− Они открыли окно, чтобы детектор дыма не сработал, − кивнула я. − Там был Олег и Влад.
− Тот самый Влад?!
− Да.
− Что значит, «тот самый»?
Мы с Полиной мигом осеклись, поняв, что в этот раз Ясмин нужно было понять не значение фразы: она хотела знать, о каком именно человеке мы говорим.
− Один наш однокурсник. Его убили пару месяцев тому назад, когда мы летом ездили на экскурсию в Прагу, − пояснила я.
Девушка ужаснулась:
− Убили?! Боже…
− На него с приятелем напали на улице. Хорошо, что тогда они были не в составе туристической группы, а приехали в гости к… − Полина осеклась, поняв, что вновь взболтнула лишнего.
− К кому? − подталкивала ее Ясмин.
− К моему бывшему парню. Эдуарду. У него есть там собственный дом, и они у него гостили. В ином случае, у Даниеля были бы большие проблемы…
− Он хороший преподаватель, − с теплотой в голосе вдруг произнесла Ясмин.
− Да, очень хороший, − кивнула Полина, многозначительно поглядывая на нашу новую общую подругу.
− Короче, Влад кичился перед Олегом тем, что это он подбил Ольгу играть, и что именно он стал первым, кто…
− Кто отымел ее?
− Полина!!! − с укоризной в голосе протянула я.
− А что такого? Разве это называется как-то по-другому?
− Нет, но слово точно уж можно было подобрать… более мягкое, что-ли.
− По-моему, она другого слова не заслуживает. К тому же, повторюсь, − подруга выдержала паузу, − …именно так и называется то, что с ней сделали эти парни.
− Неужели она действительно так себя унизила только для того, чтобы… любым способом переспать с этим Эдуардом?
Я пожала плечами:
− Не знаю, ради чего она это делала, но для меня всегда был очевиден тот факт, что Ольга по уши влюблена в него влюблена. А еще то, что ее никогда особо не волновало, что парни могут использовать ее… в своих похотливых целях.
Мы наконец добрались до аудитории и поспешили зайти внутрь. В небольшом помещении было довольно тепло даже несмотря на то, что большая часть студентов отсутствовала. Вчера в новостях сообщили, что эпидемия гриппа в городе вот-вот приблизится к критической отметке.
− Думаю, что она просто считала, что это ОНА их использует, а не они ЕЕ, − заключила Ясмин, кладя свой кожаный рюкзак на парту.
− Наверное, ты права, − поддержала ее Полина, садясь рядом. − Красивым, но пустоголовым девушкам всегда кажется, что они всемогущи. К тому же, не стоит отрицать того факта, что она вполне себе могла заниматься этим в виду собственной испорченности.
Преподаватель еще не пришел, а те немногочисленные студенты, что прибыли на занятие, были полностью заняты своими смартфонами и планшетами, нежели нашими разговорами.
− Ты думаешь, что она действительно настолько… развращенная? − удивилась Ясмин.
Полина пожала плечами:
− После того, что сегодня «всплыло», теперь я ничему не удивлюсь. Амелия, как ты вообще могла нам ничего не рассказать?!
Ну вот, начинается! Так и знала, что Полина теперь будет меня постоянно этим доставать.
− Я не рассказывала потому, что эта тайна меня не касается. Мне меньше всего нужно было распространять по университету всякие грязные сплетни.
− Ты сейчас пошутила?! – прошипела подруга, вновь открывая карандаш. − Эта змеюка трепала про тебя гадости кому ни попадя, а ты вот так просто собиралась спустить ей это с рук? Ам… да ты просто ангел во плоти!
Я смерила Полину многозначительным взглядом, но так ничего и не ответила. Вытащив тетрадь со сменным блоком, я нашла нужное место и принялась проверять домашнее задание.
− А мне кажется, что это хорошо, − вдруг проговорила Ясмин, прислоняясь к стене.
− Ты о чем? − спросила я.
