– Понятия не имею куда её положили. Но она в порядке. Просто ночью температура высокая поднялась, муж перепугался и вызвал ей Скорую. Она жутко на него обиделась. Говорит, сплавил специально, чтобы дома одному побыть. Забавно, да?
– То есть, она сама звонила? Она жива?
– Пфф, да что с ней сделается! Вот увидите, сегодня же она сбежит из больнички, а завтра с утра будет как штык на работе. Эх, а я бы тоже отдохнула от неё, честно говоря… Марта, вы бледная какая-то. Душно наверное, да? Жесть, погода стоит, конечно.
Согласившись с Олей по поводу адских погодных условий, я на негнущихся ногах выползла из кабинета бухгалтерии. Нет, такими темпами я до вечера просто не доживу. Ну, и зачем мне такие «серенькие будни», а?
К обеду мне всё же удалось вникнуть в рабочие дела, я успешно загрузила в таблицу расписание на июль, разослала преподавателям уведомление о поступивших новых методических пособиях и даже – о чудо, смогла проголодаться. Идти обедать в уличное кафе мне не хотелось – без Глеба я туда никогда и не ходила, поэтому я ограничилась покупкой пары пирожков в нашей школьной столовой. Выпечка, надо сказать, у нас тут знатная. Ассортимент совсем скромный и без претензий на оригинальность, но пирожки эти разбирают мгновенно. В общем, я взяла себе стакан прохладного морса, расстегай с рыбой, пышную венгерку с творогом, и присела за удачно освободившийся у окна маленький столик.
В голове у меня звенела приятная пустота. Ни единой мысли. Прекрасно. Наверное, мой бедный мозг окончательно отказался выполнять свою прямую обязанность – думать. Я доела расстегай, и принялась за венгерку, аккуратно взяв её двумя пальцами, чтобы не обсыпалась сахарная пудра. Окно возле моего столика было открыто и я отстранённо наблюдала за происходящим во внутреннем дворе. А там происходило бурление жизни. Двое мальчишек лет пяти не поделили красивую игрушечную машинку, а их бабушки пытались мирным путём решить эту проблему. До меня долетел обрывок разговора.
– Ну, Мишенька, успокойся, родной, – увещевала своего внука одна из бабушек. – Это же не твоя игрушка. Ты попросил, но мальчик не захотел тебе её отдавать. Да, ты сделал всё, что мог – попросил, объяснил, однако он не захотел делиться и это его право. Пойдём домой, у тебя там полно игрушек. И ты сделал всё правильно, мой золотой, но запомни: предсказать поведение других людей мы не в силах.
Они ушли, последняя фраза начала крутиться в моей пустой голове, а рука с недоеденной венгеркой зависла в воздухе. Пудра начала сыпаться на мою юбку, но я уже не обращала на это никакого внимания.
«Предсказать поведение других людей мы не в силах». До меня вдруг дошло, что произошло вчера на самом деле. Свен по собственной воле на протяжении последних месяцев усиленно искал информацию о моей бабушке. Искал для меня. Он сопоставлял найденные факты и находил новые связи между нынешними действиями Агаты и таинственным прошлым Ханны. Ему удалось связать всё воедино. И он приехал ко мне поделиться этими важными сведениями. Что сделала я? Я бросилась на него, как припадочная. А Глеб сломал ему нос. Ну да, не очень адекватное поведение самого Свена тоже оставляло желать лучшего, но всё же как-то нехорошо получилось. Впрочем, он всегда был невысокого мнения о моей эмоциональной устойчивости.
Машинально дожевав венгерку, я вышла из-за стола и пошла обратно в свой кабинет. Может, надо позвонить Свену? Просто извиниться перед ним. В конце концов после всего, что он для меня сделал это было бы логично. Проявление обычной вежливости. Или что-то ещё? Безусловно, я не могла не понимать истинные мотивы его приезда. Так может тогда не стоит лишний раз давать ему пустую надежду? И по отношению к Глебу, наверное, мой звонок тоже не очень хорошая идея… Но это всего лишь звонок. И несколько слов благодарности.
Я открыла дверь в кабинет и присела на небольшой диванчик, предназначенный для посетителей. Мои руки, словно во сне, сами взяли мобильник и нажали кнопку вызова с нужным номером.
Как обычно, ответили на том конце почти мгновенно.
– Свен? Привет, – чуть дрогнувшим голосом произнесла я, – как ты? Не отвлекаю?
– Сказать честно, я как раз рассчитывал сейчас поспать пару часов. Вот только прилёг. Сама понимаешь, Марта, ночь у меня выдалась бессонной.
– Ой, прости, я не подумала! Ничего срочного, я просто так… Сказать тебе..,– сбившись окончательно, я замолчала.
– Говори, Марта, – снисходительно разрешил Свен, – а я под твой нежный голосок буду представлять, что ты лежишь рядышком со мной. Ты не против, если в моих фантазиях, ты уже будешь раздета? Или для пикантности и остроты ощущений оставим на тебе что-нибудь?
– Свен!
Слушая довольное хихиканье на другом конце провода, я кляла себя на чем свет стоит за это своё глупое решение. Кому тут нужны мои извинения? Уж точно не Свену.
– Ну, что ты там затихла, дорогая?
– Прикидываю насколько быстро положить трубку.
– Не надо, подожди. Мне так приятно, что ты позвонила, честно. Не ожидал. Ты ведь знаешь, Марта, я всегда к твоим услугам, – уже другим, притихшим голосом признался Свен. – Так что ты хотела?
