Погода там всегда была мягкой. Лето не очень жаркое, а зима не такая уж и суровая в отличии от Ирелонда, где морозная пора года могла сравниться с зимой в самых северных краях.
К Транстреилу трепетно относились все обитающие там вампиры. Люсьен не был исключением. Он хорошо помнил те времена, когда на месте родного города раньше были лишь дикие леса и поля, а на месте дворца – острые скалы. Мало кто мог похвастаться такими воспоминаниями, но именно Люсьен видел и знал гораздо больше любого другого когда-либо существовавшего вампира, не считая самого Вэйланда, который его же и обратил почти тысячу лет назад. Юношеские мягкие черты лица, слегка удлиненные вьющиеся светлые волосы до плеч и яркие голубые глаза Люсьена показывали остальным то, как хорошо он сохранился. Являясь самым первым обращенным и получив самую концентрированную кровь вампирского родоначальника, он перестал стареть гораздо раньше своих сородичей. Благодаря этому многие другие мужчины не скрывали своей зависти, а девушки постоянно толпились возле Люсьена.
Стоя у зеркала в своих покоях Транстреилского дворца, беловолосый вампир уверенно и ловко застегнул пуговицы на рукавах своей рубашки и с едва уловимым высокомерием осмотрел себя с головы до ног. Причесанные, слегка вьющиеся волосы были аккуратно уложены и ниспадали на плечи, а глаза, как и у всех вампиров, были подсвечены, отражая свет рядом стоящих свечей. Тем не менее их голубой отблеск от этого не терялся. Люсьен ещё раз посмотрел на свою белую рубашку, проверяя, нет ли на ней каких–то изъянов. Разгладив пару складок на плечах, он бросил взгляд на черные брюки, поправил ремень и отвернулся от зеркала. Затем, он подошел к небольшому столику у кровати. Взяв кувшин с кровью, Люсьен налил содержимое в рядом стоящий бокал и осушил его парой глотков. Голова сразу прояснилась, и в этот раз он действительно почувствовал бодрость. До этого вампир испытывал раздражение и злость из-за того, что его заставили подняться в такую рань. Солнце ещё не село, а его лучи пытались пробиться через плотные шторы покоев Люсьена.
Беловолосый вампир вышел в коридор, оставив комнату в легком беспорядке, прекрасно зная – служанка в ближайшее время должна была навести там порядок. Все его мысли были заняты лишь одним – когда удастся выбраться из происходящих интриг и погрузиться в атмосферу бессмысленной расслабляющей болтовни с другими вампирами на предстоящем приеме в завершении этой ночи. У Люсьена не было никакого желания участвовать в бредовых идеях Вэйланда по истреблению лирых и поиске младшего МакТайра, но идти против «отца» и не выполнять его указания было высшим проявлением неуважения. Люсьен был правой рукой Вэйланда и уже давно осознал, что носил это звание лишь для вида, так как «отец» давным-давно не слушал его советов и всегда делал по-своему. Это началось с тех самых пор, как умерла Аннабель, после чего Люсьен не мог не заметить постепенно сходившего с ума Вэйланда. Его поступки и действия шокировали многих, а заточение Марка в темнице вовсе заставило остальных усомниться в адекватности Старейшины. Но никто не смел ему перечить, зная чем всё может закончиться. В его власти было слишком многое, и это позволяло Вэйланду делать всё, что пожелает его душа.
Люсьен единственный, кто время от времени напоминал «отцу» о нелогичности и ужасе его поступков. Именно это привело к тому, что Вэйланд абсолютно перестал слушать «сына».
Беловолосый вампир, стараясь не думать обо всем этом, прошел дальше по коридору и спустился по ступеням на первый этаж обширного дворца. Завернув в другой коридор, он вышел во внутренний дворик, усыпанный разными растениями, деревьями с санжами и статуями горгулий и хищных птиц. Затем прошел к другому проходу, скрывшемуся за резными колоннами. Среди них на каменной дорожке находилась деревянная дверца с кольцом. Люсьен взялся за него и открыл себе проход к лестнице, идущей в подвал. Он услышал еле уловимые звуки криков, доносящихся из темноты.
Люсьен взял со стены горящий факел и, выставив его перед собой, начал спускаться вниз. Звуки криков усилились, и Люсьен слегка скривился, не обрадованный перспективой участвовать во всём этом. Дойдя до конца лестницы, он ступил на холодный каменный пол и прошел дальше. Внизу были темные и серые коридоры с клетками и камерами. Все было слабо освещено несколькими зажженными факелами. Люсьен повесил свой факел на свободное кольцо и, засунув руки в карманы брюк, пошел мимо темниц с решетчатыми дверцами. За некоторыми сидели пленные волки и другие провинившиеся вампиры. Кто-то из них смотрел на Люсьена с надеждой, а кто-то сверкал на него яркими глазами с выражением ненависти и отвращения. Беловолосый же даже не оборачивался на них, насвистывая себе под нос веселую мелодию, которая помогала ему не обращать внимания на несчастных в клетках. Когда Люсьен проходил мимо одной железной массивной двери, то перестал насвистывать и остановился. На двери было вырезано несколько слов. Вампир мысленно напомнил себе, для чего эти слова на магическом наречии были помещены на дверь. Они удерживали пленного за этой дверью, не давая ему использовать магию и сбежать. На ней также висело несколько массивных замков со сложной системой. Всё это уже было бессмысленно. Камера за железной дверью давным-давно пустовала. Люсьен на секунду задержал свой взгляд на этой двери и, отгоняя воспоминания, прошел дальше по коридору.
