? Пришла перекусить.
Я едва не рассмеялась, понимая, что Ясмин «буквально» перевела мой вопрос и поэтому уточнила:
? Да нет же! Я имею в виду, как тебя занесло в Россию? А конкретно, в наш университет.
На лице ливанки мигом застыл румянец, и она смущенно потупила взор:
? Ой, прости… я такая глупая! Подумала, что ты спрашиваешь конкретно (она с явным трудом произнесла последнее слово) про это самое помещение. Мне все еще тяжело говорить на вашем языке…
Я с удивлением отметила про себя, что ее акцент, который еще утром был так заметен, сейчас практически исчез. Да, она говорила довольно медленно, но при этом, очень даже грамотно. Почти как Анджей.
? Да ничего страшного, ? протянула я, отпивая глоток ароматного чая. ? Я вообще всегда удивляюсь тому, что кто-то умудряется выучить наш язык настолько хорошо, что акцент становится практически не заметным. Хотя, если у тебя был опыт изучения польского…
Ясмин развела руками.
? К сожалению, нет. А вот с норвежским сталкиваться приходилось, ? девушка снова улыбнулась. ? А ты говоришь еще на каком-нибудь языке, помимо родного?
? Ну, так себе, если честно. Наверное, можно сказать, что я неплохо говорю по-английски. Еще могу читать не слишком сложные тексты на немецком языке. ? Я откусила булочку. ? По языкам у нас в компании скорее Кейша и Марк большие «специалисты», нежели я.
? Кейша, это та стройная девушка с красивыми синими глазами, а Марк ? тот парень, что приходит к вам на перерывах вместе со своей сестрой, верно?
Выпечка вдруг тугим комом застряла у меня в горле, и я поспешила как можно скорее сделать еще один глоток чая.
? Прости, ? снова пробормотала Ясмин. ? Просто, когда у тебя нет друзей, детали всегда бросаются в глаза. Я часто наблюдала за тем, как вы все вместе собираетесь вон за теми столиками возле самого буфета.
Я слегка успокоилась и ответила:
? Ну да, это они. Надо будет обязательно представить вас друг другу.
Смуглые щеки девушки снова покрылись едва заметным румянцем, а у меня на душе вдруг сразу же потеплело. Сама не знаю почему, но ее внешний вид, тихий голос и смущенные ужимки вызывали у меня внутри чувство какого-то странного спокойствия. Такого, которое я обычно испытывала только тогда, когда находилась в кругу только самых близких людей.
? Еще раз спасибо за то, что заступилась за меня… Но, вряд ли твоим друзьям будет со мной интересно. Они такие… живые.
? Ну что за глупости! ? протянула я, беззаботно махнув рукой. ? Они будут безумно рады с тобой пообщаться! Особенно Полина! Она говорит о тебе с тех самых пор, как ты только появилась на факультете. А на Петровскую вообще не стоит обращать внимания! Все, на что она способна, так это на распускание дурацких слухов.
Я замерла, поняв, что в порыве благожелательности, взболтнула лишнего. Ясмин бросила на меня короткий взгляд и принялась рассеянно водить пластиковой ложкой в кружке, с уже успевшим остынуть кофе.
? Знаешь, все то, что обо мне говорят… это неправда. По крайней мере, половина – уж точно. Я никогда не…
? Знаю, ? ответила я, понимая, что девушке вряд ли удастся спокойно закончить эту фразу. ? Никто из нас никогда не верил во всю эту чушь… К тому же, мы с тобой, в некотором роде, подруги «по несчастью».
? Догадалась, ? улыбнулась Ясмин, ? Когда я пришла, то мне почти сразу же стали рассказывать о том, что у тебя случилось с тем парнем из первой группы. Мне… безумно жаль.
Я снова отпила чая. Горячая жидкость приятно согревала горло.
? Все уже в прошлом. Сейчас я в полном порядке. Все мы люди и, порой, совершаем ошибки. Тогда я действительно впала в депрессию и… сотворила глупость. Но, на этом все. Ты, возможно, слышала, что меня кто-то называл…
? Слышала. Но тоже ни разу в это не поверила. Также, как ты и твои друзья не верили в слухи обо мне.
