– Да не тебя я прошу взламывать квартиру. Тут нужен Саймон.
– Кто?
– Мой очень хороший друг. Он сможет вскрыть любой замок и прийти в любой момент на помощь – те качества, которые сейчас мне просто необходимы.
– А почему ты ему сразу не позвонил?
– Спроси у него, у меня нет времени объяснять, я уже слышу шаги. Саймон живет на Лонсдейл Стрит, дом 21, квартира 69. Позвони в домофон, объясни ему всю ситуацию и скажи, что бы он шел в берлогу.
– В берлогу? – переспросил Майкл.
– Да, в берлогу! – скороговоркой затараторил Клод. – Майк, нет времени, пожалуйста, иди к Саймону прямо сейчас, не то мне пиз…
Связь прервалась. Майкл сидел на софе с чувством нарастающего внутри страха. В подобной ситуации он прежде не оказывался. От его действий зависит судьба сводного брата…
Майкл резко встал, быстро оделся и вышел на улицу. Несмотря на то, что голова мыслила как никогда ясно, страх в груди отчаянно тянул Майкла обратно в квартиру. Майкл старался игнорировать его и быстро шагал в направлении Лонсдейл Стрит – благо она находилась за пару кварталов от его дома. Страх никак подавить не получалось – ведь второй раз за два дня Майкл, страющийся избегать опрометчивых поступков, чувствовал, что ввязывается в очередную авантюру.
Саймон
У дома 21 Майкл оказался минут через пятнадцать. Опасаясь, что он опоздал, и что Клод уже находится на пути к полицейскому участку, Майкл набрал на домофоне 69.
– Да? – медленно протянул низкий голос.
– Я по поводу Клода Фохё, ему нужна помощь.
– Что с ним?
– Я все объясню, впусти, дело серьезное.
Дверь открылась. Майкл в долю секунды пролетел два лестничных пролета и оказался у двери с потрескавшейся краской. Майкл уставился на кривую табличку, висящую на двери:
"69"
"Пошлый Кретин <3"
"Самоирония?" – хмыкнув, подумал Майкл. – "Самопиар? Или просто стёб?".
Дверь открылась. Перед ним предстал молодой человек, по пояс голый, чуть выше его ростом, с сигаретой в зубах и татуировкой на груди – змея, обвивающая сердце и вонзающая в него клыки. У юноши были коротко постриженные волосы, небритость на лице, которая, впрочем, ему шла, татуировка под левым ухом, напоминающее то ли череп дьявола, то ли что-то другое, схожее по мрачности. Глаза, серые и мерцающие, прищуриваясь, оценивали Майкла. В руках у юноши был небольшой нож, который он мастерски вращал вокруг пальцев. Майкл невольно на него косился.
– Что за смешки? Я думал, ты здесь по серьезному делу, – небрежным тоном произнес юноша.
– Вывеска понравилась, – сказал Майкл, кивнув на дверь.
Юноша развернулся и посмотрел на вывеску, прижавшись к ней, словно к дверному глазку.
– Не я пошлый кретин, а тот, кто увидев эти цифры, подсознательно думает о позе валета.
– А ты думаешь о позе валета? – быстро спросил Майкл.
– Я ее практикую, – самодовольно ответил юноша, оторвав нос от вывески.
– С мужчинами или женщинами?
Юноша презрительно посмотрел на Майкла.
– Сложно представить, что ты здесь что-то практикуешь. – Майкл кивнул на обшарпанную дверь.
– А ты не представляй. Приходи сюда к одиннадцати и присоединяйся.
– Все-таки с мужчинами? – предположил Майкл.
Взгляд юноши стал еще презрительнее.
– Я бы не шутил с незнакомцем, у которого есть нож.
– Ты Саймон?
– Еще бы.
– Теперь ты уже не незнакомец, – заметил Майкл.
Презрение во взгляде юноши испарилось.
– Остряк… Как звать тебя?
– Майк. И по правде говоря, сейчас не лучшее время для острот. Могу я зайти?
– Проходи, садись. – Саймон указал левой рукой на прихожую, приглашая внутрь. Нож в его правой руке все еще вращался, сливаясь в одно мерцающее пятно. Майкл неуверенно вошел.
