Страница 4 из 5
– Вы покорили зрителей! – ликовал Джей Ди, читая комментарии. – Теперь, Марио Рамос и не подумает тронуть всеобщих любимчиков!
Рэй тяжело вздохнул и выключил телевизор, а потом отвлекся на экран своего телефона, который лежал на столе. Звонила моя мама. Я взяла трубку и ушла в спальню, чтобы поговорить спокойно.
– Милая моя! – защебетала она. – Я собрала всех своих подружек перед телевизором, чтобы похвастаться, какая ты у меня лапочка! Они до сих пор макияжи поправляют, наплакавшись от вашей истории, вы с Рэем такие очаровашки! Уверена, вы станете парой года. Я так рада, что вы наконец-то перестали прятаться! Теперь не отвертитесь от нашей свадьбы! Вы же приедете?
Не имея ни малейшего представления, как можно вставить хотя бы слово в эту тираду, я плюхнулась на постель и вздохнула. Мы проговорили полчаса, за которые я не сказала более десяти слов. Наверное, это даже к лучшему, я бы вряд ли смогла связать слова в нормальные предложения, так что мама со своей болтливостью оказалась как нельзя кстати. Она без остановки трещала, разбирая по полочкам все, что увидела и услышала в интервью.
– О, детка, Эмилио просит телефон!
В трубке сразу же послышался мужской голос:
– Привет, кроха! Румянец на щеках тебе идет куда больше, чем синяки под глазами.
– Спасибо, Рэй всего пару дней назад перестал пичкать меня витаминами.
– Он рядом? Передашь ему телефон, всего на пару слов?
– Конечно.
Когда я вышла в гостиную, Хорхе и Дэмиана Кинга уже не было. Андрэас, Джей Ди и Паркер о чем-то оживленно болтали, а заметив меня, резко замолчали.
Рэй сразу же скрылся с телефоном на балконе, серьезный и сосредоточенный. Он не в первый раз общался с моим будущим отчимом и после каждого разговора еще долго пребывал в задумчивом и мрачном настроении. Но на этот раз он явно был сам не свой. И это пугало.
– Что я пропустила? – было нелегко сохранять спокойствие и непринужденность в голосе. – А это что?
На столе лежало несколько старых, черно-белых фотографий, кое-где выцветших и пожелтевших от времени, а с ними несколько вырезок из газет. Мое внимание привлек снимок, на котором были запечатлены две женщины и ребенок. Той, что была постарше, на вид можно было дать не больше тридцати, а та, что помладше, была еще совсем молодая, а рядом с ней, держась за ее юбку, стояла девочка лет трех-четырех.
– Кто это?
– Тереса Рамос и ее младшая сестра Сильвия с дочерью, – пояснил Анрдрэас и уставился на меня, ожидая моей реакции.
Я пригляделась к фотографии, ощущая, как по спине пробежал неприятный холодок.
– Франческа! – выдохнула я, вспоминая женщину и находя сходство между снимком и чертами ее лица.
– Сильвия, – исправил мужчина. – Ее старшая сестра Тереса – покойная жена Мигеля Рамоса, за неприкосновенность которой он отдал Хавьеру «Доминикан Резорт».
– Значит, вот что имела в виду Франческа… то есть Сильвия, когда говорила о своей сестре! – Она мстит за ее смерть.
– Гадюка Сильвия! – зло выплюнул Джей Ди и прикоснулся к моей руке, по которой бегали мурашки, даже волоски встали дыбом. – Черт, если бы не Андрэас, она бы точно убила тебя!
– Вообще-то за спасение Дианы мы обязаны совсем другому человеку... – начал говорить Андрэас, но его внезапно прервал шум от широко распахнутой балконной двери. – Паркер поспешно подошел ко мне и протянул телефон:
– Твой отец позвонил, – объяснил он. – Я решил, что ты захочешь с ним пообщаться.
– Конечно!
Я выхватила мобильник из его рук и радостно воскликнула:
– Папа!