Ясмин вдруг запнулась, а потом осторожно добавила:
? Как по мне, наркоманы и сумасшедшие выглядят абсолютно по-иному. Уж точно не так, как выглядела ты.
? Благодарю покорно, ? хохотнула я.
? Ты очень милая, Амелия. А еще жизнерадостная. Люди, которые «затерялись во тьме», абсолютно не такие. Их глаза безжизненны, пусты и бессмысленны… Совсем как черные дыры.
? Интересное сравнение, ? подметила я. ? Можно было просто сказать, что они… словно постоянно под «кайфом», и все.
? Под «к-а-й-ф-о-м»? ? неуклюже повторила за мной Ясмин, старательно проговаривая каждую букву. ? Такого слова я еще не знаю. Оно хоть отдаленно напоминает то, что описала я?
Я звонко рассмеялась.
? Ну, если судить с точки зрения поэта или философа… то вполне! С тобой интересно…
Девушка улыбнулась и, мгновение спустя, вновь рассмеялась. Так же, как и я. Искренне и весело.
«И почему я раньше не начала с ней общаться? ? подумала я про себя. ? Ясмин действительно очень милая. От нее так и исходит позитив! Нужно было только немного ее разговорить…».
? Так, как ты попала в университет? ? переспросила я, осознав, что мы совершенно ушли от темы. ? Что привело тебя в наши края?
Ливанка вдруг тяжело вздохнула, но все же ответила:
? Ну, скажем так: я попала сюда по причине… некоторых семейных проблем.
? Если не хочешь рассказывать, то я пойму, ? протянула я, понимая, что не имею никакого права на то, чтобы расспрашивать ее о чем-то.
? Да нет, здесь нет ничего такого, ? с грустью в голосе протянула она, смотря куда-то в сторону, ? Просто, мне немного не по себе. Понимаешь, я здесь уже почти третий месяц, а ты первая кто поинтересовался этим напрямую.
Я хотела было ответить, но Ясмин улыбнулась и продолжила:
? Знаешь, к «невидимости» быстро привыкаешь.
? Как по мне, иногда это плюс, ? я допила остатки чая и также улыбнулась. ? Ты даже не представляешь, как еще совсем недавно я буквально мечтала стать «невидимкой». Все бы отдала за то, чтобы никто не пялился на меня тогда.
? Я понимаю.
Я огляделась. Кажется, мы с Ясмин остались в столовой совсем одни. Даже буфетчица со своим мобильником куда-то испарилась.
? Моя мама умерла, когда мне было восемь, ? продолжила девушка рассказ. ? Мы с братьями остались на попечении отца. Он возглавляет одну из ливанских корпораций по добыче драгоценных металлов. У него есть филиалы в Нью-Йорке, Токио, Абу-Даби… ну, и в Бейруте, конечно же. Его часто не бывало дома, а семью нам заменяла бабушка и всевозможные тетушки…
? Могу представить, ? ответила я. ? Мой папа владеет строительной фирмой, а у мамы небольшая редкация и фотостудия прямо при ней. Конечно, это не совсем то, но, если тебе станет легче, то их тоже очень часто не бывает дома.
Ясмин улыбнулась.
? Думаю, считается.
Я привстала и выполнила неуклюжий реверанс. Ливанка снова засмеялась, а затем продолжила:
? Мне тяжело жилось со старшими братьями. Нет, я очень их любила, но все же. Постоянные споры, борьба за игрушки, компьютер, переходный возраст, бунтарство и так далее… Понимаешь?
? Ну, про бунтарство и переходный возраст очень даже. А вот про братьев… прости! Я единственный ребенок в семье и, наверное, это делает меня… в некотором роде «эгоисткой» что-ли!