Майкл все время считал свою квартиру неубранным и плохо обустроенным жилищем, непригодным для жизни типичного австралийца, но увидев убранство Саймона, он осознал, что с его квартирой все не так уж плохо. "Мать с ума бы сошла, если бы я так же жил" – подумал Майкл. Тонна пустых пивных банок валялась в углу в перемешку с бутылками, пепла в пепельнице было столько, что он в ней не вмещался и просто оседал на столе, сам стол был в вмятинах и следах от ножа. Сама квартира казалось ужасно пустой, на драной стене особенно выделялся приколотый к стене лист, на нем было изображено что-то вроде таблицы. Майкл осмотрелся, но в комнате не было ни стула, ни дивана, ни кровати – в общем, ничего такого, на что можно было бы присесть.
– А… куда садиться? – спросил Майкл.
– Куда хочешь. – Саймон ножом указал на пол.
– Нет, я лучше постою. – Макйл почувствовал, что в комнате прохладно, тут же он заметил треснувшее окно в противоположной конце комнаты.
Майкла так и подмывало спросить о том, как Саймон живет в этой лачуге, но не знал, как Саймон отреагирует, к тому же ситуация этому не способствовала – неизвестно, что сейчас происходит с Клодом. Сам Саймон неотрывно смотрел на нож, словно никого, кроме него, здесь нет. Майкл ощутил некую досаду, вызванную равнодушием Саймона. Поэтому нужно как-то описать произошедшую ситуацию, чтобы поставить Саймона в известность и поскорее валить с этой берлоги. Берлога… Точно!
– Клод сказал, что бы ты ехал в берлогу – наверное, это точка Страйкса, просто я ее так никогда не называл. Клода подставил Страйкс. Он закрыл его под замок, скорее всего, в этой самой берлоге. Клод подозревает, что Страйкс хочет заложить его копам, они наверняка уже в пути, так что нам нужно поторопиться.
– Нам? – переспросил Саймон.
– Тебе, разумеется. Клод хотел, чтобы именно ты помог ему.
– Это не объясняет мое непосредственное вовлечение в сложившуюся по независимым от меня факторам ситуацию, – с расстановкой произнес Саймон, все еще любуясь своим ножом, словно редким музейным экспонатом.
Майкл растерялся. Заумная и абсолютно ненужная фраза сбила его с мыслей.
– Клод сказал, что ты взломщик, – наконец произнес он. – И что ты обязательно поможешь.
Саймон оторвался от ножа.
– Тебе не приходило в голову, что я мог не соответствовать его описанию?
– Я ему поверил, – просто ответил Майкл. – И я его знаю. А тебя я вообще не знаю, чтобы понимать, чему ты соответствуешь, а чему нет.
Саймон стал подбрасывать нож в воздух и ловить его, при этом не отрывая взгляд от Майкла.
– Иметь дело с копами – слишком рискованно. Они и так меня не жалуют.
– Так ты поможешь или нет? – нетерпеливо спросил Майкл.
– Раз Клод сказал, что я помогу – значит, я помогу, – произнес Саймон, переводя взгляд на отблески вращающегося в воздухе лезвия. – Но без тебя я не справлюсь.
– Почему же?
– Вот когда мы прибудем к берлоге, ты поймешь, что необходим соглядатый.
Майкл не хотел участвовать во всяких нечистых делах, а уж тем более быть там соглядатаем. Он собирался сообщить об этом Саймону, как вдруг вспомнил вопрос, который хотел задать первым делом при встрече.
– У Клода был мобильник. Он позвонил не тебе, а мне. Я спросил у него, с чем это связано, он сказал, что ты объяснишь.
Майкл выдержал паузу, чтобы Саймон объяснил. Но Саймон молчал.
– Так объясни.
Саймон усмехнулся и провел тыльной стороной ножа по шее.
– Ты сам говорил, что времени нет, дай я хоть переоденусь, по пути я все тебе расскажу.
Спустя две минуты Майкл и Саймон шли по Лонсдейл стрит по направлению к "берлоге" – та, к счастью, находилась в пяти минутах ходьбы. Стало быть, берлога – это и есть точка Страйкса. Майкл удивился, что у точки Страйкса есть отличное название – он не раз у него закупался, поэтому об этих вещах он должен был знать.
Близость берлоги внушала надежду, что полиция до Клода пока не добралась. Саймон натянул клетчатую рубашку и опоясался бурым свитером – выкуривая очередную сигарету, он непринужденно шагал, оборачиваясь на встречных девушек, буравя их пристальным взглядом. Казалось, что он идет потусить, а не вызволять друга – подобное поведение выводило Майкла из себя.
– Ты же обещал объяснить про звонок, – раздраженно произнес он, проходя мимо станции метро.
