* * *
– А почему у тебя глаза стали зелёными? – Спросила Жуана ночью. – Разве так бывает?
– Значит бывает, – сказал я. – Что-то сломалось во мне, когда я тонул. Наверное, вода через глаза стала выливаться из меня.
Я рассмеялся и крепче прижал её.
– Не нравится? – Спросил я.
– Красиво… И вообще ты стал… Твёрже. Крепче.
– Но это же хорошо? – рассмеялся я.
– Хорошо, – рассмеялась она и поцеловала меня в шею.
Я был действительно крепок во всех отношениях и угомонились мы лишь под утро.
– Жуана, надо бы позвать Ицхака Лаурию к нам в дом.
– Сальвадора?
– Да-да. Забыл, что он уже давно Сальвадор.
– Я пошлю за ним.
Ицхак Лаурия, бывший местный раввин, пришёл к нам в дом минут через двадцать.
– Приятно вас видеть в здравии дон Педро.
– И я рад вас видеть, рави.
– Что вы, что вы, дон Педро! Какой я раввин? Мы искренние христиане, дон Педро. Как ваше путешествие? Как гешефт?
– Гешефт так себе. Сколько сможете купить пряностей?
– А у вас сколько?
– Корабль.
– У вас, я слышал, большой корабль. Сколько в нём? И чего?
Я сказал. Ицхак смотрел на меня долго и внимательно.
– У вас странные глаза, дон Педро…
– Не отвлекайтесь, рабе.
Он потеребил жиденькую бородёнку, потом снял кипу и промокнул пот чистым большим платком, вынутым из рукава.
– Ещё не забудьте мою доброту, рабе. Я мог бы продать всё Лиссабонским сефардам. Они меня вчера очень уговаривали.
– Я могу накинуть к их цене ещё…
Мы торговались около часа. Рабе несколько раз уходил и снова возвращался. Наконец мы скрепили договорённость кивками и сакраментальной фразой:
– Ну, хорошо…
– Ну, хорошо…
Рабе глянул с прищуром на меня и спросил:
– И где можно посмотреть товар?
– И где можно посмотреть деньги? – Спросил я.
– И что на них смотреть? Деньги – всегда деньги. А вот товар…
– Меня бы устроили английские золотые соверены32.
– У вас есть своё хранилище?
– Я бы не стал сразу брать всё, а оставил их на депозите.
Слово вырвалось непроизвольно. Ицхак глянул на меня с большим интересом.
– Под какой процент?
– А сколько дадите?
Сефард побледнел.
– Думаю, сговоримся. Таки, товар смотреть будем? Закладывать повозку?
– Зачем? Товар здесь. Вон, три баржи стоит у пристани.
Сефард вздрогнул и меленькими шажками, чтобы не споткнуться в узких полах халатика, посеменил на балкон. Мы вышли. Практически у стен дома стояли три баржи с моим товаром.
– Вы сумасшедший! Это же целое состояние! – Крикнул сефард и выбежал из дома.
Сразу после сделки купли-продажи я уехал в Лиссабон. Жена особо не горевала и куда еду не спрашивала. Собрала в дорогу, поцеловала на прощание и «гудбай». Деньги теперь у них были. Что ещё нужно для счастья бабе? Только ещё больше денег.
Тайна сделки скрыла от всех сумму полученного мной капитала, как и номенклатуру и объём проданного мной товара. Мешки и мешки. Кто его знает, что там находилось?
Я оставил немного денег брату, но предупредил, что содержать городские укрепления не намерен и денег больше не дам.
Джонка моя стояла на рейде. А на её борту меня ждали два сюрприза. Первый – приглашение меня по прибытии в Лисбо в королевский замок Святого Георгия, где находилась резиденция его королевского величества, а второй – это то, что остаток товара, а именно двадцать процентов от всего нажитого, бесследно исчез.
– Они ворвались на борт и искали вас, капитан, – рассказывал помощник, потупив взгляд. – Мы, как вы приказали, убивать никого не стали и оружие сложили. Убедившись, что вас на борту нет, они взломали печати на трюмах и вынесли товар. Под предлогом получения от вас удовлетворения за нанесённое вами оскорбление.
