Страница 7 из 11
Прошла пора выпускных экзаменов, но на выпускной вечер Стешу – Трифон не пустил…
– Опять наблудит шалава, а мне потом расхлебывать!!! – орал он на свою жену Агату.
***
Сорокапятилетний Кирьян, друг Трифона вскоре посватался к семнадцатилетней Стеше – и не спрашивая согласия, отец выдал ее замуж.
Впрочем, Стеше было все равно: Кирьян, так Кирьян – зато с лютым отцом жить в одном доме больше не придется!!!
Леня оставил после себя в сердце Стеши выжженную пустыню – теперь любви она не ждала! Трифон, лишив свою дочь – ее сынишки, обескровил ее душу… – ныне Стеша и забыла, а каково это – быть счастливой…, а значит никаких препятствий на пути к браку Кирьяна со Стешей не было…
***
В браке с Кирьяном – Стеша пребывала, словно в коматозном состоянии, десять лет… Безмолвной, смиренной тенью все эти бесконечные годы, она скользила в заботах по дому, ухаживала за домашней живностью, возилась с огородом…Вот только порог родительского дома, после своего замужества, Стеша не переступила ни разу, а если они случайно сталкивались на улице, Стеша делала вид, что не замечает своих родителей вовсе… Близкие ей некогда, люди теперь для Стеши не существовали… Для нее теперь существовала жизнь совсем в иной параллели!
– Сегодня моему сыночку исполнилось два месяца… Теперь у моего сыночка, должно быть, прорезаются зубки – это больно, а меня нет рядом с ним… Теперь мой мальчик, наверное, пошел на своих ножках – пора…Моему сынуле сегодня исполнилось…год…, два…, три…, четыре…, пять лет… – только такие размышления волновали ее истерзанную, ограбленную душу…
Слабого здоровьем, Кирьяна вполне устраивала тихая, молчаливая, нетребовательная молодая жена: хотя и безмолвная, а живая душа постоянно рядом с ним… И Кирьян – Стешу устраивал: не мешал ей свои думы думать…
***
Уставшее от болезней, сердце Кирьяна отказалось биться, вскоре после его пятидесятипятилетнего юбилея… И Стеша в двадцать семь лет осталась вдовой… Она вовсе не собиралась больше выходить замуж…
***
К Стеше неожиданно посватался бухгалтер районной заготконторы – вдовый Илья. Его жена Анна умерла вскоре, после рождения второго ребенка.
Илья слыл мужиком образованным, трудился на почитаемой работе, был мужиком состоятельным – и с двумя детьми на руках, считался завидным женихом. Но он выбрал неприметную Стешу: себе в жены и в матери своим детям…
– Стеша, ты баба молодая – что тебе куковать в одиночестве?! Да и я еще совсем не старый…И потом, не каждая женщина годится для того, чтобы стать матерью чужим детям! А вот ты, годишься моим – Надюшке с Женечкой в матери – это я своим нутром чувствую! – эти слова Ильи тронули омертвевшее сердце Стеши: он доверяет ей своих детей… – она согласилась на брак с ним.
Дом, который ей достался в наследство от Кирьяна – Стеша продала соседу: тот желал отделить от себя женатого сына.
Деньги, которые она выручила за продажу дома, Стеша положила себе на сберкнижку: с недавних пор она копила деньги для своего утраченного сына… Однажды, стоя в очереди, она услышала историю женщины, которая оставила в роддоме своего ребенка, а тот, через двадцать лет, разыскал мать: ему очень нужны были деньги… Сыну Стеши теперь исполнилось пятнадцать лет – не заметишь, как и ему понадобятся большие деньги…
***
Если у Стеши жизнь потихоньку налаживалась, то в доме ее родителей поселилась беспросветная тоска по невосполнимой утрате и безысходная печаль: их младший сынок Ванечка, на которого родители возлагали все свои надежды, погиб в армии во время учений.
Властный тиран – Трифон прозрел, наконец…
– Я, своей волей, лишил Стешу – сына, а в отместку, Бог прибрал моего сыночка!!! – эта мысль теперь терзала его постоянно – и только теперь он стал постоянно вспоминать своего отвергнутого внука и сожалеть о содеянном…
– Эх! Знать бы заранее, что сынок Ванечка погибнет, так разве ж я бы посмотрел на людские пересуды… От внука своего, я бы разве ж отказался!!! Плевать бы мне тогда, что обо мне скажут люди…– горюет об утраченном, Трифон – только раскаяние его слишком запоздало.
***
Семейная жизнь с Ильей у Стеши пошла веселей: он горячим и ласковым мужиком был – ему удалось растопить лед в душе любимой жены. Да и приятные заботы об его детях, у Стеши много сил и времени отнимали: когда они поженились, старшей дочери Ильи – Надюше всего пять лет сравнялось, а младшему сыночку Женечке и вовсе только годик исполнился.