Крики резко умолкли, и Люсьен услышал ещё один уже знакомый голос за одной из дверей. Подойдя, вампир открыл ее и вошел в помещение. С другой стороны стояло двое стражников, а в середине комнаты привязанный на стуле сидел мужчина-волк. Окровавленная одежда, порезы на руках и лице, взбухший правый глаз и рассеченная губа давали понять, что пытали мужчину уже давно. Над ним стоял главнокомандующий стражи Транстреила – Ленар Хаген. Он с громким хлопком врезал волку по лицу и громко, угрожающе спросил:
– Где МакТайр?! Где он прячется?!
Волк сплюнул кровь на пол в сторону и посмотрел на вампира с выражением безразличия. Лицо Ленара скривилось в недовольной гримасе, и вампир снова врезал ему. Люсьен закатил глаза и осмотрел помещение. Испачканные брызгами крови столы были завалены орудиями пыток, лежащими в лютом беспорядке. Ленар как всегда психанул и использовал почти всё.
– Хватит, – громко, но спокойно сказал Люсьен, подходя к главнокомандующему вампиру. – Ты не забыл о встрече? Йоэль уже должен быть на границе города.
– Не забыл, – угрюмо выпалил Ленар. – Разберусь с ним, и пойдем.
Он махнул рукой на волка. Люсьен посмотрел на пленного сверху вниз и вздохнул.
– На это нет времени. Отведи его обратно в камеру.
Ленар раздраженно вздохнул. Сняв окровавленные перчатки, он с психами кинул их на ближайший стол. Некоторые орудия пыток громко звякнули. Маленький скальпель со звоном свалился на холодный каменный пол.
– Именно поэтому я здесь, – спокойно сказал Люсьен. – Вэйланд предугадал твою вовлеченность в это дело и прислал меня. Йоэля надо встретить в любом случае. Он со своим отрядом принес какие-то плохие новости. Его Величество не находит себе место.
Ленар молча ещё раз посмотрел на пленного. Тот с кривой кровавой ухмылкой слушал их разговор. Казалось, что пытки совсем никак не повлияли на мужчину несмотря на совсем паршивый вид.
– Засуньте его в Серебряную дрянь, – проворчал Ленар двум стражникам, стоящим у двери. – Я достаточно нахлебался этого дерьма. От пса нет толку.
Люсьен недовольно помотал головой и отошел к двери, стараясь не смотреть на то, как мужчину затолкали в серебряную деву с шипами внутри. Тот даже не сопротивлялся, гордо встречая свой конец. Волк начал кричать только когда дверь орудия пыток начали закрывать. Люсьен недовольно свел брови у переносицы, непроизвольно представляя, как шипы входят в тело бедного мужчины. Когда на окончательно закрывшуюся дверь повесили замок, один из стражников подошел к столу. Над ним на нитке висели травы. Сорвав оттуда пучок с одним из самых ядовитых для волков трав – аконитом, вампир открыл небольшую дверцу, расположившуюся под девой, и положил его туда. Второй стражник зажег синие цветки и закрыл дверцу обратно. Дым от аконита проник внутрь девы и заставил еле живого волка кашлять и задыхаться. Люсьена это зрелище добило окончательно, и он вышел за дверь, ожидая Ленара снаружи. Звуки кашляющего волка прекратились достаточно быстро, и Ленар вышел следом.
– Черт бы побрал этих волков, – проворчал главнокомандующий. – Ничего их не берет, а я даже не завтракал сегодня.
– По тебе видно, – саркастично ответил Люсьен.
Ленар бросил на него раздраженный взгляд и промолчал. Оба вампира не особо жаловали друг друга, абсолютно недовольные деятельностью обоих. Люсьен презирал агрессивные действия против волков, предусмотрительно об этом умалчивая, а Ленар просто не видел смысла в существовании Люсьена. Образ жизни беловолосого вампира казался бессмысленным и бесцельным для главнокомандующего стражи. Несмотря на все это, говорить что-то против Люсьена Ленар не смел, представляя, что с ним сделают, если он оскорбит королевского любимчика.
Они молча поднялись на внутренний дворик, и Ленар закрыл за ними деревянную дверцу. До королевской конюшни они продолжали идти молча. Люсьену было велено встретить волчьих охотников вместе с Ленаром, чтобы за всем проследить. Поэтому с абсолютно испорченным настроением он следовал за главнокомандующим, уже мысленно ненавидя начинавшуюся ночь. Солнце ещё только приближалось к горизонту, окрашивая небо в ярко-оранжевый. Его лучи, попадая на вампирские глаза, приносили дискомфорт и легкое жжение, из-за которого Ленар и Люсьен постарались побыстрее забраться на своих лошадей и отправиться на встречу.
Они вышли за территорию дворца и оказались на улочках города. К этому времени уже постепенно выходили вампирские жители. Они отправлялись по своим делам, игнорируя бродяг, расположившихся по углам домов. Зажигались факелы и фонари, освещая погрузившиеся в тень дороги и улицы. В центре открывались рынки и палатки, среди которых с важным видом ходили и люди. Те, которые вместе с вампирами тоже вели ночной образ жизни. Обычно это зависело от привычки или работы и, тем не менее, это по-прежнему никому не мешало. Кровососущие существа не были против того, чтобы немного потесниться со смертными. Конечно, хватало и таких, которые не любили людей и вечно ворчали из-за этого.
Люсьен слегка пихнул в бока свою лошадь. Та зашагала быстрее. Ленар с важным видом, разглядывая город, шел следом. Они какое-то время молча продолжали идти по улицам, проходя мимо центра. Прохожие кидали на них заинтересованные взгляды, задаваясь вопросами и догадками. Оба вампира не обращали на это внимание и продолжали идти к месту встречи.