– Это те два недобитка? – Спросил я у Санчеса, стоявшего тут же.
– Да, кэп.
– Документы об ответственном хранении ценностей, отнесённых к налоговым сборам не утрачены?
– Никак нет, кэп, – ответил помощник.
– Заявили о хищении?
– Так точно, кэп. В тот же день в ратушу.
Ещё в день прибытия в порт мы с портовыми службами рассчитали по коносаментам, какое количество товара отходит казне, а какое церкви, и отложили этот товар, оставив его в трюме на «ответственное хранение». А оставшуюся большую часть мы перегрузили на зафрахтованное судно ещё на рейде и отправили вверх по Тежу до впадения в неё Аленкер, а там баржами до моего дома.
Ну что ж, подождём приставов.
Я переждал, вздремнув, сиесту, переоделся и отправился на аудиенцию к королю.
* * *
– Значит, вы самолично нашли острова пряностей? – Спросил Мануэл.
– Да, ваше королевское величество. Я и капитан Людвиг Ван Дейк. Но по моим картам. На них мы нанесли и множество других островов, указав не только широту, но и долготу.
– Вы нанесли долготу? Каким образом вы её высчитывали?
– По звёздам и по луне, сир, – соврал я.
– Потом научите, – почти приказал король. – Вы единственный, кто доплыл до островов Пряностей?
– Похоже, что так, сир. Три корабля, ранее отправленные доном Альбукерком, где-то затерялись, – ещё раз соврал я.
– Тогда вам причитается обещанный мной приз. Знаете о нём?
– Нет, сир.
– Вы можете выбрать участок земли в новых землях и учредить на нём капитанство с присвоением вам дворянского титула «граф».
– Позволю заметить, сир, что король Жуан присвоил моему батюшке титул графа Новаиш по месту подаренных ему земель в Синегале. Этот титул, вместе с землями, теперь отошёл мне, как брату титул графа Аленкер. Своим титулом я владею уже десять лет, сир.
– А у вас есть средства, чтобы выкупить титул маркиза?
– Есть сир.
– Слышал-слышал… Сколько вы сдали в казну пряностей?
– Пока не сдал, сир. Их похитили.
– Что значит похитили? – Удивился король.
– Некие лица напали на судно и под угрозой оружия вынесли лежащее на хранении казённое имущество. Несмотря на то, что их о том предупреждали.
– Что за бред! Кто посмел?
– Один из них, предположительно, Мартин Афонсу де Соуза, второй – Перу Лопеш де Соуза.
– О! Я их хорошо знаю! Они выросли при дворе! Это дети известного дворянского рода. И что их сподвигло на это безумство?
– Они о чём-то поспорили прямо на причале. Там были ещё известные мне: Дуарте Мезенш и Перу де Гойш да Силвейра.
– И эти господа убили Дона Дуарте на дуэли. Я слышал об этом. И?
Лицо короля стало более заинтересованным.
– Вероятно, они решили забрать имущество, находящееся на моём корабле, воспользовавшись моим отсутствием.
– Но им же говорили, что оно казённое.
Я пожал плечами.
– Мне сложно думать за них.
– И что вы намерены предпринять?
– Вернуть ваше имущество, сир. И имущество церкви.
– Вот мерзавцы! – Воскликнул король восхищённо. – Ну да ладно… С этим вы разберётесь сами.
Он посмотрел на меня чуть улыбаясь.
– Так какие земли вы бы хотели получить, маркиз? – Спросил он.
И король сильно удивился, услышав, что я хотел бы заняться освоением земель в Южной Америке, ещё до конца даже не нанесённой на карту. Я выторговал у него территорию между пятнадцатым и двадцать пятым градусом южной широты. Выторговал, это грубо сказано. Король убеждал меня взять земли в более «цивилизованном» месте в Индии, например, или Африке, присоединив к уже имеющимся моим землям в Зимбабве ещё кусочек.