− О том, что в этом мире осталось очень мало людей, у которых действительно есть сердце. Думаю, только благодаря таким как ты, рано или поздно человечество сможет измениться к лучшему.
− Ты преувеличиваешь, Ясмин, − улыбнулась я. − Просто, я четко понимаю разницу между собственной и чужой тайной. Понимаю, когда действительно следует промолчать, даже если рассказать кому-то очень-очень хочется.
Я несколько секунд помолчала, а затем добавила:
− Наверное, я просто не могу поступать по-другому. Так уж меня воспитали. Я просто самый обычный человек с традиционными ценностями.
− А ты сама-то в это веришь? – вдруг загадочно произнесла Ясмин и мягко улыбнулась. − В то, что ты обычная?
Я открыла, было, рот, чтобы спросить, что именно она имеет в виду, но тут в помещение вошел преподаватель и занятие началось.
Семинар прошел на удивление быстро. Полина несмотря на то, что ее доклад оставлял желать лучшего, все равно искусно сумела «не упасть в грязь лицом» и очень достойно «вытянула» ответ на твердую «четверку».
Потом мы с девочками недолго посидели в столовой, попили кофе со свежими булочками, а затем с неохотой отправились на две последние лекции по теории и практике перевода.
Радости Полли не было предела. Она засыпала Ясмин все новыми и новыми вопросами о ее прошлой жизни в Ливане, о том, что ей нравится, а что нет, о том, «действительно ли у нее там была какая-то история с неразделенной любовью», и т.д. и т.п.
Ясмин также с удовольствием задавала вопросы и уже к началу лекции, кажется, знала о нашей компании все.
− Даже не верится, что кто-то может дружить друг с другом настолько долго, − протянула она. − Вы всегда так сплочены. Если честно, то всегда было безумно завидно наблюдать за вашей дружбой со стороны. Мне вообще казалось, что в современном мире уже давно так не бывает. Что все просто ищут… какую-то взаимную выгоду в общении друг с другом. По крайней мере, в Ливане уж точно.
Девушка почесала кончиком ногтя переносицу, а затем продолжила:
− Отец постоянно искал мне «правильных» подруг. Меня всегда это жутко бесило. Я никогда не понимала, как подруга или друг вообще могут быть «правильными» или нет… Мне всегда казалось, что мы выбираем себе друзей по интересам, по близости духа и тому, как мы способны понимать друг друга, а уж никак не по занимаемому ими в обществе месту…
− Думаю, что во многих восточных странах такое имеет место быть, − заявила я. − Конечно, Ливан светское государство, но, как бы там, ни было, традиции все равно, порой оказывают влияние на формирование взглядов на семейные ценности.
− Ну ты загнула! − протянула Полина, а потом выдула огромный розовый пузырь из жвачки, что все это время была у нее во рту.
− Нет, на самом деле, Амелия права, − сказала Ясмин, вытянув из рюкзака небольшой флакончик духов от Шанель. − Мой отец всегда пытался оградить меня, как он сам всегда выражался, «от дурного влияния».
− А чем он занимается? − поинтересовалась Полли.
− Драгоценными металлами. Хотя… у него много чего есть. Недавно, например, было торжественное открытие небоскреба в Дубае.
− Ого!!! – присвистнула подруга. − Да ты, кажется, дочь самого настоящего миллиардера! А личный самолет у тебя есть?
Ливанка мигом смутилась, а по лицу у нее стремительно распространился румянец.
− Думаю, ей можно не отвечать на твой вопрос, − улыбнулась я.
− Обалдеть! − вдруг невероятно громко завопила Полина.
Проходящий мимо нас первокурсник даже вздрогнул.
− Да тише ты! − шикнула я.
− Я не нарочно, − гораздо тише проговорила она, а затем снова почти что шепотом повторила: − Во-оо-бщ-ее-е обалдеть.
− Пожалуйста, только никому об этом не говорите, − теперь шептала уже Ясмин. − Мне не хотелось бы, чтобы кто-то об этом знал.