– Привет, мышонок, – тепло, прозвучавшее в его голосе, согревало, словно пуховое одеяло. – Рад, наконец, тебя услышать! В следующий раз, когда надумаешь скрываться, – приезжай ко мне. Ты не представляешь, сколько твой папа знает надежных убежищ вдали от цивилизации! Ни одна живая душа тебя не найдет!
– Прости, пап… – жалобно всхлипнула я. – И да, в следующий раз я именно так и сделаю. Хотя надеюсь, что мне никогда не придется воспользоваться твоим предложением.
– Ты права, мышонок, – ласково сказал он. – Ты чудесно выглядишь, вся светишься!
– Посмотрел шоу?
– Ну, конечно! Даже поставил на запись, буду постоянно пересматривать.
– Все можно найти в сети, пап, – я шмыгнула носом и улыбнулась.
Меня всегда умиляло его нежелание идти в ногу со временем. Хотите посмотреть старые фильмы или послушать музыку на кассетнике – вы знаете, к кому обратиться!
– Так надежней, – отрезал папа, не желая спорить.
– Я очень соскучилась! Хочу увидеться!
– Могу попробовать выбить себе мини-отпуск и приехать в Доминикану. Не терпится устроить хорошую взбучку тебе и зятю! Он предложил тебе брак по расчету и ты согласилась?! Поверить не могу! И это я еще не говорю о том, во что он тебя втянул…
– Пап, все будет хорошо, – успокаивала я то ли его, то ли саму себя.
– Но станет еще лучше, когда я приеду. Вот только доберусь до отдела кадров и махнусь отпуском с Билли.
Папа начал рассказывать о друзьях и о своей жизни в Аспене. Когда-то эта жизнь казалась мне скучной и не интересной. Сейчас же я бы все отдала, лишь бы и моя жизнь стала такой же обычной.
Пока мы разговаривали, телефон Рэя разрывался от бесконечных входящих сообщений и звонков. Я догадывалась, что это все из-за «вечернего шоу». Теперь покой нам будет только сниться.
Я вдоволь наговорилась с папой, отметив про себя, насколько кардинально отличался этот разговор от маминого монолога. Когда я вернулась в гостиную, Джей Ди о чем-то спорил с моим мужем.
– Что происходит? – я вопросительно смотрела то на одного, то на другого.
– На меня посыпался целый шквал звонков от Родригесов и Кортеса! Они хотят знать, где ты, а твой муж не разрешает сказать, что ты в Доминикане.
Друг указал на хмурого Паркера и обиженно надулся, когда тот снова замотал головой.
– У тебя паранойя! – ворчал Джейден. – Они не представляют для Дианы никакой угрозы! Никто из них не проболтается, где она.
– Не спешите, – спокойно вразумил Андрэас, вмешавшись в спор. – Нужно для начала дождаться реакции Рамосов на передачу и интервью, которое мы отправили им. Мы должны быть осторожными.
– Он прав, – согласился Рэй, жестко приструнив Джей Ди, который, кажется, и сам начал понимать, что двигало моим мужем. – Нельзя пороть горячку, мы слишком многим рискуем. И друзья Дианы здесь не при чем.
– Но обещай, что как только Рамосы дадут ответ, ты разрешишь Ди сгонять в «Мучачу»!
– Смотря каким будет этот ответ…
Горячий спор прервался очередным звонком телефона. На этот раз Паркер не игнорировал его, а сразу ответил. Он выслушал голос на том конце и бросил на Андреаса загадочный взгляд. Мужчина приосанился, готовый к указаниям. Когда Рэй повесил трубку, он просто кивнул, а телохранитель понял его без слов.
– Пришла поставка из Италии, – сообщил Андрэас, откашлявшись в кулак. – Лапша и макароны всякие, нужно… кхм, принять груз.
– Оу, это же для нового итальянского ресторана! – горячо закивал Джей Ди, вмешиваясь в разговор. – Я помогу.
Не говоря ни слова, Андрэас двинулся вслед за моим другом. Уходя, уже в открытых дверях Рэй уклончиво замотал головой и цокнул, как будто осуждая вояку за бездарную ложь.
