И ведь не соврал, гость незваный. В ванной проржавел и оторвался водяной шланг, из-за чего вся эта журчащая красота разлилась глубиной по щиколотку.
Оценив ситуацию, Вера уткнула хлещущий шланг в таз и заметалась.
- Вера, где кран?
- Какой еще кран?!
- Перекрывающий воду.
- Я не знаю! Это надо хозяйке звонить. Боже, она же меня выселит! – у нее затряслись руки.
- Так, тихо. Выйди и поищи лучше полотенца или чем мы будем воду убирать.
Роман бесцеремонно вытолкнул ее из крошечной комнаты и невозмутимо шагнул босыми ногами в воду. Встав на колени, и не обращая внимания на вмиг намокшие штаны, полез под ванную в поисках заветного устройства. «Хм, а парни сработали как надо».
Через пару секунд мажор был мокрый, а вода – перекрыта.
- Вот и все. Остались сущие мелочи, - Роман ободряюще улыбнулся.
Растерянная от происходящего, Вера стояла у двери со стопкой полотенец.
- Этими будем убирать? Давай.
- Я могу сама…
- Конечно можешь. Но вдвоем это будет в два раза быстрее, - он спокойно взял у нее большое банное полотенце и бросил под ноги. Намочил и выжал в ванную. И снова. И снова. Работал энергично и без видимых усилий. Мышцы рук бугрились при каждом движении, словно мажор и, впрямь, привык работать.
- Первый раз вижу, чтоб мужик правильно выжимал тряпку, - пробормотала Вера, встав рядом и совершая аналогичные действия.
- Значит, этот мужик не стирал себе ни разу.
- Можно подумать - ты стирал.
- Стирал. В армии.
- Ты служил? – изумилась Вера.
- Приходилось, - уклончиво ответил он.
Не говорить же ей, в скольких войнах и стычках участвовал за свою долгую жизнь.
- А что, папа или брат не отмазали? – ехидно уточнила она.
- Я бы сам не позволил. Да им бы это и в голову не пришло. Мужчина должен уметь обращаться с оружием. Я что – увечный, чтобы меня отмазывать? – он посмотрел на нее так удивленно, что сомневаться в его словах не приходилось.
Вдвоем они действительно справились с потопом довольно быстро.
- Фу-х, вроде бы все, - Вера устало отбросила волосы со лба. По правде говоря, мажор сделал едва ли не большую часть работы, - теперь, наверное, нужно к тебе спуститься? Оценить масштаб. Сильно я тебя?
- Следы есть, - уклончиво ответил Роман, не в силах смотреть на ее расстроенное лицо.
- Хозяйке позвоню завтра. Три шкуры с меня сдерет, зараза. Только этого не хватало. Два ремонта на одну мою шею.
- Вер, давай так: я решу проблемы с твоей хозяйкой и не заикнусь про свою квартиру. А ты завтра выпьешь со мной кофе.
- Это что – шантаж? – серые глаза смотрела на него с возмущенным удивлением. Роман, опирался бедрами о стиральную машинку и был роскошен, даже несмотря на мокрую одежду. Которая только подчеркивала мускулистое тело. Нет, ну каков наглец!
- Это – предложение чашки кофе и дружеской помощи. Не рычи, подумай до завтра. А я пойду.
- Ты пойдешь прямо так? – она выразительно посмотрела на облепленное мокрой тканью тело.
- Предлагаешь раздеться до трусов? – ухмыльнулся блондин. - Я в принципе – не против. Но боюсь, что завтра соседки стуканут твоей домовладелице, как от тебя ночью раздетые мужики выходят. Тебе оно точно надо?
- Может хотя бы промокнуть полотенцами? – стало неловко, что ее нежданный помощник выйдет в подъезд в мокрой одежде.
- Не стоит. Дойду. Доброй ночи, Вера, - он всунул босые ноги в кеды и мягко закрыл за собой дверь.
