Виталий Матвеевич Конеев "Тайна блатной девушки Мурки"

– Сколько я получу за это?

– Двести тысяч долларов тебя устроят?

– Вполне.

– Игорь смертник. Его приговорил Демьян.

– За что?

– Дело сложное. Он сегодня вышел из асихушки со справкой дурака.

– А тогда причём здесь банк?

– Он вылитая копия капитана Мышкина. Из вневедомственной охраны полиции. Мы пошлём ложный сигнал на их пульт. Мышкин поедет разбираться. А вместо него в банк войдёте вы.

– От парня толк был бы больше.

– Да, но нам известно, что Мышкин иногда берёт с собой бабёнок, тоже полицейских. И к тому же бабёнка в форме, да ещё шикарная, распологающе подействует на парней в банке. Тот, кто откроет дверь, расслабится.

– Что я должна делать?

Карл развернул на стол поэтажный план банка.

– Как только ты пройдёшь тамбур, ты сдвинешься в сторону. Игорь в это время идёт к пультам сигнализации, чтобы сбросить с кресла сидящего в этом месте охранника. Рядом с его ногой педаль.

– Какой сигнал она даёт?

– Включаются внутренняя и внешняя сирены.

– А если охранник успеет нажать педаль?

– Тогда, если захочешь, всади в него очередь.

– А что делать с Игорем?

– Убей его и уходи.

– У него будет оружие?

– Нет, держи его всегда впереди себя. Он каратист, запомни.

– Запомню.

– Если вы войдёте хорошо, то положь всех охранников на пол, а лучше – загони всех в соседнюю комнату....вот сюда…– Карл указал пальцем на карту и продолжал говорить: – Игорь, наверняка, знает, что его уберут. И может в любой момент взбунтоваться. А охранники поддержат его.

– Я загоню их в соседнюю комнату.

– Игорь уйдёт наверх и вернётся с двумя чемоданами.

– Как мне вести себя?

– К нему не подходи близку – в любом случае. Следи за его руками и ногами.

– А что с охраной?

– Запри её в комнате на замок, когда появится Игорь, сверху.

– Дальше.

– Он бросит чемоданы на заднее сиденье машины и сядет за баранку. Ты сядешь чуть раньше его. И держи на мушке. Но на улице автомат должен быть у тебя под плащом.

– Чемоданы Игоря вызовут подозрение.

– Да, но не очень. Всё – таки он полицай. Хотя тут уже будет зависеть от того, как быстро вы уедете.

– Куда ехать?

Карл развернул второй лист бумаги, на котором были тщательно размечены улицы, дома, киоски.

– Вы проедете прямо, один квартал. Сзади и сбоку к вам пристроятся две машины. Здесь парк. Прикажешь Игорю остановиться, как только вьедете на его территорию.

– Он поймёт, что его сейчас убьют.

– Игорь и так понимает. В этом и заключается слабость нашего плана. Ведь мы, забрав его из психушки, представились ему его друзьями.

– И он поверил?

– Делает вид, что верит. Говорит, что всё забыл.

– А в парке как мне с ним постпить?

– Выгонишь из машины. Коля и Миша прикончат его и бросят в канализационный колодец. Он уже открыт и ждёт Игоря.

– Мне самой везти деньги?

– Нет. Парни заберут. Машину отгонишь подальше и бросишь.

– А когда я получу двести кусков?

Он, задумавшись, потёр лицо ладонями.

– У меня на этот час будет "стрелка" с Демьяном. Его надо бы исполнить до того, как он поедет на "стрелку".

– Нет. Я сделаю что – то одно. А потом…хочу поискать мужика.

– Сюда не возвращайся. Деньги мы бросим в камеру хранения на вокзале. Вот номер ячейки.

Он вынул из кармана клочок бумаги и протянул ей.

– Может быть, я позвоню тебе ночью. А теперь одевайся.

– Отвернись.

Однажды Женя пригласил ей на дачу, и она сразу поняла, что он замыслил: полюбоваться её голым телом. А скорей всего, ходить перед ним голой.

Она всю дорогу сердилась на него, потому что заметила, как он положил в сумку бутылку с вином.

Дача принадлежала его родителям. Очень интеллигентные люди. И их, конечно, не было в тот день на даче.

– Мы позагораем, – сказал он ей, уводя её на огород в кустарник.

– Я никогда не загораю. Не люблю.

– Ну, как хочешь,– весело сказал он, садясь на лужайку в кустах, и раскрыл сумку.

Диана наклонилась и посмотрела в его лицо. Он был глупым слюнтяем. Но Женя был единственный и безумно любимый.

Он быстро снял с себя одежду и похлопал ладонью по мягкой траве.

– Садись, выпьем.

– Я не хочу.

Она не решалась сказать ему, что всё понимала. Взяла из его руки фужер и присела рядом с ним, боком.

Диана внимательно следила за тем, что происходило по обеим сторонам от неё.

