Страница 4 из 7
Сэахор вложил клинок в ножны. Эльф напротив него вздохнул с облегчением.
– Надоело, – процедил Лорд. – Хочу нормальную драку.
– Тебе нельзя, – покачал головой менестрель, убирая парные клинки. – Опасно.
– Враги уже у границ. Так что скоро я могу к ним в полной силе выйти, – демонически улыбнулся тот.
– Стоит ли искушать?
– Стоит ли сидеть, как трус, за стенами, – Мар сжал губы. – Нннадоело.
– Пора в Рамгар. Хэлгар многое перевёз, пора и тебе туда, – голубые глаза менестреля были спокойны. – Без Повелителя там пусто. И магов свободных туда же. И эльфов. Пусть наводят красоту, готовят город. Это ведь будет радостное событие – конец этого противостояния длиной в несколько сотен лет…
Сэахор скривился.
– Будем верить, что это так.
– План Алхора разумен. Удивлён, что говорю это, но… – менестрель развёл руками.
– Ваша с Хэлдэрэ неприязнь к нему – смешна. Он всегда разумен. Потому и держу при себе, – процедил Сэахор. – Он куда полезнее того же Тенны.
– Это сейчас Алхор полезен. А в более-менее спокойные времена он разжигатель смуты и вражды, – в голосе эльфа слышалось осуждение.
– Вот наступят эти спокойные времена – и поговорим, – отрезал Мар. – А пока он работает получше многих.
Лэнхэллир внимательно взглянул на Повелителя.
– Что там с эльфийкой этой?
– Нормально, – он едва заметно помрачнел. – Она уже с местными вовсю общается. Можно не переживать за неё. И всё же…
– Что? – с раздражением спросил Лорд.
– Меня беспокоят наши враги, – голубые глаза стали тревожны. – Если Орин и твой брат решились начать войну, значит, они на что-то рассчитывают. У них есть план. Надо быть во всеоружии.
– Мы и так во всеоружии, – процедил Мар. – И днём, и ночью. У меня нет иллюзий, Лэнх. Гладко не будет. Но и умирать я не намерен. Во всяком случае не по воле дорогого братца… – он зло усмехнулся. – А вот его отправить на тот свет я считаю своим долгом, хотя пока и не знаю, как. С моей помощью стать Маром – и против меня же пойти… – он покачал головой, лицо его было искажено гримасой гнева. – Тварь. Я не успокоюсь, пока он жив.
– Он тоже… – вздохнул менестрель. – Это-то меня и пугает… Он может рассчитывать на это. На твоё желание отомстить ему. Не поведись на это, Сэахор. Мхэлен коварен… А шанс на жизнь и свободу куда важнее шанса на месть.
Серые глаза вперились в лицо эльфа.
– Не будет мне, Лэнх, ни жизни, ни свободы, пока эта сволочь ходит по земле. И ты это знаешь…
Менестрель вздохнул.
– Собирайся. Поедем в Рамгар. Пора переселяться.
Эльфийка с осторожностью и интересом смотрела на своего смуглого собеседника. Он сдержанно улыбался, показывая ей замок. Ей уже не было страшно. Он был простым, понятным, бесхитростным – не похожим на других. Конечно, он был кером, орудием Тьмы… Но эльфийка понимала – он всего лишь человек, потому и ошибся, купился на искушение Маров. Сам же он не плох.
Она мягко улыбнулась, поймав его взгляд. Она сумеет осветить эту Душу, и, быть может, помочь ему вновь обрести себя.
– Ты уже что-нибудь прочитала в летописях? – вдруг спросил он.
Эльфийка слегка закусила губу.
– Да… – она отвела взгляд.
– Не веришь? – усмехнулся Тенна, жестом показывая дорогу. – Ну, это понятно. Кажется, что мы просто врём, да? Ладно, не отвечай. И так ясно. У каждого своя правда…
– Правда едина, – Ларэль не смотрела на него. – Ваши летописи умело искажают её, вот и всё. Для вас мы – враги. Мы нападаем первыми, – голос эльфийки был печален. – И это почти правда. Мы идём войной на вас, чтобы избавиться от постоянной угрозы в вашем лице. Чтобы прекратить постоянные набеги… Вы же замалчиваете многое.
Кер пожал плечами.
– Да, наверное. Поэтому проще смириться и жить дальше.
– Во лжи?
Он повернулся к ней, тёмные глаза смотрели мрачно.
– Какая разница? От нас с тобой тут ничего не зависит. Ты не сбежишь – я и подавно. Ложь тут или правда – что это изменит? Ты или жив – или мёртв. Выбор только в этом. Можно нарваться – и сдохнуть. Можно не нарываться. Всё. Ты не добьёшься тут ничего, никакой справедливости. Никто не изменится – ни на нашей стороне, ни на вашей. В конце концов, здесь не так уж и плохо, – он с трудом улыбнулся. – Особенно простым жителям.
