экспортируется до такой степени, что иногда нам приходится покупать газ и топливо, потому что они не соответствуют требованиям,илииз-заоченьплохогоуправлениявсем,очевидно,чтодлянихнетуправления,потомучтоонизабираютвседеньги.
OlgaTango:Хм…Нучтоделать,вездетак.
ОсвальдоТанго:Даитехнически,унасоченьхорошиетехникиипрофессионалы, но, если государство должно делать самые большие вложения, это неспособствуетнаиболееблагоприятномудляпотребленияжителями,что мыможемсделать,язнаюосолнечнойэнергии,яужеговорилвамобиспользованиигеотермальнойэнергии,ноимвсеравно.
OlgaTango:Надеюсь,яправильнотебяпоняла.Ноястараюсьнетратитьэнергию набеспокойство отом, чтоя немогу исправить.Я делаюто, чтозависитотменя,стараюсьделатьэтохорошо.Менянебеспокоит политикастраны.Япытаюсьиспользоватьсвоюэнергиюнатворчество.
Освальдо Танго: Чудесные нетронутые энергии. На самом деле я тоже небеспокоюсь,простоунаслатиноамериканцевпривычка“ругать”правительствонаходится в крови.
OlgaTango:Иулатиноамериканскихмужчинособенно.Понимаю.
Просто такая манера. Мы сейчас обедаем в ресторане, тут звучит танго. Ооо… я скучаю по танго …
ОсвальдоТанго: Апо мне?Выразрешаете мнесегодня занятьсятанго?
OlgaTango:Да,еслиВыбудетепредставлять,чтотанцуетесомной.
Из ПЗ. Орел и Решка или, как я ходила засокровищами
Ещё в Пунте моя ихита, то есть дочура, подбросила эту коварно соблазнительную идею, поискать в Сантьяго сто баксов, упакованные там под камешек в одном коварном месте ведущей Орла и решки.
Как оказывается – одна из немногих пряток, где денюжку еще не обнаружили. Соблазнительно в кладоискателей поиграть? Ага!!!! Ребеночек мой выяснил все, что можно, по этому вопросу, потратив пару часов на определение максимально точной локации заветного. Удалось. Правда, любая точность – это плюс минус двадцать метров. Думаете, это мало? Ну, это мы уже потом поняли. Что много. Когда опыт пришёл. Гигантскими прыжками под знойным солнцем.
А так, деньги эти, товарищи-ведущие прятали ночью, опознавательных знаков на видео не видно и даже конкретный участок для поиска определить по фото не очень-то легко. Не буду подробно описывать, как мы ещё по ходу приближения созванивались с дочкой по вотсаппу, и она крутила меня налево-направо, сетуя на мою недогадливость, и двигала к заветной цели в прямом эфире. А на улице сорок два градуса, и, хотя я люблю такую температуру, долгое нахождение под прямым солнцем не есть хорошо. И пару раз это «не есть» загоняло меня на газон, где из сопла поливалки расфыркивалась дисперсионная водичка, поливая окружающие кусты и травки. Ааа!! Спасение, какой кайф. Первый раз случайно заперлась туда в поисках и немного была шокирована, попаданием нежданно холодной влаги на тельце, а потом спецом направлялась туда и, вымокнув по подмышки, с блаженной улыбкой, вытирая мокрый телефон, выползала обратно для продолжения розыскных мероприятий.
Правда, после третьего захода, пришел серьезный дядька в спецовке на голое тело и перекрыл воду. То ли график, то ли жаба задавила.
В общем, само место хоть и не молниеносно, но мы вычислили. Точно оно. У меня фото и видео так-то скопировано. Только все маленькое на телефоне и качество, как специально… Полное дерьмо.
А может и, правда, специально. В общем, эта «прятка», как выяснилось, находится на огороженной ныне территории.
С одной стороны автострада без тротуара, с балюстрадой металлической. Значит, горячей, при перемещении через нее. Это важно! Но не преграда…
Просто территория-то обнесена зелёным высоким забором-решеткой,
который в обозримом видении и конца не имеет. Гигантская такая территория огорожена с непонятным назначением.
Судя по запущенности, вообще без назначения. Короче, представление о том, как меня снимают с забора или с перил автострады бдительные охранники и под белы рученьки ведут на расстрел, показалось мне не самым привлекательным…Хм, но попадать туда надо, по-любому… Взялся за грузди, так накройся корзиной… Все-таки решила сначала поискать вход. А вдруг.