Африку с её мухой «це-це» я физически не перевариваю. Бразилия, тоже… Тот ещё лакомый кусочек, с её хищными тварями в озёрах и реках, но… Я знал, где там есть золото и алмазы. Много золота и много алмазов.
Как-то туристом в две тысячи первом году я ездил в Рио-де-Жанейро и проклял всё. Туда не ходи, сюда не ходи, снег башка попадёт. Купаться нельзя – крокодилы, гулять одному нельзя – хулиганы на каждом углу. Вернее, за углом. И если бы не поездка в городок Ору-Прету, где нам позволили самолично добыть себе в подарок алмаз, путешествие можно было бы списать в негатив.
Я потом долго рассматривал эту местность на интернет-карте и четко помнил направление от Рио на эти залежи золота и алмазов. Да и координаты я точно запомнил: 20.23.08 и 43.30.29. А потом я понял, что слово Ору означает по-португальски – золото и нашёл на карте ещё несколько городков с таким названием: Ору Бранко, Ору Фину, Ору Эсти. И я сейчас чётко представлял, где они находятся. С приближением километров пять.
Приставы приплыли утром и увезли меня и помощника на суд.
* * *
– И так, дон Педро, вы утверждаете, что эти господа совершили разбойное нападение на ваш корабль?
– По словам моего помощника именно эти господа напали на мой корабль, ваша светлость. С применением оружия. И именно их я видел накануне возле моего корабля. Я могу предположить, что в первый раз они проводили разведку, ваша светлость.
– Это враки! – Крикнул младший Соуза, Перу Лопеш. – Он оскорбил нас, и мы пришли вызвать его на дуэль.
– Я с удовольствием приму ваш вызов, дон Перу.
Судья остановил меня.
– Это потом… Но причём здесь имущество короны? Вам же показывали документы с королевской печатью. Показывали? – Спросил судья. – И не смейте лгать!
Оба Соуза вздёрнули подбородки. А старший сказал.
– Да, нам показывали. Но я посчитал, что это уловка этого проходимца.
– Но товар был опечатан сургучной королевской печатью! Как вы могли её сломать?! – Опешил судья.
– Мы были не в себе. Пьяны. Мы пили всю ночь после смерти Дуарте. И мы были слишком злы на дона Педро. И мы приносим ему свои извинения. Мы вернём ему товар.
– Это не товар маркиза де Жанейро! Это товар королевской казны, господин Мартин Афонсу де Соуза, и ваши извинения может принять только его величество король, но его величество лично уведомил суд, что считает недостойным подобное обращение с королевскими печатями. Это попрание символов государственной власти. Королевской чести, если хотите.
Судья показал на сломанные печати на нескольких, стоящих рядом мешках. И тут братья поняли, что попали по-крупному. Им и их подельникам грозил королевский топор.
– В крепость их! – Распорядился королевский судья.
* * *
Началась суета по подготовке экспедиции в Бразилию. В это время первоначальное название Вера Круз стало превращаться в Тера Бразилия, или земля Бразилии. Бразилией называлось дерево, заготавливаемое на её берегах и используемое в качестве красного красителя для тканей. Заготовки древесины наладил сефард Фернан де Лоронха по королевской лицензии, закончившейся в том 1512 году.
В апреле-мае 1503 года Лоронха снарядил экспедицию из шести кораблей под командованием капитана Гонсало Коэльо, в сопровождении Америго Веспуччи, для разведки побережья Бразилии и создания складов-фабрик для сбора заготовленной древесины. Четыре из пяти фабрик находятся на моих землях. При фабриках имелись форты с португальскими работниками. Не менее двадцати четырёх человек по нормам фортификации. Если Лоронха не увёз их на свой остров, конечно.
Получив от короля Мануэла побережье до пятнадцатой параллели, я формально не нарушал границ Фернана, потому, что он базировался на подаренном ему королём острове, находящимся на третьем градусе. Я понимал, что хоть лицензия у него и закончилась, он продолжит заниматься своей деятельностью незаконно.
