– Можно ваш паспорт? – И ко мне потянулась рука с длиннющими розовыми заостренными когтями, как у соседского кота по кличке Крысолов, которую он получил именно за успехи в ловле крыс, периодически пытающихся поселиться в нашем подвале. И ловил он их с помощью таких же когтей, как у этой нимфы. Неужели мне тоже надо будет нарастить нечто подобное, мелькнуло в моем скукожившимся от ужаса мозге.
Отдала ей паспорт и замерла. Девушка сверилась с каким-то списком и, вернув мне документ, взяла телефонную трубку. Подержала её буквально несколько секунд, а потом начала жестикулировать проходящему мимо мужчине, размахивая когтистой рукой в опасной близости от моего лица.
– Пётр Иванович! Пётр Иванович!
Пётр Иванович повернул голову в нашу сторону.
– Да, Марина? Вы что-то хотели? – Меняя траекторию, он подошёл ближе. Невысокого роста, среднего возраста, чуть полноват, приветлив. В целом он производил положительное впечатление.
– Тут девушка на собеседование к вам к десяти. Мне Свету вызвать или вы сами проводите?
Мужчина перевёл на меня взгляд, и я замерла. Сейчас сканировать начнёт. Попыталась втянуть и грудь, и живот одновременно. Но нет, он смотрел только в глаза и протянул руку.
– Добрый день. Коршунов Пётр Иванович, начальник отдела кадров.
– Вера Кольцова. – Пожала я протянутую ладонь.
– Я как раз к себе иду, поэтому не беспокойте Свету, Мариночка, я сам провожу Веру Павловну. – И обращаясь уже ко мне: – пойдемте.
Ух ты, отчество моё помнит, надо же. Откуда только узнал.
– Мне сегодня утром прислали ваше резюме.
Ах, вот как, тогда ясно.
– Все данные для вакансии у вас есть. Сейчас вы пройдёте необходимые тесты, после чего я побеседую с вами, и мы сможем определиться. Хорошо?
Молча кивнула. Судя по его тону, он заметил моё полуобморочное состояние и пытается меня успокоить. Сразу вспомнились слова дяди Бори: «Если не упадёшь в обморок». Глубоко вдохнула, надо держаться.
Миновав несколько коридоров и множество дверей, мы вошли в приёмную кадровика.
В комнате стояли четыре стола, два были заняты сотрудницами, а два пустых, видимо, предназначались для соискателей. Пётр Иванович указал мне на дальний стол, придвинутый вплотную к столу одной из девушек.
– Светлана, это Вера Павловна Кольцова. Выдай ей необходимые тесты.
Девушка по имени Света подняла голову и, быстро пробежав по мне взглядом, кивнула.
– Хорошо, Петр Иванович.
– Присаживайтесь, Вера Павловна. – Кадровик улыбнулся мне ласковой улыбкой доктора Айболита, который знает, что будет больно, но ни за что не признается в этом пациенту. – Как всё сделаете, жду вас. Главное, не спешите, не волнуйтесь, и я уверен, всё будет хорошо.
После чего развернулся и ушёл в свой кабинет, дверь в который находилась как раз между столами девушек.
Интересно, он со всеми такой милый или только со мной?
Села за стол, на котором стоял компьютер, лежали ручка и карандаш.
– Вера Павловна, как вам удобнее отвечать на вопросы: в бумажном или электронном виде?
Я посмотрела на стопку бумаги в её руках.
– Думаю, в электронном будет удобнее.
– Хорошо, тогда включайте компьютер. На рабочем столе увидите три файла, открывайте каждый по очереди и проходите. – Мило улыбнулась мне эйчар.
«Ну, ни пуха ни пера тебе, Вера», – сказала я сама себе и включила компьютер.
Первый тест оказался скорее анкетой, в которую требовалось внести все личные данные и коротко рассказать о себе. С ним я справилась быстро. Второй был гораздо противнее – некий психологический тест, призванный оценить мышление, личностные качества, креативность, мотивацию и тому подобное. Терпеть такие не могла, потому что в них нет правильных ответов. Третий оказался тестом на знание офисных программ, с ним сложности вообще не возникло. Слава богу, тест на IQ не подсунули.
Посмотрела на время. На прохождение всех тестов ушёл почти час. Интересно, это не очень долго? Сейчас подумают, что тупая курица пришла. Снова занервничала. И вообще, что это за мучения такие, я сюда по блату пришла устраиваться или как?