Пятачок, как личность дальновидная, еще в середине поиска решил свалить в ближайшее кафе и под предлогом того, что стельки тапок к ногам приклеились от раскаленного асфальта, аккуратно с невинной, светлой улыбкой оставил меня на полпути к заветной сторублевке. То есть стобаксовке.
Мудрый этот Пятак, ничего не скажешь. Жизнь подтвердила. В общем, пошла я в обход, искать проход. Про себя решила, если не получится, полезу через баллюстраду и хрен с ним… Иду, значит, иду, машины параллельно мимо со свистом навстречу пролетают. А забор-змея, зараза гигантская, не кончается. Но должен же где-то! Ага. Калитка. Но, конечно, закрыта, цепи какие-то никелированные навешаны.
Что уж, мать вашу, за секретный объект такой!… Там даже вышка какая-то наблюдательная брошенная стоит. Без людей. Иду, вглядываюсь. Ещё ворота нарисовались и тоже, естественно, на замках. Вижу сквозь решетку строения. Ну, вот! Понятно, что здесь. Обыкновенная трансформаторная подстанция, только большая, районная, наверно, какая-нибудь. Ну, тогда, конечно, смертельный объект… Леся пишет, не парься, раз уж такие препоны, не ходи…
Но врагу не сдается наш гордый варяг. Хренушки теперь. Дохожу по инерции до последнего угла и вдруг вижу… проход! В виде распахнутых еще одних, зелёных ворот. Не, реально… материализовались незапертые ворота! Я, ещё толком не поверив в удачу, не меняя скорости, проплываю через воротную черту и продолжаю, притворяясь невидимкой, двигаться дальше. Очень хочу быть духом бестелесным и прозрачным. И, правда, вроде как не замечают, один посмотрел и поздоровался. Я тоже «ола» кивнула. Ола (hola) – это привет по-местному. Кстати, иногда они произносят «Оля», на чистом русском, и я до сих пор пытаюсь обернуться и поискать, кто же это меня окликает!
Иногда просто дёргаешься. Если объяснять местным (пару раз пытались) почему я рефлексирую, у них начинается смеховая истерика на проблему дамочки, которую зовут «привет»! Типа «эй, ты».
В общем, когда один из валящих бензопилами старые эвкалипты товарищей спокойно, как со своей, поздоровался, я прикинула, что, может, все и нормально. Может, решили, что я тут работаю. Почему нет? Это придало уверенности и я, войдя в роль, начала шагать деловитой поступью, сурово сдвинув брови, и целенаправленно. Вдруг прокатит. Ну, точно, даже внимания не обращают! «Ай да Пушкин», – похвалила я себя, любимую. Неужели дойду в заветный угол? А он самый дальний и левый. И как на ладони сверху. Когда рабочие остались позади, сомнений не осталось – я почти у цели!!!! Никого нет! Где мои сто баксов!?!!!! Цель, правда, оказалась размытой. Сначала я переворачивала камешки, которые казались подозрительными, их было много. И каждый прямо все подозрительней и подозрительней предыдущего.
Потом решила применить дедукцию: «Мы не будем полагаться на слепой случай!» И, увеличив, как возможно, средне-паршивого качества фото, стала искать признаки, позволяющие определить место клада, хотя бы с точностью до метра, двух. А то тридцать шагов от перекрестка, это интересно, от середины считать или уже когда земля началась. И шаги-то чьи? Какой длины? Копаю. Нет, не видно… Раз и нету, два и нету. Одиннадцать и опять голяк. Самое противное, что абсолютно точно вижу, что здесь проходили допработы и камней вывернуто и нанесено больше, чем было тогда, и, скорее всего, пропиты уже мои денежки местными счастливцами.... Но чем черт не шутит… Я же так верила, что найду их… В голове уже крутится абрис героического рассказа о победителях или «Как я нашла сто баксов!»
«Буду продолжать искать», – решаю я. Не прощу же себе. Ежели вот так бездарно сдамся.
Внимательно всматриваясь в фото и в местность, определяю камень, вросший в землю около авантюристки из Решки и вычисляю примерную проекцию по стыковке столбиков перил балюстрады наверху.