Вера повернула замок на привычные два оборота, закинула полотенца в машинку и пошла на кухню за валерьянкой. Кажется без капель точно не уснуть.
Глава 4
Утром ее разбудил стук в дверь. Заспанная, она открыла дверь, с удивлением глядя на бодрую блондинистую физиономию.
- Я опять тебя затопила?
- Хм, так вроде нечем. Я пришел починить, - он показал инструменты в руках, - тебе же утренний душ нужен?
- А… точно, - позевывая, она впустила его внутрь. Бодрый и благоухающий холодным цитрусом Роман прошел в квартиру. Вера махнула ему в сторону ванной, и сама потопала на кухню. Сил на утреннюю пробежку после вчерашнего не было, и она позволила себе поваляться чуть дольше. Но традиционный утренний свежевыжатый апельсиновый сок уже ждал. Вера обожала эти круглые, радостного цвета фрукты с таким бодрящим ароматом, что невольно хотелось улыбаться. Даже если за окном самое унылое дождливое утро.
В ванной загромыхали инструменты.
«Сам вызвался, пусть сам и копошится», - подумала Вера, присаживаясь на подоконник у открытого окна. Пока на улице было свежо, но день обещал быть жарким. А сок приятно холодил и покусывал кислинкой язык. Невольно заставляя улыбаться.
Она успела допить сок и достать джезву для варки кофе, когда Роман появился на кухне. И словно сделал ее в два раза меньше, вытеснив пространство своим ростом и широкими плечами.
- Вера, квартирная хозяйка должна доплачивать за то, что ты таким антиквариатом пользуешься.
- Не получилось? - ухмыльнулась она.
- Почему? Я все сделал. Правда повозиться пришлось. Так что можешь смело бежать в душ.
- Спасибо, - кивнула Вера.
- Что насчет моего предложения. Подумала? – показалось, или эти нахальные глаза бросают ей вызов. Он реально думает, что она будет выделываться из-за чашки кофе? Мелкий шантажист.
- Вечером. После работы. Только кофе, - она внутренне приготовилась к спору.
- Хорошо. Я вечером за тобой заеду. А пока – закрой за мной.
Не напрашиваясь на завтрак или повторную благодарность, Роман кивнул и направился к входной двери.
- Какой смирный, - удивилась Вера. Не хамит, руки не распускает. Точно решил поиграть в хорошего мальчика. Надолго ли хватит?
О том, что «хороший мальчик» чуть ранее выпил двойную дозу волчьего успокоительного, а потом минут 10 стоял под ледяным душем, прежде чем к ней подняться – она и не догадывалась. Как и о том, что «умельцы», похимичившие в ее квартире для будущего потопа, в перчатках паковали ее домашнюю футболку в вакуумный пакет. И передали Роману, который спал, уткнувшись носом в вещь, пахнувшую его парой. И едва не выл от желания вломиться в ее дверь, перекинуть через плечо и утащить в поселок оборотней за городом. Кажется когда-то он гордился своей выдержкой, и утверждал «что с ним такого точно никогда не случится». Вот и прилетело.
Собравшись на работу, Вера вышла из подъезда. Дежавю. Мажор, правда уже переодетый в элегантный костюм, у своего танкообразного черного монстра.
- Позволь я все же отвезу тебя до работы.
Едва она только открыла рот, чтобы возразить, как он мягко перебил.
- Вера, это всего лишь вопрос обеспечения твоего комфорта. Я могу конечно, предоставить тебе машину с водителем… «Черта с два», - прорычал внутри волчара, - «еще не хватало постороннего самца рядом с моей самкой» … но мне приятно провести утро в твоей компании.
- Тебе говорили, что ты – настырный? – прищурилась Вера.
- Обычно говорят, что я невыносимо-обаятелен, - он улыбнулся и открыл дверцу машины.
Вера села в машину недовольная, но потом понемногу расслабилась. Мажор развлекал ее ненавязчивой беседой. С интересом выслушивал ее реплики, остроумно комментировал – она даже не заметила, как доехала до работы.
