Почему-то в открытое море плыть гораздо приятнее, чем к берегу, не замечали? Мне нравится, когда вода прохладная. И когда штиль. Тогда можно плыть неспеша. Доверяя себя воде, ощущая, как она ласково поглаживает кожу, и чувствовать себя в безопасности. Совсем другое – плыть навстречу волнам. Это уже борьба, вызов. Я не люблю борьбу. Зато люблю побеждать. И с удовольствием и удовлетворением скатываться с одного гребня для того, чтобы покорить следующий.
Если оказываюсь на море, каждый день хожу смотреть закат. Люблю улавливать разноцветные блики и театр теней. У меня есть свой ритуал: я выбираю уединенное место и смотрю, смотрю. Как солнце медленно погружается в воду, озарив все вокруг багровыми всполохами, как день медленно бледнеет и затихает.
А ночью здорово лечь спиной на песок, раскинув руки в стороны, и уткнуться взглядом в ночное бархатное небо. Долго-долго смотреть на желтые искорки звезд и впитывать в себя холодный загадочный блеск луны.
Думаю, когда-нибудь обязательно реализую мечту жить рядом с морем. А пока остается радоваться за Ирку. Она свои мечты исполняет быстрее и масштабнее.
***
Небольшая Иркина квартира расположена почти в центре городка на первом этаже трехэтажного дома. Бонус – небольшой садик, утопающий в розах, – тоже принадлежит ей. Ирка недавно развелась с мужем, нашла работу в другом конце страны и переехала с легкостью перелетной птицы. Раскрасила стены нового жилища в яркие цвета и продолжила наслаждаться жизнью.
Вечер проводим среди роз, ностальгируя за бутылкой «Советского» шампанского.
Рассказываю ей свою историю из самолета.
– Почему-то я не удивлена! – смеется она. – Ты в своем репертуаре. Мне кажется, если ты будешь одета в паранджу и окажешься в месте, где всего один мужчина, ты обязательно его подцепишь.
Почему-то все подруги так про меня думают. Что я беспощадная сердцеедка. Мне льстит, что я произвожу такое впечатление, но оно совершенно необоснованно. Я, конечно, при желании могу очаровать кого угодно, но только не того, кто мне по-настоящему нравится. Когда встречаю такого мужчину, все мои бойцовские качества моментально улетучиваются, и мою видимую уверенность и шарм как рукой снимает. Я начинаю смущаться и с трудом подбираю слова. По-моему, это несправедливо. Чем важнее для меня понравиться человеку, тем в менее выгодном свете я перед ним предстаю. Во избежание всевозможных неловких ситуаций я в таких случаях демонстрирую полное равнодушие к предмету своей тайной симпатии…
Тренькает телефон. Сразу не смотрю. Растягиваю предвкушение.
«Не могу забыть твой поцелуй», – сообщает он.
А я даже и не пытаюсь его забыть.
Глава 9
Высокое стеклянное здание на берегу моря – офис компании, в которой работает Ирка. Оно вызывает у меня восхищение. Нейтральные светлые тона, четкие прямые линии. Все просто, без излишеств. Мы заходим внутрь. Узкий длинный коридор справа разделен на секции – индивидуальные кабинеты для каждого сотрудника. В каждой секции стол с электроподъемником. Ирка работает здесь в позиции IT-менеджера. Похоже, ей это нравится, но я не задаю лишних вопросов.
– Это чтобы менять положение при работе – хочешь сидя, хочешь стоя, – поясняет Ирка. Она указывает на необычные столы.
Она привезла меня сюда на экскурсию, и добросовестно исполняет роль гида.
Я киваю. Уверена, что взглядом выражаю уважение, хотя до конца не понимаю, зачем нужно работать стоя.
Из каждого кабинета потрясающий вид на море! Не офис, а мечта. Иркин кабинет завален картинами.
– Рисую на заказ, – коротко отвечает она на мой вопросительный взгляд.
Сразу после переезда в Швецию Ирка начала рисовать. Сначала от скуки, пока учила язык и не могла устроиться на работу, а потом втянулась. Картины у нее красивые, фактурные, с плотными объемными мазками. Пишет мастихином. Мне нравится ею восхищаться. Ее разносторонними увлечениями и талантами, умением сочетать в себе несочетаемое. Мне казалось, что у нее математический склад ума, а тут вдруг раз – картины. И даже на заказ уже рисует. Выяснилось, что дома все эти заказанные картины некуда складывать, поэтому часть из них в ожидании своих хозяев вынуждены храниться в офисе.