Бросив чалки33 за пределами стен Лисбо на пустынном берегу Тежу, чуть дальше по течению, мы быстро соорудили пристань и площадку для склада, поставили шатёр для конторы и несколько палаток, разослали вербовщиков и «охотников за головами». На сборы я отвёл себе три месяца.
Арендовать склад и причальную стенку в черте города на такой срок было накладно, а торговцы соглашались везти необходимый мне товар бесплатно.
Арендовав ещё три судна с хорошо зарекомендовавшими себя капитанами, мы принялись за работу.
* * *
– К вам англичанин, кэп, – доложил вахтенный помощник.
Теперь у меня их было два. Должность капитана я отдать кому-либо не рискнул. Я не переломлюсь, а отрываться от экипажа командиру не рекомендовано. Чревато бунтом.
– Пусть войдет.
На часах было восемь утра. Я услышал недовольную ругань, звяканье и стук повешенного на переборку холодного оружия.
– Странные у вас порядки, дон Педро, – сказал Людвиг, входя в мой кабинет. – Отбирают оружие.
– Не отбирают. Ты же сам его снял и повесил у входа.
– И попробуй не снять, когда на двери написано: «Вход с оружием запрещён. Стреляем без предупреждения».
Я рассмеялся. Встал из-за стола, накрытого скатертью, спрятавшей карты и пояснительные к ним записи, с которыми я работал, и вышел навстречу англичанину.
Людвиг приветствовал меня стандартным полупоклоном разведя руки, я его тоже. Мы не кинулись друг-другу в объятия. Не было между нами почему-то симпатии.
– Как ваше путешествие? – Спросил я.
– Едва остались живы. У берегов Африки на корабль напали, как вы их называете, «пираты», морские разбойники, и забрали всё, что было в трюмах и на борту. Все документы, карты и даже судовой журнал. Даже бочки с водой. Правда, отдали нам свои пустые и, слава господу, отпустили.
– Сочувствую, – произнёс я безразлично. – Давно пришли в Лисбо?
– Вчера. Мы пустые, как барабан. Портовые власти к нам безразличны. Вас я увидел ещё с рейда. Броская посудина. И как она?
– Превосходно, прости Господи.
– Я слышал, вы в фаворе?
– Есть немного.
– Слышал, в Санта-Круз сбираете экспедицию?
– Собираю.
– Капитан с кораблём не требуется?
– Уже нет.
Глава 10.
Мы стояли, и я почувствовал не характерную мне неловкость.
– Выпьете? – Бросил я и достал из специального стенного шкафа стеклянную бутылку английского напитка.
– Это первый виски за четырнадцать месяцев. Не откажусь.
Я предложил сесть.
– Я забыл, какие у вас апартаменты.
Людвиг огляделся вокруг и расположился в одном из мягких кожаных кресел.
– Я остался совсем без денег, дон Педро, а в Лисбо я никого, кроме вас, не знаю. Я хотел обратиться к ростовщикам, но, опять же… Они потребуют гарантий. Пройдет какое-то время, пока они меня узнают, если только вы за меня не поручитесь.
– Мне проще ссудить вас самому, чем связываться с этими крохоборами, – рассмеялся я, разряжая обстановку. – Как вам виски?
– Божественный! – Ответил Людвиг, облегчённо выдохнув.
Я вытащил из «холодильника» и поставил на стол графин с водой.
– Вода из горных источников. Очень холодная. Рекомендую смешать.
Холодильник я придумал сам. Это был ящик с дверкой, как у обычного холодильника. Сверху в специальный железный ящик засыпался лёд, который и являлся простейшим хладогеном. Талая вода через угольный фильтр стекала в емкость внутри ящика и продолжала охлаждать камеру. Её я тоже использовал для питья.
Стоил лёд очень дорого, потому, что везли его аж с севера Португалии, где заготавливали зимой.
Столкнувшись с этой проблемой, уже становилось жарковато, я стал интересоваться местом в горах поближе к Лиссабону, где бы можно было заниматься тем же, и такое место нашёл. Не так далеко от нашего замка, кстати, где находилась гора Монтежунту высотой более шестисот метров. Там, мне сказали, зимой ночью вода замерзает.