− Не волнуйся, − отозвалась я, а затем ободряюще похлопала ее по спине, − Мы никому не скажем, хотя…
− Хотя, что? − почти испуганно протянула девушка.
− Я думаю, что если бы Петровская знала, кто ты на самом деле, то уже давно стала бы не задирать тебя, а отчаянно набиваться в подруги.
− Спасибо, но я была бы вынуждена отказаться от подобной дружбы, − ослепительно улыбнулась Ясмин, а затем добавила: − К тому же, по случайному стечению обстоятельств, я уже нашла подруг, которые захотели со мной общаться независимо от того, сколько денег у моей семьи.
− Обязательно вспомни об этом, когда у меня будет день рождения, и тебе надо будет выбирать мне подарок! − вставила Полина.
Мы с Ясмин смерили ее многозначительными взглядами, а затем громко рассмеялись.
Добравшись до большой аудитории, в которой должно было проходить занятие, мы мигом юркнули внутрь. Зрелище оказалось еще более угнетающим, чем то, что мы лицезрели на семинаре. Огромное помещение оказалось полупустым. Студенты из других групп, как оказалось, были так же неспособны противостоять вирусу, как и все остальные.
− С ума сойти… − протянула Полина. − Не думала, что все настолько плохо. В аудитории нет и половины людей.
Мы с девочками стали осторожно пробираться наверх. Бросив короткий взгляд в сторону левого ряда, я заметила, что место Ольги оказалось пустым. Кажется, она так и не решилась пойти на занятия после того, что случилось утром.
− Привет! − послышался тихий голос Кейши. − Ну, наконец-то! Чего вы так долго?
Я осмотрела парты и вопросительно посмотрела на подругу. Я знала, что Анджея и парней сегодня не будет, так как они собирались отправиться на разведку в город и попытаться выяснить, где находится тот самый источник энергии, который удалось обнаружить Лизе. Он еще утром прислал СМС с пожеланиями хорошего дня и миллионным напоминанием об «осторожности».
− Мы обедали вообще-то… − возмущенно протянула Полина. − Лучше скажи… почему это тебя не было на занятиях утром? Опять Марк не давал вчера заснуть?!
− Ты, как всегда, в своем репертуаре… − отозвалась Кейша, качая головой. − Я просто плохо себя почувствовала. Думала, что вообще не стоит сегодня приходить, но…
Подруга вдруг осеклась и бросила на меня короткий взгляд. Я сразу же поняла, что, несмотря на слабость, она пришла на занятия только потому, что Анджей наверняка ее об этом попросил, а она не смогла ему отказать.
− Ты плохо выглядишь, − прошептала я, пропуская Ясмин вперед, чтобы она могла занять место рядом с Полиной.
Действительно, внешний вид Кей оставлял желать лучшего. Под глазами подруги проступили синяки, кожа была мертвенно бледной, а из носа непрестанно текло.
− Я в порядке. Просто, где-то продуло, наверное… − протянула она, доставая из сумки пачку бумажных носовых платков.
По аудитории разносился тихий шепот. Немногочисленные студенты, сбившись в привычные для себя кучки, обсуждали насущные проблемы. Кто-то читал книгу, а кто-то со скучающим видом пялился в окно на серый, покрытой мутной дымкой город.
− Кстати, Кей, познакомься с Ясмин, − произнесла я, посмотрев на немного смущенную ливанку.
− Очень приятно, Ясмин, − слабо улыбнулась Кейша. − Рада, что ты к нам присоединилась. Извини, что не могу пожать руку… Я тут… перемазана непонятно чем! Я − Кейша.
С этими словами подруга осторожно высморкалась. Так, чтобы это было как можно незаметнее.
− Очень приятно, − отозвалась Ясмин. − Не переживай, в моей стране мало кто из женщин пожимает друг другу руки. И… у тебя очень необычное имя для девушки, живущей в России.