Пока Вера возилась с ремнем, Роман открыл ей дверцу и подал руку, помогая выбраться из машины.
- Не стоило.
- Боюсь, что манеры слишком крепко в меня вбиты. Не могу по-другому. До вечера.
- Я могу задержаться.
- Не волнуйся. Я дождусь.
Вера мимолетно улыбнулась самоуверенной мужской реплике, как что-то кольнуло. Повернулась и наткнулась на ненавидящий взгляд. Лизочка. Прихлебатель начальницы. Прищуренными глазенками цепко осмотрела автомобиль, мужчину и потом перевела взгляд на Веру. На тонких губах начальственной болонки расцвела гаденькая ухмылка.
«Да подавись ты своими сплетнями. У меня слишком хорошее настроение», - подумала Вера и зацокала каблуками ко входу в банк.
Как ни удивительно, но сегодня рабочий день кончился в рамках трудового законодательства. Даже доставленный курьером букет полевых цветов вызвал лишь легкий шепоток в террариуме.
Вера выпорхнула из здания банка и сразу же попала в плен ярких голубых глаз. На губах мужчины расцвела белозубая мальчишеская улыбка. Которой было очень тяжело противостоять. Он галантно открыл ей дверь:
- Устала?
- Не более обычного.
- Едем? Не передумала?
- Я же обещала.
- Ты вольна передумать. Я никогда и ни к чему тебя принуждать не буду.
- Ага. Просто мягко и ненавязчиво подведешь к нужному решению.
- Раскусила, - рассмеялся он, - но с тобой мне сложно, как никогда и ни одних переговорах.
- Скажи лучше, куда мы едем? – спросила Вера, когда мужчина сел за руль.
- Увидишь. Кстати – паспорт с собой?
- Думаешь, в кофейне засомневаются в моем совершеннолетии?
- Не в этом дело. Сама увидишь.
И Вера увидела. Когда они приехали в аэропорт. Машина обогнула здание и поехала к дальней стоянке для частных самолетов.
- Мне уже начинать бояться?
- Предвкушать, - он подмигнул и остановил машину у крошечного, по меркам местных крылатых железных птиц, самолета.
- И куда мы?
- Ближайшая точка, куда мы можем долететь, чтобы попить кофе и не терять несколько часов на дорогу. Все остальное – к сожалению дальше. А тебе завтра на работу.
Маленький полукруглый трап опустился. Улыбчивая стюардесса терпеливо замерла у входа.
Вера посмотрела на себя, на самолет… покачала головой и стараясь держать спину, поднялась на борт.
Светлые тона, бежевая мебель. Деревянная отделка панелей и столиков. Широкие комфортные кресла. Диван! В самолете был диван! Немыслимо…
- Добро пожаловать на борт, - поприветствовала бортпроводница.
- Вера, присаживайся, - он аккуратно подтолкнул ее к креслу у иллюминатора и сам сел рядом.
- Можем взлетать, Роман Георгиевич?
- Да, конечно, - кивнул он, не сводя глаз с настороженной пары. Она бросала короткие взгляды вокруг себя, старательно делая вид, что ее не распирает от любопытства.
- Надеюсь у тебя нет фобии?
- Что? – она оторвала взгляд от иллюминатора, - нет. Кажется, нет. Я один раз всего летала на самолете. По работе.
- Тогда тебе будет с чем сравнить. Позволишь? – он потянулся и пристегнул ее ремнями.
Люк трапа мягко захлопнулся, заставив ее невольно вздрогнуть.
- Не бойся. У нас хороший пилот.
- У меня ощущение сюра не проходит, - покачала она головой.
- Тогда просто наслаждайся состоянием, - Роман сцепил руки на коленях, чтобы только не тянуться к ней, к ее пальцам на подлокотнике.
Самолет побежал по полосе, плавно оторвался от земли и высоко задрав нос, начал резко набирать высоту.