– Светлана, – обратилась к девушке, – я закончила.
Светлана перевела глаза на меня, но понять по её реакции, быстро или медленно я справилась, не получилось.
– Хорошо, Вера Павловна. – Мне показалось, у меня сейчас башка треснет от этих Вер Палн, столько за один раз я не слышала никогда в жизни. – Осталось совсем чуть-чуть.
Она мило улыбнулась и протянула мне два листа.
– Здесь небольшие тексты на английском и немецком языках. Сделайте перевод, пожалуйста, и на этом закончим.
Что? Это не всё? Захотелось застонать. Вот вам и блат! «Я обо всём договорился». Тьфу.
Взяла тексты. Задача непростая, текст технический, пришлось напрячь мозги серьёзно. Ещё сорок минут, и я была готова.
– Я закончила.
Девушка молча кивнула и позвонила по телефону.
– Пётр Иванович, Вера Павловна закончила, можно проводить её к вам?
Выслушала ответ, забрала из принтера какие-то листы, видимо, результаты моего тестирования, протянула руку за переводами. Я отдала ей результаты своих трудов и встала.
– Пройдемте, Вера Павловна.
О-о-ох, интересно, я теперь навсегда Вера Павловна? Главное, чтобы на психике не отразилось, а то и правда замуж не выйду никогда. Мало мне комплексов.
В кабинете у Петра Ивановича было просторно. По центру стоял большой стол, к которому приставлен «язык» для посетителей.
Села. Посмотрела перед собой. Это моё первое серьёзное собеседование в жизни, и мне хотелось провалиться сквозь землю.
Пётр Иванович просмотрел принесенные Светланой бумаги. Долго листал, внимательно читал.
– Ну что же, Вера Павловна, – начал он, дочитав, – результаты у вас хорошие, чуть позже мы их обсудим, а пока расскажите о себе.
Снова-здорово, по второму кругу. Руки тряслись, голос дрожал, так и до обморока недалеко.
– А можно наводящие вопросы? Я даже не знаю, что именно вы хотите услышать, все основные этапы моей жизни указаны в резюме и тесте, – выдала я.
Он молча обдумал моё заявление.
– Для меня это первое серьёзное собеседование, – зачем-то добавила я и подняла на Петра Ивановича глаза, как у кота из «Шрека».
У того на лице появилось небольшое удивление, хорошо, что не шок.
– Да, конечно, основные сведения о вас мне уже известны, – наконец сказал он. – Но хотелось бы послушать вас. Где вы работали до этого, какие обязанности выполняли? Какие самые важные этапы в вашей карьере? Самое важное достижение на ваш взгляд? Каких целей вы хотите добиться в нашей компании?
Стоп, стоп! Хватит уже! Мой мозг сейчас взорвётся!
– Хорошо. – Я попыталась выглядеть более уверенно, чем это было на самом деле. – Я закончила школу с золотой медалью, дальше университет, но до красного диплома не дотянула. Во время учебы начала работать там же на кафедре. Затем ушла за руководителем в другую организацию, выполняла функции офис-менеджера, секретаря. Две недели назад наше отделение сократили. Вот, собственно, и всё. – Пожала плечами.
Странно, но рассказав так кратко историю своей жизни, я начала чувствовать себя увереннее. Мне нечего скрывать. Вот только про достижения и цели не знала, что сказать. Сделала вид, что забыла про эти вопросы.
Пётр Иванович внимательно посмотрел на меня, потом странно хмыкнул.
– Хорошо. Тогда давайте перейдём к вашим тестам. То, что касается перевода с английского и немецкого языков, результат не отличный, но хороший, хотя в английском варианте почти отлично. Сделаем скидку на техническую составляющую текста. Думаю, вам не сложно будет улучшить знания в данных областях.
– Да, – уверенно сказала я, – данные тексты изобилуют техническими терминами, и не все из них мне известны. Но это легко исправить.
– Отлично. Давайте перейдём к психологическому портрету вашей личности.
Вау, мне снова плохо. В груди застыл ком, который никак не удавалось сглотнуть или выдохнуть. Когда это кончится, в конце-то концов!
– Слушаю вас. – Через силу улыбнулась и посмотрела в глаза Петра Ивановича.