– А тебе? – осторожно спросила она.
– Мне? – фыркнул Тенна. – Я предпочитаю не думать об этом. Пойдём. Вот там драконник. Хочешь погладить дракона? Да не пугайся ты. Они спокойные. И у них очень красивые глаза. Пошли…
Ларэль смущённо посмотрела на него. Тенна, слегка улыбнувшись, жестом показал направление пути. Наблюдать за ней было приятно. Она была нежная и наивная. Немного глупая, но очаровательная. Со странными мыслями. Она и его заставляла задуматься о многом. Эти раздумья были невесёлыми, а выводы и того хуже, но…
Но почему-то ему хотелось находиться рядом с этой девушкой… Может, потому, что эльфийки Тёмного происхождения слишком резкие… Слишком прямые. Слишком сильные. Обманчиво-нежная эльфийская внешность – и стальной характер. Как у той самой Аэлинн. Тенна предпочитал не бывать в библиотеке – уж слишком жёстко смотрела эта эльфийка. Да и то, кому она принадлежала, было не слишком приятно.
А Ларэль была эльфийкой ещё пока Светлой. Мягкой. Доверчивой. Которая никого не знала здесь. А это отличный шанс стать для неё чем-то большим, чем просто первый встречный.
Раз уж Тёмные эльфийки предпочитают обходить его десятой дорогой…
– Рассказываю, – Алхор низко поклонился Лорду.
Он был в дорожной пыльной одежде, как будто бы только что с коня. Но на аристократичном лице гуляла привычная ехидная усмешка. В руках кера появились свёрнутые листы пергамента.
– Свежие донесения таковы – андиверские эльфы вышли на прямую. Заходили к эльсирским, те их послали, – он глумливо усмехнулся. – Но в целом двигаются бодро. Через неделю-полторы будут у границ. Идут прямиком от своего леса. Ещё подтянулись люди – Мхэлен с Орином постарались. Несколько наших приграничных соседей собирают рати. Вербуют магов – в изобилии, буквально отовсюду. Даже аттанских видели.
Сэахор мрачно слушал его.
– Воинства уверены в победе. Ходят слухи, что найден способ уничтожения Маров. Идут за вашими головами.
– Бред. Маров не убить.
Алхор пожал плечами.
– Возможно. Людей будем уводить? Уже примерно понятно, куда зайдут эльфы. Людские рати, вполне вероятно, пойдут с другой стороны, от Зарита. В любом случае стоит что-то делать. А то, пока они дойдут до Лонмора, мы рискуем остаться без подданных.
– Хэлгар получит соответствующее распоряжение, – кивнул Мар.
– А разве он не Рамгаром занимается? Его, наверное, заменит Лэнхэллир?
Мар передёрнул плечами.
– Лэнх – советник. Ему незачем быть где-то там. Чего ты кривишься?
– Да так… Воспоминания… Ассоциации… Ничего такого, – он белозубо улыбнулся.
Взгляд Сэахора стал давить. Мар встал с трона.
– Ты про прошлую войну? – он подошёл к бойнице.
– Да. Нечто похожее было и в тот раз. Эльфийская логика, как я понял тогда, противоположна логике войны. Очень странно эльфы мыслят. Странные решения принимают… – Алхор был безмятежен. – Смотрю на это андиверское воинство – и убеждаюсь в этом всё больше и больше. Опасные они создания – эльфы. Опасные своим взглядом на мир. Никогда не знаешь, какую дичь они посчитают наивысшим благом… – он карикатурно закатил глаза. – Мой Лорд, новостей больше нет, – продолжил он уже совершенно другим тоном. – Готов к новым приказам.
– Завтра. Завтра все приказы. Пока иди, – Сэахор не оборачивался.
– Благодарю, Повелитель, – Алхор низко поклонился.
Усмехнувшись, он вышел из тронного зала. На красивом лице гуляла ехидная усмешка. Ненужные уже бумаги с донесениями он спрятал за пазуху.
– Господин… – раздался тихий женский голос.
Алхор обернулся. На него смотрела кареглазая невысокая девушка в довольно простой одежде. Он окинул её изучающим придирчивым взглядом.
– Вы с дороги… Устали… Разрешите, я принесу воды для омовения… И помогу…
– Поможешь… – его взгляд скользил по изгибам её фигуры.
Лицо девушки просияло. Она нервно облизнула губы, дыхание участилось. А Алхор уже властно привлёк её к себе за талию. Девушка зарделась, её губы приоткрылись, глаза расширились.
– Неплохо, неплохо… – мурлыкнул он. – Давай, поспеши. Принесёшь воду и чего-нибудь поесть. Быстрее.
– Да, господин. Бегу, – выдохнула она.