Шумная, громкая, прямолинейная Ирка определенно не вписывается в северный шведский менталитет. Хотя заметно, что ее тут любят. Думаю, она покорила их своей искренностью и непосредственностью. Так же, как когда-то меня. И с деловыми качествами у нее все хорошо. Она конструктивная и обязательная: приехала и по-быстрому наладила тут для них все бизнес-процессы.
Проведя экскурсию по офису, Ирка отпрашивается с работы, и мы едем обозревать окрестности. Кажется, что даже природа подчиняется шведскому упорядоченному образу жизни. Все ровное, аккуратное, листочек к листочку. Проезжаем ветряную мельницу. Она выглядит трогательно и романтично. Естественно, делаем фотосессию.
Обожаю фотографироваться. Вернее, мне нравится не сам процесс – я не всегда чувствую себя свободно перед камерой, – а результат, точнее, хороший результат в виде красивых и эффектных фотографий.
– Какая же ты обезьяна, – хохочет Ирка надо мной перед камерой. – И зачем тебе столько фоток? Куда ты их деваешь?
– Выложу в сеть, пусть все завидуют, – смеюсь в ответ.
– Я давно удалилась из всех соцсетей, не люблю эту мишуру, – Ирка делает неопределенный жест рукой.
– А меня вдохновляют эти странички. Посмотришь чьи-то красивые снимки, и тоже хочется подтянуться. Надеюсь, и мои кого-то вдохновят.
– Вдохновят на что, интересно? – Ирка смотрит на меня несколько с вызовом.
– Например, приехать к тебе в Швецию. И питаться устрицами с шампанским. Чтобы выглядеть так же круто, как мы с тобой, – перевожу я разговор в шутку. – А фото – это еще и мои вещдоки. Как, например, я буду доказывать своим внукам, что тоже когда-то была молодой и красивой?
Мы садимся в машину и едем дальше. Проносятся дома, деревья. Мы о чем-то говорим, слушаем радио. Мое внимание привлекает огромное краснеющее пятно впереди, и я замираю в восхищении. Ирка замечает мою реакцию. Чуткая. Ценю в ней это.
– Я тебя специально туда везу! – гордо заявляет она. – Это мое любимое маковое поле.
Люблю поля. Мне нравится простор и свобода, которую я ощущаю, когда попадаю туда. Хочется нарядиться в летящее ситцевое платье, нарвать цветов и кружить, кружить, не касаясь земли. А алое маковое поле – просто восторг. Бессовестные, откровенные цветы. Они не боятся быть яркими, и им абсолютно все равно, если кто-то подумает, что они выпендриваются. Сочетание красного с черным. Драматично. Но при этом им удается не выглядеть пафосно. Сохранять естественность и демократичность.
У меня появляется еще одна сотня фотографий. Теперь на фоне поля. Хорошо, что камера у нас электронная. Непонятно, как мы раньше жили с этими пленочными фотоаппаратами. Помню, как после отпуска я с замирающим сердцем шла в фотолабораторию за напечатанными фото. Тогда запросто могло случиться так, что из этой огромной пачки достойных внимания оказывалось всего две-три. Современные камеры, по крайней мере, позволяют контролировать ситуацию и вовремя исправиться, если что-то пошло не так. Хотя не завидую тем, кому приходится «исправлять» ситуацию и делать со мной новые кадры снова и снова. Я бываю чрезмерно дотошна. Но в этом и мой шарм.
Перед тем как покинуть поле, инспектирую фотографии, сделанные Иркой. Ни одной приличной. То кажусь себе толстой, то кадры с закрытыми глазами. Видя мою реакцию, она берет камеру. Как хорошо, что не нужно ничего объяснять. Я с удовольствием снова начинаю позировать.
– Держи, проверяй! Из этого точно что-нибудь выберешь.
Проверяю. Она сделала видео. Ух. Тоже мне, подруга, называется. Неужели так сложно сделать несколько нормальных фото?
Глава 10
Побережье в этом месте причудливо изрезано и образует сеть маленьких островков, соединенных дорогами. Купить одноразовый мангал и свежие продукты в супермаркете и отправиться ужинать на такой остров – обычное и даже привычное дело для местных жителей. Поступаем так и мы.
Ландшафт нашего островка гористый. Взбираемся по склону и устанавливаем мангал. Вернее, Ирка устанавливает, а я восхищенно за ней наблюдаю. Интересно, почему она все это умеет?
– А вдруг мы здесь одни? Я имею в виду на острове, – эта мысль кажется мне одновременно пугающей и ужасно романтичной.