– Что еще за макароны? – нахмурилась я. – Вы не умеете врать, Рэй. Это было отстойно!
– Знаю, – он упал на диван и откинулся на спинку, словно его резко покинули силы. – Я не могу рассказать тебе все как есть, Диана. Прошу тебя, давай оставим эту тему.
Он потянул меня за руку на себя и, когда я покорилась, усадил меня на свою талию.
– Как думаешь, вроде бы неплохо вышло, – он покрутил кольцо на моем безымянном пальце. – Выпуск получился отличным.
– Я тоже так считаю, – я чмокнула его в губы. – Ты меня удивил своей историей. Ты и правда все это чувствовал ко мне? С самого начала?
– Да, – он скрестил наши пальцы.
Пойманная его взглядом и всепоглощающей любовью, заключенной в нем, я растаяла, позабыв обо всем. Во мне не осталось ни капли обиды за то, что он что-то скрывал от меня. Или переживания за наше будущее. Я знала только то, что этот мужчина любит меня. По-настоящему. Как никто в этом мире никогда не любил.
Меня накрыло теплым чувством благодарности, я обняла его и расплакалась. Ну что я за рёва такая?
Рэй обнимал меня, не говоря ни слова. Не знаю, сколько мы так просидели. И продолжили бы сидеть, если бы не мой кот, прыгнувший откуда-то сверху, – он протиснулся между нашими телами. До сих пор этот ревнивец не смог смириться с присутствием Рэя.
– Маньяк, это наглость! – возмутился муж, позволяя коту залезть мне на руки. – Не удивлюсь, если в его мелкой кошачьей черепушке однажды родится план, как придушить меня ночью!
– Он не такой кровожадный, всего лишь однолюб, – я гладила мурлыкающего питомца, успокаивая его.
Кот был чертовски нелюдимым и всегда прятался в самых потаенных местах номера, о которых даже нам было неизвестно. А потом, когда мы оставались одни, он выбирался и приходил ко мне ластиться и жаловаться на полученный стресс.
– Удивительно, как Андрэасу пришло в голову забрать его с собой из Италии, – задумчиво проговорила я, почесывая питомца за ушком.
– В этом весь Андрэас, – мягко улыбнулся Рэй. Он хотел прикоснуться к коту, но Маньяк зашипел на него, и Паркер резко отдернул руку.
– Знаешь, если бы ты познакомил нас с Андрэасом чуть раньше, мне бы не пришлось убегать от него сломя голову, – подумала я.
– Я собирался это сделать. Клянусь! Он сам напрашивался, особенно когда узнал, что я надумал жениться на тебе втайне от отца и деда. Хотел посмотреть на загадочную девушку, которая лишила меня мозгов и… походу яиц тоже!
– Он действительно сказал это? – усмехнулась я.
– И не только это!
– Так что тебя удерживало? Почему мы так и не познакомились?
– Ну… сначала он помогал мне с организацией, не так-то просто в одиночку устроить свадьбу за один день. По большей части он занимался бумажными вопросами. Сделал тебе новый паспорт с новой фамилией. Он нашел священника, который проводил церемонию его дочери. А потом… потом он вправлял мне мозги после того, что произошло на яхте. Устроил нам с Мэттом самую настоящую взбучку! Потом, когда мы с тобой помирились, ты и сама знаешь, что у нас не было времени ни на что, кроме… хм… друг друга. Ну, а потом приход Рамоса – и пришлось по-быстрому придумать план…
– Похоже, Андрэас даже больше, чем консильери в вашей семье. Он практически равноправный Паркер.
– Ты права, я давно его считаю Паркером.
– А он знал, что Мэтт тебе не родной брат?
– Конечно. У него с дедом были особые отношения. С темпераментом Хавьера ему нужен был такой человек, как Андрэас. Он отлично справлялся с равновесием в нашей семье, иначе мы давно поубивали бы друг друга. Он говорил, что если мы крепки изнутри, то ничего не сможет победить нас извне.