Кер фыркнул, проводив её взглядом. Замок встречал его, как и всегда. Как и положено. Ровно так, как он и добивался.
Он всегда всего добивался. Быстрее или медленнее – не суть. Он был терпелив, хотя вряд ли кто-то сумел бы заподозрить в нём это качество. Но на то и нужны маски, чтобы спрятать то, что важно сохранить при себе.
– Хэлдэрэ, ты уже вернулась? – раздался полный удивления голос Лэнхэллира за моей спиной.
Я повернула голову в его сторону, оторвавшись от созерцания заката. Тенну я отпустила, а сама проводила последние светлые часы этого дня одна. Смысл ему снова около меня топтаться? Я – не самый лёгкий и не самый приятный собеседник. В конце концов, Тенне нужно время и на личную жизнь. Наверняка же она у него есть? Хотя, слухи это отрицают. Но керы обычно имеют отношения, пусть и поверхностные. Чем Тенна хуже? Наверняка кто-то из служанок к нему захаживает.
Это нормально. Он всего лишь кер. Это Марам уже ничего не нужно… Хотя, наверное, это печально. С другой стороны, я не та, кто умеет быть в паре. Мой опыт слишком неудачен, чтобы стремиться его повторить…
– А у тебя есть сомнения, что ты видишь именно меня? – я с трудом вышла из задумчивости.
– Я думал, вы как обычно, на пару дней в поля… – эльф подошёл поближе, легонько приобнял меня за плечи.
– Эти травы и за день собрать можно. Это за другими в ночь летим…
– Грустна ты, подруга, – он внимательно вглядывался в моё лицо.
Я пожала плечами.
– А что, я бываю весела?
– Когда слышишь что-то забавное, то да, – он тепло улыбнулся. – Эта твоя Ларэль, кстати, чуть меня до обморока не довела!
– Чем же? – я оперлась на каменный выступ стены.
– Я к Сэахору пришёл, – Лэнх слегка фыркнул, приобретя от этого хулиганистый вид, – а Ларэль от него выходила. Аудиенция у неё была. Знакомство с Повелителем. Причём выходила она в самом классическом светлоэльфийском зеленоватом оттенке, – по лицу эльфа гуляла сложносочинённая усмешка. – И на меня она вытаращилась так, что мне не по себе стало. Хотелось срочно себя ощупать на предмет потери одних частей тела и появление новых, – менестрель открыто и с удовольствием ёрничал. – А уж когда она спросила, кто я, мне окончательно поплохело… Стал судорожно проверять уши, – он наяву потрогал острый кончик нормального эльфийского уха, – у неё спрашивал, не затупились ли…
– А почему местные потом перешёптывались, что Лэнх сошёл с ума? – мне было смешно представлять эту картину.
– Потому что я у них уточнял, – он гордо поднял подбородок.
– Зачем?! – я рассмеялась.
– А вдруг Ларэль мне из жалости соврала, сказав, что уши всё-таки острые… – запальчиво ответил он. – Надо было спросить у независимых наблюдателей.
– А потом? – поинтересовалась я.
– Что потом? – голубые глаза смотрели непонимающе.
– Ну, обсудили вы вопрос твоего происхождения… И что, разошлись? – меня почему-то сильно заинтересовала эта тема.
Впрочем, я сейчас готова говорить о чём угодно. Всё лучше, чем остаться наедине с собой.
– Нет, я её в сад повёл, – как само собой разумеющееся, ответил Лэнхэллир. – Надо ведь было продемонстрировать Светлой эльфийке, что страшные и ужасные Тёмные сумели создать «такую красоту», – он явно передразнил Ларэль на последней фразе, закатив глаза и состроив восторженную мину.
– Решил добить девочку? – уточнила я, усмехнувшись его пантомиме.
Только вот она была слишком наигранной. Неживой. Ненастоящей.
– А что их жалеть? – невозмутимо отозвался менестрель.
– Лэнх, ты меня пугаешь!
Он сделал зверское выражение лица, вызвав у меня очередной приступ смеха.
– Не надо, пусть народ верит, что среди нас хоть кто-то хороший, добрый и понимающий имеется, – я погладила его по плечу. – Кстати, если ты вдруг опять засомневаешься, к какой расе относишься, могу предложить тебе простейшую проверку…– я замолчала, ожидая реакции.
– Предлагай, – эльф даже чуть наклонился вперёд, а в его миндалевидных глазах заблестели озорные огоньки.
– Разве ты не помнишь? В какой-то старой книжке была гениальная фраза: «Если вы встретили в чёрном коридоре Чёрного замка высокого мужчину в чёрной одежде, широком чёрном плаще и с нахальным выражением лица – то перед вами кер!». А кто-то дописал – «… то у вас хорошее зрение, и вообще, вы – эльф, потому что больше никто всё это разглядеть в темноте не сможет!!!»
