Страница 3 из 4
И тишина ему служит ответом.
Вокруг нас стоит десяток крылатых варлов, и все мужского пола. Хотя… О варловских женщинах я не имею ни малейшего представления. Может, они ничем и не отличаются от местных мужиков.
– Он что, разговаривает? – удивление в голосе одного из варлов ничуть не наигранно.
– А неча было пинать! – огрызается осёл.
Местные собираются гуртом и что-то между собой активно судачат. Поднятые вверх крылья при этом нервно трепещут оконечными перьями.
– Хозяи-ин… Хозяи-ин… – заговорщицки шепчут сапоги.
– Ну, что ещё?
– А это мы где?
– Вы что, проспали полёт?
– Там так болтало… Боялись, что свалимся с ног.
И тут я понимаю, что опять стало тихо как в гробу…
Все варлы, как один, смотрят на мои сапоги. А когда их взоры с сапог перемещаются на меня, в глазах легко читается осуждение.
– Господа, я тут ни при чём! – Спешно пытаюсь разрушить неожиданно возникшую между нами стену непонимания.
– Колдун? – сурово спрашивает варл, который до того интересовался, чего это я возлежу после падения с огромной высоты.
– Ни единым разом, – как могу, открещиваюсь от обвинения в приверженности чёрной магии.
– А чего это твои осёл с сапогами разговаривают?
– Осёл не мой. Сапоги мои, но за их базар я не отвечаю.
Варлы снова между собой что-то гыр-гыркают.
– Не могли помолчать? – зло спрашиваю у сапог я. – Мне ещё костра на вершине мира не хватало!
– Съедят, – со знанием дела комментирует варловский совет Пиф.
– Кого?
– Тебя, естественно. Никогда не слыхал, чтобы варлы харчевались ослами.
– А сапоги?
– Чего – сапоги?
– Сапоги в рацион варлов входят? – с напряжением в голосе вопрошает обувка.
– По-моему, нет.
– Это хорошо. А то, нас уже однажды съедали! – радуются сапоги, эгоистически позабыв о своём хозяине.
Совет варлов быстро завершается. И нас с Пифом уже пешим порядком ведут по едва заметной каменистой тропке вглубь горной цепи…
– Дара! – завидев принцессу в целости и сохранности, радуюсь я.
– Принц! – Принцесса бросается мне на шею.
– Пиф! – Ласково треплет того по холке.
– Сапоги! – А вот обувке от принцессы достаётся только доброе слово. Если слово – сапоги, позволительно называть добрым.
Этакий счастливый сказочный конец. Но это далеко не конец…
Поселение варлов, куда нас доставили, представляет собою несколько десятков разбросанных по горному плато каменных сооружений. Домами – эти странные творения криворукого архитектора язык не поворачивается называть. Скорее, груда камней, кое-как сформированная в виде некого приложения рук… При том, нечеловеческих. Как и сами варлы, каменные груды выглядят мощными и приземистыми. Удивляет, правда, полное отсутствие окон и дверей. Этакие небольшие крепости, собирающиеся выдержать длительную осаду диких орд. Правда, куда быть ещё более диким, чем сами варлы?
– Ты цела? – интересуюсь у принцессы.
Та кивает – типа, жива-здорова.
– А не в курсе, чего нас сюда притащили? – пытаюсь разузнать у неё, какая культурная программа ожидает нас всех впереди.
Но Дариада лишь пожимает плечами.
Сопровождающие варлы подталкивают меня в спину, завершая короткое свидание с принцессой.
По поселению мы с Пифом идём совсем недолго. А когда оказываемся прямо в центре среди каменных построек, пред нами предстаёт, судя по напыщенному виду и золотому обручу на голове местный царёк.
– Кто? – задаёт он короткий вопрос нашим сопровождающим.
– Колдун, говорящие сапоги и осёл.
– Что – «и осёл»? – переспрашивает царёк, с интересом рассматривая мою обувку.
Чем смущает стоящего у меня за спиной бугая. Тот чешет толстую шею, о чём-то напряжённо размышляет. Его крылья напряженно вздрагивают. Наконец варл выдаёт:
– Осёл тоже… Того… Говорит. Как человек.
Царёк переводит взор с моих сапог на Пифа:
– Осёл. Ну-ка… Чего-нибудь скажи.
– Что значит – ну-ка? – по привычке возмущается ранимый на хамство осёл.
– Ха-ха-ха! – совершенно неожиданно начинает хохотать царёк. – Какой умный осёл!