Вера испуганно втянула воздух и Роман не выдержал: протянул и накрыл ее ладонь своей. Успокаивая. Он закрыл глаза, чтобы не выдать резкого броска зверя. Наверняка сейчас щеголяет желтыми глазами. Ведь самка сейчас так близко, в замкнутом пространстве, полностью в его власти. А чтоб тебя, хвостатый!
Роман не делал попыток взять ее за руку, просто согревал теплом своей ладони. Приучая к своим прикосновениям.
Когда самолет вышел на курс, к ним подошла стюардесса, поинтересоваться пожеланиями. Вера мгновенно выдернула свою ладонь из-под его руки и отказалась от чего бы то ни было.
- Вера, ты же после работы. Голодная. Может перекусишь?
- Нет. Я согласилась выпить с тобой кофе и буду только его. Где он ни был,
- Насть, принеси брускетты, свежевыжатый апельсиновый сок и воды. Возможно, мы что-то съедим, - миролюбиво предложил Роман.
- Я ничего не буду! – упрямо повторила Вера.
- Я не настаиваю, - мягко улыбнулся он, - просто переживаю, что ты голодная. Пусть постоят на столике. Возможно, захочешь чуть позже.
- И тебя не затруднит пересесть в кресло напротив? Я не люблю таких близких контактов.
Только он подумал, что все налаживается. А ежик опять поднял колючки. Роман чувствовал ее раздражение. Но от чего? Что и где он успел сделать не так?
- Конечно могу, - он отстегнул ремни, поднялся, скинув пиджак на кресло, на котором только что сидел, и пересел напротив.
- Я сел рядом не для того, чтобы тебя смущать. Просто люблю в полете вытягивать ноги. А сейчас мы под столом будем толкаться. Или ты просто хочешь оттоптать мне туфли?
- Конечно! Как ты догадался?
- Сам собирался сделать тоже самое. Черт, проболтался, - он лукаво блеснул глазами, мгновенно рассеивая ее плохое настроение. Которое было защитной реакцией на ощущение собственной неуместности в роскошной обстановке.
Но это ощущение вернулось, когда самолет пошел на посадку и стюардесса объявила температуру в точке приземления. Ею оказался… Питер!
Вера оторвала глаза от иллюминатора.
- Это что, правда?
- Я подумал, что тебе захочется ненадолго сменить обстановку. Питер как нельзя лучше подходит для этого. Я очень люблю этот город. Ты здесь бывала?
- Нет. Никак руки не доходили.
- Тогда я буду рад тебя с ним познакомить. К сожалению – сегодня знакомство будет кратким. Но это всего лишь повод вернуться.
Как передать словами очарование этого города? Величественный, роскошный, высокомерный. Небрежно-равнодушный к своей красоте и силе, но знающий о них. Вера безбожно прилипла к окну автомобиля, совершенно отключившись от действительности, растворяясь в каждом здании, в каждом фасаде. Роман бросал на пару короткие взгляды, но не отвлекал, позволяя впитывать этот город. Он смакуется медленно, с каждым глотком воздуха проникает в кровь и остается там навсегда. Что-то непоправимо меняя в человеке.
Роман подъехал к точке назначения, помог спутнице выйти и повел ее за собой. Верхний этаж, пустынная открытая терраса и вид на величественный Исаакиевский собор, от которого захватывает дух.
Мужчина усадил Веру на диванчик и, помня о ее любви к личному пространству, сел напротив. Она с трудом оторвалась от созерцания окружающей красоты.
- А почему так пусто? Мы рано приехали?
-Нет. Просто я захотел, чтобы ты выпила кофе в тишине. Без лишнего шума и звона посуды.
- Но…
- Вера, это всего лишь вопрос комфорта. Закажем кофе или, если ты передумала – мы можем поужинать?
Вера задумчиво перевела взгляд на купол собора. Мучительно хотелось согласиться. Но… Это еще одна уступка. Еще один шаг к капитуляции на безумно красивый, гусарский жест. От которого можно очень быстро потерять голову, а потом и себя. И придет боль.
