Антон Булычов "Семя Хаоса. Убийца Богов"

Король стиснул зубы, прежде чем ответить.

– Этот пузырь уж больно похож на магистра Каллимара… Тогда Кадм все время его задирал, а я успокаивал…

Кредис негромко вздохнул. Поначалу он думал, что сердце Элима сделано из камня, ведь он не оплакивал друга ни секунды. Однако спустя время Кредис понял, что тот просто утопил себя в заботах и лишь теперь, когда мелькнуло воспоминание о Кадме, на короля обрушилось чувство потери.

– Теперь, без медведя, придется вести себя иначе. Мы так хорошо друг друга дополняли. – Нарочито небрежный тон смутил бы другого, но не Кредиса. Элим был напряжен, шел быстрее обычного и не щурил глаза. – Жаль…

Последнее слово Элим произнес так тихо, что даже Кредис его не услышал.

* * *

Вечером армия пировала. После пополнения припасов первую ночь рацион никто не устанавливал, и каждая сотня готовила столько, сколько считала нужным. А потом еще немного. Разведчики ушли далеко во все стороны еще днем, и Элим приказал к каждому костру поставить бочонок местного пива. После недельного марша людям нужно было передохнуть.

Кредис дважды отужинал с разными отрядами и теперь искал короля. Тот, мрачный, обсуждал что-то у небольшого костра с Альтом и Троямом. Эти трое все увереннее прибирали к рукам целиком управление всеми отрядами.

– Зря грустишь, Элим! – Альт уже выпил, и голос его был немного громче обычного. – Поставим арбалетчиков у моста, кордоны на севере и западе из легкой пехоты и уйдем по-тихому.

Троям покачал головой, а Элим отпил из своей кружки, спрятав лицо.

– Дерьмовый расклад. Но, видимо, на это они и рассчитывают. – Король вновь был мрачен. – Многие на нашем месте так бы и сделали. Но ты просто мало воевал с Империей. В других обстоятельствах пятьдесят твоих ребят с мощными арбалетами при поддержке десятка серьезных драчунов с щитами держали бы мост вечность. Но два Кинетика сметут их сразу. – Элим щелкнул пальцами.

– Элим прав, – сказал Троям. – Мост нам не удержать, как и город. В Каллимаре… – Взгляд кунгента метнулся на Элима. – В Каллимаре во время уличных боев почти все решали маги и легкие пушки. У нас почти нет ни того, ни другого. А у них магов будет, как мух в отхожей яме.

– А если мост уничтожить?

– Это можно. Но, видишь ли, Альт, я не уверен пока, куда мы будем двигаться дальше. – Элим задумчиво поболтал содержимым кружки. – При плохом раскладе нам придется, не дойдя до Майна, развернуться и либо обойти их, либо прорваться, чтобы все же уйти обратно на левый берег. А мостов через Меридиан слишком мало, чтобы уничтожать один из них в надежде задержать «Преторий».

– И что тогда делать? – спросил Альт.

– Бежать, – спокойно сказал Элим. – Определим направление, где войск меньше всего, дождемся, когда ловушка почти закроется, и сбежим.

– Но зачем ждать? – Альту было не по себе. Кредис понял, что наемники редко сталкивались с ситуациями, где нужно так далеко планировать свои действия.

– Так будет проще оторваться потом. Они не смогут взять нас сразу в кольцо, придется опять рассредотачиваться. «Преторию» еще и переправляться через Меридиан. Мы выиграем время. Но дальше будет жесткая гонка. Потому я и закупил запасов, сколько смог.

– Но не все, – нахмурился Альт.

– Им тоже нужно будет уйти… – негромко проговорил Троям. А Элим кивнул, мрачно рассматривая содержимое своей кружки.

– Кому? – не понял Альт.

Но Кредис уже понял, о чем речь, и в очередной раз убедился, что Элим хороший человек. Резкий, вспыльчивый, несерьезный, но хороший.

– Жителям города, – все так же негромко проговорил Троям. – Тут будет битва, где будет задействовано много магов. До черта войск с разных сторон. Лучше им убраться, пусть даже в Пустошь, чем остаться в городе.

– Поэтому легион и сжег стены? – спросил Кредис.

– Не думаю, – Элим покачал головой. – Скорее всего, это было нужно, чтобы заставить нас уйти от города. Вероятно, чтобы «Преторий» переправился и нас прижали со всех сторон уже на этой стороне реки. Если это так, то мы немного спутаем им планы.

Все помолчали.

– Кстати, вы заметили чудесную балку, идущую от города на юго-запад?

Все покачали головами. Элим улыбнулся своей кружке.

* * *

Они оставались на перекрестке еще два дня. За это время Элим гонял всех солдат, готовя оборону лагеря, устанавливая какие-то ловушки в городе, а также исключительно с Волками занимаясь чем-то в той самой юго-западной балке.