Волчьи охотники, которых должны были встретить Люсьен и Ленар, почти дошли до центра. Отряд, состоящий из дюжины вампиров, возглавлял статный темноволосый вампир. Сами волчьи охотники отличались от обычных солдат терракотовыми мундирами. И все прохожие оборачивались на них, рассматривая Бэйтурских солдат. Двое лошадей из отряда были запряжены в небольшую повозку, содержимое которой было скрыто темно-серыми тряпками. Оттуда доносился премерзкий запах.
Командир отряда поймал взглядом идущих к нему Ленара и Люсьена. Те остановили лошадей и слезли с них. Он последовал их примеру и, когда они подошли друг к другу, поочередно пожал вампирам руки.
– Йоэль, – важно сказал Ленар, давно знакомый с командиром волчьих охотников, – вы вовремя. Вэйланд уже ждет.
– У меня для него письмо от Виктора, – сказав это, Йоэль протянул конверт Люсьену.
Беловолосый взял его, мельком бросив взгляд на Бэйтурскую восковую печать.
– Птицы не могли его доставить? – спросил Люсьен.
Йоэль посмотрел на Ленара и Люсьена с выражением удивления.
– Я думал, вы в курсе. Месяц назад там снова было землетрясение. Птицы от этого, как обычно, разлетелись.
Эта новость не удивила их. Бэйтур уже давно был подвержен этим явлениям. Все, кто жил там, привыкли к землетрясениям и перестали придавать им значение. В силах жителей королевства было лишь желание периодически восстанавливать разрушившиеся дома. Хоть в большинстве случаев эти тряски не были настолько сильными, чтобы разрушать постройки, но иногда они приводили к небольшим последствиям.
– Теперь понятно, почему вы приехали, – ответил Йоэлю Люсьен. – Не будем задерживаться.
Он указал на лошадей, и вампиры снова сели в седла. Солнце к этому времени окончательно скрылось за горизонтом, погрузив город в темноту. Из домов вышло ещё больше вампиров. Их подсвеченные разного цвета глаза как звезды мелькали на улочках. Особенно в неосвещенных частях города.
– Что там вообще произошло? – спросил Ленар, когда они медленно шли на лошадях в сторону дворца.
– Этот разговор не предназначен для лишних ушей, – важно сказал Йоэль. – Мы исполняли приказ.
Прохожие всё ещё продолжали глазеть на отряд, повозку и Люсьена с Ленаром. Дамочки перешептывались, а мужчины с важным видом проходили мимо, притворяясь, что их ничего не заботит. Люсьен хотел задать самый главный вопрос, ответ на который за последнее время он и Вэйланд хотели получить, но столпотворение и лишние уши действительно мешали это сделать. Поэтому ему пришлось запастись терпением и вместе с отрядом и Ленаром дойти до дворца. Но кое-что беловолосый вампир всё же спросил, не в силах ждать.
– Александр де Лием мертв?
Йоэль сверкнул на Люсьена желтыми глазами и ответил:
– Да, – а затем недовольно добавил, – проблема в его отпрыске.
Люсьен мельком бросил взгляд на повозку, которая плелась за ними, и почувствовал подкатывающую тошноту. Он начал догадываться о ее содержимом.
Вампиры уже почти приблизились ко дворцу и, пройдя через ворота, остановились. Место назначения было достигнуто, и теперь отряду оставалось встретиться с Его Величеством и рассказать всё, что произошло в Ирелонде.
5
До Вэйланда Телдена уже дошли слухи о прибытии охотников. Он всегда был достаточно терпелив, но сегодня не мог найти себе места. Неведение заставляло нервничать, стискивая зубы и ворча себе под нос. Древний вампир ходил из угла в угол по своему кабинету, перебирая собственные пальцы. Взгляд у него был диковатый и настороженный. Легкие морщины в уголках глаз указывали на то, что вампир давно уже как следует не отдыхал. Его темные волосы, как и всегда, были собраны в недлинный хвост, а яркие зеленые глаза метались по кабинету. Острый орлиный нос и высокие скулы придавали Вэйланду максимально статный вид, но это не помогало ему в том, чтобы выглядеть моложе.
Даже в спокойное время Вэйланд не выглядел лучше. Он был самым старшим сыном Дарнифета и самым первым вампиром. Что знали все, но именно это и не давало ему полного права на расслабление и спокойную жизнь. Транстреилский трон выматывал Вэйланда, хоть ему и нравилось править. Нравилось создавать свой совершенный мир. Но в последние десятилетия он был твердо убежден, что именно истребление лирых волков сделает этот мир лучше, полностью избавив его от войн и кровопролития. После победы в войне, по его мнению, кровь должна будет литься только ради пропитания вампиров.
Пытаясь убедить себя в этом, Вэйланд продолжал выносить страшные приговоры и отдавать жестокие приказы. Потеряв власть над волками и контроль над ситуацией, он почувствовал желание уничтожить их всех. И в первую очередь именно лирых. Лишить их права обращения в демонов, которые могли собрать армию и жестоко отомстить.
Время шло, а Старейшина всё так же бродил по слабо освещенному кабинету. Хоть солнце уже и село, но вампир был слишком поглощен собственными мыслями, что забыл отвесить шторы и впустить в помещение лунный свет. Кабинет освещало лишь несколько свечей, стоящих на письменном столе короля, у камина и столике возле скамьи. Уютная обстановка комнаты подчеркивалась бордовым ковром на мраморном полу такого же цвета, плотными шторами, висящими канделябрами на стенах, и слегка светящимися углями в камине, который совсем недавно перегорел. В кабинете стоял слабый запах пыли и книг.