- Только кофе, - сухо произнесла она, краем глаза улавливая, как мужчина согласно кивнул. Официантка быстро принесла заказ.
- И принесите плед. Моей спутнице прохладно, - повелительно произнес он. Когда девушка выполнила приказ, он поднялся на ноги, расправил ткань и накинул на плечи, чуть сжав.
- Упрямица, - насмешливо прошептал на ухо.
- И что? – она повернула голову, встречаясь с потемневшим взглядом.
- И ничего. Мне нравится.
- Ну и зря.
- Это мы еще посмотрим, - нахально улыбнулся он, возвращаясь на место.
Вера молча смаковала напиток. Говорить какие-то банальные глупости казалось почти кощунственным рядом с подобной красотой. Поэтому она куталась в плед и просто пила кофе, ощущая, что вот этот вид, это небо - восхитительнее всего, что она когда-либо видела.
Безотрывно Вера смотрела на собор еще и потому, что ощущала на себе пристальный мужской взгляд. Он не был наглым. Скорее – изучающим, внимательным. Роман словно пытался понять, о чем она думает. Удивительно, но мажор – первый мужчина, которому интересно, что у нее в голове. Даже как-то обидно за ровесников.
Наконец она повернулась и вперила в него строгий серый взгляд. Неожиданно губы тронула легкая улыбка и глаза потеплели.
- Спасибо тебе. Это был самый лучший и неожиданный кофе в моей жизни.
Вместо ответа Роман склонил голову, отчего несколько густых светлых прядей сползли на лоб. Интересно, какие они на ощупь? – мелькнула глупая мысль.
- Рад, что удалось поднять тебе настроение.
- Было бы глупо отрицать очевидное.
- Если хочешь, - предложил он, когда расплатился за кофе и помог спуститься вниз, - можем немного пройтись по набережной, подышать воздухом Невы. Здесь недалеко.
Удержаться от соблазна она все же не смогла. Правда едва только задул холодный ветер, как Роман мгновенно скинул с себя пиджак и накинул ей на плечи.
- Вечерами здесь всегда свежо. Особенно от воды.
- Ты здесь жил?
- Я здесь родился, - он оперся на гранитную балюстраду и задумчиво посмотрел на воду. Темную, маслянисто-блестящую. Она что-то шептала берегу, словно силясь достучаться до когда-то земляных берегов. Ласковое шуршание умиротворяло, уносило куда-то… А небо было светлым и совершенно не собиралось темнеть. Знаменитые белые ночи.
- Прости я задумался, - виновато оглянулся на свою спутницу Роман, - пойдем. А то продрогнешь.
- Я не замерзла.
- И все же. Местный климат коварен. Пойдем.
Он усадил пару в машину и поехал в сторону аэропорта. Постаравшись сделать небольшой крюк, чтобы Вера смогла еще раз насладиться видами. Становилось грустно и яростно от того, что сейчас они прилетят домой, и его избранная преспокойно пойдет спать в свою квартиру, пока он полночи будет метаться загнанным зверем.
Обратная дорога прошла без приключений. Вера, откинувшись на спинку кресла, дремала. Пока Роман, большими глотками выпив очередную порцию успокоительного, жадно вдыхал ее аромат, словно пытаясь надышаться впрок.
Уже у дверей ее квартиры он, вымученно улыбнувшись, наклонился и галантно поцеловал на прощание руку. Ее пальцы подрагивали, словно строптивица хотела их выдернуть. Но сдержалась. А он сдержал понимающую мужскую ухмылку.
Глава 5
Утро, разумеется, началось с двух стаканчиков кофе на капоте черного монстра.
- Доброе утро, Вера! Чудесно выглядишь.
- Доброе. А я уже пила дома кофе.
- Выбросить? – он иронично изогнул бровь.
- Дай сюда! Никакого уважения к чужому труду.
- Тогда садись в машину.
- Это еще почему?
- Уважай труд тех, кто ее создавал. Да и жара сегодня уже с утра.