Я улыбнулась. Обычно каждый, кто знакомился с Кейшей впервые, всегда это подмечал.
− Ты не первая, кто мне об этом говорит, − слабо улыбнулась подруга. − Даже Даниель в первый раз подумал, что его кто-то разыгрывает. Я расскажу тебе как-нибудь, когда мне станет немного лучше.
Не успела Кей закончить предложение, как ее охватил жуткий кашель.
Кажется, подругу атаковал тот же самый недуг, что и всех остальных.
− По-моему, тебе лучше поехать домой, Кей, − с серьезным видом проговорила я. − Зачем ты вообще понеслась сюда, зная, что тебе плохо? Хочешь, я позвоню Марку и попрошу тебя забрать? Ну, или вызову тебе такси? Вдруг тебе станет хуже…
Кейша смерила меня многозначительным взглядом.
− Да все со мной нормально! Просто, небольшая простуда, вот и все.
В голосе подруги проступило недовольство. Ясмин бросила на меня едва заметный взгляд.
Теперь все стало очевидным. Без Анджея тут точно не обошлось. Его всесторонняя опека становилась похожей на паранойю.
− Да ладно, хватит вам! − поспешила перевести Полина разговор в другое русло. − Я тебе сейчас такое расскажу, что ты будешь в шоке…
В тот самый момент, когда Полина начала вещать о том, что произошло между мной и Петровской, в аудиторию вошел преподаватель и поспешил начать лекцию.
− Думаю, никто не будет возражать, если мы начнем чуть раньше, а со второй лекции я всех отпущу домой? − поинтересовался у аудитории Алексей Михайлович.
Послышался одобрительный рокот. Учитывая все обстоятельства, решение было более чем правильным.
Занятие началось. Кейша приглушенно хлюпала носом, а Полина строчила ей одну записку за другой. Ясмин старательно записывала все, что выдавал преподаватель, изредка бросая на меня улыбчивый взгляд. Я была искренне рада, что она сейчас с нами, что наконец-то нашла себе компанию и не сидела в одиночестве на предпоследней парте возле проклятого окна, из которого дуло так, что там даже цветы на подоконник никогда не ставили.
Полина и Кейша продолжали активно передвигать друг другу листок, вырванный из тетради. Учитывая, что с лица Полины исчезло то беззаботное выражение, что красовалось там еще десять минут тому назад, я поняла, что Ольгу они обсуждать закончили. Кажется, сейчас их захватило что-то совершенно другое. И судя по тем коротким обеспокоенным взглядам, что они стали бросать на меня, когда Кейше на телефон пришло сообщение, могло произойти что-то серьезное.
Не выдержав, я так же вырвала из тетради листок и быстро начиркала на нем одну-единственную фразу: «В чем дело?».
Мне было неловко просить Ясмин передавать девочкам записку, так как ей наверняка было не по себе от того, что мы о чем-то разговариваем без ее участия. Но, как бы там, ни было, она улыбнулась и спокойно передала листок Полине.
Подруга мигом его прочла и одним быстрым движением написала ответ.
«Не волнуйся, все в норме. Ксандр прислал сообщение. Говорит, что они так и не смогли обнаружить источник. Даже Анджей вкупе с Лизой не смогли ничего сделать»…
Я смерила Полину удивленным взглядом. Я не знала, что Лиза тоже собиралась поехать с ними. Написав ответ, я снова передала бумажку Ясмин.
Полина быстро ее проглядела, а затем бессильно развела руками в стороны: дескать, «мне самой толком ничего не известно».
Я многозначительно покачала головой, сама толком не зная, что хочу этим сказать.
Не знаю почему, но меня вдруг начало одолевать какое-то неподдельное беспокойство. Вполне возможно, что Анджей снова что-то задумал, но меня, как и в большинстве случаев, снова решил не посвящать в свои планы. Кажется, Лиза оказалась с ним заодно, а Полине и Кейше однозначно было что-то известно, но делиться со мной они этим явно не собирались.