– Да, да. – Саймон с трудом оторвал взгляд от филейной части блондинки, спускавшейся в подземный переход. – Я – один из поставщиков Страйкса. Я ему привозил экстази и фенциклидин. Если Клода все-таки поймают и отследят звонок на мой номер, то повяжут и его, и меня. Я у фараонов не в фаворе, поэтому я дал понять Клоду, что звонков, даже косвенно намекающих на всякие субстанции на мой номер быть не должно.
– А мне насчет субстанций звонить можно, да? – едко спросил Майкл.
– А вы о субстанициях говорили?
Майкл попытался вспомнить свой последний разговор с Клодом.
– Мы о копах говорили. А подставе Страйкса. Траву слегка я упомянул. Ну так, вскользь.
– Да не в траве дело, – махнул рукой Саймон. – Амфетамин. Страйкс здорово спалился на нем. Светанул им в парке. Жирная дубина! Фараоны выследили его по сигналу мобильного, вычислили его адрес. Решили не сразу его брать, словить возможных подельников. У копов с недавних пор мания на амфетамин, конечно, не такая, какая она у торчков, а другого рода – им надо словить как можно больше барыг, потому что спрос на спиды в последнее время возрос. Прибавилось у бедных работенки, – Саймон презрительно фыркнул. – Видно этот жиробас смекнул, что можно подставить кого-нибудь, чтобы самому за решетку не угодить. Но почему он выбрал именно Клода, мне непонятно. В друзьях у него куча торчков, а выбрал он совсем не упоротого. Я вообще не помню, чтобы Клод с наркотиками баловался.
– Серьезно? – Майкл был несказанно удивлен. Он почему-то считал, что Клод не прочь побаловать себя различными веществами.
– Да, он типа стал следить за собой, даже курить недавно бросил. Но не потому, что это правильно, а потому, что сейчас модно быть здоровым. Но это не мешает ему пить апельсиновый ликер и трахать шлюх. Резко лишать себя удовольствий тоже вредно для здоровья… Похоже, ты с ним совсем недавно познакомился, раз не знаешь, что он не торчит…
– Я познакомился с ним девятнадцать лет назад. Он мой брат.
Саймон вскинул брови и удивленно посмотрел на Майкла, проигнорировав при этом хорошенькую брюнетку, проходившую мимо.
– Сводный, – добавил Майкл.
– А-а-а…– протянул Саймон и все-таки успел проводить похотливым взглядом удаляющийся силуэт брюнетки.
– Ты только с армии вернулся? – не выдержал Майкл. – Облапал взглядом всех телок, мимо которых проходил.
– А? – тупо сказал Саймон. – Они виноваты…
И молчание…
– В чем?
–…в сперматоксикозе и войнах.
Майкл не стал ничего говорить – фраза Саймона задела воспоминания, связанные с Ребеккой. Гордость спустилась в живот и на мгновение сжала его недры, поэтому разговоры о девушках Майкл решил оставить на потом.
– Мы пришли, – спустя две минуты сказал Саймон, остановившись у детской площадки, которую окружали три дома-прямоугольника.
– Нам туда? – Майкл указал на дом, чью стену украшало огромное граффити двух лесбиянок, склеющихся в поцелуе.
– Какой ты проницательный, – саркастически произнес Саймон. – Да, да, да.
Они подошли поближе к дому. Возле среднего подъезда стоял белый автомобиль. Обтекаемый с тонированными окнами, иделально чистый, и оттого слащаво, даже гламурно, переливающийся на солнце.
– Это тачка Клода, – сказал Саймон, указав на машину. – Ауди А9…наверное… Хотя не знаю. Я не нищеброд, чтобы в машинах разбираться.
– Надо же, – огорченно произнес Майкл, уставившись на красавицу-Ауди и вспомнив свой мотоцикл, конфискованный отчимом
"Надеюсь, он его не продал, чтобы купить это?"
– Слушай, план действий таков. – Саймон заговорщически понизил голос, перейдя на деловой тон. – Вот там, – он указал на одно из окон второго этажа, – находится берлога Страйкса. Окно приоткрыто, это замечательно, влезть внутрь при помощи этого, – Саймон указал на решетку на окне первого этажа, – не составит труда.
– А что я буду делать? – спросил Майкл.
– Ты – соглядатый, стой на стреме, смотри, чтобы легавых здесь не было. Обычным прохожим скажи, что я забыл ключи в морозилке. Если будут копы, либо этот жирный полудурок, то крикни: "Твоя задница слишком плоская!"
– Серьезно? – нахмурившись, спросил Майкл.