Нехотя, но она все же согласилась.
Как бы Вера не хорохорилась, но напряжение потихоньку отпускало. Она чуть-чуть приоткрывала броню холодной враждебности, позволяя изредка увидеть себя настоящую.
Когда Роман подъехал к банку и помог выйти из машины, она повернулась и посмотрела прямо на него.
- Слушай, я могу попросить тебя об одолжении?
- Все, что угодно, - ответил, не задумываясь.
-- Не присылай больше цветов, а? На всем этаже вазы кончились. Да и коллеги косятся.
- Да пусть хоть окосеют. Но я учту, - он нагло подмигнул и крикнул ей вслед, – до вечера!
Что бы мажор – и не сделал по-своему? В обед курьер принес целую корзину тюльпанов. Охапка нежных, закрытых бутонов лежала так, что дна не было видно. Вера, усмехаясь, достала карточку:
«Сказали, что ваза не нужна. Проверим? Расскажешь вечером».
Видимо слишком довольная у Вера была улыбка, потому что «змеиный уголок» зашипел как стая рассерженных кошек. Когда их недовольство достигло апогея, болонка-Лизочка, прихватив со стола какие-то бумаги, устремилась к начальнице. Ну, и пусть хоть слюной подавятся. У меня вчера был Питер!
Вера старалась не прислушиваться к происходящему, но увы, не получалось. Раздражающий бубнеж шел фоном. Через некоторое время змейка-Лизочка подошла к ее столу и встала «над душой».
- Вера, а тебя Инна Витальевна к себе вызывает, - гаденько пропела она с улыбкой, не предвещавшей ничего хорошего.
Молча кивнув, Вера направилась в кабинет начальницы. Несмотря на то, что это был стеклянный уголок, сквозь жалюзи которого она любила подглядывать за подчиненными, дверь в кабинет была закрыта всегда. Госпоже начальнице нравилось, когда в дверь стучат, даже если посетитель видел, что она внутри одна. Подержать его на пороге было для Инны Витальевны одной из немногих радостей в жизни. Наравне с пирожными и сплетнями.
Постучав и услышав недовольное «Войдите», прошла внутрь и прикрыла за собой дверь. Прекрасно понимая, что шакалята рванут подслушивать. Инна Витальевна, полная женщина предпесионного возраста и небольшого ума, неведомо как пробившаяся в начальницы, зорко следила за тем, чтобы в ее отделе была серая безропотная масса, которая не сможет подвинуть ее с насиженного места. Даме оставалось два года до пенсии и с каждым днем она лютовала все больше, требуя беспрекословного подчинения, даже если в итоге это вредило отделу в целом. После чего искала виноватого, на которого с упоением вешала всех собак.
- Мальцева? Заходи.
- Вызывали? – Вера внимательно посмотрела на одутловатое лицо начальницы. Ох, и не нравились ей злорадные огоньки в глазах, почти скрытых хомячьими щеками. Что еще удумала? Неужели опять работать в выходные потому «что ты, Мальцева - бессемейная, тебе дома делать нечего»?
- Да, Мальцева. У меня для тебя новости. Печальные, - в противовес словам, широко улыбнулась Инна Витальевна, от чего глаза почти скрылись из виду, - слышала, небось, про реорганизацию у нас в банке? В общем, наш отдел оптимизируют, число штатных единиц сокращено. А ты – уволена, - улыбаясь, начальница жадно уставилась на лицо уже бывшей подчиненной. Дама обожала выводить на эмоции и доводить до слез.
В глазах потемнело, но Вера изо всех сил старалась сохранить невозмутимое выражение лица, не желая доставлять старой жабе хоть какое-то удовольствие.
- С какого числа? – твердо спросила она, глядя прямо в хитрые поросячьи глазки.
- А с сегодняшнего.
- С двухнедельной отработкой?
- Ну зачем же? – осклабилась начальница, - можешь уйти прямой сейчас. За букетики благодарить поедешь. Или отрабатывать?