Сама балка была широким оврагом, заросшим со всех сторон лесом. Видимо, немного раньше тут было русло какого-то притока Меридиана, но теперь оно пересохло и лишь в самой низине сохранялась влага. Дно балки заросло ивой, лохом и ольхой. А вот вдоль ее пологих склонов росли более крепкие деревья, клены, вязы и ясени. Впрочем, все они были небольшие, и многие клонились над балкой, делая ее еще темнее и мрачнее.

К вечеру второго дня начали возвращаться разведчики. «Преторий» почти подошел к мосту и появится в зоне их видимости завтра. Аналогично почти подошел по столичному тракту к городу легион «Восток». Троям и Альт были удивлены, когда разведчики с северо-запада доложили, что оттуда движется двадцатитысячный легион. Причем даже разведчики из числа бывших легионеров «Севера» не знали знака отличия на знамени этого легиона.

Элима эти новости не удивили. Он лишь улыбался, когда разведчики с юга докладывали о том, что и с этого направления подходит чуть более пяти тысяч солдат легиона «Забвение».

– Думаю, теперь всем понятно, что нужно делать? – ослепительно улыбнулся Элим.

– Ага. Сметем южный заслон и уйдем краем Пустоши, – сразу ответил Альт.

– Знаешь, по тебе можно смело строить планы, Альт. Ты все делаешь по уму, по науке. Так бы действовало большинство армий, в нашем положении, – заметил Элим.

Альт раздулся от гордости, а вот Троям тихо посмеивался. Кредис тоже невольно улыбнулся.

– Вот только разбить тебя, с таким отношением, было бы проще простого! – закончил Элим. Троям уже в голос рассмеялся.

– Эй! А что не так?

– Ну там войск меньше всего. Значит, если главнокомандующий этой кучи легионов, что нас окружают, не совсем идиот, то там будет много магов. Скорее всего, Пиромантов. Войска отступят, оставляя за собой сплошную стену огня. И мы окажемся еще плотнее в ловушке. Тот неизвестный легион как раз успеет охватить нас с запада, а «Преторий» успеет перейти мост, так что нам будет некуда деться. Бедные мы… – Элим склонил свою лысую голову, словно в трауре.

По тому, как похохатывал Троям, Кредис понял, что за эти дни король Кимбера успел стать его вождем, несмотря на все начальное недоверие бывшего кунгента.

– Да ну вас! – Альт сплюнул.

– Да уж, у Вас получилось слишком злое подшучивание, Ваше Величество, – с укоризной произнес Кредис.

– Возможно. Извини, Альт. Кстати, завтра отправь своих ребят к мосту. Их цель – задержать наступление «Претория» хотя бы на полчаса. Получится на час – еще лучше.

– Ты же говорил, что использовать арбалеты против Кинетиков будет бесполезно, – насторожился Альт.

– Говорил, – вздохнул Элим. – Но выбора нет. Во-первых, они не должны слишком быстро переправиться. Во-вторых, они должны быть уверены, что мы собираемся держать позиции.

– Мне это не нравится, – веско произнес Альт. Теперь он не шутил и был на взводе. За своих ребят он был горой.

– Мне тоже. Но твои «Стрижи» лучшие арбалетчики. У них единственных будет хоть какой-то шанс создать достаточно плотный огонь, чтобы их не смели сразу. Стрелять будете из-за щитов, их наколотили за эти два дня достаточно. Кинетики, скорее всего, будут просто смахивать стрелы обратно, так что вряд ли точность ответного огня будет хорошей.

Альт колебался.

– И они получат тройную премию, – добавил наконец Элим.

– Вот это ребятам понравится. Хорошо, – Альт кивнул.

– А ты, Троям, возьмешь всех своих людей и, как только начнется наступление «Востока» и нового легиона, уйдешь в город. Выводите всех, кого можете. Затем делайте круг вдоль городской черты и выходите к балке. Где ловушки, помнишь?

Троям лишь молча кивнул.

– Ловушки? – спросил Кредис.

– У нас почти не осталось пушек, зато в избытке пороха. Если кто сунется следом за людьми Трояма или Альта в город и решит пограбить, их ждет много сюрпризов.

– Прошу тебя, Троям, вывести всех людей из города. А то грешно может выйти.

– Мы справимся, – ответил уверенно бывший кунгент. – Больше половины жителей города и так уже ушли, когда поняли, что тут будет сражение. А кто-то ушел еще раньше, когда «Восток» неожиданно спалил стены города. Меня больше заботит отступление по балке…

– О, там все продумано. Не переживай, – Элим воодушевляюще улыбнулся. Вот только вышла улыбка у него кровожадной.