– У вас очень неплохие результаты, Вера Павловна, – начал он издалека. – Хорошая работоспособность, хорошая устойчивость внимания и психическая устойчивость. Отличные результаты, касающиеся продуктивности, скорости, точности выполняемой работы. Выносливость, надежность, степень концентрации тоже на высоте. Отличная сообразительность при решении простейших конструктивных задач. Очень низкая агрессивность и враждебность. – Он замер на секунду, и я успела перевести дух и вздохнуть полной грудью. – Но есть и небольшие минусы.
Я вообще где нахожусь? Это кабинет психиатра или как? Кошмар какой-то, заберите меня отсюда! Единственная радость, что минусы небольшие. А Петр Иванович продолжил:
– Основные проблемы с коммуникабельностью и так называемым состоянием стеснения в присутствии других людей.
Чёрт, чёрт, чёрт. Вот и говори после этого, что все эти тесты – полная ерунда.
– Вы робки и стеснительны. Тест выдал низкую оценку коммуникативных навыков, низкий навык общения.
Что тут скажешь, если это правда? Мои комплексы очень даже устойчивы. Всё-таки отсканировал меня Пётр Иванович, только другим способом. Вот сейчас я почувствовала себя полностью расчленённой.
– В данном случае, – продолжил он, – общение – это навык, который требуется развивать. А вакансия, на которую вы претендуете, как нельзя лучше будет этому способствовать. Нужно переступить через свой страх, и чем чаще вы будете общаться с новыми людьми, тем быстрее всё наладится. Предлагаю даже повторить данный тест через полгода и посмотреть на результат. Уверен, он будет гораздо лучше.
Я выдохнула, судя по словам кадровика, препятствием занять эту должность моя низкая коммуникабельность не являлась.
– Что скажете, Вера Павловна?
– Я полностью с вами согласна, Пётр Иванович. Да, мне и в самом деле не хватает навыков общения. Так сложилась моя карьера, что работала я в небольших коллективах. Но могу вас заверить, что буду очень стараться.
Пётр Иванович довольно улыбнулся, и меня слегка отпустило.
– Отлично, тогда давайте я вам немного расскажу о вакансии. Наша компания занимается продажей промышленного оборудования. Семьдесят пять процентов от общих продаж – это оборудование из Европы. В компании три руководителя. Один из них живёт в Германии и ведёт дела в Европе, два других работают здесь. Один курирует продажи, а другой, соответственно, закупки. У каждого в подчинении несколько отделов, а также все трое являются акционерами компании. Господин Кох, находящийся в Германии, основной учредитель. Ну, это в общих чертах.
Я внимательно слушала и кивала.
– Ваша будущая должность – помощник руководителя. Руководителем и непосредственным вашим начальником будет учредитель, занимающийся направлением закупок, Смолин Олег Павлович. Предыдущий помощник увольняется в связи с переездом в другую страну. – Пётр Иванович тепло улыбнулся. – Замуж выходит, целая Санта-Барбара у нас тут была с её романом. Но это небольшое отступление. Мы спешим найти нового сотрудника, чтобы успеть передать ему дела, ввести в курс дела, так сказать. Уезжает она уже в этот четверг, поэтому сразу вопрос: вы готовы завтра выйти на работу?
Конечно, готова! Если можно вообще быть готовой к собственной смерти.
– Да. – Я так спокойно это произнесла, сама удивилась.
– Вот и отлично. – Пётр Иванович хлопнул ладонями по столу. – Пойдёмте, начнём оформление.
Через час я уже подписала трудовой договор, в котором цифры зарплаты меня очень порадовали, а также мне выдали постоянный пропуск. Пётр Иванович провёл небольшую экскурсию по офису. Оказалось, что компания занимает три этажа, на последнем двадцатом – руководство, кадры и ещё пара отделов. Столовая на первом из трёх, там же айтишники и продажи. Это пока всё, что мне удалось запомнить. Между этажами народ бегал по лестнице, так как лифт в тридцатиэтажном здании не дождёшься, хоть он и не один. В конце обхода Пётр Иванович привёл меня на моё будущее рабочее место. Из коридора мы зашли в большую приёмную: огромный стол с различной оргтехникой, шкафы для документов. У дальней стены, слева от стола, – небольшая диванная зона, а справа – дверь в кабинет руководителя. Всё из стекла и металла, очень стильно и красиво. Навстречу нам поднялась симпатичная брюнетка лет тридцати пяти.