Вэйланд знал – охотники быстро справятся с едой и отдыхом. Натренированные вампиры никогда не тратили много времени на такие мелочи. За это время Вэйланд мог бы заняться чем-то другим. Была даже мысль отправиться к Люсьену и нажаловаться ему на медлительность прибывших, но он всё же решил остаться и ещё немного подождать, оставив своего подопечного в покое.
Наконец послышались шаги, и в дверь постучались. Вэйланд резко остановился и обернулся к двери.
– Входите, – сказал он и отошел к своему столу.
Дверь уверенно открылась, и показался Люсьен. Он вошел в кабинет, а за ним последовали Йоэль с тремя охотниками позади. Беловолосый вампир занял свое место недалеко от Вэйланда, по правую его руку. Охотники остановились неподалеку от стола, напротив Транстреилского короля. Йоэль вышел чуть вперед.
– Ваше Величество, – слегка поклонившись, сказал он, – мы прибыли по приказу Виктора и принесли новости.
Вэйланд уже был сыт по горло этими любезностями и, сжав кулаки, нетерпеливо проворчал:
– Не тяни.
– Для начала Виктор просил передать вам письмо, – после этих слов Йоэль посмотрел на Люсьена.
Тот достал из внутреннего кармана пиджака конверт и передал его Вэйланду. Он настороженно взял конверт и, сломав восковую печать с изображением ворона, достал долгожданный листок, исписанный витиеватым аккуратным подчерком.
«Дорогой мой друг!
Как ты наверняка уже слышал, у нас снова случилось землетрясение, поэтому все птицы разлетелись и не оставили мне больше вариантов, кроме как послать в Транстреил своих охотников. Но, боюсь, что даже если бы хоть одна птица осталась, я всё равно не доверил бы ей это письмо.
Наша миссия по истреблению лирых должна была подойти к завершению еще в прошлом месяце, но мы даже близко не предполагали, что у Александра и Эстер есть дети! И это не один или два щенка, а целых четыре! Когда моему отряду всё же удалось отыскать их убежище, эти отпрыски убежали. Мои охотники их преследовали и всё же догнали. Трое были убиты, а одной удалось сбежать. Они и ее убили бы, но всё оказалось не так просто. Там появились волки. Они перебили весь мой отряд и спасли девчонку. Одному из моих охотников удалось выжить. Его нашли, но донести до Бэйтура не успели из-за его преждевременной кончины.
Я не знаю, насколько всё это правда, но… Вэйланд, если те волки были как-то связаны с Марком, то девчонка сейчас у него. Я боюсь, что это закончиться плохо. Одна лирая не сможет восстановить самостоятельно свой род, но она сейчас среди лугару, а мы оба прекрасно знаем, что происходит при смешении этих рас… Лучше не думать об этом, пока точно не убедимся. Волчицу нужно немедленно найти и убить, пока ей не дали возможность разбудить своего демона…
Зато я с уверенностью заявляю, что Александр, Эстер и трое их отпрысков – мертвы. В качестве извинений за оплошность своих солдат, я кое-что тебе передал. Пусть это послужит доказательствам почти полного истребления лирых.
В.Ш.»
С каждым прочитанным предложением выражение лица Вейланда всё больше менялось. Брови свелись у переносицы, зубы поджались от злости и досады, а кожа ещё больше побледнела. Почти посинела, очерчивая мешки под глазами. Он поднял глаза на охотников и хмуро отложил письмо в сторону.
– Группа вампиров не смогла поймать одну несчастную девчонку? – огрызнулся Вэйланд, стрельнув глазами в Йоэля. – И это всеми восхваленные волчьи охотники?!
Командир отряда стиснул от раздражения зубы и опустил взгляд, стараясь не показать своей злости.
– Они сделали всё, что было в их силах, – осторожно ответил он. – Волки убили всех, забрали лирую и скрылись. Мои солдаты прочесали там всё, но ничего не нашли.
Вэйланд сжал кулаки и оперся ими о свой письменный стол. Люсьен бросил на «отца» осторожный взгляд, оценивая его хмурый профиль. Протянув руку к письму, беловолосый бегло прошелся по нему глазами, прочитав текст.
– Всего одна волчица, – спокойно сказал он, пытаясь успокоить Вэйланда. – Нет никаких предпосылок того, что она у Марка. Вообще ничего, кроме догадок Шемера, а ты прекрасно знаешь, какой он паникер и невротик.
Йоэль прищурил глаза и презрительно посмотрел на Люсьена, приходя в замешательство.
– Знаю, – угрюмо ответил Вэйланд, продолжая по очереди смотреть на каждого из охотников.
Они почти все опустили головы, стараясь не встречаться с ним глазами. Люсьен положил письмо обратно на стол и сказал:
– Я так понимаю, подарок от Виктора в той телеге?
Йоэль кротко кивнул.
– Думаю, он вас хоть немного удовлетворит после полученных новостей, – ответил командир.
Вэйланд устало вздохнул, слабо веря в услышанное. Теперь у него не было абсолютно никакого настроения, и никакие подарки от Виктора Шемера не способны были поднять его.
– Ну давайте посмотрим, что там у вас, – всё также устало сказал он Йоэлю, – Ведите.