Я попросил брата зимой проверить. Информация подтвердилась, мы выкупили лысую вершину и поставили там фабрику по производству льда.
– Ну как?
– Восхитительно. Холодный виски значительно приятнее в такую жару.
– Вы не откажетесь со мной пообедать? Я рано встаю, поэтому рано обедаю.
– С удовольствием, – согласился явно голодный Людвиг. – Мой экипаж разбежался. Мы выловили всех крыс. Пытались охотится с копьями на берегу, но местные жители, поняв, что у нас нет ружей, напали на нас. Мы едва отбились. И так три раза.
Я покачал головой.
– Вахтенный! – Крикнул я. – Распорядись с обедом на двоих.
Я посмотрел на капитана «Санта Люсии».
– Значит сейчас у вас и команды нет?
– Практически нет.
Мы пообедали мясом с бобами и зеленью. Пока стюард варил кофе, мы молчали.
– У меня есть к вам предложение, сэр Людвиг. Не согласитесь ли вы привезти мне рабов?
– Да пожалуйста, – ответил тот с удовольствием отрыгивая. – Но мне как-то надо сначала добраться до Англии.
– А вы прямо с Англии мне рабов и привезёте.
– Каких рабов?
– В Англии очень много безземельных крестьян, бродяг, безработных. Вот их пакуйте их в трюма и везите сюда. Я вас подожду. Справитесь? Только не гнобите их, кормите нормально, и не прессуйте в трюмах, как солонину в бочке. Если будет слишком много, фрахтуйте ещё один корабль, или два. Я вам дам письмо к моему банкиру.
Людвиг нахмурился, а потом, мотнув головой, сказал:
– А что, неплохая идея. Им там всё равно жизни нет. Насильно?
– Добровольцев вербуйте на пять – десять лет. Остальных в принудительном порядке. Они ещё не знают своего счастья. Семейных – только добровольно.
* * *
Через четыре месяца моя флотилия из шести парусников вышла из Лисбо в Бразилию. Перед отплытием я собрал капитанов у себя.
– Наша цель – Кабо Фрио. Это вот здесь.
Я ткнул кончиком кинжала в карту, лежащую на большом штурманском столе. Думал сделать себе указку, но потом посчитал, что так будет брутальнее. Капитаны склонились над невиданной ими ранее картиной.
Я перенёс на большой формат, все имеющиеся зарисовки, и использовал переданный мне лично королём Мануэлом отчёт Америго Веспуччи. Мне важны были расстояния и направления.
Отправной точкой для меня были вырубленные у меня в памяти координаты моей будущей золотой кладовой: 20.23.08 и 43.30.29, направление от Рио-де-Жанейро и расстояние между ними – 265 км.
Когда я показал королю результат моей кропотливой работы, Мануэл сказал только одно слово: «Красиво!», но повторял его раз за разом, долго рассматривая береговой абрис. Линия не была прорисована «жирно». Предполагалось ее уточнение.
– К нему мы следуем по побережью материка на юг примерно от этой точки.
Я показал устье реки Реира на восьмом градусе.
– Сюда попадаем от вот этих островов. Они называются – Фернандо, по имени первого эксплуатанта Бразилии. До них всего тысяча семьсот миль от Южного Кабо Верде – Сантьяго.
– Я ходил до Фернандо, – сказал маленький щуплый, но очень жилистый и подвижный капитан.
– Я помню, Ромарио. Ты пойдёшь замыкающим. Всем, кто отстанет от флагмана, а вы от меня отстанете, это я вам гарантирую, крепиться визуально к «Бочке» за Ромарио, или следовать самостоятельно. В любом случае выдерживая указанный мной курс вы уткнётесь в Санта-Круз. Следуйте по побережью на восток и на юг. Мимо Кабо Фрио не пройдёте. И не забывайте вносить поправку на течение и ветра. Лучше брать зюйд. Всё понятно? Вопросы есть?
Вопросы были.