Еще одного ребеночка родить Илье – Стеша не решилась: ей казалось это предательством, по отношению к своему покинутому первенцу.
Боль по утраченному сынишке, гноящейся занозой, сидела в сердце Стеши и с годами не утихала и не проходила – поэтому и на похороны своей матери Агаты – Стеша не пошла: так и не смогла ей простить ее трусости и предательства в отношении внука…
***
После смерти жены, пожилой Трифон остался совсем один, наедине со своими сумрачными мыслями… Ох и корил он себя за свою прежнюю гордыню, зазнайство и за лютую суровость в отношении своей дочери! Теперь он на собственной «шкуре» осознавал, что появление на свет любого ребенка – это дар Свыше!!! Ни при каких обстоятельствах, рождение ребенка – позором быть не может! Но свой локоть близко, а его не укусишь!!! И не вернуть теперь сына Степаниды!!! И саму Степаниду ни за, что не вернуть!!!
***
Двадцать три года, в любви и взаимопонимании, прожили Илья со Стешей. Все пополам делили: и печали, и радости…
Надюше – старшей дочери Ильи, сравнялось двадцать восемь лет – теперь она сама жена и мама чудной девочки Лоры – и со своей семьей живет далеко: в Америке… Из такой дали к родителям в гости не наездишься – и Надюша присылает фотографии: своей семьи, собаки, их дома, лужайки – перед домом…
Двадцатичетырехлетний Женя, сын Ильи, тот не женат, но влюбился «без памяти» в вертихвостку Люсьену – ветреную девицу из соседнего района. Его избранница красотой не блещет, но она – особа раскрепощенная и обладает некой женской манкостью – от кавалеров у Люсьены отбоя нет… Правда никто из ее поклонников женится на ней не торопиться: Люсьена обладает даром притягивать на себя внимание мужчин, но удержать надолго возле себя мужчину…– такого дара ей Бог не дал… Но Люсьена не унывает: на дворе нынче перестройка – мелких бизнесменов пруд пруди… – и она неустанно занята поисками мужа в среде владельцев уличных ларьков…
Влюбленный Женя работает зоотехником – доходы не те… – и взаимности от Люсьены, ему ждать не приходится… Он теперь постоянно пребывает в меланхолии, ходит понурый – от неразделенной любви…
– Такой избранник полушубок песцовый не купит и в Сочи, по путевке, не повезет…– так думала расчетливая Люсьена, о влюбленном в нее, Жене.
***
Любимый муж Стеши – Илья ушел из жизни тихо: вечером уснул, а утром не проснулся…
Его дочь Надюша на похороны отца приехать не смогла, но от своей доли отцовского наследства – она отказалась…– и десять тысяч рублей, лежащие на сберкнижке Ильи, полагалось разделить между оставшимися наследниками: его вдовой – Стешей и сыном Женей.
Люсьена прознала про наследство Жени – и сразу согласилась стать его женой, но половина, причитающегося Жене – Люсьену совсем не устраивала.
– Жека! Мачеха должна отдать тебе все десять тысяч рублей: они по праву твои! А ей остается в наследство дом…: после нашей женитьбы, мы будем жить с моей мамой… И машина отцовская должна тебе отойти!!! Твоей мачехе и дома достаточно! – настаивала на своем, Люсьена.
И Женя решился на откровенный разговор с женщиной, которую почитал, как родную мать… Стеша внимательно выслушала все доводы, приводимые Женей и решила пойти ему навстречу, но с одним условием: заверить у нотариуса его отказ от притязаний на дом…– и десять тысяч рублей достаются одному Жене…, и отцовская машина отойдет ему…
***
Мечта вертихвостки сбылась – и Люсьена стала обладательницей десяти тысяч советских рублей! Молодая жена, не спросясь мужа Жени, в первый же день потратила в ювелирном магазине три тысячи советских рублей: на покупку золотых колец, сережек, на цепочку с кулоном…
У Жени подходила очередь на покупку машины: элегантной «Трешки» – ВАЗ 2103 – поэтому отцовские «Жигули» они срочно продали…
Денег, из отцовского наследства Жени, молодым супругам хватило еще и на роскошный отдых в Геленджике, купили Люсьене и полушубок песцовый, и шапку песцовую, и новые зимние сапоги, и мохеровую кофточку…, мебель в своей зальной комнате обновили…
И после всех трат, осталось у Жени на сберкнижке четыре тысячи советских рублей… Но эту заначку супруги решили пока не трогать: их ожидало прибавление в семействе… Люсьена ждала ребенка…
***
Стеша, после женитьбы пасынка Жени, снова осталась одна-одинешенька, в свои неполные пятьдесят пять лет…
А ее, оставленному некогда в роддоме, сынишке теперь исполнилось тридцать восемь лет – и для него ныне значительная часть его жизни прожита!