Он задумался и после долгих размышлений добавил:
– После случая на яхте многое пошло наперекосяк. Марио Рамос воспользовался нашей с братом размолвкой. Запустил клешни и рассорил нашу семью, разрушил ее изнутри…
– Никогда не поздно помириться обратно.
– Это не так-то просто… после всего, что натворил Мэтт.
– Может, это окажется для тебя сюрпризом, но я тебе скажу, что у тебя слишком доброе сердце, чтобы подолгу таить в нем злобу. Ты не такой, как твой дедушка. Ты способен прощать.
– Есть поступки, последствия которых слишком огромны. Как рябь на воде. Ее невозможно остановить после того, как бросили камень.
– Все зависит от воды.
– Все зависит от воды… – задумчиво повторил Паркер.
Неожиданно раздался громкий стук в дверь, словно в нее тарабанил медведь. Я прижалась к мужу, испугавшись не на шутку. Раньше никто и никогда так в нее не бил, словно хотел выколотить из петель. Рэй осторожно встал и, не размыкая объятий, загородил меня своим телом от того, кто стоял у входа в номер.
– Привет, малыш Рэй-Рэй!
На пороге стоял Мэтт, расставив руки в стороны и позволяя охране обыскать себя на наличие прослушки. Когда Халк и Скала закончили, он брезгливо одернул пиджак и поправил галстук. В его безупречном внешнем виде и такой же идеальной, голливудской улыбке не было ни единого изъяна. Чего, конечно, нельзя сказать о его личности…
За Мэттом в номер вошел Андрэас и переглянулся то с одним, то с другим братом, как бы предупреждая, что нужно вести себя нормально.
– Диана, – Мэтт коротко кивнул мне и деланно улыбнулся.
– Зачем пришел? – превозмогая гнев, спросил Рэй. – И как у тебя вообще хватило на это совести?
– Ты забыл? Когда-то это был и мой отель тоже.
– Сейчас помогу и тебе об этом забыть!
Паркер внезапно сорвался с места и набросился на брата с кулаками. Я вскрикнула от испуга. Андрэас вовремя вмешался и схватил Рэя за руку, которую он занес для удара.
– Прекратить! Сейчас же! – голос бывшего вояки разнесся по номеру, словно раскатистый гром.
– Только посмотрите, а младшенький-то здорово подрос, – протяжно выговорил Мэтт, осматривая Рэя с ног до головы.
Паркер снова дернулся, чтобы всё-таки дотянуться до лица брата, но он отклонил голову назад и глумливо усмехнулся.
– А этикету так и не научился. Вот как ты встречаешь брата после долгой разлуки?
– Тебе красную дорожку постелить?
Андрэасу потребовалось немало усилий, чтобы сдержать младшего Паркера и отвести на безопасное расстояние.
– Перестань паясничать! – рыкнул мужчина на старшего из братьев, а потом обратился к младшему: – А ты умерь пыл! Он, все-таки, спас твою жену!
Я непроизвольно усмехнулась и, резко закрыв рот рукой, оглядела окружающих, чтобы убедиться, что слух меня не подвел. Мысли начали скакать в попытке найти логическое объяснение его словам. Рэй недоверчиво вскинул брови.
Андрэас вздохнул, закатывая глаза:
– Как, по-вашему, я сумел найти Диану? Мэтт дал мне наводку и предупредил, что она в опасности.
– А ты как об этом узнал? – Рэй склонил голову набок.
– А это важно? Узнал, и все, – хмыкнул Мэтт и устремил взгляд в сторону, словно его больше занимала статуэтка на полке, чем происходящее в номере. Он потер пальцем по гладкой лакированной поверхности, собирая невидимую пыль и стряхивая ее с пальцев.
– Может, лучше скажешь брату «спасибо»? – Андрэас продолжал смотреть волком.
– Спасибо! – искренне сказала я, обретя голос, и, приблизившись к мужу, осторожно коснулась пальцев его руки своими.