Охотники расступились и дали пройти Вэйланду и своему командиру. Они вышли из кабинета, и Йоэль повел древнего вампира к выходу из дворца. За ними пошли остальные. Люсьен какое-то время стоял на своем месте, кажется не желая идти и смотреть на содержимое телеги. Секунду замявшись, он, всё-таки, пошел следом.
Отряд охотников, Транстреилский король и его «сын» вышли на крыльцо дворца. Стояла уже глубокая ночь и луна ясно освещала город. Йоэль подвел остальных к телеге, которая стояла неподалеку от ворот. Вэйланд медленно подошел, слегка поморщив нос. Трупное зловоние настойчиво окутало воздух. Содержимое телеги было скрыто темно–серыми грязными покрывалами. Снизу торчала солома, а когда Вэйланд приглянулся, увидел капли крови, стекающие на землю по тонким соломинкам. Вампир пока не стал отворачивать покрывала и повернулся к Йоэлю с вопросительным выражением лица. Тот стоял позади и с удовлетворением сказал:
– Взгляните. Это доказательства написанного в письме.
Вэйланд прищурился и вернул взгляд на телегу. В его мыслях мелькали едва уловимые сомнения. Запах отталкивал, а от догадок возникали чувства ликования и отвращения одновременно. Первое слегка перевешивало, и Вэйланд какое-то время колебался. Люсьен подошел первым.
Беловолосый остановился у телеги и взялся за уголок покрывала. Наконец, набравшись смелости, он слегка откинул его, и перед ним предстало знакомое лицо. Абсолютно бесстрастное и мертвенно бледное. Короткие и влажные каштановые волосы мужчины прилипли ко лбу, а глаза были умиротворенно закрыты, словно он спал. Такое спокойствие на лице именно этого лирого волка Вэйланд никогда не видел. Закрытые глаза Александра не дали вампиру вспомнить, какими они были при жизни. Длинный и глубокий шрам бледно украшал его острое лицо, начиная от виска и заканчиваясь на середине шеи.
Вэйланд почувствовал подкатывающую тошноту от вида знакомого, но уже мертвого лица Александра. На его правом плече и животе виднелись кровавые следы от арбалетных болтов. От мысли, что Люсьен откинул лишь часть покрывала, становилось ещё дурнее, ведь это указывало на наличие нескольких трупов.
Вэйланд от увиденного громко и удовлетворенно выдохнул. Он схватился за другой конец покрывала и резко откинул его, поднимая в воздух столп вонючей пыли. В телеге лежало несколько трупов. Двое из них были уже знакомы, как Вэйланду, так и Люсьену. Рядом с Александром лежала женщина. Ее светлые волосы волнами рассыпались на дне деревянной телеги, прядями тонущие в серой соломе. Выражение лица было таким же умиротворенным. Голубые глаза навечно закрылись, а длинные темные ресницы почти касались щек. На женщине было надето длинное, когда-то светло-зеленое, платье, которое утратило свой вид от грязи и высохшей крови. На груди у женщины красовалось большое кровавое пятно.
–Эстер, – выдохнул Вэйланд, посмотрев на женщину.
Он посмотрел на Люсьена. Беловолосый вампир устало вздохнул, не в силах отвести взгляд от мертвых волков. Затем он посмотрел на другой конец телеги, где лежало ещё трое трупов. Самый старший на вид парень-брюнет лежал с открытыми голубыми глазами. Казалось, что они всё ещё светились.
Другой парень, что скорее всего был помладше, оказался очень похожим на отца. Черты лица, волосы и открытые глаза были в точности, как у Александра. Их цвет позволил Вэйланду вспомнить, какими они были и у Алекса. Болотно–зеленые…
Рядом лежала маленькая девочка… Копия мамы. Светлые, длинные волосы, испуганные голубые глазки и легкое небесное, но грязное платьице. На щеках девчушки виднелись тонкие солевые следы от слез.
– С меня довольно, – резко сказал Люсьен. – Тебе не кажется, что это слишком?! – резко указал он рукой на детей.
Вопрос был адресован Вэйланду. Тот раздраженно посмотрел на «сына» и прищурился.
– Это вынужденная мера. Идет война, Люсьен!
– Месяц прошел, а они выглядят так, словно умерли вчера! – сказав это, Люсьен посмотрел на Йоэля через плечо Вэйланда.
Командир охотников сразу же ответил на это заявление.
– Наши ведьмы магией сохранили их тела. Остался только запах разложения. Виктор очень хотел, чтобы вы их увидели еще «свежими» и убедились во всём лично.
Люсьен приложил руку ко лбу, громко вздыхая. Вэйланд это проигнорировал, полностью удовлетворенный увиденным.
– Я был бы рад ещё больше, если бы здесь, – он повернулся к Йоэлю, тыкнув в телегу рукой, – была та девчонка, которую вы упустили!
– Я знаю, Ваше Величество, – ответил командир, – Мы несколько лет выслеживали эту семью. Выследим и волчицу.
Вэйланд одобрительно кивнул.
– Очень на это надеюсь, – начиная успокаиваться, ответил он. – Советую приступать в ближайшее время. Передайте Виктору – я всё ещё рассчитываю на профессионализм его охотников.
Йоэль покорно кивнул.
– Что нам сделать с трупами? – спросил он.
Вэйланд снова повернулся к телеге, секунду размышляя. Люсьен в это время с недовольным видом смотрел на «отца», совершенно не заинтересованный его решением по поводу содержимого телеги. Вэйланд и так сделал слишком много омерзительного за последние десятилетия, что мертвые дети в телеге уже не пугали древнего вампира и даже не затрагивали уже давно зачерствевшее сердце. Вэйланд питал теплые чувства только к вампирским детям, хоть и делал вид, что все они были ему безразличны.