Степанида все пыталась представить своего сынишку взрослым, зрелым мужчиной, но это ей не удавалось… Сынок так ее и не разыскал, и немалые деньги Степаниды так и лежат на сберкнижке, прирастая процентами…
– Интересно, как сложилась взрослая жизнь у моего малыша? Женат ли? Есть ли дети? Какую профессию он себе избрал во взрослой жизни? Времена пошли нынче смутные, никакой уверенности ни в чем!!! И к чему приведет эта перестройка? И, как она отразится на моем малыше??? – сердце Степаниды по-прежнему переживало, болело за своего сына-незнакомца.
***
Стеша всю свою сознательную жизнь неустанно трудилась – оставшись одной: без семьи и значительного дела, ей стало совсем невесело…
Услышала она от знакомой, что бывшему районному главе – Тимофею Ивановичу, серьезно пострадавшему в автомобильной аварии, его сын Лева подыскивает сиделку. Все обдумав, Стеша – Степанида Ивановна решилась предложить работодателю свою кандидатуру. И расчетливый Лева, выбрал из всех претенденток, кандидатуру Степаниды Ивановны.
В заботах об инвалиде – Тимофее Ивановиче, жизнь Степаниды вновь обрела некий смысл. Она теперь в и своем доме появлялась через раз: Тимофей Иванович часто просил Степаниду заночевать в его доме…: без ее помощи ему трудно обходиться!
Еще совсем недавно бывший глава района был здоровым, крепким и деятельным мужчиной, но после автомобильной аварии, Тимофей Иванович оказался прикованным к инвалидному креслу – теперь даже своими руками, он плохо владеет… Его единственный сын Левушка, со своей женушкой Ингой проживает в столице – ему нет дела до беспомощного отца – он ловит «рыбку» в мутных водах перестроечного времени: чрезвычайно занят приумножением своих капиталов… Хорошо хоть сиделку нанял отцу отличную: Степанида ухаживает за Тимофеем Ивановичем на совесть…
***
Неожиданно из столицы приехал Левушка – он был необычайно взволнован – и сразу заперся со своим отцом в его кабинете.
До Степаниды из кабинета долетали взволнованные слова Левушки, из которых она поняла, что скоро в стране случиться денежная реформа – и все рублевые сбережения отца необходимо срочно перевести в доллары…
Степанида совсем не хотела лишиться своих накоплений на сберкнижке – и, преодолев робость, она решилась обратиться к Левушке с просьбой:
– Простите, я совсем не хотела подслушивать ваш разговор с отцом, просто вы, громко разговаривали… Вы, не могли бы и мои рубли перевести в доллары??!!
Левушка внимательно посмотрел на Степаниду:
– Я-то могу, но эта операция не бесплатная, сами понимаете… Многие люди задействованы и этим людям надо платить…
– Сколько? – коротко спросила Степанида.
– Двадцать процентов, со всей суммы…– озвучил цену Левушка.
– Я согласна. – быстро решила Степанида.
***
Проезжая мимо дома Степаниды – Левушка заметил старика, который крутился возле дома сиделки его отца. Левушка не поленился – вылез их своей машины:
– Любезный! Вы, здесь что-то потеряли? Что вы, кругами ходите здесь?
– Это дом моей дочки Стеши – поэтому тут и хожу! Она теперь дома редко ночует, а времена нынче лихие – вот я и приглядываю за домом дочери, а то ведь «разудалые» люди могут и последнее из дома унести…– ответил дед Трифон.
Они разговорились – потом Лева и ему предложил рубли на доллары поменять: уяснил финансовый делец, что старик не из болтливых, так зачем свои двадцать процентов, от энной суммы, упускать…
Старик свои сбережения держал не в сберкассе, а дома: в трехлитровых банках…
***
Поскольку Степанида дала слово Левушке, что будет помалкивать о намечающейся денежной реформе – поэтому и пасынка Женю напрямую, она предупредить не могла…
Степанида купила подарок для новорожденного сына Люсьены… Этот малыш никак не мог быть родным сыном Жени: после его знакомства с Люсьеной прошло всего восемь с половиной месяцев… – но она решила, что это совершенно не ее дело, поскольку сам Женя совершенно счастлив!
Приход Степаниды вызвал у Люсьены небольшую панику, но когда та поняла, что мачеха Жени не намерена встревать в их жизнь – Степаниду пригласили к столу: испить чаю…
За чашкой чая состоялся неспешный разговор, в котором Степанида позволила себе дать молодым супругам совет:
– Времена сейчас непостоянные – перемены в жизни следуют каждый день… Женя, у тебя, наверное, деньги на книжке еще остались? Лучше их не беречь, а потратить: на себя, на жену, на малыша…
– Ты, старая белены объелась? Ты, что тут молодежи советуешь? Это, как без денежной заначки жить? – нервно взвилась мать Люсьены – Марфа.