– Что будем с пленниками? – спрашивает тугодум-варл.
– Девчонку за красоту, осла за ум, сапоги за необычность – съедим, – подумав, объявляет свой вердикт царёк. – А парня можно скинуть со скалы. Пускай полетает. Ха-ха-ха!
А царёк-то, оказывается смешливый – делаю я вывод.
– Что значит – осла съедим? – без должного пиетета переспрашивает местное Его Величество Пиф.
– Мы варлы, уважаем неординарных людей… – Его Величество задумывается, глядя на осла, – Хм-м-м… И ослов… Хм-м-м… И сапоги… А чтобы перенять лучшие или необычные качества понравившегося нам человека… Осла… Сапогов… Мы его… Их… Съедаем.
Во как! Даже и не знаю – радоваться или грустить, что я совсем не понравился варловскому царю…
Накануне торжественного ужина с ритуальным поеданием принцессы, осла и моих сапог, нас помещают в одну из «крепостей». Находясь внутри, становится понятно отсутствие окон и дверей – само строение представляет собой этакую каменную бочку без крышки, и нас туда банально закидывают сверху. Как варлы в этих «зданиях» скрываются от дождей и прочих осадков, мне совершенно непонятно – ни крыши, ни малейшего навеса внутри. Лишь каменные пол и стены да синь неба над головой. Те ещё удобства. И, вдобавок, холодина, просто до ломоты в костях.
Мы сидим на полу, прислонившись спинами к камню стен, и дружно молчим. Я переживаю за предстоящий полёт в пропасть, остальные за меню на «званом» ужине. В общем, всем не до разговоров. И даже неугомонные сапоги готовятся стать второй раз съеденными молча.
– Так, – прерываю затянувшееся непродуктивное молчание. – Надо разработать план побега.
– Хозяи-ин… Мы готовы стрелой бежать хоть на край света! – первыми отвечают, как и следовало ожидать, сапоги, видимо, возомнившие себя скороходами. – Только бы подальше отсюда!
– А как нам отсюда выбраться? – меланхолично вопрошает осёл. И продолжает философствовать голосом полным горечи от предстоящей утраты, – Ни лестниц, ни верёвок. А крыльев у меня нема. А были бы у меня крылья, был бы я не осёл, а Пегас. Но кому нужен Пегас, как две капли воды похожий на осла?
– Пиф, ну, ты что? – пытается его успокоить Дариада, – Принц чего-нибудь придумает.
Мне, конечно, приятно, что в меня верят, ни смотря ни на что, но… Я же не волшебник!
– А если даже выберемся, то как избежать встречи с варлами? – не отвлекаясь на слова поддержки, осёл продолжает упорно крутить заезженную шарманку унылого пессимизма, – Ну, избежим встречи с варлами, а куда нам бежать? Мы же не представляем, где находимся! А если придётся вступить в бой с варлами? Они же нас банально порвут на клочки по закоулочкам!
– Да…
– Чего тебе, Аспид? – отвлекается от созерцания нерадостного будущего Пиф.
– Я что-то пропустил?
– Ха-ха! Пропустил? Да ты всё проспал! – Неожиданно находит повод для веселья Пиф.
А я начинаю переживать за его психическое здоровье. Интересно, могут ли ослы сойти с ума от мрачных перспектив будущего?
– Пока ты спал, нас взяли в полон, а теперь ещё хотят съесть! – просвещаем пропустившего перипетии нашего пленения.
– Так что мы с-сидим? Надо бежать! – Аспиду, судя по всему, припомнились молодые годы, когда он ребёнком бегал по зелёной травке…
Хотя… Сам себе обрываю поток мыслей. Какое к чёрту – бегал? Он же был ползучим гадом!
– Мы не можем вылезти из этого колодца, а если бы вылезли, там бы нас ждали варлы, а если бы не ждали, то куда… – Снова вернулся на мрачные круги своя Пиф.
– Так нас варлы здесь держат? – искренне удивляется Аспид.
– А ты чему так поражаешься? – настороженно спрашиваю у своего вдруг разговорившегося пояса.
– Так, варлы же до жути боятся горных змей. Герпетофобия, по научному называется.
– И что? – пока не понимаю нездорового оптимизма Аспида.
Ну, боятся варлы змей? Нам-то от этого какая прибыль? У нас же здесь только одна выделанная шкурка змеи имеется! Сомневаюсь, что варлы разбегутся, если я буду ей активно махать перед их охряными носами…
– Я могу позвать…
– Кого?