– Сожгите, – наконец, отдал приказ Вэйланд. – Только не здесь. Где-нибудь за пределами дворца. И смотрите, чтобы никто этого не видел.
– Будет сделано, Ваше Величество, – сказав это Йоэль дал жест своим охотникам, и те начали подходить к телеге, готовя ее к выезду.
Они снова накинули покрывала. Вэйланд и Люсьен отошли в сторону, наблюдая за происходящим.
– Они не найдут волчицу, – угрюмо сказал Люсьен, даже не посмотрев на Вэйланда.
– Мне уже надоело это выслушивать! Если ты не на моей стороне, то это закончиться плохо для тебя!
Люсьен злостно посмотрел на Вэйланда, прищурившись.
– Что ты сделаешь? Посадишь меня в темницу, как Марка?!
Вэйланд недовольно фыркнул, услышав ненавистное ему имя.
– Твое недовольство по поводу моих действий начинает меня бесить, и мне стоит лишь щелкнуть пальцами, как ты окажешься за той же дверью в нашем подвале, если желаешь попасть именно туда, где был МакТайр!
Вэйланд не раз угрожал этим, хоть и знал, что не сделает этого по отношению к «сыну». Люсьен это тоже знал.
Их отношения хоть и были натянутыми, но эти двое были связаны друг с другом. Люсьен и Вэйланд слишком много времени провели вместе, и многое было пережито бок о бок.
–Замечательно! Так мне не придётся видеть тебя! – ответно выстрелил беловолосый и, развернувшись, начал уходить в сторону входа во дворец.
Вэйланд проводил его недовольным взглядом и обернулся. Телега уже начинала дымиться. Ее подожгли у окраины леса, который начинался сразу за воротами дворца. Дым высоко поднимался к ночному небу, закрывая собой часть звезд. Он словно светился, подсвеченный лунным светом. В мыслях вампира крутилась лишь одна мысль – найти последнюю лирую и сжечь ее на этом же месте.
6
Пронесшийся прямо возле лица меч Алиен отбила уверенным ударом, наступая на противника по тонким стойкам. Стараясь сохранять равновесие и при этом отбиваться, волчица прилагала максимум усилий, чтобы не упасть на траву поляны. Шквал новых выпадов посыпался в ее сторону, и девушка на секунду запаниковала, ступив ногой на заднюю стойку. Она была чуть пониже, и Алиен качнулась, едва не упав. Это раздразнило ее соперника, который воспользовался ситуацией и сделал следующий уверенный удар. Алиен успела отбиться, но, чтобы сохранить равновесие, сделала несколько быстрых шагов назад.
– Алиен, мать твою, последняя стойка! – услышала она громкий и предупреждающий голос Двейна со стороны. – Ступишь на траву, и ты просрала бой!
Голос здоровяка слегка привел ее в чувства, и на этот раз волчица перехватила ситуацию в свои руки, сделав выпад в сторону Рика. Он опешил, видимо расслабляясь от приближения предстоящей победы. Девушка сделала несколько уверенных шагов в его сторону, при этом быстро атаковав его. Рик успешно отбил все удары, отступив по стойкам и посчитав свои шаги, чтобы не оказаться на траве. На лицах Алиен и Рика читалась максимальная сосредоточенность. Постоянное подсчитывание шагов, слежение за действиями соперника и сохранение равновесия не давали им расслабиться.
Оказавшись на самой верхушке аккуратно выстроенных деревянных стоек, они с энтузиазмом и азартом начали парировать удары друг друга. В какой-то момент Рик бросил взгляд на ноги Алиен. Она поставила левую слишком близко к краю. Он замахнулся, заставляя ее сильно отбиться. Это усилие и вывело девушку из равновесия. Алиен полетела вниз на траву и упала, ударившись спиной. Ее меч выскользнул из рук и воткнулся в землю прямо рядом с ней. Рик торжествующе улыбнулся, посмотрев на нее сверху вниз и продолжая стоять на самой верхушке стоек.
– Ты справилась приемлемо. Но этого недостаточно, малая, – сказав это, к ней подошел Двейн и вынул меч с земли, указывая острием в девушку.
Она устало вздохнула, даже не думая вставать.
– Знаю, – проворчала она, отодвигая от себя направленное на нее лезвие.
– Тебе нужно больше отдыхать, – утвердил Рик.
Он спрыгнул со стоек и протянул руку. Алиен позволила волку ей помочь и поднялась на ноги. Двейн в это время оценил взглядом обоих и прищурился, продолжая прикусывать соломинку во рту.
– Марк сказал, что ты неплохо справляешься с его задачами, а что на счет тренировок? Успехи у тебя, как у моей бабули в могиле.
Алиен аккуратно взяла у Двейна свой меч из рук, многозначительно промолчав. Она действительно чувствовала усталость, мысленно перебирая в голове все основы магии и повторяя простейшие заклинания, о которых узнала сегодня ночью.
– Давай будем реалистами, Двейн, – подхватил Рик, – я тренируюсь на пару месяцев дольше чем она. Конечно, у меня будет получаться лучше.
Двейн перевел взгляд с волчицы на товарища и ответил.
– Да мне насрать на это, Рик. Алиен не может определиться, чего она хочет, и это херово.
– Ты ошибаешься, – спокойно ответила девушка, оценив взглядом окрестности.
Было ранее утро. Трава, ещё мокрая от росы, туман и пустая поляна ярко на это указывали. Большинство волчиц и волков в доме ещё спали.