– Не надо так кричать: я только высказала им свои предположения… Они сами знают, что с деньгами делать… – открестилась от скандала Степанида.
Но, наперекор своей матери, Люсьена на другой же день сняла все четыре тысячи советских рублей со сберкнижки Жени…
Люсьене захотелось заиметь норковую шубку – и с приличной переплатой, но норковую шубу она себе купила… После родов она немного поправилась – и Люсьена прикупила себе новых вещей – для обновления своего гардероба… И новый джемпер, и брюки – это для Жени!
Теперь путь Люсьены лежал в мебельный магазин: здесь директором магазина трудился ее бывший возлюбленный Гоша – он то и являлся отцом Артема, новорожденного сына Люсьены…
– Привет, дорогой! Поздравляю тебя: у тебя сын Артем родился! – с порога огорошила Люсьена – Гошу.
– Привет! Я в курсе, что ты, недавно сына родила, к которому я не имею никакого отношения! Перестань меня шантажировать – не забывай, что мой папа – судья… – открестился от своего ребенка, директор мебельного магазина Гоша.
– Я и не думала тебя шантажировать, но ты, мне должен!!! Я хочу приобрести в твоем магазине, за свои деньги, спальный гарнитур и гарнитур для кухни… И связей у тебя достаточно – помоги мне приобрести стиральную
машину-автомат… И больше я – тебя не потревожу – обещаю: твой ребенок уже носит фамилию моего мужа…
Недели не прошло, как Гоша в точности выполнил заказ Люсьены: спальный гарнитур, кухонный гарнитур и стиральная машина-автомат заняли свои места в доме матери Люсьены – так страстно хотелось Гоше, чтобы бывшая любовница Люсьена исчезла с его жизненного горизонта.
Деньги у Люсьены еще оставались – она купила Жене новые зимние ботинки… – «из-под прилавка» у знакомой продавщицы – и естественно, с переплатой! А оставшиеся деньги, выстояв огромную очередь, она снова оставила в ювелирном магазине…
На личную заначку в пятьсот советских рублей, Люсьена купила мягкую мебель – в комнату своей матери: она извела ее своими нотациями, за расточительные траты.
Мать Люсьены не ожидала такого широкого жеста, в виде мягкой мебели, от своей эгоистичной дочери:
– Мама, вы помогаете мне воспитывать сына – это вам моя благодарность! – на самом деле Люсьене захотелось в тиши наслаждаться своими покупками
– Все-таки хорошо, что в моей жизни было много влиятельных мужчин: в наше время ведь невозможно ничего без блата купить… Если бы я не спала в свое время с Демой, разве ж он продал мне, без всякой очереди, мягкую мебель… – рассуждала, довольная собой, Люсьена.
***
Все деньги Люсьена потратила вовремя: на другой же день, после покупки мягкой мебели, произошло ужасное событие – и многие граждане страны бились в нервных припадках… так, как денежная реформа состоялась – и все советские рублевые накопления граждан превратились в бесполезные фантики…
– Ну и стерва твоя мачеха!!! Нет, чтоб прямо предупредить: избавляйтесь от рублей, дорогие родственники!!! Нет, она сидела тут, пила мой чай, ела мой хлеб и городила темные огороды…! Только моя Люська, как гончая, унюхала беду! – гневно брызгала слюной в лицо Жене, его разъяренная теща Марфа.
– Мама, о таких вещах, как денежная реформа, умные люди громко не кричат: так и под суд угодить можно… – успокаивала свою мать – Люсьена.
***
– Жека, раз в жизни твоя мачеха поступила по-божески… Даже удивительно! – отдала должное Степаниде – Люсьена.
– Нет, моя мать всегда поступает по-божески!!! – подумалось Жене.
И он мысленно представил себе, что было бы с его Льсьеной, если бы и их сбережения превратились в бесполезную бумагу…! Да Люсьену тут же бы удар хватил!!! А сейчас она сидит спокойная, довольная – и ничто не мешает ей трезво рассуждать.
Отблагодарить Степаниду – Люсьена не могла – но ее Женя целый месяц, без всяких ограничений, имел доступ к телу жены – и он был просто счастлив…
– На маму Стешу можно рассчитывать в трудные времена… – отметил для себя, Женя.
***
Левушка с женой Ингой, не бескорыстно, но спасли от обесценивания денежные накопления своего отца Тимофея Ивановича, сиделки Степаниды, деда Трифона… Они еще многим помогли сберечь их несметные рублевые состояния, вовремя произведя обмен советских рублей на доллары… – и заработали себе долларовое состояние на данных финансовых операциях …
И действовали Левушка с Ингой, как и всегда, до чрезвычайности осторожно: не дети малые…– знали, чем будет чревата любая оплошность с их стороны! Но, очевидно, где-то все же они прокололись – и за свою ошибку поплатились жизнями…
Через месяц, после проведенной денежной реформы, к супругам в дом пришли неизвестные… Они до смерти запытали и Левушку, и Ингу, но своей цели не достигли: нашли лишь незначительную часть, спрятанных долларов…
***
Когда Тимофею Ивановичу сообщили о смерти сына и снохи, тот враз почернел лицом: какое сердце способно претерпеть такое…?! И Степанида потом долго его выхаживала…
Родители Инги, в этой непростой ситуации, взяли на себя все заботы по погребению зятя Левушки, с которым их любимая дочка Инга была счастлива. И вещи, которые некогда принадлежали Леве, контейнером отправили его отцу – на память о сыне….