– Запросто так может быть. Остров же маленький.
Вдалеке раздается протяжный звук, похожий на вой дикого зверя, и я бросаю испуганный взгляд на Ирку.
– Не переживай, – авторитетно успокаивает меня она, – у них тут даже медведи чипированные и ходят строем.
Я не до конца понимаю, как медведи могут быть чипированными, и даже не стараюсь себе представить, как они ходят строем, но Иркино объяснение меня вполне устраивает.
– Получается, мы с тобой ужинаем на необитаемом острове, – я представляю, как взахлеб буду рассказывать об этом на работе.
Свежий морской воздух смешивается с запахом сосен и костра, а солнце все ближе склоняется к вершинам гор, делая их контуры более четкими и правдивыми.
– А ты не жалеешь, что уехала? – спрашиваю я.
Ирка перестала тревожить угли в костре, присела и опустила глаза в догорающие искры. Она долго молчит.
– Знаешь, мне кажется, в жизни каждого человека найдется то, о чем он жалеет. Этот постоянный выбор, перед которым мы оказываемся. Всегда интересно, как сложилась бы жизнь, если бы мы выбрали другой альтернативный вариант. К сожалению, а может быть, к счастью, это не проверить. Я довольна своей жизнью. И уверена, что все в ней происходит наилучшим образом.
Я тоже в этом уверена. И думаю, она была бы довольна в любом случае. Даже если бы выбрала тот «другой вариант».
– А ты не жалеешь, что приехала? – как обычно, переводит она все в шутку.
– Конечно, жалею! – парирую я. – Заманила меня на необитаемый остров. Еще и фотографировать отказываешься.
***
Мы сидим на краю утеса в лучах заходящего солнца, болтаем ногами над пропастью и воодушевленно во весь голос распеваем русские песни.
«Не слышны в саду даже шорохи…».
Чудесный день. Чудесный вечер. Как здорово, когда рядом есть люди, с которыми мы на одной волне.
«Эй! Ты куда пропала???» – пиликает телефон.
Проверяю – пять сообщений.
– От него? – догадывается Ирка. – Не отвечай! Пусть помучается.
Глава 11
На следующий день Ирка отправляется на работу, а я посвящаю время одному из своих любимый занятий: шопингу. В центре города много небольших аутентичных магазинчиков. Есть чем поживиться.
Брожу по мощеным узким улицам не спеша, с удовольствием. Рассматриваю витрины и людей. Захожу в привлекающие магазины, трогаю вещи, перебираю ткани, прикладываю к лицу. Идет мне или нет. Долго верчусь перед зеркалами в примерочных. Всматриваюсь в ценники, с трудом перевожу стоимость в понятную мне валюту.
В итоге покупаю платье. Оно цвета хаки с салатовыми сердечками. Нежное, сдержанное и в меру строгое. Как мы схожи с ним характерами. Если бы все в мире можно было так легко подобрать «к лицу».
– Вам подходит под глаза, – улыбается девушка-консультант. Она одета с иголочки. Ровный макияж. Волосы гладко убраны. И речи такие же гладкие и нарочито-безупречные, как вся она. Конечно, что она еще может сказать. Хотя здесь я с ней соглашусь: платье мне действительно идет. Предвкушаю, как буду надевать его с узкими джинсами, когда вернусь домой.
После удачной покупки сижу в кафе на набережной. День сегодня пасмурный. Небо низкое, перламутрово-серое, ленивое. Я тоже ленивая, медленная, под стать погоде. Такая атмосфера вызывает во мне неясную грусть. Приятную, щемящую.
Пью маленькими глотками шампанское из высокого узкого бокала, любуюсь разноцветными яхтами и думаю о нем, о моем случайном попутчике. Достаю из потаенного уголка памяти воспоминания о нашем романтическом обеде и его поцелуе. Рассматриваю со всех сторон, смакую. Как приятно проигрывать в воображении всевозможные сценарии наших будущих встреч.
«Когда возвращается моя принцесса?» – оживляется телефон.
Улыбаюсь. Уже сегодня.
Глава 12
Мне почему-то казалось, что он будет встречать меня в аэропорту с огромной охапкой цветов. И мы, как в кино, побежим навстречу друг другу, практически, не касаясь земли.
Разочарованно окидываю взглядом редкие фигуры встречающих. Его нет. Откуда у меня взялась такая фантазия? Он не знает номер моего рейса.
Еду домой одна. Мне грустно и немного одиноко. Листаю в сознании кадры поездки. Мы с Иркой. Смеемся. Наслаждаемся жизнью.