– Горных змей.
Мы недоуменно переглядываемся с принцессой и Пифом.
– Так что ты сидишь! – неожиданно нечеловеческим голосом ревёт осёл, – Зови их скорее, пока нас тут всех не съели!
– Позвал, – неожиданно заявляет Аспид.
– Когда? – удивляется Пиф.
– Только что.
– Не слышал.
– И не услышишь. Это же змеиный язык, а не ослиный!
– Тихо! – приказываю я, – Что там?
И все прислушиваются. А из-за каменных стен доносятся какие-то странные звуки – непрерывные шорохи, тихий перестук камней, иногда гаснущий вскрик. Внезапно резкий гортанный клич разрывает ночную тишину. И вслед раздаётся хлопанье крыльев, словно на крыло встала целая стая гигантских птиц Рух. И всё снова стихает.
– Что это было? – спрашиваю у соседей по заключению я.
– Не знаем, – отвечают сапоги. – Надо бы посмотреть. Уж больно подозрительно там всё звучало.
Прикидываю возможность залезть по стене наверх. Камни в кладке крупные, просветы между ними вполне достаточные, чтобы засунуть туда палец. И я медленно штурмую неприступную стену.
Когда оказываюсь на самом верху, бегло оглядываю поселение варлов.
Ночная темень, конечно, не сильно этому способствует, но слабый свет Селены позволяет составить представление о творящемся внизу зле – огромные змеи завораживающе медленно скользят между «домов» варлов, разыскивая добычу. Крылатых демонов я вообще не наблюдаю. Видимо, слиняли подальше от таких непрошеных «гостей».
– Аспид, твои пресмыкающиеся друзья разогнали всех! Как бы нам их отблагодарить и отправить обратно в Ад, откуда они все повылазили?
– С-сей момент… Готово!
Я снова смотрю вниз. А там вообще полная пустота. Ни варлов, ни змей. Просто ни единой заблудшей души.
– Эй, компания. Лезьте наверх. Здесь никого! – зову принцессу и Пифа.
Дариаде взобраться на стену не составляет труда. Чего не скажешь о Пифе. Тот несколько раз для проформы подпрыгивает и на этом успокаивается. Ну, как успокаивается…
– А я-а?! А я-а?! – благим матом ревет снизу он.
– Вот чёрт! Он же сейчас сюда накличет либо варлов, либо змей! – возмущаются сапоги.
– Пиф, не ори. Сейчас найду верёвку, и мы тебя вытащим… – пытаюсь заглушить этот «фонтан» я.
– Отлично, – радуется осёл и спокойно заваливается на бок, как я понял, чтобы поспать. Вот же…
Спуститься со стен каменной бочки оказалось даже проще, чем на них залезать. С принцессой быстро обыскиваем окружающую местность. Верёвка находится довольно быстро – наверное, варлы её загодя приготовили для пленников. И я, завязав петлю, перекидываю конец через стену.
Ох, и тяжкая это работа – из колодца тянуть осла…
– Да он весит как бегемот! – бормочу себе под нос, пока мы с принцессой изнемогая тянем лямку.
Наконец над стеной показывается довольнющая морда Пифа.
– А как вниз? – интересуется он, поглядывая на нас сверху вниз. – Кто из вас меня спустит?
– Ничего… Спрыгнешь сам. Не переломишься, – отвечаю совсем потерявшему берега ослу. – А не хочешь прыгать – оставайся. С нашей стороны было бы как-то неуважительно по отношению к хозяевам оставлять их совсем без ужина!
Когда осёл с грохотом и визгом оказывается внизу, мы дружно двигаем прочь из этого негостеприимного поселения.
Горы в свете четверти Селены предстают мрачными громадами. Словно мы волшебным образом оказались в стране великанов.
И ни малейшего представления о направлении дальнейшего движения. Кругом камни, крутые пропасти и отвесные стены. Поселение варлов мы, конечно, покинул и даже отдалились от него на некоторое расстояние, но откровенно смешное для летающих варлов.
– Так… А как теперь добираться до Сивого? – спрашиваю у своей команды я. – Кто запомнил дорогу?
Но, как и следовало ожидать, все только помалкивают и безнадёжно пожимают плечами, у кого они, конечно, имеются. Но у такой массовой забывчивости есть простое объяснение – я, например, пока летел по воздуху тоже ни чёрта не запомнил. Ни до того совсем было.