***
Без движения и в бессознательном состоянии, Тимофей Иванович который день лежит на койке в районной больнице. Рядом с ним неотлучно находится его сиделка Степанида.
Она неотрывно смотрит на него и всеми фибрами своей души, Степанида ощущает мучительную душевную боль этого немолодого мужчины, лежащего перед ней. Она отчетливо осознает: где бы сейчас не находилось сознание Тимофея Ивановича, о своей невосполнимой потере, он не забыл – и эта невыносимая боль утраты последует за ним повсюду, как нитка следует за иглой…
В памяти самой Степаниды еще были свежи воспоминания: как переживала она потерею своего любимого мужа Ильи…Его скоропостижная смерть в одночасье подкосила ее – и Степаниде тогда хотелось только одного: лечь и умереть!!! Она не видела никакого смысла в своей дальнейшей жизни, без Ильи: он ушел…, и сам того не желая, забрал с собой большую часть ее души, которая любила его; жила им; лелеяла в своих помыслах надежды на их счастливое будущее… Ее любовь и все ее надежды на счастье, оказались погребенными в одной могиле, вместе с Ильей… Теперь ее постоянно терзала нестерпимая боль потери; ею постепенно овладевал, обволакивал собою могильный холод – и странные, непонятные загробные переживания Ильи, не давали ей покоя, словно Степанида по-прежнему находилась с ним на одной энергетической волне…, дышала в такт с ним…
В тот тяжелый период, Степаниду спас пасынок Женя: одним только своим присутствием, рядом с ней.
Теперь Степаниде Ивановне не под силу спокойно сидеть и наблюдать, как на ее глазах уходит жизнь из этого одинокого и глубоко несчастного человека – и она решила: не сидеть, сложа руки, а действовать!
Для начала Степанида поговорила с лечащим врачом Тимофея Ивановича и тот откровенно подтвердил ей: исцеление в районной клинике данного пациента маловероятно…Но этот разговор с лечащим врачом был ненапрасным: тот предложил Степаниде обратиться в частную клинику Москвы, которая функционирует недавно – и оснащена самым новейшим медицинским оборудованием!
По просьбе Степаниды, лечащий врач Тимофея Ивановича дозвонился до той частной московской клиники, озвучил диагноз своего пациента и поинтересовался ценами на вышеозначенное лечение… После недолгих переговоров с руководителем клиники и, последовавшего за этим, перевода значительной суммы предоплаты за лечение данного пациента – из частной клиники выслали медицинский вертолет – для транспортировки Тимофея Ивановича…
Степанида, как сиделка Тимофея Ивановича, последовала за ним. Под шум винтов вертолета, она размышляла о том, что лечение в этой частной клинике уже влетело ей в «копеечку». И еще думала Степанида, что даже если, несмотря на все ее старания и траты, Тимофей Иванович все же умрет – ее совесть будет чиста: она не оставила его одного, наедине с бедой -сделала для этого человека все, что могла… А эти потраченные доллары… Бог с ними: сынок Степаниду так и не разыскал, но, возможно, она не зря столько лет копила деньги – они послужат добру и спасут человеческую жизнь!
***
Три месяца Тимофея Ивановича выхаживают в частной клинике Москвы – и выбранная методика лечения стала приносить неплохие результаты – не смотря на стойкое желание пациента: умереть…, уснуть и не проснуться…
***
Белоснежная подушка по-особенному подчеркивает бледность лица Тимофея Ивановича. Он лежит неподвижно и глаза его плотно сомкнуты, но предательские слезы скатываются по его впалым щекам…
Степанида сидит рядом с ним… За все то время, что Тимофей Иванович пребывает в сознании – она ни разу не высказала ему ни слова сочувствия и только неустанно гладит его по голове, как маленького – и от этого молчаливого участия, и от этой нежной, трогательной ласки Тимофею Ивановичу становиться легче на сердце…
Степанида молчит и участливо гладит Тимофея Ивановича по голове: она на своем опыте постигла, что в данной ситуации все слова бессильны… И снова к ней приходят вспоминания…: когда скоропостижно скончался ее любимый муж Илья – Степаниде, от горя, хотелось громко выть в голос! И, сжигающая изнутри, душевная боль причиняла ей и страдания физические…
– Невыносимо больно терять любимых!!! – Степанида молча гладит Тимофея Ивановича по голове, как маленького ребенка – и от этого молчаливого участия, Тимофею Ивановичу становиться легче на сердце…
***
Только через полгода, Степанида и Тимофей Иванович вернулись из московской клиники в свой районный центр. За эти полгода Тимофей Иванович окреп и духом, и телом…
Благодаря достижениям современной медицины, специалисты частной клиники поставили Тимофея Ивановича на ноги – и это в прямом смысле слова: раньше он мог перемещаться только на инвалидной коляске. Теперь же Тимофей Иванович может передвигаться на своих ногах, опираясь руками на две трости.