– Я думаю, что пойду с Троямом, – сказал Кредис. – Может быть, некоторые не послушают солдат, но прислушаются к голосу скромного служителя Одина…

– Ты уверен? – Вот теперь Элим выглядел немного обеспокоенным.

– Я пошел с армией, чтобы помогать спасти жизни. Тут я никого не спасу, а в городе буду полезен.

– Ну я тебе тогда выделю десяток надежных людей. Божье слово это хорошо, но лучше, чтобы у тебя за спиной был кто-то кроме Одина, – сказал с улыбкой Троям.

Они посидели еще немного, а потом разошлись спать.

* * *

С утра Кредис старался держаться ближе к Трояму. До полудня все было спокойно, но потом на севере появился противник. Неспешно войска выдвигались вперед из-за холмов, окружающих город, перестраиваясь на ходу. Ряды становились все шире. Слева от первых шеренг появились другие. Видимо, тот самый новый легион. Они, не перестраиваясь, быстро маршировали все дальше, нацелившись обойти с запада город и застывшие в ожидании войска наемников.

А еще немного позже появился в зоне видимости и легион «Преторий», когорты которого подходили с востока из-за Меридиана к мосту. Чем-то их движение завораживало Кредиса. Будто это были не сотни и тысячи людей, а одно живое существо. Огромная многоножка, которая грозит поглотить город без остатка.

Несколько отрядов наемников быстрым маршем двинулись наперерез идущему с северо-запада легиону. Это должно было показать неведомым полководцам противника, что они не хотят допустить окружения. А «Стрижи» между тем неспешно занимали позиции у моста, прикрываясь огромными деревянными щитами, каждый больше роста человека.

Элим считал, что столкновения на мосту и на западе, чуть севернее балки, по которой все потом должны уйти, не избежать. На прочих участках сопротивление будет оказываться чисто номинальным, чтобы поберечь жизни солдат. Кредиса это успокаивало. Он не хотел стать свидетелем кровавой бойни.

На мосту уже полетели первые болты, собирая кровавую плату с легионеров «Претория», которые пытались перейти на эту сторону реки. Магов туда пока не отправляли. А вот на западе легион замедлился, им пришлось также перестраиваться, чтобы атаковать выдвинувшихся на них наемников.

Троям и его легионеры стояли на самом восточном краю армии Элима. И Кредис прекрасно видел и то, что происходит на мосту, который располагался юго-восточнее города, и то, как развиваются события вдоль всей линии построения наемников и северян. Поэтому он заметил, как вслед за первыми наемниками вся линия начала двигаться в западном направлении. В итоге две с половиной сотни людей Трояма оказались оторваны от остальных, а войска легиона «Восток» неспешно надвигались на них.

Кредис смотрел пристально на Трояма. Тот оставался спокоен, рассматривая происходящее перед ним. Когда вся линия армии наемников сместилась так, что «Восток» задевал ее лишь правым флангом, и расстояние до противника сократилось примерно до полутора-двух километров, Троям махнул рукой трем центурионам, стоявших рядом.

– Пора. Рассредоточиться на десятки – и бежим. Едва входим в город, начинаем прочесывать кварталы. Всех гражданских гоним перед собой. Дома с крестами на окнах обходим стороной.

Все центурионы отдали честь и разбежались. Троям обернулся к Кредису.

– Тебе тоже пора, святой отец. Если не передумал.

Кредис погладил бороду, опускающуюся на его грудь.

– Не передумал. Сделаю, что в силах моих малых.

И началась гонка. Десяток, что дал ему Троям для сопровождения, не ждал, и Кредису пришлось бежать вместе с ними, путаясь в своей серой мантии. А потом кричать, звать, мягко убеждать горожан. Элим и Троям ранее не врали. В домах остались очень немногие. Но чаще всего это были упрямые старики или семьи с маленькими детьми, которые ни в какую не хотели покидать своих домов. Пока Кредис успокаивал одного вздорного старца, который держал на руках растрепанного рыжего кота, без которого идти никак не желал, прогремел первый взрыв.

Старейшина церкви Одина обернулся как раз вовремя, чтобы заметить оседающее трехэтажное здание. Судя по ажурной крыше, что проваливалась сама в себя, это был богатый бордель или трактир. Когда Кредис вновь повернулся к старику, с которым спорил, ни его, ни кота уже не было рядом. Тот, схватив какие-то пожитки, быстро улепетывал по улице. Так и пошло, что под постоянный грохот взрывов пороха выводить людей из домов стало куда проще и быстрее.

Когда вновь прогремел грохот и просела еще одна крыша, Кредис невольно воскликнул:

– Сколько же у Элима было проклятого пороха?