– Как будем искать? – смещаю акценты вопроса я.
А в ответ тишина. Становящаяся всё более грозной. Не надо иметь и двух пядей во лбу, чтобы догадаться – варлы уже очухались после нашествия змей и теперь ищут сбежавшую закуску.
– Сапоги, а вы случаем не обрели в болоте способность летать? – на меня неожиданно нисходит озарение.
– Не знаем.
– Ну, так попробуйте!
Некоторое время обувка исполнительно пыхтит. А я готовлюсь снова полетать, но уже по своему хотению.
– Слишком тяжёлый. Попробуй снять. Может мы пустые смогём.
– Это что? Хотите в одиночку слинять? Обойдётесь. – Подозреваю предательство я. – Эх-х! Нам бы какого, пускай, завалящего, провожатого!
– Могу поспособствовать, – неожиданно отвечает Аспид.
– Как?!
– Позову какую местную змею. Она нас выведет.
– Чёрт! Давай, не тяни!
Когда приползает «провожатый», я теряю дар речи – такого огромного гада в жизни не встречал. Если этот змей решит перекусить, в нём легко поместятся и Пиф, и принцесса, и я с поясом да сапогами!
– Я же просил завалящего… – шепчу исполнительному, но, как оказалось, довольно бестолковому поясу.
– Это место – территория Робина Бобина Барабека.
– Кого?!
– Так зовут этого горного анаконда…
У меня дар речи пропадает окончательно и, кажется, на всю оставшуюся жизнь…
Отдохнуть после перехода мы наметились в трактире «Уподножия». Путешествие через горы измотало всех до полусмерти. Даже сапоги последние пару дней пути безостановочно ныли о том, как же они устали. Повезло ещё, что Барабек оказался очень предупредительным змеем и, как мог, помогал преодолевать ущелья, следил, чтобы никто не сверзился с узкой тропы, и пару раз придержал меня, когда я уже готов был улететь в пропасть. Распрощались мы с ним как с родным. Жаль, конечно, что Барабек совсем не разговаривает…
Трактирщик встречает нас с распростёртыми объятиями – ныне с постояльцами в трактире полный швах. Как пояснил хозяин Порк, после воцарения Ани желающих посетить Уникорнию резко сократилось. Потому с приятным ночлегом в тепле и в самой настоящей кровати проблем не возникает. И лишь Пиф, привыкший к королевской роскоши, долго возмущается, что его не пускают внутрь, а предлагают разделить стойло с Сивым. Сивый же на такое беспокойное соседство встречных возражений не выдвигает…
Хозяин подсаживается, когда принцесса уходит отдыхать. Лучшие его годы пришлись на времена восшествия на престол Дендрариада Третьего, и сейчас трактирщику изрядно за шестьдесят. Во всяком случае, внешне. И такое впечатление, что всё съеденное и выпитое им за эти годы никуда не девалось и теперь присутствует в его грузной фигуре.
– Вы поосторожнее будьте со своим ослом, – тихо советует мне Порк.
Я сижу за столом и потягиваю самоваренное пиво. Не сказать, что оно составляет достойную конкуренцию пилзскому, но при прочих равны – на безрыбье и рак рыба. И потому тихо наслаждаюсь пенным напитком и никого не трогаю.
– А что такое? – Не понимаю причин для его тревожного беспокойства.
– Это же Пиф – королевский осёл. Точнее, бывший королевский бывшего короля осёл. А нынче любой намёк на Дендрариада Третьего может стоить свободы, а то и головы. По новой летописи, что глашатаи зачитали пару месяцев назад, Ани – данный небом король Уникорнии с самых глубин веков.
– А Дендрариад?
– Совсем не было такого.
– Что и остальных не было? – удивляюсь я. – А придворные? А принцессы? Где они все?
Порк молча показывает пальцев вверх.
– У вас на втором этаже?
Моя растерянная физиономия заставляет Порка изрядно поволноваться:
– Что вы! Что вы! Тьфу-тьфу-тьфу. – Трактирщик так истово плюётся через левое плечо, словно я призвал самого Демона Тьмы. – Сейчас в трактире только ваша компания… Никаких бывших придворных!
Ха-ха-ха! Знал бы он, кто сейчас устраивается на ночлег в его гостевой комнате. Сон бы ему на ближайшее время отшибло бы точно. Но, видимо, ещё не сошедшие синяки на лице принцессы, короткая стрижка и рванина, в которую она одета, надёжно скрывают её от любопытных глаз соглядатаев Ани.