– Пётр Иванович, добрый день! Вы к Олегу Павловичу?
– И к нему, и к вам, Анастасия Сергеевна. – Кадровик указал на меня. – Вот, привел знакомиться. Прошу любить и жаловать, ваша замена – Вера Павловна Кольцова.
Брюнетка перевела на меня взгляд и просканировала, при этом улыбка вроде бы осталась на её лице. Тут никуда не денешься. Женщина. Я понимала, что сканирование необходимо, ведь я пришла занять её территорию.
– Здравствуйте, очень приятно. – Она протянула руку. – Я уж тут заждалась вас.
– Замена достойная, смею заверить, – вставил своё слово Пётр Иванович. – Олег Павлович у себя?
– Нет, он уехал до конца дня. Будет только завтра. – Брюнетка пожала плечами, развернулась, подошла к столу и проверила время на смартфоне.
– Если необходимо, можем позвонить ему сейчас, встреча у него начнётся только через полчаса.
– Думаю, в этом нет необходимости, познакомится и переговорит с Верой Павловной завтра. А ваши какие планы по передаче дел, Анастасия Сергеевна? Когда думаете начать? Сегодня или завтра?
Стоп. Это что за безобразие? Дайте отдышаться, я ещё не готова.
Но, славу богу, брюнетка тоже, видимо, форс-мажор не любила, поэтому сказала:
– Думаю, стоит начать завтра, сегодня я наметила себе несколько дел, которые необходимо закончить. Тем более, Вере Павловне надо перевести дух, я прекрасно знаю, что творится в ваших застенках. – Она мило улыбнулась Коршунову, и я почти её полюбила.
– Хорошо, хорошо. – Он примирительно поднял руки. – Тогда завтра ко скольки?
Брюнетка задумалась на секунду.
– Рабочий день у нас с восьми, но приходите в полдевятого.
– Хорошо. – Я кивнула.
– Ну пойдемте, Вера Павловна, не будем мешать.
Мы попрощались, и кадровик проводил меня к лифтам.
– Приятно было познакомиться. – Петр Иванович протянул руку. – Надеюсь, всё у вас сложится на новом месте.
– Я тоже очень на это надеюсь, – в свою очередь совершенно искренне согласилась с ним я, прощаясь. – Огромное спасибо и до свидания.
Краем глаза увидела, как он набрал на калькуляторе лифта 01 и нажал кнопку со стрелкой вниз. Теперь ясно, как это работает.
– Ещё раз до свидания. – Он тепло улыбнулся и ушёл.
На улице я быстро вызвала такси, упала на задание сиденье и только тут позволила себе расслабиться. Включила мобильный. Два часа дня! Три пропущенных от мамы. Меня колотило, мне было плохо, я умирала. Такого дикого стресса я не испытывала никогда в жизни. То ли ещё будет, прошептало подсознание.
4
Утром открыла глаза, и в голове резко всплыли воспоминания вчерашнего дня. Это был страшный сон – единственная связная мысль. Но прошло несколько минут, будильник зазвонил повторно, и я поняла, что ничего подобного. Это моя новая реальность. Я помощник Смолина Олега Павловича. Не-ет…
Вчера, добравшись до дома, я просто рухнула в мамины объятья и проистерила полчаса. Я всхлипывала и подвывала, пока мама потихоньку пыталась выудить из меня, что же произошло. В итоге с помощью валерьянки и рюмки маминого любимого ликера, а возможно, и не одной, точно не помню, мне удалось взять себя в руки и вкратце рассказать маме, как прошло собеседование. Конечно, она пришла в восторг, чего и следовало ожидать. Тут же позвонила дяде Боре и, рассыпаясь в благодарностях, позвала его на ужин. В итоге вместо того, чтобы весь вечер жалеть себя и рыдать в подушку, я была вынуждена слушать лекции о выдержке, самодисциплине и чувстве ответственности. А ответственность возложили на меня немалую: не подвести дядю Борю и не упасть в грязь лицом.
Самое интересное, что, по всей видимости, посчитав моё состояние невменяемым, дядя Боря остался у нас на ночь. Можно подумать, что, когда я вменяемая, я им не разрешаю. Голубки, тьфу.