Рэй закрыл глаза, сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Его лицо смягчилось. Переплетая наши пальцы в замок, он крепче стиснул мою руку. Я тоже нуждалась в его прикосновении, не могла никак успокоиться. Ждала подробностей, раз уж Мэтт умудрился стать героем и совершил что-то не ради себя. Мне хотелось расспросить его, почему он спас меня, но не решалась. Трусиха!
Андрэас жестом указал Мэтту сесть в кресло, а нам – на диван напротив. Оставаясь стоять в стороне, он выбрал выгодную позицию для наблюдения, готовый в случае чего вмешаться в происходящее, беря на себя роль рефери.
– Давайте выслушаем Мэтта для начала?
Рэй тяжело вздохнул, но ничего не ответил. А я блуждала взглядом по номеру, не зная, за что зацепиться, лишь бы не становиться свидетелем того, как два брата начнут линчевать друг друга.
Мэтт откинулся на спинку кресла с деланной непринужденностью и осмотрелся вокруг:
– Как у вас вкусно пахнет кофе…
Ухватившись за возможность, я дернулась, чтобы встать, но Рэй крепко сжал мою руку, не позволяя сделать этого. Не сводя глаз с брата, он напрягся, словно лев перед прыжком. Под кожей выступили мышцы, на шее прорисовались вены.
Мэтт вскинул руки в извиняющемся жесте:
– А я что? Просто хочу кофе.
– Все в порядке, – тихо сказала я, высвобождаясь из тисков мужа, и погладила его по спине. – Я бы тоже выпила чашечку. Тебе сделать?
Рэй кивнул и посмотрел на меня, прищурившись, безмолвно спрашивая, действительно ли все в порядке. Я мягко улыбнулась и встала.
Когда я отошла, на меня нахлынуло необъяснимое чувство страха. Мысленно я воспроизводила события вечернего шоу и подробности интервью Шэйну Уильямсу и корила себя за то, что в голову приходили только наихудшие сценарии того, что будет дальше. Кофемашина гудела громче обычного и молола зерна вечность.
Так вот кого Рамосы прислали для переговоров! Что ж, это даже предсказуемо. Только бы братья снова не наделали глупостей и не усугубили ситуацию…
Я принесла поднос с кофе, конфетами и печеньем. Вальяжно закинув ногу на ногу, Мэтт следил за тем, как я выставляла чашки на кофейный столик.
– Все Рамосы в курсе, что она, – сказал он, указывая пальцем на меня, – твоя ахиллесова пята. Сегодня ты известил об этом ещё и весь белый свет. Это было глупо и недальновидно для человека, который желает для нее неприкосновенности. Любой, кто захочет добраться до тебя, начнет с твоей жены!
– Прости, забыл, разве я спрашивал твое мнение?
Ого! Никогда не слышала, чтобы Рэй говорил с кем-то в таком тоне. Сколько желчи!
Лицо Мэтта осталось непроницаемым, он словно вообще не слышал реплику брата и сменил тему:
– Отец… кхм, Себастьян, доверил тебе строительство новых отелей? Заезжал в Ла Роману пару раз, пока ничего не понятно, но место ты выбрал красивое.
– Не тебе же одному строить новые отели…
Паркер-старший невольно взглянул на фото в рамке, стоявшее рядом на тумбе, на которой как будто бы для драматичности момента был запечатлен Хавьер, обнимающий двух внуков.
Повисло молчание. Я чудом донесла чашку, не расплескав напиток, и, передав ее Андрэасу, тут же спрятала дрожащие руки за спиной.
Рэй теребил в руке телефон, постукивая им по дивану. Он долго колебался, а потом сухо спросил:
– Ты с самого начала знал? Знал, для кого их строил?
Мэтт кивнул и стал размешивать сахар, громко стуча ложкой по фарфоровым стенкам чашки. Паркер с усилием сглотнул и, отвернувшись, промолчал.
Ощущая неприятное, даже болезненное стеснение в груди, я села обратно на диван и придвинулась ближе к мужу, так, чтобы наши ноги соприкоснулись. Он положил ладонь мне на колено и слегка погладил.