– Немало. А еще в городе был оружейный склад для легиона «Забвение». Его мы тоже взяли для потехи! – ответил ему неожиданно хмурый декан десятка. – Быстрее, Вашество, а то взрывы уже почти до нас докатились.

На центральной площади они столкнулись с Альтом и его людьми. Капитан наемников с закопченным лицом прижимал к себе перевязанную левую руку и ругался на всех вокруг. Теперь они вместе отступали через город, где все чаще раздавались взрывы с разных направлений.

Кредис не привык к такому хаосу. Повсюду был шум, бежали испуганные люди, кто с узлами и котомками, кто с пустыми руками. Десяток легионеров, сопровождавших его, направились по улицам к юго-западному краю города, стараясь, где это возможно, помогать людям. С удивлением Кредис понял, что он успевает как-то говорить с некоторыми, успокаивать их, хотя сам был страшно испуган. Чем-то это напомнило ему его первый приход, когда в маленьком городе на границе Великих Степей случилась вспышка чумы. Как ни странно, эта мысль успокоила его, и дальше священник вел себя увереннее.

Уже почти выйдя из города, они встретили большую семью с тремя детьми. Кредис сразу подхватил на руки младшую девочку, сжимающую в руках тряпичную лошадку, и они продолжили идти узкими улочками. Пришлось немного отклониться к югу, чтобы помочь этой семье. Едва выйдя за черту города, Кредис сразу повернул голову на северо-запад, к балке, по которой Элим планировал отступать. И увидел пылающий ад. Все деревья вокруг оврага горели, с юга к балке пытались пробраться войска легиона «Забвение». Однако огонь не давал им подойти ближе пары сотен метров. Что творилось в самом овраге, Кредис даже боялся представить! Похоже, Элим в этот раз где-то ошибся. Если все их войска загнали в овраг и подожгли деревья…

– Уйдем вместе с жителями на юг, – решил наконец он. – Обойдем солдат «Забвения» с юга и выйдем к западному концу балки. Надеюсь, там удастся догнать Элима и остальных.

Если будет кого догонять. Эту мысль Кредис вслух не высказал, лишь мысленно помолившись Одину. Декан легионеров, так же мрачно смотрящий на огонь, кивнул.

Глава 6. Фальшь

Эпоха Одина и Эпоха Богов

Илаим сильно морщился, потирая растянутое после неудачного падения плечо. Ему неплохо удавались номера, когда надо работать с публикой, играть для нее. Клоунады, исполнение роли ассистента во время сложных фокусов, когда было необходимо привлечь к себе внимание в нужный момент. А вот акробатика была явно не его делом. На больное плечо опустилась тяжелая рука.

– Точно уверен, что хочешь уйти, сынок?

Отец за последний год очень сильно постарел. Не столько телом и лицом, сколько душой. Эмоциями. Не было прежней радости и ожидания чуда. Не было сил показывать чудеса самому. Радость вообще, кажется, покинула его. Он слишком себя винил.

– Да. Я навсегда останусь с цирком душой, но все же я скорее актер, как мне кажется. – Он высвободился из хватки отца. Повернулся, заглядывая ему в глаза. – «Каждый цирковой должен быть немного актером, а каждый актер – немного цирковым!»

Отец не рассмеялся, как бывало до того, как мама, которая постоянно повторяла эту фразу, умерла. Отец Илаима был прекрасным воздушным гимнастом. Но вот публику привлечь не умел. Этим занималась мама, которая на трапеции больше играла, чем демонстрировала акробатические таланты. Когда они выступали вместе, в отце тоже что-то загоралось. Что-то, что делало их совместные выступления настоящим чудом. Пока в один ужасный день он не удержал ее.

Илаим отца ни в чем не обвинял. Мама сама настаивала на том, чтобы делать номера все сложнее и сложнее. Это был ее риск и ее награда. Вот только отец думал иначе и винил только себя. Отчасти Илаим боялся, что как только он уйдет из труппы, отец совсем сдастся. Сорвется или сопьется. Но сделать ничего не мог. С самого детства цирк был для него местом чудес, он учился тут всему понемногу и был счастлив. Но уже год как чудес больше не было. Если Илаим останется тут еще немного, то сломается он сам.

– Все в порядке, отец. Я догоню ту труппу актеров, что мы видели вчера. Уверен, легко вольюсь к ним. Как минимум, комедийные роли мне точно будут удаваться великолепно, после наших со стариком Спирком клоунад.

Отец пожевал губы и кивнул. Взгляд его стал еще более тусклым. Илаим чуть было не поддался. Но нет, он не может больше тут оставаться. К тому же он всегда знал: его призвание – актерская игра. Мама была хороша и в акробатике, и в представлении, отец только в акробатике. Сын же их оказался только актером. В этом он видел свою жизнь.