И с чего я вообще взяла, что для моего счастья мне кто-то нужен. И эти голливудские сцены. Зачем они?
Еду домой. У меня есть дом. Мне есть куда вернуться.
Глава 13
Я дома. Утром упорно игнорирую будильник. Кажется, отдала бы все, лишь бы поспать еще минуту. Будильник не умолкает. «Нельзя быть таким назойливым!» – в очередной раз ставлю сигнал на паузу.
«Надо вставать, – звучит в голове противный голосок, – а иначе снова придется нестись в офис, сбивая все на пути».
Переворачиваюсь на другой бок и сладко потягиваюсь. Греет одна мысль: надену новое платье. Облокачиваюсь на подушку и обессиленно падаю снова. После нескольких минут страданий героическим усилием выдергиваю себя из кровати. Плетусь в ванную. В зеркале вижу свое сонное отражение. На правой щеке отчетливый след от подушки.
«Как хочется еще поспать» – говорю я своим равнодушным глазам.
«Дорогая, возьми себя в руки», – Критик кажется сегодня вполне дружелюбным.
Душ, прическа, макияж – и я уже почти в форме.
Как всегда, опаздываю на три минуты. Взмыленная, вбегаю в лифт. Бросаю взгляд в зеркало – след от подушки на месте.
«Вот чем ты настоящая отличаешься от себя лет десять назад: раньше след от подушки не задерживался так надолго на твоем лице», – оживляется мой Зануда.
«Ой, ну конечно! Как без этого», – я закатываю глаза и вваливаюсь в кабинет.
В офисе бурлит жизнь. Вешаю плащ и под насмешки коллег по поводу очередного трехминутного опоздания гордо курсирую к своему рабочему месту у окна.
Я работаю в западной компании менеджером по работе с клиентами, и опоздание на каких-то несколько минут считается здесь грандиозным.
«Думаю, завтра тебе нужно постараться прийти на три минуты раньше. Для компенсации», – никак не может успокоиться Внутренний Критик.
Наша компания занимается производством и продажей промышленного оборудования. Честно говоря, я не до конца разбираюсь в промышленном оборудовании, зато умею хорошо его продавать. Я человек общительный и с коммуникацией у меня с юности все в полном порядке. Кажется, я могу продать что угодно и кому угодно. Я просто люблю это делать.
Работа мне нравится еще и потому, что она связана с общением и частыми командировками. Разъезжать по разным городам гораздо приятнее для меня, чем проводить дни в офисе.
– Как съездила? – мимо пробегает моя подруга Наташка. Я ей рада. Только сейчас поняла, как я по ней скучала эти дни. Наташка свидетель всех моих душевных переживаний. Она умеет радоваться со мной, когда мне хорошо и вернуть меня в реальность, когда это необходимо.
В другой раз я бы начала оживленно и подробно расписывать детали поездки. Но сегодня просто мечтательно закатываю глаза. Делиться не хочется. Даже с ней. Пока оставлю себе свой спонтанный короткий романчик с итальянцем. Не расплескать бы волнующие воспоминания. Они и так потихоньку начинают меркнуть. Я расскажу о них. Но не сейчас. Может быть, позже.
Рабочий день упрямо начинается, и я, как обычно, вовремя вспоминаю, что со вчерашнего вечера ничего не ела и всю дорогу на работу мечтала о завтраке. Достаю контейнер с блинчиками, которые купила в кафе по дороге. Контейнер коварно вырывается из моих невыспавшихся рук, и, описав в воздухе замысловатую петлю, приземляется на донышко, по дороге художественно забрызгав сметаной дверцу шкафа, при этом гуманно пощадив мои замшевые туфли и пиджак коллеги Вадима.
– Фу-ух, – облегченно выдыхаю я, мысленно попрощавшись со своим завтраком и новыми туфельками цвета какао.
– Все вы что ли, девчонки, такие? – Вадик, похоже, тоже мысленно попрощался со своим пиджаком.
– Кто это, интересно, все? – оправившись от стресса, с вызовом уточняю я.
– Двоих таких я точно знаю. Ты и моя Светка.
Я показываю язык Вадику и иду на кухню за кофе. Там я остаюсь наедине с собой и с большим окном – моей связью с миром. Беру паузу. Если я начала ронять из рук предметы, это значит, что пора остановиться.
На деревьях, как седина в волосах, проступают желтые листья. Еще немного и мы закутаемся в теплые шарфы и пальто, а сердце охватит невнятная тянущая грусть. По беззаботному и безвозвратно ушедшему лету. По тому, что было и прошло. И по тому, что должно было случиться, но не случилось.