На вокзале маму Стешу встречал Женя – и до районного центра, где проживали Степанида и Тимофей Иванович, он довез их на своей машине.
Мама Стеша вернулась домой из далекой Москвы – сам этот факт умиротворяюще подействовал на Женю: теперь мама рядом и в трудный момент непременно можно будет опереться на ее сильное плечо…
***
Те полгода, что мама Стеша отсутствовала дома, Жене совсем несладко пришлось: на птицефабрике, где он работал, стали постоянно задерживать зарплату – и это обстоятельство вносило значительный разлад в отношения, между Женей и Люсьеной.
Не то, чтобы в их семье совсем нечего было есть: картошка, капуста, морковка… – свои овощи имеются в наличии и хранятся в домашнем погребе… Просто Люсьена не может даже спокойно дышать, если у нее в кошельке нет приличной суммы денег! От безденежья, его любимая Люсьена превращается в злобного монстра – и тогда…
От полного развала его семьи, Женю спас дед Трифон.
***
Как и просила перед своим отъездом мама Стеша – Женя иногда наведывался к ее дому и к дому Тимофея Ивановича, чтобы проверить: все ли в порядке?
Как-то осенним вечером, проезжая по дороге, ведущей к родительскому дому, Женя краем глаза заметил, что в доме деда Трифона окна темные и сам дом, выглядит опустевшим – это обстоятельство обеспокоило Женю: в темное время суток, старик никогда не покидал своего дома. И, обеспокоенный Женя, завернул свою машину в сторону дома деда Трифона.
Дед Трифон лежал на полу беспомощный, и уже не надеялся, что его посетит хотя бы одна живая душа! На, внезапно появившегося, Женю – он посмотрел, как на Спасителя!
Женя переодел немощного старика в чистые одежды и повез в районную больницу. Там деда Трифона расспросили обо всем, что предшествовало его падению, внимательно осмотрели его пострадавшую голову и ногу, и предложили старику остаться в больнице, для полного обследования.
Благодарный за оказанную помощь, дед Трифон сунул в руку Жене три тысячи рублей – когда они прощались…
***
Домой тем вечером, Женя вернулся поздно – и едва он перешагнул порог дома, Люсьена налетела на него коршуном.
– Ты, сволочь такая, где шлялся столько времени?!!! Я, что обязана тебе, с ребенком сидеть?! – и с маха, залепила ему звонкую пощечину.
Женя никак не отреагировал на вопиющую выходку Люсьены…
– Мама, вот вам деньги на продукты. – Женя протянул своей теще две тысячи рублей и пошел в сторону комнаты маленького мальчика Артема: от громкого шума тот проснулся и заплакал.
Неугомонная, Люсьена бросилась мужу наперерез.
– Это, что это такое???!!! – возмущенно орала она, Жене в лицо.
– Ты, почему не мне деньги отдал???!! – от возмущения, она покраснела и казалось, что сейчас Люсьену хватит удар.
– Он дал мне деньги на продукты – и нечего орать, словно тебя режут!!! Сладко жрать любишь, а где матери денег на все взять?! – вступилась за зятя – теща Марфа и сама стала напирать на свою дочь.
Скандальная склока матери и дочери быстро утомила Женю – и он сунул в руку Люсьены последнюю тысячу. Жена и правда вмиг затихла: Люсьена быстро сообразила, что этих денег ей хватит на приобретение импортной помады…
***
Позднее, Женя навестил деда Трифона в больнице, принес ему, тайком от жены и тещи, пару яблок и небольшой кулек с конфетами.
Растроганный вниманием, старик вручил Жене свой ключ от дома и попросил его, чтобы тот приготовил ему картофельное пюре с тушенкой: в этой больнице кормят не так сытно… А еще попросил Женю заехать в местный магазин и купить пачку чая и килограмм шоколадных пряников: чаепитие – это единственное удовольствие, для лежащего в больнице…– так считал дед Трифон.
Спаситель Женя не может быть вором – и дед Трифон поведал ему, где хранит свою пенсию – чтобы Женя, из тех денег, на покупку чая и пряников взял, и три тысячи рублей – себе…
Женю, мама Стеша приучила не брать чужого – он исполнил все в точности: о чем просил его дед Трифон.