Я встала, умылась, оделась так же, как и вчера, за исключением обуви, выбрав туфли с более высоким каблуком. В сумочке к перцовому баллончику добавилась валерьянка. Сегодня мне уже на метро и надо выйти пораньше. Поэтому, когда мама попыталась накормить меня завтраком, я отказалась, не успев бросить в желудок ничего, кроме трех таблеток валерьянки.
Спустя сорок пять минут мой главный стеклянный кошмар встал у меня перед глазами. Лифт вызывать не пришлось, народу была тьма, стояла очередь. Уехала только на третьем. Это надо учесть и выходить из дома на десять минут раньше.
В приёмную Смолина вошла в восемь тридцать пять. Анастасия Сергеевна уже на месте, сидела за своим-моим столом.
– Доброе утро, Вера Павловна. – И демонстративно посмотрела на часы.
– Доброе утро. – Я виновато улыбнулась. – Не рассчитывала на задержку около лифта.
– Ясно, обязательно учтите это в следующий раз. Олег Павлович не приемлет опозданий.
– Учту.
– Садитесь на стул рядом со мной и начнём. Сумку можете убрать в шкаф, первая дверь при входе. – Она наблюдала за мной. – Да-да, сюда. Ничего лишнего в кабинете быть не должно. Только чистота и порядок.
– Хорошо. Я вижу, у вас здесь идеальный порядок. – Я подошла к её столу и выдавила самую дружелюбную улыбку из существующих в моем арсенале.
– А как же иначе. Олег Павлович другого не приемлет.
Может, сразу попросить огласить весь список, что ещё не приемлет её драгоценный Олег Павлович? Села.
– Это вам для записи. – Она протянула мне блокнот и ручку. – Информации очень много, поэтому конспектируйте.
Да, с этим я согласна, такое количество правил в голове не уместить.
– Олег Павлович приходит, как правило, к восьми. Исключение – вторник. В этот день он приходит к десяти часам. К его приходу должен быть готов кофе со сливками и без сахара. Но это пока не записывайте. Я всё покажу позже, и запишете подробно.
Ага, вот вам, дядя Боря, и «никакого кофе», да тут, похоже, бариста будет моей второй профессией!
– Вместе с кофе должен быть готов отчёт за предыдущий день. Все данные для отчёта предоставляют начальники отделов к шести часам вечера. Ваша задача – консолидировать их в одном отчёте. Записывайте подробно. – Она ткнула пальцем в мой блокнот. – Все входящие файлы вы сохраняете в папке «ежедневный отчёт», создавая папку с текущей датой. Далее необходимо…
Я еле успевала записывать и смотреть на её действия одновременно. Подумала, что завтра надо будет сделать всё самой, под её руководством, на слух запоминать гораздо сложнее, лучше попробовать самостоятельно один раз. И вот ещё вопрос: если данные мне предоставляют в шесть вечера, а в восемь утра они должны быть на столе у шефа, когда я должна готовить отчёт? Или, другими словами, сколько длится мой рабочий день?
Ещё около часа Анастасия Сергеевна очень подробно рассказывала мне о своей работе, которая уже послезавтра станет только моей.
Ближе к десяти часам позвонил шеф. Брюнетка включила громкую связь, чтобы я могла слышать их разговор.
– Доброе утро, Олег Павлович, – проворковала она, а я отметила, что со мной она разговаривала другим тоном.
– Доброе утро, – пророкотал низкий мужской голос из динамика. – Я задерживаюсь до одиннадцати. Есть что-то срочное? Новости?
– Хорошо, Олег Павлович. Ничего срочного нет. Совещание с отделом Фёдорова перенесли на завтра. – И после секундной паузы продолжила: – Олег Павлович, не знаю, предупредил ли вас Пётр Иванович, но с сегодняшнего дня вышел на работу сотрудник, который заменит меня с четверга. Сейчас я ввожу её в курс дела.
На том конце пауза, и стало ясно, что Пётр Иванович его не предупредил. Вот жук.
– Хорошо, – ожил динамик. – Буду к одиннадцати.
Несмотря на то, что приход шефа теперь отсрочен на час, моё состояние после этого разговора стало ещё более напряженным. До этого момента шеф в моей голове был только воображаемой фигурой, а теперь он обрел голос, и мне страшно представить, что же будет, когда материализуется ещё и его тело. Трёх таблеток валерьянки было явно недостаточно. ещё и пустой желудок начал напоминать о себе.