Проверяю телефон – новых сообщений нет.
Глава 14
Сконцентрироваться на работе не получается. Продолжаю гипнотизировать телефон. Это ж надо! Когда меня не было в Москве, он просто бомбардировал меня сообщениями. Стоило вернуться – и тишина. В чем дело? Неприятные догадки начинают посещать меня. Хорошего настроения это не добавляет.
«И ты, конечно, размечталась, что он не прекратит переписку так же внезапно, как и начал, – оживляется мой внутренний Собеседник. – Спорим, ты думала, что он пригласит тебя на свидание в первый же вечер после твоего возвращения».
«Слушай, не трави душу, а? Мне и так плохо, а тут ты еще! Такое ощущение, что ты радуешься, когда у меня проблемы».
«Я же говорил… Ладно-ладно, дам тебе дельный совет. Да ты и сама знаешь, что нужно делать, чтобы мужчина активизировался. Нужно перестать думать о нем и переключиться на что-то интересное и захватывающее. Заняться творчеством, например. Только так, чтобы раствориться без остатка, иначе не сработает. Или есть еще идея получше: мы можем закрутить новый роман».
А ведь иногда он дает действительно полезные советы.
В очередной раз обвожу взглядом офис. Романы крутить не с кем. Остается переключиться на что-то интересное. Придумала! Пойду после работы на йогу. Медитация точно меня спасет.
Глава 15
Ноги и спина затекли безбожно. Видимо, йога – это не только мое спасение на сегодня, но и испытание. Из одной пытки в другую. Это мой стиль… иногда он такой. Не все же нежные салатовые сердечки на платьице. Тренер что-то продолжает говорить, давать инструкции, в очередной раз настаивает на том, чтобы мы втянули животы и тянулись затылком вверх, а в моей голове наматывает сто тринадцатый круг одна и та же мысль: «Почему? Почему он не звонит?»
Сижу в позе лотоса. Наивно думала, что специально приобретенный костюм для йоги нежно-лавандового цвета положительно повлияет на процесс. Чувствую, что дальше концентрироваться бесполезно. Не получается прогнать из головы эту назойливую и совсем неконструктивную мысль.
«Какая разница, почему? – вворачивает свое веское слово сами-знаете-кто. – Главное, что не звонит. Остается принять и как-то выкарабкиваться из этого состояния».
В состоянии абсолютной растерянности и беспомощности открываю глаза. Ярко-красные стены зала совершенно не вяжутся с умиротворенным лицом инструктора. Группа состоит практически из одних девушек. Видимо, у мужчин нет таких же проблем с катушками мыслей. Или у них иные способы решения. Все сидят с закрытыми глазами и старательно успокаивают свой мечущийся ум, чтобы услышать голос сердца.
«О-о-оум», – заканчиваем мы занятие нестройным хором.
Я иду в раздевалку. Мои мысли со мной. Не отстают ни на шаг.
«Похоже, ты безнадежна», – грустно заключает Мозг.
«Похоже на то», – впервые за последние несколько недель я с ним полностью согласна.
Глава 16
Обедаем с Наташкой в столовой нашего бизнес-центра. Гоняю по тарелке куски курицы, оттененные ярко-зеленым пюре из шпината. По цвету красиво, но совсем не вкусно. Я часто выбираю еду по цвету. Для меня важно, чтобы блюдо было красивым на вид. Вкусным и полезным, конечно, тоже – моей бабушке бы понравилась эта строчка, – но и по цветам я обожаю красивые варианты.
– Почему бы тебе не позвонить ему самой? – Наташка с аппетитом уплетает свое гораздо менее презентабельное на вид блюдо. Да-да, я ей все рассказала. О чем-то она догадалась сама. И решила, что может давать мне советы.
Честно говоря, я завидую девушкам, которые способны проявлять инициативу в отношениях. Но сама не могу себя пересилить, чтобы сделать шаг, открыть чувства, заявить или просто сказать о своих желаниях. По-прежнему где-то глубоко внутри сидит ощущение, что это стыдно и унизительно – показать мужчине свое неравнодушие к нему.
– Не понимаю, что тут такого? Любому мужику будет только приятно, что кто-то по нему сохнет, – Наташка доедает котлету и решительно отставляет тарелку в сторону.
А еще я от природы застенчивая. Правда, многие из моих знакомых в это не верят. Но, друзья, должна вам признаться: это так. Я застенчива, скромна, кротка. Словом, я трусиха, а не та, кого вы знаете вот уже столько лет. И тот аттракцион с быком, которого я шутливо оседлала – байка. Я его выдумала. Словом, вы все поняли.