***
Старик две недели пролежал в больнице с сотрясением мозга, но ногу свою, он не сломал – при падении, а получил небольшое растяжение связок…– легко отделался дед Трифон, ничего не скажешь…
Болезнь старика сблизила их – и когда на работе у Жени наступила пора хронической задержки зарплаты – его семья выживала и благодаря поддержке деда Трифона: его помощь выражалась в том, что старик отдавал Жене половину своей пенсии, а это одиннадцать тысяч рублей ежемесячно …
Деду Трифону совсем не жалко было своих денег для Жени: его растила дочка Стеша – значит этот молодой мужчина и ему не чужой человек – и, как не поддержать приемного внука в тяжелые времена…
И Женя не оставлял деда Трифона без своего внимания: через день навещал его, оказывал ему свою посильную помощь, иногда заезжал просто поговорить с ним – чему старик был чрезвычайно рад…
Частенько, вместо денег, руководство птицефабрики рассчитывалось со своими работниками, производимой продукцией – и тогда Женя привозил в дар деду Трифону, пару свежих кур и яиц, с десяток…
Те деньги, что дед Трифон периодически давал Жене, своей Люсьене он вручал не все сразу, а частями… И свои отлучки к деду Трифону, он объяснял жене тем, что зарабатывает деньги извозом… Люсьена находила эту затею разумной: приятно получать, кроме мизерной зарплаты мужа, дополнительные деньги…
***
Люсьена снова забеременела, но на сей раз от мужа Жени – и рожать еще одного ребенка, Люсьена вовсе не собиралась! Перспектива очередного аборта, выводила Люсьену из себя – теперь она постоянно пребывала в состоянии неистовства…
Поскольку виновником бед Люсьены являлся Женя… – в состоянии неконтролируемой ярости, она выгнала мужа из дома, вместе со своим двухлетним сыном Артемом, снабдив их деньгами на проезд в общественном транспорте – но только в один конец… Воспользоваться своей машиной, Люсьена – Жене не позволила: она и ключи от машины оставила себе.
– Сволочь!!! Какая сволочь!!! Сделаю аборт – и потом ни разу его не подпущу к себе!!! Не хватало мне еще от этого убогого на аборты ходить!!! – бесилась Люсьена.
Марфа, со стороны и молча, наблюдала за сумасбродными поступками своей дочери – потом не выдержала и полюбопытствовала:
– Ты, зачем Женьку из дома выгнала? Да еще и со своим ребенком? И, как он теперь на работу, без своей машины, будет добираться? Ты, совсем ополоумела?!
– У меня больше нет никаких сил переносить его присутствие рядом со мной!!! Я развожусь с ним!!! Больше не могу существовать в такой убогости!!! – бушевала, словно ураган, Люсьена.
– Боже! Неужели это я выносила и родила такую дурищу?! – запричитала Марфа – Вот Женька останется без работы – познаешь ты, тогда истинную убогость! Без своей машины, из другого района, на нашу птицефабрику не наездишься! Люська, хватит дурить! Посмотри внимательно в зеркало – ведь не молоденькая, ты… Ведь, кроме Женьки, желающие жениться на тебе, в очередь не выстраивались никогда!!! – Марфа попыталась вразумить дочь.
***
Степанида с утра пришла к Тимофею Ивановичу удрученная. Стала молча прибираться в его доме – позднее, молча принялась готовить обед для Тимофея Ивановича…
Тот не выдержал и поинтересовался:
– Стешенька, что вас так беспокоит? Вы, сегодня на себя не похожи…
Степанида на минутку оторвалась от дела:
– Женя, с ребенком Люсьены, пришел ко мне жить: его жена выгнала их из дома… Я так виновата перед этим мальчиком: ведь это я воспитала его таким мягким и покладистым – по отношению к женщине…! Теперь Женя пожинает плоды моего неправильного воспитания… Ключи от его машины, эта фурия отобрала, а без своей машины, по морозу, разве в соседний район на работу наездишься?! – сокрушалась о пасынке, Степанида.
– Не переживайте так за своего мальчика: найду я работу для него… Хотя, я согласен с вами: в наши дни – это совсем не просто… И посмотрите на эту ситуацию с другой стороны: Жене представилась замечательная возможность отдохнуть от своей неуемной супруги – что ж в этом плохого?! -высказал свою точку зрения на непростую ситуацию, Тимофей Иванович.
– Тимофей Иванович, в данной ситуации я не могу бросить Женю одного – я должна отказаться от нашей совместной поездки в санаторий! – Степанида, наконец, нашла в себе силы сказать Тимофею Ивановичу, что хотела.
– Ни в коем случае! Я не принимаю вашего отказа! Мне эта поездка необходима – вы, же не бросите меня теперь?! А Женя – мальчик взрослый – на месяц, я оставлю ему на расходы сто тысяч рублей – бедствовать с ребенком он не будет… И сразу, по приезду из санатория, займусь поисками работы для него… И все у вашего мальчика будет замечательно… – успокоил Степаниду – Тимофей Иванович.