Они идут по одному, но через некоторый промежуток попадаются два подряд. Вот через один пролет вперёд от такой стыковки, она и копошится на видео. И в тридцать шагов это укладывается. И фонарь на заднем плане, вроде вписывается более-менее. Хотя съёмка хорошей камерой может отличаться от моего глазомера. Но чую, что правильно все. Переворачиваю, выкорчевываю, поднимаю и заглядываю. Старательно так. Клад ищу.
Дядю Федора с Матроскиным вспоминаю в ходе земляных работ – вот сходили же за кладом и нашли быстренько! Ну чем я хуже!
На всякий случай, метров на пять вперёд и назад захватываю участок.
Камней на поверхности много. Из них вросших ещё больше.
Денег охота. Круто разыскать клад охота. В «Орёл и решку» написать, похвастаться, ещё как…
Страсть к раскопкам проявляется на глазах. Пот струится, вода допита, окрестные мухи страстно хотят познакомиться с моими липкими кожными покровами. Вкуснятку чуют. Плечо грязное от граффити, к которому я прислонилась в момент недолгого перекура.
«Пилите, Шура, пилите, они золотые». Ещё раз сверяюсь. Ну, точняк – здесь. Место, в смысле. Нету. Денег, в смысле. Решаю ещё раз присесть на камень и, типа, отпустить все желания, смириться. Обычно помогает. Вошла в образ. Смирилась, отпустила. Такая вся светлая, светлая, не алчная совсем… Добрая даже где-то. Глубоко. «Ничего не хочу, ничего не хочу», – искренне убеждаю я себя, сидя на грязном горячем камне, обмотанная сто раз перестиранной тряпкой шарфа. Хорошо хоть тень уже от стены увеличилась, и в ней можно наполовину сидеть. Все, смирилась! Не, точно, смирилась! Отрешённо и будто невзначай включаю бульдозер по переворачиванию и выковыриванию… Э-эхх! Раззудись, плечо.
Когда ценность потерянного времени и номинал сокровища стали сравниваться, я решаю кончать это мероприятие. Овчинка выделки и т.д.
Вспаханный участок у стены был заснят на видео. Моя утомленная, пыльная морда на раскопках тоже. Сам процесс «как я не нашла денег» был не заснят, оператора нету с собой, но был потом пересказан в глазок телефона на месте археологических терзаний. Типа, репортаж.
Только это все пропало. Стёрли.
Сохранилось только фото пустого пакетика, который я определила, как «упаковочный сундучок» для баксов, и по вотсаппу случайно успела отослать....
Стерли, потому что на обратном пути, когда я, действительно отпустивши свои бурные желания и расслабившись, хотела тем же путем выйти обратно, была сцапана охраной в виде главного из пильщиков кактусов, то есть эвкалиптов.
Да, запах там… божественный. Это невероятно вкусно. Когда эвкалипты.
Я думала, что выйду, как и зашла, спокойненько – кому какое дело. В общем, ворота через которые я сюда проникла, были закрыты. И даже не особо смутившись, я, как наивная чукотская девчушка в степях Украины, попыталась найти выход без посторонней помощи. Не исключено, что нашла бы. Но, ещё мне захотелось…! сфотографировать, как выглядят спиленные эвкалипты в разрезе, чтобы чувствовался запах на фото… Неисправимый романтик. Тут меня и замели. Такой наглости не простили.
Фотки ликвидировали, меня нет. «Чего там делала, чего там делала…» – бурчу я в ответ на вопросы бдительного охранника, – Гуляла, блин, по солнцепеку!» Люблю на загаженных территориях солнечные ванны в полдень принимать, до обморока. Спрашивают херню. Я уже голодная, вообще-то. Но улыбаюсь, конечно, на всякий случай, такая вся честная, открытая.
Реакцию мою на удаление фото секретных объектов этот главный по тарелочкам наблюдает – интересно ему. Не дождешься, ни один мускул не дернется на моем мужественном лице: «Подавись, жлоб».
Заценил. Тут мне ужасно хочется повредничать, себя отстоять, то есть статус-кво восстановить. Говорю смело этому стройному загорелому с буравящим взглядом: «А что, цветочки тоже нельзя снять? Секретный объект?»