Как ни странно, слова подруги заставили меня задуматься.
– Ты права. В этом действительно нет ничего плохого. Просто мне кажется правильным, когда на начальном этапе отношений инициатива исходит только от мужчины. Они же типа охотники.
Тайком бросаю взгляд на телефон. Тишина. Что бы еще такого придумать, чтобы переключиться?
Глава 17
Не каждая история требует продолжения. Часто продолженные истории оборачивается разочарованием. Так, например, бывает тогда, когда пишутся продолжения известных романов или сериалов. Как будто их вымучили и надумали. Словом, создали из пустоты на ровном месте. Как правило, они не оправдывают ожиданий читателей и зрителей, очарованных единственно подлинной и стоящей первой частью.
Такая история была и у меня.
Отдых в Таиланде был придуман нами с Наташкой, как средство моей реабилитации после развода. Я долго не могла прийти в себя. На первый этап реабилитации ушло несколько долгих дней за просмотром достопримечательностей. Я старалась отвлечься: купалась в океане, досыта ела, гуляла, как в первый раз – широко и роскошно. Вскоре я, как мне показалось, была открыта для новых чувств.
«Это место определенно создано для романтики. Как бы мне хотелось гулять по этим белоснежным пляжам с кем-то противоположного пола, – мечтала я. – Наташка, конечно, веселая и интересная. Но мне бы того, кто меня обнимет, приласкает по-мужски. Явно она не подходит на эту роль», – думала я.
Вселенная быстро дала ответ на мои мысли. Этим же вечером мы с Наташкой отправились в ресторан. Выбрать идеальный для нас было непросто, но мы справились. Через несколько кругов по центральной улице мне наконец-то «подмигнул» один. Я почувствовала, что на нем можно остановиться. Наташке он тоже понравился. Это был небольшой уютный итальянский ресторанчик. Конечно, я знакома с основным правилом туриста: ужинать нужно там, где много людей, чтобы меню и персонал были проверенными наверняка. Здесь было тихо и безлюдно, но мы все равно решили остаться именно в этой итальянской редкой тишине.
Мы присели за удобный столик у окна. Официант был учтив. Только я начала погружаться в меню, как Наташка перевела мое внимание за соседний столик: «Кажется, там есть что-то поинтереснее, чем подают в меню», – пошутила она.
Он сидел в углу справа от нас. Высокий мужчина лет тридцати с затейливой татуировкой на правом предплечье. У него были темные взъерошенные волосы, бакенбарды под Элвиса Пресли и белая футболка с надписью «I don’t know why»: «я не знаю, почему».
«Я часто могла бы описать свою жизнь именно этой фразой, – подумала я, вглядываясь в надпись на футболке. – I don’t know why. Лучше и не скажешь». Далеко не все в нашей жизни поддается логическому объяснению и подчиняется причинно-следственным связям. И может быть, не всегда нужно всему искать объяснение. Некоторые вещи, возможно, стоит просто принять.
На спинке его стула висела байкерская куртка, а на стуле рядом лежал мотоциклетный шлем. «Француз, наверное», – почему-то подумала я.
Он с аппетитом уплетал спагетти. Когда мы вошли, я заметила, как он смерил нас демонстративно-равнодушным взглядом.
Я определенно не тот тип женщины, который может понравиться байкеру. Девушка байкера должна быть дерзкой и отвязанной авантюристкой в драных джинсах. С пирсингом и татуировками. Я даже близко не такая. Я обожаю шелковые платья с цветочным рисунком и украшения. Да и мотоциклов я боюсь в принципе. Поэтому я решила не залипать на новом персонаже, а погрузилась в наш с подругой вечер.
Мы заказали пасту с морепродуктами, бутылку «Просекко». Рассматривая немногочисленных посетителей ресторана, я периодически сталкивалась с его высокомерным и все таким же безразличным взглядом.
– Спорим, я сделаю так, что он познакомится с нами? – это, кажется, «Просекко» забурлило в моей крови озорными пузырьками.
– Спорим, – Наташка смерила его недоверчиво-оценивающим взглядом.
– Будем действовать старым проверенным способом. У тебя сигареты есть?