– Анастасия Сергеевна, а в течение дня можно пить кофе или чай на рабочем месте? – осторожно уточнила я.
– Да, конечно, можно. – Она откинулась в кресле. – Отличная идея. Давайте выпьем по чашечке, пока нет шефа, а то потом будет не до этого.
Ну слава богу, выдохнула я – брюнетка не робот.
– Заодно берите блокнот и запишем, как надо работать с кофемашиной.
Интересно, там у них космический аппарат, что ли? Хотя, если вспомнить лифты, всё возможно.
На деле оказалось, что с кофемашиной всё в порядке, ничего сложного для себя я не увидела. А кофе оказался нереально вкусным, и это первый плюс моей новой работы. Хотя нет, второй. Первый – это зарплата.
Время до одиннадцати пробежало незаметно, я только успевала всё записывать и слушать, как брюнетка отвечает на постоянные телефонные звонки.
Ровно в одиннадцать дверь открылась. Я в это время шла от кофемашины с приготовленным для шефа кофе в руках. Неожиданно наши пути с вошедшим пересеклись, от толчка чашка с кофе соскользнула с блюдца и благополучно приземлилась у наших ног. А я подняла глаза и…
Чёрт! Чёрт! Чёрт! Передо мной снова стояло облитое мною Чудовище! Я в ужасе закрыла глаза, надеясь, что когда снова их открою, рядом со мной уже никого не будет. Но это была напрасная надежда… Так и знала, что с материализацией тела шефа возникнут проблемы.
– Я… – Слова замерли на моих губах.
Он тоже был в шоке.
Попыталась оценить размер ущерба, нанесённого новому руководителю. Заметила небольшое пятно на рубашке, а всё остальное, слава богу, на полу и… на нашей с ним обуви. Немая сцена длилась несколько секунд, пока к нам не подлетела Анастасия Сергеевна.
– Боже мой! Олег Павлович! Как же так, Вера Павловна! – запричитала она.
Но нам было не до неё. Мы молча смотрели друг на друга. Я потихоньку начала осознавать весь ужас данной ситуации, а в его глазах ясно читалась смесь удивления и бешенства. Затем он перевёл взгляд с моих испуганных глаз на губы, которые я кусала, и обратно.
– Вера Павловна, значит, – прогудел он.
Удав чертов! Я снова оцепенела, как тогда, у лавочки.
– Д-д-добрый день. – Попыталась сделать вид, что ничего страшного не произошло, и развернулась в сторону кофемашины. – Я сейчас сделаю новый кофе.
– Стоять!
Замерла, не успев сделать и шага.
– Вы ничего не забыли сказать, Вера Павловна? – Таким взглядом можно убить, меня уж точно.
Анастасия Сергеевна тоже замерла рядом с нами и переводила взгляд то на одного, то на другого.
– Да. Извините, пожалуйста, я не хотела.
«Нормально?» добавить уже не решилась. Он продолжил смотреть на меня, словно ждал именно этой фразы. Поняв, наконец, что мозги у меня всё же есть, и я не собираюсь рыть себе яму дальше, Олег Павлович глубоко вздохнул, при этом покачав головой, и молча прошёл в кабинет, громко хлопнув дверью.
– Что это было? – Анастасия Сергеевна перевела на меня свои глаза-блюдца.
– Мы знакомы, – выдохнула я и, сделав три шага, упала на стул. – Этот трюк с его рубашкой я уже проделывала пару недель назад, только в тот раз это было вино.
Попыталась сдержать нервный смех.
– Ну ты даёшь. – Брюнетка на фоне стресса перешла на «ты». – Вы реально знакомы?
– Это сложно назвать знакомством, но, похоже, да. Хотя до этой минуты я и не подозревала об этом.
– Ладно, сейчас сама отнесу ему новую чашку.
Через пять минут, выйдя от шефа, она села на своё место и попыталась что-то показать мне на мониторе, но я ничего не соображала. Ещё через десять минут прозвучал голос Смолина.
– Вера Павловна, зайдите.
Анастасия Сергеевна сжала мою руку. Взгляд сочувствующий.
Я зашла в его кабинет. Достаточно большой, в серых тонах, кругом так же, как и в приёмной, металл и стекло. Олег Павлович сидел за рабочим столом уже в чистой рубашке.