Там на грудах старых опилок от эвкалиптов, (давно, наверно, пилят) проросли какие-то диковинные то ли лилии, то ли орхидеи. Нежно розового цвета, оттеняющие несоответствие происходящего здравому смыслу, напоминающие любовь во время войны.
«Оксюморон. Сильная хрупкость. Жизнь в смерти…», – засмотревшись, подыскиваю я созвучные нутру сравнения.
А, да. Чего-то понесло, с голоду, что ли? Или с жары. Тут охранник достает здоровенный мачете. И я думаю, что, наверно, «статус-кво» он восстановит быстрее, чем я бегаю.
Короче, я сопротивлялась, но мне нарубили с помощью этого зеркального мачете этих неземных цветов. Огромный букет. Понятно, у ворот, до которых меня под конвоем довели, пришлось ещё выслушивать треп о красавице дочери главного охранника, живущей в Белоруссии. Они там все, похоже, в Белоруссию замуж выходят. Поветрие.
Объяснила провожающему, что я не скажу сколько мне лет, потому что он в виде трупа ловеласа, скончавшегося от шока у пока еще неоткрытых ворот, мне не нужен. Просто потому, что я рискую не выбраться отсюда никогда. И что оставшиеся четыре дня погоды не сделают, может расслабиться: «Ох, эти латиносы…»
Долго пользоваться служебным положением я ему не даю и до Пятачка, ждущего в ресторане, я добираюсь с опозданием всего минут в пятнадцать от обещанного.
Прибываю грязная, голодная, но вроде довольная. Ещё не поняла. С тяжелым букетом метровых цветов наперевес. От всех братков, короче. Отмываюсь в ресторанном туалете. На человека становлюсь похожей. Настроение… классное, по-моему. В тонусе. Вот ведь и пойми себя. При полном провале мероприятия. Хорошо так внутри… Может, потому, что сделала все, что могла? Не знаю…Гештальт закрыт.
«И от бабушки ушла и от дедушки… При-клю-ч-е-ние!»
Букет мы с барменом вставляем в ведро для шампанского с талой водой. И официант водружает это колышущееся розовым сооружение нам на стол. Тут его и оставлю… не с собой же таскать. Чаю заказываю горячего себе тоже ведро.
Теперь просто посидеть, просто попить чайку. И помолчать от избытка.
Хорошо…
В общем, хреновый из меня кладоискатель. Впрочем, сложно искать черную кошку в темной комнате, особенно если ее там нет. С дружеским приветом из чилийских застенков! Ваша комрад Ольгита.
Посылаю Освальдо, как я думаю, провокационную фотографию усталой и довольной меня в ресторане с гигантским букетом наперевес. Вот какая я, развеселая и востребованная девчонка.
Он отмечает, что длина моих шортов… которые и на самом деле, примерно, чуть длиннее трусов, и далее будет заставлять дарить букеты и приставать всяких посторонних мужиков. И что смотрится это все с голыми загорелыми ногами, конечно, потрясающе и заманчиво. Тем не менее…
Освальдо не высказывает прямо, но я чувствую, что мой друг предлагает немного думать головой. Видимо, предполагает, что она у меня есть. Ага, спасибо за комплимент. А чего думать-то. Жарко здесь, просто очень жарко. И я здорово отвыкла в мерзлой России, что ко мне можно приставать.
Черт возьми, а как оказывается здорово, что можно. В разумных пределах, конечно.
Из ПЗ. На океан в Дель мар
–А не махнуть ли нам на море-океан? – разомлевши от столичной жары, предлагаю я.
–Отчего же не махнуть, – лениво отзывается Пятачок, – Куда?
–Понятия не имею, глянь, ты хорошо ищешь, чего там поближе, – свали- ваю решение я.
Пятачок без слов углубляется в телефон.
–А вот. Пляжи Винья-дель-Мар находятся на берегу одноименного
модного курорта Чили, третьего по величине города страны.
–Далеко?
–Сто двадцать километров. Самое близкое. И восемь от Вальпарисо…
–Класс! Про Вальпараисо что-то слышала! Чего там еще интересного написано?
–Вдоль длинной береговой линии с пляжами Эль-Норте, Акапулько, Калета-Абарка, Лас-Салинас, Плайа-дель-Соль тянется набережная Вергара, за которой расположена самая оживленная часть курорта, изобилующая ресторанами, дискотеками, ночными клубами, фешенебельными отелями.