Наташка не курила, но, как под гипнозом, извлекла из сумочки «Voque» с ментолом. Под «проверенным способом» я подразумевала легендарный трюк из старого фильма «Самая обаятельная и привлекательная». Когда психолог Сусанна учила главную героиню премудростям взаимодействия с противоположным полом, помните? Один из приемов заключался в изображении тотальной беспомощности. Оказавшись в общественном месте, где «водятся» представители противоположного пола, нужно было из всех сил изображать из себя милую «потеряшку», которой срочно требуется помощь сильных и могучих. У них, знаете ли, инстинкт. Им просто жизненно необходимо нас спасать: на руках переносить через бурлящие воды волшебных рек и возвращать к жизни животворящим поцелуем. Без этого они просто не могут чувствовать себя настоящими мужчинами.
В общем, я вынула сигарету из пачки, театрально-беспомощно оглядываясь по сторонам. На мой завуалированный призыв откликнулись сразу двое мужчин. Подорвались со своих мест, устремляясь ко мне с зажигалками.
Один из них оказался изрядно подвыпившим соотечественником, яростно нуждающимся в компании. На нем долго останавливаться не будем, от него мы быстро отделались. А второй… как вы думаете? Конечно, он! Наш высокомерный байкер.
Он немедленно пересел за наш столик. В процессе общения выяснилось, что этот его безразличный взгляд – кто бы мог подумать – всего лишь защитная реакция.
Оказалось, что он англичанин. Так же, как и мы, обожает путешествия и через три дня улетает в Шанхай. Эти три дня были одними из самых романтичных в моей жизни.
Чтобы эффектнее выглядеть сидя позади него верхом на навороченном байке, я купила себе драные джинсы и майку-алкоголичку. А чтобы окончательно поддержать образ девушки-байкерши, сделала временную татуировку в виде скорпиона на левом плече. И мчались мы с бешеной скоростью, неслись, куда глаза глядят. Я обнимала его за пояс, утыкалась носом в крепкое загорелое плечо, приятно пахнущее солнцезащитным кремом, и со счастливым видом оглядывала окрестности из-под взятого не по размеру шлема вызывающе розового цвета.
Вечерами мы покупали свежепожаренную рыбу в местной лавочке и уезжали на безлюдный пляж провожать солнце. Целовались, пили местное пиво и придумывали новые вариации на тему I don’tknow why…
Через три дня он уехал. А я вернулась. Точнее, пришла в себя.
***
– Надо же, как не повезло: только встретился подходящий мужчина, как тут же уехал, – сокрушалась Наташка после его отъезда.
Мне же совсем так не думалось. Мне эта история казалась абсолютно самодостаточной. Я видела особенную красоту в этой ее незавершенности.
Через какое-то время мы все разъехались по домам. Общение наше с ним продолжалось по переписке. Он писал, что собирается приехать ко мне в гости. Я не очень в это верила, но, тем не менее, меня это вдохновило на новые подвиги.
Готовясь к его приезду, я экстренно сделала косметический ремонт в своей съемной квартире и освоила рецепты приготовления традиционных блюд русской кухни. Вскоре он действительно приехал.
Встречая его в аэропорту, вглядываясь в лица вновь прибывших, не могла унять бешеного ритма выпрыгивающего из груди сердца. А когда он вдруг неожиданно материализовался прямо передо мной, не сразу его узнала. Без мотоцикла мой курортный мачо не казался таким высоким и брутальным. В глазах сквозила неуверенность, волосы были аккуратно причесаны, загар сошел, а татуировка спряталась под рукавом клетчатой рубашки. Никакого романтического волнения, в котором я постоянно пребывала на белоснежных берегах Сиамского залива, в условиях серого мегаполиса я не испытала. Интересно, что он тогда подумал обо мне?
Мы, конечно, хорошо провели время, изучая достопримечательности Москвы, но я думала о том, что лучше бы наша история закончилась там. Тогда бы он навсегда остался в моей памяти тем высоким и дерзким байкером, от объятий которого так заходилось сердце.
Глава 18
«Вот-вот. Вечно ты напридумываешь себе всякого разного. Может быть, эта история как раз из тех? Которые должны оставаться без продолжения?»
«Заткнись, а! Даже слушать не собираюсь твои всезнайские заключения!»
Глава 19
– Как дела? – вопрошает из трубки его жизнерадостный голос.
В своих попытках переключиться я, с ног до головы перепачканная краской, дорисовываю третий подсвечник в технике витражной росписи. Роспись по стеклу – проверенное средство от навязчивых мыслей. Мое внимание полностью занимает вид глянцевой краски, медленно растекающейся по стеклу и заставляющей его искриться всеми цветами радуги. Единственной проблемой на этот момент становится подбор цветовой гаммы для очередного шедевра.