С губ сорвался тяжелый вздох, и я продолжила нехотя записывать лекцию. До экзаменов оставалось совсем немного, и нужно было запомнить как можно больше информации во время оставшихся занятий, так как потом времени на подготовку просто-напросто могло не хватить по причине написания диплома. А еще по причине неожиданного вмешательства потусторонних сил.
Я продолжала лениво водить ручкой по листу и слушать монотонное бормотание обычно всегда довольно веселого Алексея Михайловича, когда заметила, как сидящая рядом со мной Ясмин приняла из рук Полины очередную записку, но, на удивление, не передала ее мне, а прочитала сама.
Быстро опустив взгляд в тетрадь, я притворилась, что ничего не заметила. На лице Ясмин застыла улыбка и… удивление. Она осторожно постучала меня по руке, и я мигом подняла взгляд. Подруга (все еще было немного непривычно так ее называть) кончиком своего длинного изящного пальца, на отполированный ноготь которого был нанесен блестящий черный лак, передвинула листок ко мне.
«Кейша просто отвратительно себя чувствует, и я собираюсь после пары проводить ее домой. Завтра у нас всего две лекции и особо готовиться ни к чему не нужно. Как насчет того, чтобы вечером пойти в кино?».
Я подняла взгляд на Полину и одними губами произнесла, что сначала мне нужно будет поговорить с Анджеем. Не то, чтобы мне было нужно его разрешение, но обо всем происходящем я должна была узнать.
− Мне нужно позвонить Анджею, − прошептала я Ясмин, и она утвердительно кивнула.
Я осторожно поднялась, а затем спустилась вниз по ступеням, предварительно убрав айфон в задний карман джинсов. Алексей Михайлович даже внимания на меня не обратил, спокойно продолжая читать лекцию. Так уж у нас на факультете было заведено: если нужно выйти − отпрашиваться необязательно.
Выйдя в тихий, пропахший пылью и старыми дубовыми панелями коридор, я осторожно направилась к лестнице. На удивление, здесь было гораздо прохладнее, чем в огромной аудитории. Мне сразу же захотелось опуститься на корточки и прижаться спиной к теплой батарее. С трудом преодолев это желание, я спустилась вниз на один пролет, и, пока никто так меня и не заметил, забралась на широкий подоконник и набрала номер Анджея.
Пока шли гудки, я смотрела на представший передо мной в огромном окне город. На улице все еще было серо, но, на удивление я заметила, как далеко на востоке небо начинает заметно светлеть. Это мигом вселило надежду на то, что к вечеру запросто могло распогодиться.
Где-то после восьмого гудка, Анджей наконец ответил:
− Привет, милая. Что-то случилось?
На заднем фоне раздавалось тихое гудение. Кажется, он был за рулем.
− Вот ты мне это и скажи, − заявила я с ехидством в голосе.
− Амелия, я серьезно… что-то произошло? − посерьезнел он. − Ты в порядке? Кейша там?
Я почувствовала, как с моих губ срывается нервный смешок:
− Анджей, я просто поражаюсь! Ты же прекрасно видел, что она больна и все равно заставил прийти в университет? Ты действительно считаешь, что в случае опасности я не смогу за себя постоять? К твоему сведению, со мной была Полина! Она что, не так хорошо подходит на роль защитника? Она ведь тоже Страж!
Я почувствовала, как к лицу приливает кровь. На нижнем этаже хлопнула дверь. Кажется, кто-то вышел из библиотеки.
− Амелия, − тихо прошептал Анджей, − неужели ты действительно считаешь меня настолько циничным? Неужели я, по-твоему, вот так запросто могу заставить кого-то куда-то идти? Кейша и моя подруга тоже, и я ее люблю. Как ты вообще могла предположить что-то подобное?
Он замолчал на мгновение, а затем добавил:
− Иногда мне кажется, что я совершенно тебя не понимаю.