– Я знаю, чего хочу, и иду к этому может быть и медленно, но уверенно, – сказав эти слова, Алиен угрожающе направила меч на Двейна, заставив его усмехнуться и выплюнуть травинку. – Твоя задача обучить меня, сколько бы времени на это ни ушло.
Рик слегка прищурился. Ответная реакция Двейна не заставила себя долго ждать. Здоровяк тыльной стороной ладони убрал меч, направленный на него, и сделал несколько шагов в направлении девушки. Алиен даже не дернулась. За месяц тренировок она изучила его и теперь прекрасно знала, что он строит из себя дерзкого и грозного волка, только чтобы скрыть свою добродушную натуру. Его выдавала любовь к лошадям, посиделки у костра с чаем и разговоры, приправленные сплетнями.
– Я не обязан этого делать, – уже более мягко сказал он, посмотрев на Алиен сверху вниз.
– Обязан, – тут же уверенно ответила она, вскинув брови. – Ты дал свое согласие, значит выбора у тебя нет. К тому же, я более чем уверена, что справляюсь очень даже неплохо для той, что не спит по ночам.
Двейн и Рик переглянулись и снова посмотрели на лирую, выражая удивление и смятение.
– Снова Марк? – спросил Двейн. – Он не выполняет свои обещания. Сколько книг он тебе дает?
– Какая разница? – равнодушно спросила Алиен.
– Разница в том, дорогуша, что если он нагружает тебя больше, чем обещал, то ты не будешь справляться с тренировками. Именно это я и вижу. Тогда, черт подери, мне придется с ним разобраться. Так ты ничерта не освоишь.
Рик в это время продолжал наблюдать за разговором товарищей, нетерпеливо перебирая в руках рукоять меча и притоптывая ногой.
– Не надо ничего решать, – стояла на своем Алиен.
Она абсолютно не желала говорить об этом. Упертый характер и стремление добиться желаемого не давали Алиен здраво оценить собственные силы, хоть она и была убеждена в собственном успехе. На самом деле ее успехи были далеки от идеальных, но прошел всего месяц, и за это время лирой удалось неплохо преуспеть в обоих направлениях. Поэтому девушка не желала отступать, чувствуя, что идет правильным и лучшим для нее путем.
Двейн вздохнул и недовольно помотал головой.
– Я всегда считал, что, если у бабы есть магия, то она должна сидеть в своих книжках, нюхать травки и бормотать заклинания.
Алиен закатила глаза и снова отвела взгляд.
– А я всегда считала, что, если мужчина может только мечом размахивать, – начиная это говорить, Алиен снова посмотрела на здоровяка и заметила, как мышцы Двейна напряглись, – значит свое мнение по поводу других занятий он может засунуть себе в задницу.
Глаза Двейна засверкали волчьим желтым отблеском, брови свелись у переносицы, а ноздри будто раздулись в двое шире своего обычного размера. Он стиснул зубы между собой, заставляя желваки на скулах сжаться от напряжения.
Рик прикрыл лицо свободной рукой. Исход дальнейших событий теперь искрил угрозой.
– Ну, малая, – угрожающе начал Двейн, – ты допрыгалась. Рик, – он протянул к товарищу руку, – дай мне свой хренов меч!
Вместо страха Алиен почувствовала прилив адреналина и, когда увидела, как Двейн берет у Рика меч, сделала пару шагов назад, вставая в боевую стойку. Именно это ей и нужно было. Двейн мало тренировался с ней. В основном он ставил ей в пару Рика, а сам прохлаждался, давая указания.
Когда здоровяк резко начал на нее наступать, волосы Алиен в миг почернели, а глаза засветились голубым, выдавая ее эмоции. Двейн ехидно усмехнулся и несколькими резкими движениями напал на Алиен. Она максимально сосредоточилась и силой отбила все его удары. Прилив адреналина позволил ей самой сделать несколько атакующих выпадов. Прокручивая в руках меч, Двейн почти с одобрением на лице начал нападать дальше, успешно увернувшись от неотточенных ударов девушки.
Рику пришлось отойти в сторону, чтобы не попасть под разборки двух волков. Он облокотился локтем об одну из стоек и начал наблюдать. Лирая в это время продолжала отбиваться от здоровяка. В ее уже почти зажившем боку снова начало колоть. Недавнее ранение дало о себе знать, и она замялась. Почти споткнувшись, Алиен отбила один из ложных ударов Двейна, а затем он почти без лишних усилий задел мечом ее ногу, после чего девушка упала на траву, недовольно выдохнув.
– Недолго продержалась, – усмехнулся Двейн, встав прямо над ней. – Тебе нужно больше стараться, а ещё научиться держать свой скользкий язык за зубами.
Алиен приподнялась на локтях, чувствуя головокружение. Усталость снова дала о себе знать.
– Кто бы говорил, – фыркнула она.
– Она хочет продолжения? – спросил Двейн, поворачиваясь к Рику.
Тот молча пожал плечами и усмехнулся. Алиен присела на траву и схватилась одной рукой за голову.
– Я вашу стаю изучила вдоль и поперек за все это время и прекрасно знаю, что ты, Двейн, – начала она, поднимая взгляд, – не тот, мать твою, волк, перед которым стоит держать свой скользкий язык за зубами.
Двейн подошел к девушке и протянул ей руку.
– Может ты и права, – смиренно сказал он. – Я хреновый пример для подражания. Иди-ка ты лучше проспись, а то ничего у нас так с тобой не выйдет.
Алиен, секунду поколебавшись, подала ему руку и встала на ноги. Левая, которую задел Двейн, начала кровоточить.