– Я бы посоветовал сменить масть вашего осла. У меня есть отличная краска. Всего-то один золотой.
– А что так дорого?
– Нынче краска изрядно подорожала – все хотят сменить свою масть.
– По рукам, – соглашаюсь я.
Но на мой взгляд, Пиф в роли вороного осла выглядит ещё более подозрительно, чем даже если бы он распевал гимн дома Дендрариадов прямиком на королевской площади. А напряжённое лицо Порка, когда он увидел перекрасившуюся вслед за ослом принцессу, наводят меня на мысль, что тот начал что-то подозревать или пытается подозревать, но пока безрезультатно. И чтобы не дать ему шансов узнать в Араде младшую принцессу, мы поутру снимаемся с гостеприимного ночлега.
– Вам-то хорошо, – бурчит Пиф, – Спали на кроватях, а не как я – в стойле!
Мы не торопясь передвигаемся по дороге в сторону столицы Уникорнии. Я на Сивом, брюнетка принцесса на вороном Пифе. Тот, видимо, так и не смирившийся с ролью ездового осла, ищет любой повод выразить своё неудовольствие.
– Но ты ж осёл! – удивляюсь я, – Тебе должно не привыкать к стойлу.
– Я королевский осёл! – гордо заявляет тот. – Я с младых копыт сплю на пуховых перинах, а ем отборные финики и смокву.
– Теперь, отнюдь, не самое лучшее время гордиться принадлежностью к королевскому двору, – предупреждаю Пифа, – Уже как пару месяцев на геральдическом древе Уникорнии отсутствует династия Дендрариадов. Там только богоданный Ани.
– Как это ? – вскидывается Дариада.
– Ани, как настоящий правитель, переписал историю Уникорнии начисто. Теперь ты не принцесса.
– Вот же… – Дара пытается подобрать подходящее слово, – Сволота!
– А кто по праву рождения обделён человеческой речью, попрошу при посторонних помалкивать. Нам кроме тёрок с чёрным орденом ещё и повышенного внимания тайной полиции Ани не хватало! – предупреждаю остальных я.
– Вот же… – привычно возмущаются сапоги. – Уже и лишнего не ляпнуть, без оглядки за свою жизнь!
– Вам-то чем быть недовольными? – удивляюсь я. – Вы даже когда существовали шкурой живого кабана, были безгласными. Если бы не купель в пасти болотной твари…
– Раз обретя свободу выражать свои мысли, отныне не представляем себе иной участи! – гордо заявляют сапоги.
– Ну, так и разговаривайте… Когда это безопасно, то есть – когда никто не слышит.
– А смысл? Если никто не слышит. Речь дана для коммуникации, а не чтобы пустоту сотрясать.
– Харе, или продам вас нафиг!
– Ха-ха-ха! – хохочут сапоги, – Да как ты нас продашь?! Стоит нам только слово сказать покупателю…
– Ну, тогда оставлю в глухом лесу. Во избежание…
От такой угрозы сапоги примолкают.
– Дара, где искать гребень? – спрашиваю у принцессы.
– Там же, где и Мару. Но где она сейчас, я не знаю.
– А с чего нам, тогда, лучше начать поиски? В городе есть люди, оставшиеся верными королю?
– Не знаю. – Пожимает плечами принцесса. – Я уже с полгода там не была.
Вот же… Задача с поиском гребня с каждой минутой усложняется неимоверно…
Когда до столицы остаётся едва ли конный переход, какой-то невзрачный пешеход роняет походя:
– Не рекомендую столь ярко выраженным брюнетам появляться в городе.
Я осаживаю Сивого.
– Это ещё почему?
Прохожий тоже останавливается и начинает мрачно вещать:
– И масти цвет укажет нам
На замыслов коварный план.
Чей день весь злобой поглощен,
Во век не будет он прощен.
Он мир окрасил в черный цвет,
У будущего… Жизни – нет!
– Чего? – не могу скрыть удивления.
– Это вещают все глашатаи по всем площадям Уникорнии. А у вас ещё и осёл той же подозрительной масти, что и его седок. Неужели, Пиф?
Вот же… Законспирировались, называется!
– Вы, я вижу, достойный человек. Не подскажите, что сейчас творится в городе?
Достойный человек переводит полный невысказанных подозрений взгляд с принцессы на меня.