Ясмин понимающе кивнула:
? В общем, когда мои братья окончили школу, папа отправил их учиться за границу. Одного в Сорбонну, другого в Гарвард. Я же заканчивала последние классы школы и буквально «считала» дни по пальцам до того самого дня, когда должен был наступить выпускной. Мне не нравилась обстановка у нас дома. Папа возлагал большие надежды на мальчиков, а меня старался держать… в некоторой «узде». Большинство тетушек было слишком консервативно, и вот, однажды я узнала от них о том, что после окончания школы, отец задумал выдать меня замуж…
? Замуж? В 17? ? протянула я, а потом почти сразу замолчала, понимая, что Ясмин, скорее всего, мусульманка, а в их культуре подобное явление ? норма.
? Вот именно! ? отозвалась она и показала на себя пальцем, ? Как видишь, на мне нет никакой национальной одежды. Ливан ? государство светское, и женщины там вольны делать все, что захотят. Моя семья не слишком религиозна, но, что касается замужества…
Ясмин тяжело вздохнула.
? Папа, братья и тетушки оберегали меня с самого момента маминой смерти, понимаешь? Они были слишком навязчивы. Постоянно пытались защитить от каких-то мнимых угроз, постоянно что-то запрещали… Это жутко давило на меня.
? А твоя свадьба стала для них этой самой навязчивой идеей, ? заключила я.
Ливанка кивнула.
? Они думали, что так будет лучше для меня и поэтому выбрали «подходящего» по их критериям жениха, ? подобно мне, она также изобразила в воздухе кавычки. ? Но я заупрямилась и заявила, что буду поступать в университет. Языки всегда были моей страстью, я безумно хотела получить соответствующее образование…
Я улыбнулась. Кажется, мы с этой девушкой точно сможем найти общий язык.
? У меня были похожие чувства перед поступлением. Я долго терзалась что выбрать: языки или литературу. Но, потом поняла, что одно другому не мешает. Правда, в этом плане, моя семья меня полностью поддержала.
? Папа долго со мной препирался, даже просил братьев как-то повлиять на меня и в итоге мы пришли к соглашению: я остаюсь дома и поступаю в один из университетов Бейрута, но при этом начинаю встречаться с тем самым человеком, которого он для меня выбрал.
? И что произошло потом? ? я подперла ладонью щеку, отчетливо понимая, что хорошего конца у этой истории точно не будет.
? Несколько лет все шло хорошо. Мы встречались по три раза в неделю. Ходили в кино, на выставки… В общем, вели себя как самая обычная пара.
На мгновение Ясмин замолчала. На ее лице застыла грустная улыбка:
? А потом я пришла к выводу, что все это просто одна большая бессмыслица! Да, мы с Маликом много говорили, даже несколько раз ездили в совместные путешествия, но…
? Но, ты не могла изменить себе, ? закончила за нее я.
Ливанка кивнула.
? Я все время пыталась сбежать от всего этого. Старалась как-то забыться, начать что-то делать и… тут меня осенило! Мне нужно было занятие, достойное настоящего филолога, и вот тогда-то я и начала изучать русскую культуру. Не знаю, почему я выбрала именно это… Может потому, что меня всегда привлекал холод, который был так непривычен для моих родных краев. До этого я уже была страстно влюблена в Скандинавию и даже выучила норвежский язык… Но потом вдруг поняла, что этого недостаточно.
? Очень необычно, ? прокомментировала я. ? Когда-то я хотела выучить шведский, но из этого ничего не вышло.
? Как бы там ни было, я начала усердно учить язык. Отец даже нанял для меня преподавателя, я принялась за программу, как за баллон с бесценным кислородом. Когда я поняла, что могу достойно осуществлять переводы, Малик ни с того ни с сего пригласил меня съездить вместе с ним в Париж. Когда я… совершенно случайно узнала от одной из тетушек о… «цели» этой самой поездки, то ужаснулась.
Я нервно сглотнула, понимая, что рассказ подходит к концу.
? Они сказали, что там он собирается сделать мне предложение. А это означало, что он также, скорее всего, потребует от меня чего-то «большего», чем наши… привычные объятия.