«Ха! Думаешь, ему и правда интересно, как на самом деле у тебя дела? Давай-ка, расскажи ему, что в ожидании его звонка сделала генеральную уборку в квартире, собрала экстренный девичник на тему „любит-не-любит“, прочитала два психологических издания о взаимоотношениях полов и только что дорисовала третий витражный подсвечник» – вмешивается, как обычно бесцеремонно, мой внутренний Зануда.
– Отлично! – почти не наигранно и так же жизнерадостно отвечаю я. Хотя сердце мое колотится так, что вот-вот выпрыгнет наружу. Прямо на невысохший, только что расписанный, и, кстати, получившийся очень красивым подсвечник.
Как будто и не было этих бесконечных трех дней молчания с его стороны.
– Хочу тебя увидеть! Когда ты можешь?
«Если бы ты знал, как я этого хочу, – кричит что-то внутри меня. – И, в общем-то, я могу всегда!»
«Эй! Только не вздумай говорить ему этого! – снова встревает мой неугомонный внутренний собеседник. – Не раньше начала следующей недели!»
– Честно говоря, на этой неделе у меня все вечера заняты. Завтра приезжают партнеры из Голландии, нужно поужинать с ними.
Договорились на послезавтра.
«Ты даешь! Хочешь, чтобы он сразу же утратил к тебе интерес?» – не унимается голосок в моей голове.
Решительно отмахиваюсь. Не собираюсь это слушать. Хочу встретиться с ним как можно скорей – и точка.
Глава 20
Рисовать больше не получается. Интересно, как это будет? Какой будет наша новая встреча? Главное, ничего не ожидать. Ожидания всегда ведут к разочарованиям. Было у вас так, что в мечтах о событии, которое вот-вот должно случиться, вы как будто бы уже все пережили, а когда оно происходит, нет никакого эмоционального ресурса переживать это в реальности? У меня так постоянно. Помечтать я мастер. Мое богатое воображение рисует такие яркие и образные картинки долгожданных сцен жизни, что реальность бледнеет и проигрывает на их фоне.
Как-то затронула с психологом тему сверхожиданий и неизменно следующих за ними разочарований.
– А ты можешь, вместо того чтобы рисовать радужные картинки будущего, сконцентрироваться на подготовке к событию? Продумать, что ты наденешь, какой макияж сделаешь. И сделать все, чтобы чувствовать себя максимально комфортно и как следует насладиться всем, что произойдет.
– Не могу. Это выше моих сил. Пробовала много раз – не получается.
– Тогда представляй себе что-нибудь нелепое и нереальное. Смешное даже. Выходи из этих своих ожиданий через иронию, смех. Доводи картинку ожидаемого до абсурда.
***
Представила, что он приехал за мной на сером волке, чтобы увезти в сказочный лес. Или лучше в волшебный терем! Такой важный, в своем сером, под цвет волчьей шерсти, костюме и с мобильником в руке.
Волк вдруг самопроизвольно трансформировался в огромного рыжего кота. В красных сапогах. А телефон в его руке – в лукошко с ярко-красными мухоморами.
«Ты уверена, что с тобой все в порядке?» – искренне беспокоится за меня мозг. Кажется, он в шоке от увиденного. Игнорирую его вопрос.
Проверила в соннике символику образов: рыжий кот снится к романтическим путешествиям! А кот в сапогах – к удачному замужеству. Что же, мне подходит и то, и другое. Становится все интереснее.
Глава 21
Кровать завалена грудой одежды. Боже, мне совсем… совсем нечего надеть!
Только не спрашивайте: «А как же все это – живописно разбросанное по постели? И еще то, которое пока не извлечено из шкафа?..»
Да. У меня ее много. Разной одежды. Но той, которую можно надеть именно сегодня, дождливым августовским вечером для романтического свидания с мужчиной моей мечты – нет. Поверьте мне! Я только что проверила.
Готовая разрыдаться и полностью лишенная сил, опускаюсь на кровать. Вот она близится, такая долгожданная и наверняка судьбоносная встреча, а мне банально и бескомпромиссно нечего надеть.
Я уже было хотела отчаяться, но мой мозг, который обычно меня подначивает, как ни странно, в этот раз пришел на выручку. Неожиданно меня пронзает гениальная мысль: «То платье! Бежевое с золотистыми пайетками!». То, в котором я отмечала свой день рождения в прошлом году. По-моему, отличный вариант. В меру сексуальное и в то же время не слишком вызывающее.
Бросаю взгляд на часы. Уже опаздываю на десять минут.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