Он прикоснулся своим фужером к её фужеру и подождал, когда она выпила вино. Диана вскоре опьянела. И заметила, что он хитрил: наливал только ей, а сам не пил.

– Женя, мы поссоримся.

– Упаси меня Боже. Если хочешь, то я буду молчать.

– Хочу.

Когда опустела вторая бутылка, Женя стал двоиться в её глазах. И, конечно, он начал её раздевать.

– Женя, не зли меня.

– Тогда давай ещё выпьем.

– Ну, зачем тебе это нужно. Я и так твоя.

Он опустил её на траву, и Диана видела его на фоне голубого неба, улыбающегося слюнтяя. Видела свою одежду, которую он, стянув с неё, откладывал в сторону.

Диана повернулась на бок и поджала колени к подбородку.

– Диана, ты ещё не дошла до кондиции.

Он поднял её голову и поднёс к её губам полный фужер вина. Диана всё выпила. Она бы и яд согласилась принять из его рук. Но Диана по – прежнему сердилась на Женю.

– А теперь убери ручки и лежи тихо, – сказал он, опуская её бережно на траву.

Она была очень пьяной. Руки и ноги не подчинялись ей. Но Диана всё чувствовала. И хорошо ощущала, как он рассматривал её голое тело, прикасался к нему пальцами и губами, облизывал её нежные ягодицы. Ей всё было приятно.

– Я хочу, чтобы ты прошлась передо мной голой.

– Нет, не смей меня заставлять.

Но едва он вошёл в её нежное тело, как она чувственно вздохнула и пролепетала:

– Ты можешь делать со мной всё, что хочешь.

Он поднял её с травы, постаивл на ноги и отошёл в сторону, любусь её голым телом, говоря: "Ручки смирно". И может быть потому, что она была пьяной, ей понравилось показывать ему своё тело. Она прошлась перед ним и сказала с осбой нежность в голсе:

– Женя, без тебя я умру.

Диана натянула на себя форму с сержантскими погонами. Набросила на правое плечо ремень с автоматом "узи", на стволе которого был глушитель. И всовывая ноги в туфли на низких каблуках, взяла из сумки плащ, тоже с погонами, пилотку и запасную обойму для автомата.

Застёгивая плащ, Диана подошла к зеркалу.

Она уже не думала о глупом слюнтяе Жене. Она, вообще, ни о чём не думала, как и всегда, готовясь к исполнению заказа.

– Возьми в сумке шпильки, а то вдруг пилотка слетит. Да и полицайки всегда ими пользуются, – сказал Карл.

Она осмотрела себя в зеркало. Сунула руку в боковое отверстие плаща. Оно находилось на одном уровне с рукояткой висевшего на плече автомата. Расстегнуть пуговицы Диана сможет в две секунды. Или ударить из автомата через плащ.

Карл вышел на лестницу и вызвал лифт. И только после того, как дверцы распахнулись, он призывно махнул Диане рукой. Она стояла в коридоре у полуоткрытой двери.

Внизу в подьезде лампочки не горели. Их выкрутили парни Карла.

Диана и Карл быстро вышли в тёмный двор. К ним подьехала машина. В ней находился только Прораб. Он перегнулся через спинку кресла и открыл заднюю дверцу.

Диана быстро нырнула в кабину. Карл не последовал за ней.

Прораб, как и Железный, был недоволен, что до сегодняшнего дня Карл не открыл ему имя того, кто должен был поехать с Игорем.

Все, кто следил за банком, находились под наблюдением Прораба и были изолированы от основной группы Карла. Можно было так же изолировать и Диану. И узнать её получше. Вдруг у неё есть какие – нибудь завихрения в голове. Да и мало ли какой фокус могла выкинуть женщина во время так долго подготавливаемой операции. Но у неё было много плюсов, по мнению Карла: жестокая, беспощадная и пустая, зацикленная на прошлом любовнике.

"Стрелку" забить предложил Карлу Прораб. На то время, когда должно было произойти ограбление банка, чтобы Демьян был занят подготовкой к "стрелке", размышлением о ней. Да и алиби, хоть и плохонькое, будет у Карла.

Демьян, конечно, будет подозревать их группу, но не больше, чем других.

За эту операцию Прораб должен был получить миллион долларов. Сумма его устраивала, и он непроизвольно думал о том, как распорядиться своим куском. Куда поедет и что будет делать в новой жизни, обеспеченной крупным счётом в западном надёжном банке.

Он ощущал в ладонях зуд, что всегда предвещало получение денег. Да и проделанная работа стоила такой суммы. Но расслабляться было нельзя. Подготовка операции шла многие месяцы, а выполнение её займёт минуты.

Прораб понимал, что то нервное и психическое напряжение, в котором он будет находиться с того момента, когда должен был отдать приказ Игорю ехать к банку, могло сильно сократить его жизнь. А ему уже пятьдесят пять лет.