– И вот еще Стеща, прибыл контейнер с вещами, которые принадлежали моему Левушке… Письменный стол, секретер, комод… – эта старинная мебель останется у меня в доме, но вот те пять… чемоданов с одеждой Левушки…– я и разбирать не стану… – это выше моих сил!!! Может быть твой Женя поможет мне избавиться от этих вещей: выберет что-то для себя – и друзьям раздаст… И вот этот мобильный телефон Левушки…, симку я выбросил, но в салоне связи можно приобрести новую симку и продолжить пользоваться этим телефоном: этот телефон я совсем недавно сыну подарил…– Тимофей Иванович скорбно умолк.
***
Сели за стол обедать. От грустного состояния Степаниды не осталось и следа – и это не могло не радовать Тимофея Ивановича – значит она поедет с ним… Теперь ему было трудно разлучаться со Степанидой даже на несколько часов: эта женщина, как-то незаметно вошла в его жизнь, стала ему дорога – ради нее, Тимофей Иванович нашел в себе силы восстать из «руин»!
***
Вечером Степанида решилась откровенно поговорить со своим пасынком.
– Женя! У нас, с Тимофеем Ивановичем, давно куплены путевки в подмосковный санаторий. Я хотела отказаться от этой поездки, но Тимофей Иванович никак не желает отправляться в путь без меня… Он хочет оставить тебе, на расходы, сто тысяч рублей… Уверяет меня, что месяц ты, непременно обойдешься без меня. Да, и он обещает, по возвращению из санатория, найти тебе подходящую работу в нашем районе… Женя, ты не обидишься на меня, если я покину вас на месяц в такой трудный для тебя, период? Ты, без меня, один справишься?! – Степанида выглядела очень озабоченной.
– Мама Стеша, ваш Тимофей Иванович совершенно прав: мы с Артемом, конечно будем очень скучать по тебе, но за месяц – не пропадем… Поезжайте в свой санаторий, укрепляйте свое здоровье, и я тоже этот месяц, словно в отпуске побываю… Я уже давно не отдыхал… Это здорово, что Тимофей Иванович вызвался мне работу поискать – прямо гора с плеч…– Женя почувствовал, что со ста тысячами рублей в своем кармане, он великолепно проведет этот месяц – и горечь, от обиды на Люсьену, отпустила его.
– Женя, прибыл из Москвы контейнер с вещами погибшего сына Тимофея Ивановича. Там никак пять чемоданов одной только Левушкиной одежды… – Тимофей Иванович просил тебя все эти вещи забрать: что-то из этих вещей, возможно подойдет и тебе, а что-то может пригодится и твоим приятелям… И вот тебе телефон, новую симку к нему купишь и смело пользуйся – такая дорогая вещь! – Степанида ненадолго призадумалась.
– Женя, не посоветуешь кого ни будь, из своих знакомых, кто бы нас с Тимофеем Ивановичем проводил до вокзала, а потом и встретить мог… Жалко, что ты, теперь «безлошадный» у нас… – Степанида снова почувствовала свою вину перед Женей.
– Мама, не волнуйся: я непременно решу эти проблемы. – пообещал Женя.
***
Женя вспомнил, что видел однажды мельком, что в сарае у деда Трифона стоит автомобиль – следующим утром, он и направился к старику в гости.
– Дедушка Трифон, мама Стеша уезжает в санаторий с Тимофеем Ивановичем: она ведь при нем и как сиделка, и как медсестра… Так вот, их необходимо довезти до городского вокзала, а я теперь безлошадный… Я видел у тебя в сараюшке машину – она на ходу? Можно я на твоей машине провожу маму с Тимофеем Ивановичем? – поинтересовался он у старика.
– Даже и не знаю: поедет ли мой «Москвичок»! Давненько я за руль не садился… Но ты, посмотри, может быть тебе и удастся мой старенький «Москвич» завести…– дед Трифон даже и не думал возражать – и зря Женя опасался отказа.
***
Целый день возился Женя с машиной деда Трифона: провел необходимый профилактический ремонт, залил масло, заправил бензином бак…– и машина послушно выехала из сарая…
Еще часа два, Женя тщательно мыл старенький «Москвич»: и снаружи, и изнутри…
– Да, у тебя золотые руки, сынок! Вишь, «Москвичок» то мой, теперь опять, словно новенький стал…– удивлялся дед Трифон.
Удовлетворенный собой, Женя поехал объезжать машину, чтобы выявились ее неисправности теперь, а не на трассе, когда он повезет маму Стешу с Тимофеем Ивановичем из районного центра на городской вокзал.
По пути, Женя завернул к дому Тимофея Ивановича. Тот еще не ложился спать – быстро открыл входную дверь.