Кровь начала предательски приливать к лицу еще сильнее. Кажется, в этот раз я погорячилась. Действительно погорячилась.
− Прости… − протянула я. − Просто, ты уже столько раз пытался оградить меня от всевозможных опасностей, что я подумала…
− Понимаю, − ответил он, а гул на заднем фоне только усилился. − Я же пообещал, что буду более сдержанным. Да, беспокоиться о тебе, когда меня нет рядом, я не перестану, но все же. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что ты взрослый человек Амелия, и что ты способна справиться с проблемами самостоятельно. По крайней мере, в большинстве случаев…
− Спасибо и на этом.
Снизу послышались осторожные шаги, но, как только я напрягла слух, они вдруг сразу же стихли.
Я подалась вперед и слегка вытянула шею, пытаясь что-нибудь разглядеть внизу, но тщетно. Кто бы там ни был, он уже ушел.
− Так что с Кейшей? Я знаю, что она собиралась пойти на лекции, но не знал, что она плохо себя чувствует. Может, нам стоит отпустить Марка? Он уже и так достаточно сделал на сегодня.
Я пожала плечами:
− Спроси у него сам.
Пару мгновений на другом конце было слышно неразборчивое бормотание Анджея и Марка. Кажется, еще пару слов от себя добавил Даниель.
− Сейчас я не могу отвезти его обратно домой, но мы можем высадить его у ближайшей станции метро. Думаю, он будет у университета минут через сорок…
− Нет, не нужно ехать в университет, − быстро запротестовала я, а затем поведала Анджею о том, что нас и так скоро отпустят домой по причине… заметной «немногочисленности».
− Тогда, наверное…
Я не дала ему закончить:
− Анджей, вообще-то я позвонила тебе только потому, что хотела предупредить. Полина предложила мне и Ясмин вечером сходить в кино. Она собиралась сама проводить Кей домой, но, если честно…
− Да?
− Я считаю, что будет действительно лучше, если приедет Марк. Думаю, Кей будет спокойнее, если он будет рядом. Да и мне тоже, если честно. Скажи, чтобы он встретил их на станции. Полина ведь живет совсем рядом…
На заднем плане снова послышался голос. Кажется, теперь говорила Лиза.
− Это Лиззи? − спросила я.
− Да, − ответил Анджей. − Беспокоится за Кейшу, а еще интересуется, как там прошло знакомство с Ясмин? Хотя, как мне кажется, раз вы вместе собираетесь идти в кино, так вполне хорошо.
Я почувствовала, как улыбаюсь:
− Да, все прошло просто отлично. Жду не дождусь, когда с ней познакомятся остальные. Очень интересная девушка.
− Я рад.
− Анджей… − протянула я.
− Да?
На мгновение повисла пауза.
− Вы нашли что-нибудь? Нам что, вновь грозит опасность? − спросила я пару мгновений спустя, а он на удивление, практически сразу же ответил:
− Пока ничего. Но кое-какие зацепки все-таки есть. Не думаю, что это Мюллер, но что-то определенно происходит. Даниель считает, что в городе, орудует какая-то новая группировка, но мы пока никого не встретили.
− А зачем вам понадобилась Лиза?
Где-то вдали загудела сирена, а я заметила, как на округлом носке моего кожаного ботильона появилось яркое размытое пятно. Я подняла голову и посмотрела в окно. Моему удивлению не было предела, когда я поняла, что еще недавно серая и мокрая улица начала прямо на глазах заливаться ярким солнечным светом.
− Ты же знаешь, что ее способность к предвиденью гораздо более выраженная, чем у кого бы то ни было. Даниель считает, что если Лиза окажется в непосредственной близости от источника энергии, то запросто сможет отследить, где именно он находится. Он же вчера говорил об этом…
− То есть, вы просто колесите по всему городу и пытаетесь найти… этот «источник»?
− У Даниеля есть кое-какая теория по поводу того, где он может находиться, и мы проверяем все возможные «точки». Сама понимаешь, Москва − город большой, и мы не можем просто так слоняться, куда попало.