– Хотел понять, чего я на самом деле стою, – заговорил Мэтт, пожав плечами. – Они дали все, что мне нужно! Никакого жесткого контроля, никаких ограничений… полная свобода! А самое главное – там меня хотя бы ценят!
– И как же они оценили то, что ты помешал их планам убить Диану?
Мэтт отвел глаза в сторону, а Рэй коротко, презрительно фыркнул:
– Я так и думал! Они не знают.
Андрэас громко откашлялся, привлекая внимание младшего Паркера, и неодобрительно помотал головой, не позволяя ему продолжать в том же духе. Казалось, молчание длилось бесконечно долго, прежде чем Рэй вновь заговорил:
– Ты был для меня самым близким человеком из всех... – выдохнул он, медленно качая головой, не в силах поверить в то, что Мэтт способен на все совершенные поступки. – Я любил тебя. Мы все любили.
Мэтт скептически хмыкнул.
– А может, я никогда этого не чувствовал! Для отца и деда на первом месте всегда был ты – малыш Рэй-Рэй, настоящий наследник! Мне же отводилась роль твоей няньки…
– Что ты несёшь, пацан? – вмешался Андрэас, громко поставив чашку на кофейный столик между нами, проявив удивительную несдержанность, за которую только что попрекнул Рэя. – Эта семья дала тебе все! Ты сам себя сделал изгоем! С самого детства каждую конфету считал и устраивал истерики, если Рэю случайно доставалось на одну больше! Ты всегда был несносным, завистливым сопляком! Тебя всему научили, доверили семейный бизнес, сделали правой рукой отца, а ты…
– Он мне не отец! – отрезал Мэтт.
– Ты себе-то не ври! Думаешь, Рамосы – твоя настоящая семья? Они используют тебя! Особенно твоя ненаглядная кузина!
Мэтт не нашелся с ответом и затих, а потом продолжил:
– Виктория пришла ко мне с идеей, я помог ее воплотить. Когда все выросло до серьезных масштабов, я уже не смог просто так все бросить. Эта девчонка умеет подогревать азарт.
– Я помню, как она надоумила тебя жениться на ней! – усмехнулся Рэй, явно уколов брата этими словами.
– По крайней мере, наши цели в этой женитьбе были куда благородней, чем просто утереть нос отцу!
– У нас разные понятия о благородстве…
– Напомнить тебе, что ты сказал о Диане, когда только увидел ее, благородный ты наш?
Я резко встала и начала собирать чашки. Андрэас наблюдал за мной исподлобья.
– Ещё одно слово о Диане… – прорычал Паркер и так крепко сжал подлокотник дивана, что у него побелели пальцы, – хотя бы одно долбанное слово…
– Ой, да ладно тебе, братишка! Думаю, я заслужил индульгенцию за то, что спас ее от чокнутой Сильвии.
– Так вот для чего ты сделал это! – горько усмехнулся Рэй. – Я-то думал, что ты решил хоть раз поступить правильно...
– Да уж куда мне до тебя, Святой Рэй-Рэй! Сидел и нес какую-то ванильную ересь на ток-шоу! Как отчаянно добивался руки неприступной Дианы! А слабо было рассказать о своей поездке в Нью Йорк? Как устроил там гребанный секс-марафон, чтобы выкинуть ее из головы…
Услышав это, я выронила из рук поднос. Чашки с чудовищным грохотом посыпались на пол. Я тихо чертыхнулась и присела собирать осколки, ощущая жар и ненависть к себе за кажущуюся неуклюжесть.
Зрение помутилось из-за подступающих слез. Рэй встал на колени рядом со мной, желая помочь, и остановил меня, взяв за руки:
– Оставь, – подняв на него глаза, влажные от слез, я встретила его молящий взгляд. – Пожалуйста, кис…
Он забрал у меня остатки посуды и помог подняться.
– На минуту отойдем?
Я кивнула.
Андрэас не выдержал и дал Мэтту по затылку.