? И что ты сделала?
? Отец устроил званый ужин, и на нем я… публично заявила о том, что знаю о предложении. А также о своем отказе от него. Отказе от Малика.
? И как твоя семья это восприняла?
? Ты даже не представляешь, какой грандиозный был скандал! Отец и братья считали, что я сошла с ума, что я не в себе. Семья Малика пришла в гнев! Им очень хотелось заполучить меня в невестки.
? Это и не удивительно, ? улыбнулась я. ? Ты только посмотри на себя! Ты же просто красавица!
? Спасибо. ? Ясмин одарила меня своей лучезарной улыбкой. ? Малик был расстроен, но не убит. Он всегда прекрасно знал о моих чувствах и потому поддерживал, как мог. Я знала, что он влюблен, но ответить на его чувство я, увы, не могла.
Снова повисла пауза.
? Я рада, что приняла это решение. Мне не хотелось никого обманывать, ? продолжила она. ? Я сказала отцу, что хочу перевестись в другой университет, как можно дальше от Бейрута. На меня давила вся эта гнетущая обстановка. Наверное, именно тогда что-то и подсказало мне, что я должна продолжить свое образование здесь, в России. Написать диплом, начать нормально практиковать язык, а заодно и обо всем подумать. Папа обо всем позаботился, и… вот я здесь!
Ясмин победно ткнула в себя пальцем.
? Не жалеешь о том, что твоя жизнь могла бы сложиться по-другому, если бы ты тогда поступила так, как хотели твои родные?
? Нисколько! Мне здесь нравится, хоть и немного холодновато!
Мы обе вновь улыбнулись.
? Мне нравится изучать русский язык, ваши обычаи. Правда, оказалось, что с общением могут возникнуть… некоторые проблемы. Мне тяжело было адаптироваться. Ольга и Виолетта были первыми, с кем я здесь познакомилась. Мне казалось, что они такие милые…
? Просто, они хорошо умеют притворяться, ? сказала я. ? «Новенькие» ? их наибольшая слабость. Ольга любит держать всех «нужных» людей под контролем. Ей всегда пригодятся те, кто сможет доставать сведения о тех, кто ей не нравится.
Я выдержала паузу.
? Ну, или те, кто чем-то отличается от остальных.
? Она была очень приветливой, интересовалась откуда я, почему перевелась. Много рассказывала об университете. Мне казалось, что для того, чтобы понять ваш народ ? общение наилучший вариант. Мы довольно много разговаривали друг с другом, но однажды она начала поливать грязью одну девочку с другого факультета. Тогда-то я и поняла, что она и ее подруги ? самые настоящие лицемерки. На этом мое общение с одногруппниками и закончилось. Пару недель спустя я поняла, что люди у меня за спиной начали перешептываться, а потом и вовсе перестали разговаривать со мной.
? Жаль, что мы с друзьями не вмешались раньше, ? протянула я, собирая грязную посуду на поднос. ? Мне бы хотелось получше узнать тебя Ясмин. Мне понравилось, как мы сегодня поговорили. А насчет Петровской не волнуйся! Она невзлюбила тебя не потому, что ты отказалась быть ее «шестеркой»… А потому, что ты гораздо красивее ее! Она терпеть этого не может.
? «Щчестеркой»? ? непонимающе протянула Ясмин. ? Что это значит?
Я улыбнулась и четко произнесла это слово по буквам.
? Не «щчестеркой», а шестеркой. Это такой человек, который вечно находится у кого-то в услужении.
? В «услужении»? То есть, что-то вроде служанки?
Я снова улыбнулась:
? Ну не совсем. Этот человек не трудится на кого-то в прямом смысле этого слова, а скорее… добывает какие-то ценные сведения, факты, делает за своего покровителя «грязные» делишки… всякие неприятные слухи распускает в конце концов!
? А!!! Кажется, я поняла! ? протянула она, утвердительно качая головой. ? Мы таких людей называем «альщармута». Если перевести это на русский язык, то получится примерно то же самое. Только, слегка грубее.