С моих губ сорвался вздох.
− Значит, сегодня мы так и не увидимся? − тихо протянула я.
В трубке снова на несколько секунд воцарилась тишина. Был слышен только мерный гул едущего по шоссе автомобиля.
− Если хочешь, то на сегодня мы можем закончить, − отозвался Анджей. − Амели, милая, с тобой все же что-то не так? Я прямо сейчас могу развернуть машину и приехать.
На нижнем этаже снова кто-то хлопнул дверью.
− Нет-нет, не нужно ничего из-за меня заканчивать! Если ты считаешь, что у вас есть какие-то серьезные зацепки, то нужно продолжать искать. На улице только что распогодилось, а ты занят расследованием, так что… мне бы не мешало немного развеяться.
Сама не знаю почему, но я замешкалась. Анджей никогда не посмел бы запретить мне идти куда бы то ни было, если я того хочу, но мне самой было важно просто его об этом предупредить. Особенно после всего того, что случилось летом.
− Амелия, ты что, просишь у меня разрешения на то, чтобы пойти в кино с подругами? − в его голосе послышалось едва заметное недовольство. − Любимая, я ведь не какой-то там тиран! Тебе не нужно спрашивать меня о таких вещах. Ты вольна делать все, что только захочешь.
Я немного смутилась, но, все же ехидно подметила:
− А на Андрея это, конечно же, не распространяется?
− Прошу, только не начинай этот разговор сначала…
− Но ты ведь сам просил предупреждать тебя обо всех незапланированных прогулках… А я, в свою очередь, обещала, что сделаю все для того, чтобы ты был в курсе.
Я запнулась, а затем добавила:
− Твоя немецкая половина часто «дает знать» о том, что ей все необходимо держать под контролем, и поэтому…
− Ты решила предоставить мне подробный «отчет» о своих дальнейших передвижениях.
− Да.
− А еще, ты все еще косвенно намекаешь на то, что я тиран…
− Ну, есть немного.
Снова повисла пауза.
− Что ж… возможно, ты права. Но я хочу держать под контролем только ту часть жизни, которая касается тебя. Потому что я беспокоюсь за тебя и не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. И еще потому, что я люблю тебя.
− Значит, ты не будешь против того, что мы немного прогуляемся?
− Нет, не буду.
Анджей помолчал, а затем добавил:
− К тому же, мне нравится идея того, что Ясмин теперь будет общаться с тобой и девочками. Думаю, что с нее уже достаточно всего того дерьма, что творила Ольга.
− Ох уж эта Ольга…
− Что-то не так?
Я услышала позади себя тихий шорох и обернулась. На нижней площадке стоял Эдуард и выглядывал из-за широких деревянных перил.
− Слушай, давай, я потом расскажу тебе. Мне уже нужно возвращаться в аудиторию, а то наш преподаватель может заподозрить меня в побеге.
− Беги. Я позвоню вечером. Люблю тебя, милая.
− Я тоже тебя люблю. Пока.
− Пока.
Не успела я нажать на кнопку отбоя, как Эдуард в одно мгновение перескочил пролет и оказался прямо возле меня.
− Амелия, нам нужно срочно поговорить.
Его сильные пальцы в мгновение ока обвились вокруг моего предплечья.
− Мы уже вчера обо всем поговорили! − прошипела я, вырывая руку. − Отпусти меня, сейчас же!!!
− Пожалуйста, Ам, умоляю…
− Эдуард, я же сказала, нам с тобой не о чем говорить! Зачем ты снова это начинаешь?
Лицо моего бывшего раскраснелось, глаза болезненно блестели. Очевидно, что он был болен. Так же, как и Кей.
− Пожалуйста, прошу тебя! Умоляю!!! Ты должна меня послушать!!! Анджей не тот, за кого себя выдает…
− Отстань же от меня, черт тебя подери!