– Нет у меня на это времени, – ответила Алиен и отдала свой меч Двейну, – но мне действительно пора. Увидимся завтра утром.
Лирая почувствовала дискомфорт от пореза на ноге, но в целом, даже не прихрамывая, начала уходить с поляны в сторону особняка. Она только сейчас заметила на улице уже суетившихся девушек, копающихся в грядках. Некоторые из них вместе с парой мужчин наблюдали картину на поляне. Когда Алиен проходила мимо них, они одобрительно кивнули. Среди них она заметила и Кадора, который наблюдал за всем происходящим, скрестив руки на груди и провожая ее хмурым взглядом.
***
Открыв дверь в свои покои, Алиен сразу направилась к столу для умывания, чтобы привести себя в порядок после тренировки. Она умыла лицо и промыла рану на ноге, больше похожую на царапину. Возникли вопросы: либо Двейн не хотел сильно ее ранить, либо ей удалось так ловко увернуться, что порез оказался не очень глубоким.
Отгоняя мысли от собственного фиаско, Алиен направилась к шкафу и переоделась в свежую одежду. Собрав волосы на затылке, она без мыслей об отдыхе взяла со своего стола толстую книгу и вышла из комнаты. Алиен поняла, что если хоть на секунду приляжет отдохнуть, то сразу уснет и пропустит назначенную встречу. Ее успокаивало лишь то, что этой ночью она не должна была ничем заниматься, а значит, оставалось лишь потерпеть и дождаться вечера.
Алиен спокойным шагом вышла в холл и направилась в сторону того самого прохода, в который Филл ещё в первый день не советовал ей заходить. С недавнего времени доступ туда ей был открыт. Девушка прошла мимо нескольких дверей и остановилась у одной из них, которая была почти в самом конце коридора. Приготовившись открыть ее, Алиен замерла и прислушалась. Из помещения доносились громкие женские возгласы.
– Ты обещал, что не отпустишь их! – Алиен узнала истеричный голос Евы.
– Сколько раз я должен тебе повторять, – голос Марка прошелся громким и грозным эхом по всей лаборатории, – что это был их собственный выбор?! Думаешь, мне было легко принимать такое решение?! Я отпустил Аливию, потому что уважаю ее решение ,и тебе советую! В конце концов, она твоя сестра!
Алиен отошла в сторону от двери, услышав стук женских каблуков. Зайдя за угол, лирая не хотела попадаться на глаза им обоим в такой момент.
– Далия всё ещё с ней, – продолжила говорить Ева, стоя почти у самой двери. – Я знаю, если они не здесь, значит они в опасности.
– Тан и Эрн с ними, – спокойно ответил Марк.
Алиен услышала шелест каких-то бумаг во время этих слов.
– У меня нет на это времени, Ева, – голос Марка уже звучал более равнодушно. – Если не доверяешь нашим волкам, то сходи в ту деревню сама и проверь лично!
– Я хочу видеть их здесь, Марк! Ты можешь это устроить, а это, – последовала небольшая пауза, – просто затхлая деревушка, в которой они нашли пристанище, лишь потому, что у тебя не хватило духа поставить Аливию на место!
Лирая услышала громкий недовольный вздох, раздавшийся после этих слов.
– Зато в данный момент я могу поставить на место тебя, – угрожающе, но спокойно ответил Марк. – Мое терпение заканчивается, Ева, и поверь, разговаривая со мной таким тоном, ты подписываешь себе приговор. Так что советую тебе уйти, пока я не вышел из себя из-за твоей наглости и тупости!
Алиен скрылась в тени за углом. Ева с раздражением открыла дверь и, не закрыв ее за собой, быстро направилась в сторону холла. Ее длинное ярко-красное платье с золотой лентой на поясе поволочилось по полу за женщиной. Алиен выглянула, проводив ее спину равнодушным взглядом, и посмотрела на незакрытую дверь. В этот же момент она громко захлопнулась под воздействием магии Марка.
Алиен облегченно вздохнула и вышла из-за угла. Подождав минуту, она начала спокойно подходить к двери в лабораторию. Несколько раз постучав, лирая почти сразу услышала голос Марка.
– Входи, Алиен.
Девушка зашла в лабораторию и застала Марка стоящим у одной из полок и листающим книгу.
– Всё в порядке? – спросила Алиен, закрывая за собой дверь. – Я видела Еву в коридоре. Она была какая-то, – девушка сделала небольшую паузу, подбирая нужное слово, – взволнованная.
Марк мельком поднял на девушку холодный взгляд. На лице выражалось легкое раздражение, но он, казалось, старательно не подавал вида. Белые волосы были немного потрепанные, будто он проводил по ним руками, а в остальном всё, как и всегда, было идеально. Светло-серые глаза теперь были не просто холодного цвета, но и выражали собой смятение и легкую злость.
– Взволнованная – это ещё мягко сказано, – хмуро ответил Марк, быстро перелистав несколько страниц в книге, – но это не важно. Ты прочла ее?
Он взглядом показал на книгу в руках Алиен. Лирая кивнула и подошла к столу, положив на него тяжелый том. Марк также подошел к столу и протянул ей следующую книгу.
– Сегодня практики не будет. Я даю тебе выходной, да и мне тоже нужен отдых.
Алиен посмотрела на книгу, которую протягивал ей Марк. Затем спросила:
– А это?
– Тут всё, что тебе нужно знать про все виды инициации. Советую не торопиться с выбором. Прочитай ее внимательно и прими то решение, которое будет тебе по душе.
– Благодарю, – ответила Алиен, беря книгу.