– Да ничего особенного… Ты так быстро меняешь своё поведение, это невозможно, Свен! Ты вечно сбиваешь меня с толку!
– Ты именно это хотела мне сказать? Ради этого позвонила?
– Нет!
– Хм, дорогая, тогда ты тоже ставишь меня в тупик, – со вновь вернувшимися ехидными нотками произнёс Свен.
– Ладно. Короче, я хотела извиниться за вчерашнее. Вот.
– О!
– Не перебивай, пожалуйста. Я знаю, что ты рассчитывал на другую мою реакцию во время вчерашней встречи, на хоть какое-то взаимопонимание, но вот сложилось так как сложилось, извини. И ещё я хотела тебя поблагодарить за информацию, которую ты отыскал. Не представляю, да и не хочу представлять, как тебе это удалось, но это очень круто, спасибо.
Выпалив весь текст, я перевела дыхание и подготовилась к новым язвительным замечаниям. Но в ответ была лишь тишина.
– Свен? Ты ещё здесь?
– Здесь, – глухо ответил он.
– Э… Ну, тогда ещё раз спасибо, и отдыхай, не буду тебе мешать.
– Подожди. Ты меня удивила. Я бы сказал, что тебе удалось почти невозможное – обезоружить меня своими словами.
– Да что я такого сказала-то? – растерялась я.
– Ничего. Всё в порядке. Просто я очень обрадовался твоему звонку, Марта. А насчёт добытой информации – так это же для тебя. Ради тебя. Всё, что угодно, ты знаешь.
С нарастающим чувством тревоги я отметила проскользнувший и вполне уловимый акцент в произношении Свена – стопроцентный признак того, что он искренне взволнован. Теперь я уже твёрдо понимала, что совершила ошибку, решив ему позвонить. Чёрт возьми, почему я всегда сначала что-то делаю, а потом думаю?!
– Да, разумеется, Свен. Я понимаю. Спасибо. Но давай не будем… Пожалуйста.
– Как скажешь.
– Спасибо.
– Не за что, Марта.
С минуту мы молчали. Пока я краснела и судорожно соображала как бы поделикатнее закончить неудобный разговор, Свен сам прервал затянувшуюся паузу.
– Можно тебе задать один вопрос? – осторожно спросил он.
– Конечно. Я же имею полное право на него не отвечать.
– Надеюсь, что всё же ответишь.
– Посмотрим. Задавай.
– Скажи, Марта, как тебе удалось забыть всё, что у нас было? У меня вот никак не получается. Парадокс, конечно. Не припомню, чтобы за свои сто с лишним лет жизни я из-за чего-то так сильно переживал. Я людей убивал… А тут, глупость такая… Ты не выходишь у меня из головы. Нет, не так – я не в состоянии выкинуть тебя из своей головы. Ведь я могу любую женщину… Какую только пожелаю. Но ты, Марта, почему – ты?! У меня такие сногсшибательные красотки были, и хоть бы что…
– Ну извини, что я не такая красотка.
– Перестань. Ты же понимаешь, о чём я. Неужели ты ни разу за последние месяцы не вспоминала наш Петербург, Марта? Помнишь, как я возил тебя в Кронштадт на день рождения? Ведь именно там мне удалось рассмешить тебя в первый раз после всего того, что натворил с тобой этот ненормальный придурок? А наш краткосрочный приезд в Москву на разведку? А наша первая настоящая ночь, Марта? И как, скажи на милость, взять и вычеркнуть из памяти твой побег ко мне во время новогодних каникул? Как?
Дышать я перестала. Просто боялась, что с новым вдохом в мои лёгкие попадёт слишком большая порция боли и страдания, изливающаяся с другого конца провода. Слишком большая для меня. Поэтому проще не дышать вовсе.
– Что-то я увлёкся… Ладно, будем считать это моей минутой слабости. Марта? Ты там жива?
Я тихонечко шмыгнула носом.
– О нет. Не надо. Как же я забыл, что ты можешь разреветься в любой момент. Это всё мои идиотские вопросы. Чего я так завёлся, сам себе поражаюсь… Марта?
– Нет, ты не виноват. И я отвечу на твои вопросы.
– Ну что ты, не бери в голову, – надежда в голосе Свена смешалась со страхом. С самым настоящим животным страхом, я отлично почувствовала эту гремучую смесь.
– Ты спрашиваешь, как я смогла забыть. Я не смогла. И наверное уже никогда не смогу. Но это ничего не значит. Глеб для меня – всё! Без Глеба ничто не имеет смысла, мой мир становится серым и неживым. И ты, Свен, как никто другой это знаешь.
– Знаю, – эхом повторил он.
– Спасибо за всё, что ты для меня делаешь. Я это очень ценю. Но ничего другого предложить тебе не могу. Извини.
– Время покажет, Марта, время покажет… Я только что услышал от тебя самое главное и это даже больше, чем я мог ожидать.
В голосе Свена вдруг отчётливо прозвучали торжествующие нотки. С явным намёком на приближающуюся эйфорию.
– Что ты такого от меня услышал? – всерьёз занервничала я. – Может ты не понял, но я имела в виду, что…
– Марта, дорогая, я отлично всё понял, – мягко перебил меня Свен. – Пожалуйста, не надо оправдываться и винить себя за постыдные, по твоему мнению, чувства.
– К-какие чувства? Винить себя?! – моему возмущению не было предела.
– Ну, детка, расслабься. Сам факт твоего сегодняшнего звонка говорит о тебе гораздо больше, чем ты думаешь.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/chitat-onlayn/?art=69924475&lfrom=174836202) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