- Моя личная жизнь вас не касается, - отчеканила Вера, с трудом удерживая рвущуюся наружу ярость, - кому передать дела?
- Мы сами разберемся. - царственно махнула ей рыхлой рукой хозяйка кабинета. - А ты иди – вижу, с голоду тебе твои хахали помереть точно не дадут. При особом-то старании.
- Инна Витальевна, - Вера решила не уходить без приятного щелчка по носу. Прошла вперед и демонстративно уселась на кресло для посетителей, - вы мне напоследок скажите: чем я не угодила? Просто интересно.
- Бесишь, ты, Мальцева! – рявкнула начальница, теряя благодушный вид. – Строишь из себя королеву, на всех свысока. А кто ты есть? Выскочка без семьи и будущего.
- За меня не беспокойтесь. Вам бы о себе подумать.
- А что я? Я честным трудом себе на пенсию заработаю. Это ты ноги перед первым встречным раздвигаешь!
- Оскорбления оставьте при себе. Почему вы считаете свои сплетни правдой? – Вера откинулась на спинку стула и с энтомологическим интересом рассматривала бывшую начальницу.
- Это все знают!
- Все – это вы и ваши шакалята? Кстати, поосторожнее: слышала вас вот-вот подвинут, - Вера встала и направилась к двери, - и еще: в замочную скважину подглядывать за чужой постелью, интересно, но быть участником процесса – намного приятнее. Попробуйте, - широко улыбнулась и закрыла дверь, не прислушиваясь к разгневанному хрюканью.
В крови бушевала веселая злость, поэтому с гордо поднятой головой Вера поднялась в кадры, подписала и забрала все необходимые документы. Вернулась в отдел, навела идеальный порядок на столе, положила в сумку любимую кружку, потому что больше ничего лишнего на работе не держала, и легко попрощавшись с коллегами, вышла из кабинета и чуть позже - из здания банка. Цветы, как лучший раздражитель для гадюшника, были оставлены целенаправленно. Хотя было жаль бросать такую красоту.
С легкой улыбкой Вера села в полупустой автобус и поехала домой. Праздновать, что скинула тяжелое ярмо с шеи. Села на место у окна, улыбаясь внутреннему ощущению радости от внезапной свободы. Да, стать безработной это плохо и даже очень. Но она подумает об этом завтра. А сегодня у нее релакс, ванная и бутылочка белого. И пусть весь мир подождет. От ненавистной работы – избавилась, от злой начальницы – тоже. Жизнь – прекрасна, как ни крути! Вера отвернулась, улыбаясь в окно, и не подозревала, что следующая за автобусом машина – это по ее душу. Как и незаметная глазу охрана у дома.
Глава 6
По пути домой, Вера забежала в магазин за сладеньким. Гулять так гулять! Накупив всякого душеприятного, неловко втиснулась с сумками в квартиру. Было непривычно рано, как оказывается много свободного времени у безработных! Офисная одежда скинута в бельевую корзину, набрана ванная с пеной, плей-лист телефона запущен в папке «Релакс». Что ж, да здравствую перемены! Даже если они внезапные. Грусть она оставит на потом, когда выздоровеет подруга. Алинка с готовностью приедет утешать и костерить стерву-Инну.
После расслабляющей ванны легкий обед с салатом не дали захандрить. Перекусив и вымыв посуду, Вера присела с ноутбуком за стол, прикидывая план работ: нужно обновить резюме, раскидать по сайтам, прошерстить их же в поисках возможных вакансий. Можно даже переезд рассмотреть, ее в городе ничего не держит. Хм, как там говорилось – долгая дорога начинается с первого шага? Главное – не хандрить и не упиваться жалостью. Ничего смертельного не произошло, сама она с нелюбимой работы бы вряд ли решилась уйти, а тут – все вышло как вышло. Имеющиеся в заначке финансы и полученная компенсация позволят спокойно продержаться на плаву несколько месяцев.