– Какого черта ты несешь?!
– Ауч! Мужик, что я такого сказал? – возмущался Мэтт.
– А то ты сам не знаешь? – рычал на него Андрэас. – Хватит строить из себя крутого парня!
Пока мы шли на балкон, я думала о Нью Йорке и о том, что значит «секс-марафон». Как я ни пыталась обуздать разбушевавшуюся фантазию, перед глазами то и дело представали кадры с Рэем и другими девушками. Я ничего не могла с собой поделать, было чертовски неприятно об этом услышать!
За нами громко захлопнулась балконная дверь, я вздрогнула. Рэй подошел сзади и обнял меня.
– Не позволяй ему снова сделать это с нами, – тихо прошептал он и зарылся носом в моих волосах.
– Столько навалилось в последнее время, эти сны, интервью, поездка на шоу, дурацкое подвешенное состояние, я постоянно думаю о том, что с нами будет…
– Диана? – он развернул меня к себе и прошелся кончиками пальцев по линии моего подбородка. – Ты ведь не поэтому такая взвинченная.
Я покачала головой и стиснула в руках края его рубашки.
– Скажу это один раз, услышь меня, пожалуйста, – от его спокойного, любящего голоса в груди разливалось тепло. – То, какой была моя жизнь и каким был я сам, уже давно в прошлом! Все это было до тебя!
Он нарочно сделал акцент на слове «до» и широко улыбнулся, заметив, как загорелись мои щеки.
– Я люблю тебя. И только это имеет значение.
Я уткнулась лбом ему в грудь, чувствуя себя глупо. Мы долго стояли так, обнимаясь, делясь силой и нежностью.
Мне стало намного лучше, я усмехнулась собственной неспособности справиться с эмоциями. Слова, намеренно брошенные Мэттом, чтобы вывести меня из равновесия, достигли цели потому, что сама цель была слишком расшатанная.
– Целый секс-марафон? – я стукнула мужа ладонью по груди. – Серьезно?
– В свою защиту хочу сказать, что один вид тебя голой в душе свел меня с ума. Надо же было как-то спускать пар! Я на тебе помешался и до сих пор помешан…
– Подхалим! – фыркнула я, но улыбка все равно коснулась моих губ.
– Похоже, ты еще долго будешь мне припоминать этот долбаный Нью-Йорк… – Рэй слегка ущипнул меня за попу.
– Припоминать не буду, – ворчала я, – но уж точно не смогу так просто забыть.
– Ну, спасибо, братец! – сгимасничал Рэй.
Мы начали дурачиться, я не позволяла поцеловать себя и уворачивалась, а он захватил мое лицо в ладони и насильно чмокнул в губы.
– Что ты тогда сказал ему обо мне? – спросила я с наигранной беззаботностью и прищурилась. – После того как впервые увидел.
Паркер покачал головой и поджал губы.
– Рэй? Ты обещал мне десять желаний. Это – первое. Хочу, чтобы ты сказал.
Он тяжело вздохнул и закрыл глаза.
– Диана…
Я целовала его, умоляя сдаться:
– Признавайся! И тогда разрешу тебе сделать со мной все что захочешь.
– Ох, киса, зря ты это это сказала!
Рэй неожиданно подхватил меня на руки, перекинул через плечо и занес в номер. Я весело хихикала, но даже не думала сопротивляться.
– Помирились? – улыбнулся Мэтт, слегка оскалив зубы.
– Мы и не ссорились, не надейся! – я осекла его неожиданно для самой себя. Рэй тихо усмехнулся и усадил меня на диван.
– Мэтт хочет вам кое-что сказать, – Андрэас начал нетерпеливо расхаживать из стороны в сторону.
– Да, собственно, я для этого и пришел… у меня есть для вас кое-что от Рамосов, – он нарочно выдержал долгую паузу, наблюдая за тем, как мы напряженно замерли в ожидании. – Они прислали меня передать вам это.
Мэтт вытащил из внутреннего кармана пиджака два красочных флаера.