Я боялась поднять глаза. Подошла чуть ближе, глядя исключительно на узел его модного галстука. Сесть мне никто не предлагал.
– Какими судьбами, Вера Павловна? – Задал он свой главный вопрос.
Ха! Если бы я знала, какими! Злыми, захотелось ответить, но я промолчала. При этом всё же подняла глаза и встретила его внимательный тёмный взгляд. Он молчал, ждал ответа. Опять гляделки. Монстр.
– Если вы намекаете на то, что я специально пробралась в вашу компанию, чтобы облить вас повторно, то это не так. – Кошмар, что я несла.
– А как?
– В вашей компании была открыта вакансия помощника руководителя. Я прошла собеседование и теперь работаю здесь.
– Ну, это мы ещё выясним, что вы там прошли и работаете ли вы здесь.
Снова посмотрела на него и поняла… Он сканировал меня! Сканировал точно так же, как и тот мерзкий мыльный король! Всё чувство стыда за содеянное испарилось без следа.
– Вы ставите под сомнение профессионализм Петра Ивановича в подборе кадров? – поинтересовалась я.
– Нет, я ставлю под сомнение ваши профессиональные качества. – Его глаза продолжали беззастенчиво блуждать по моему телу. Вот козёл! Нет слов просто. Чувствую, что это мой первый и последний рабочий день.
– Вы свободны, – ледяным тоном отпустил меня шеф. – Позже разберёмся.
Что значит свободна? Совсем? На выход с вещами или нет? Сделала вид, что не поняла. Вышла из кабинета и села рядом с брюнеткой.
– Ну как? – Она сочувственно посмотрела на меня.
Я только пожала плечами и трясущимися руками полезла в ящик за валерьянкой.
– О'кей, давай продолжим. – И мы углубились в передачу дел.
Остаток дня прошёл как в тумане. Я только и успевала записывать за Настей данные, задачи, правила. После пережитого сегодня утром стресса мы с ней окончательно перешли на «ты».
С шефом больше не разговаривала. Он только прошёл два раза мимо, туда и обратно.
В обед сходили в столовую. Кормили хорошо и недорого. Единственная проблема – со столиками, свободное место было трудно найти. По словам Насти, нужно приходить после трёх, народу значительно меньше, и перекусить что-нибудь всегда можно найти.
К шести часам пришли отчёты, о которых она говорила утром, и мы их быстро обработали. Как раз предоставился удобный случай спросить о том, сколько длится рабочий день.
– Всегда по-разному. Но обычно я ухожу не позже семи часов. Бывает, приходится и до восьми сидеть, но это редко. Олег Павлович не любит, если я торчу здесь долго, но если нужно задержаться, всегда предупреждает заранее.
– Ясно, – кивнула я, – а командировки часто?
– Нет, не очень. Как правило, это выставки оборудования в Европе, реже у нас. Основная выставка проходит в начале осени в Германии. Там мы присутствуем обязательно. Также есть весенняя в Дании, но на ней мы бываем не каждый год. Иногда добавляются другие. Возможны выезды на переговоры или семинары, но это не угадаешь. Если у тебя нет «шенгена», займись уже сейчас, чтобы это не стало проблемой.
– Точно. – Сделала пометку в блокноте.
– А вообще, выезды в Европу – это прекрасно! – с придыханием сказала Настя. – Как раз на одной из выставок два года назад я и познакомилась со своим женихом. Роберт приехал как приглашенный гость наших немецких партнёров и с первого до последнего дня не отходил от меня.
Настя полезла в телефон и показала фото жениха. Очень симпатичный мужчина арийской наружности.
– Круто, Насть, – восхитилась я, – о таком можно только мечтать.
– Да, до сих пор не верю своему счастью. Ну ничего, два дня до свадьбы, и я стану самой счастливой фрау на свете!
Время без десяти семь, а Смолин сидел в своём кабинете, как пуговица, пришитая насмерть.
– Думаю, на сегодня мы можем закончить. Сейчас спрошу у шефа и пойдём.
Настя закрыла блокнот и нажала селектор.
– Олег Павлович, у вас будут ещё какие-нибудь поручения или мы можем идти?
– Нет, Анастасия Сергеевна, можете быть свободны. До завтра.
Меня как будто бы не было. Ну и отлично, выдохнула, свобода.
Вдруг селектор снова ожил:
– Анастасия Сергеевна, Вера Павловна ещё здесь?