Мы с Лэнхом с удовольствием рассмеялись над старой, но по-прежнему забавной шуткой. Вот только в глазах его оставалась тоска.
– Хорошо, если засомневаюсь, кто я, пойду искать в чёрных коридорах чёрных керов…
– Только ищи кого-нибудь мирного…– попросила я.
– Это уж как получится, – развёл руками менестрель.
– Лэнх, ты грустен, – я всмотрелась в его лицо.
Он печально улыбнулся.
– Война.
Я могла лишь вздохнуть.
– Ладно, ты извини, мне бежать надо. Ты завтра здесь?
– Нет, – я покачала головой. – Завтра в Рамгар. Перевозим завтра с Тенной целительское крыло…
– Тогда – отдыхать! – он добавил в голос строгости. – Завтра у вас сложный день.
– Не волнуйся, сейчас пойду.
– Удачи! Береги себя… – Лэнх сострадательно улыбнулся, помахал рукой на прощание, и ушёл прочь.
А я осталась досматривать закат. Красивый, просто шикарный закат. Оранжево-алый, дающий изумительный отблеск на светлых волосах Лэнхэллира. И просто великолепный – на чёрных волосах Сэахора…
Хорошо, что ни один, ни другой не являются для меня никем. Один – никогда. Второй – уже давно…
Ещё одна капля. Надеюсь, Сэахор не разучился понимать намёки? Эльфа самое время отодвинуть от трона. Хватило мне его самодеятельности в прошлый раз. Да и вообще. Бесит. Не люблю эльфов. Вечно мешаются под ногами.
Мары, особенно некоторые, тоже бесят. Но это привычно. Ничего, Хэлдэрэ, доберусь и до тебя. Война – самое лучшее время для свершений. Война выбивает почву из-под ног. А ты и так еле стоишь. Я подтолкну… Аккуратненько…
А то надоело, знаешь ли, со служанками спать. Мне должно принадлежать лучшее. Хотя бы временно. Постоянство надоедает. Оставим его эльфам. А у меня пари, понимаешь ли, проиграно, ещё лет триста назад. Нехорошо и некрасиво. Надо исправляться.
Избавиться от тебя, когда надоешь, будет несложно.
Как известно, керы – это лучшие представители человеческой расы, принявшие Тёмную сторону и давшие присягу Сэахору на вечную службу. Сразу надо заметить, что термин «лучшие» не совсем точно отражает суть явления. Правильней сказать, что это самые выдающиеся, уникальные и своеобразные личности. Хвала всем богам, Сэахор обзавёлся всего шестью такими уникумами. Большего количества, я думаю, мы просто не выдержали бы.
Уникальность и своеобразие каждого кера просто потрясают воображение. Иногда возникает ощущение, что каждый из них наделён особым, неповторимым заболеванием рассудка, не подлежащим лечению. И Сэахор, видя страдания их родных и близких, принял героическое решение изолировать их от мирного общества, обрекая себя на вечную муку общения с ними. Возможно, именно керы поспособствовали ухудшению состояния самого Лорда.
К вопросу о том, откуда берутся керы.
Керы – это бывшие люди. Претендентов на роль керов было много. Но человеческий век недолог, и наш Лорд старался найти способ продлить жизнь полезных для него людей.
Эксперименты были не самыми безопасными. Пожалуй, погибло человек 15, пока Сэахор смог найти решение этой задачи.
Что именно он сделал – не знает никто. Эту тайну он охраняет поболе, чем тайну собственного происхождения. Известно лишь, что человек может стать кером, только если соблюдены два условия: в его крови есть эльфийская примесь и он обладает магическими задатками. А дальше всё решает магия Сэахора. И его связи с демоническим миром, которые не дадут Душе убитого кера сбежать в посмертие.
Наличие тела для этого действа – обязательно. Поэтому с поля боя необходимо доставлять любого кера, пусть даже по частям.
Шрамы после возвращения в тело сохраняются. На данный момент успели погибнуть по разу Алхор и Ульфар. Они и могут похвастаться пугающего вида отметинами. Остальные обошлись без этого.
Из особенностей. Керы видят в темноте. Керы чудовищно-выносливы. Керы не умирают. Керы не размножаются. Последний пункт очень радует многих молодых женщин замка. При полной мужской дееспособности и активности оставить потомство они не могут.
Керы – первая линия обороны Тёмной стороны. Потому что их не жалко. Они многоразовые. На всех самых опасных участках боевого соприкосновения – именно они. Такова их работа, удел и смысл жизни.
Ввиду этого керам позволено многое. Крайне многое. Практически всё. На них не распространяются законы. Они – глаза, уши и руки Сэахора. Им подчиняются и с ними не спорят. Они опасны.
Керы полностью зависят от Сэахора. Их жизнь – в его руках. От их службы зависит, вернёт ли он Душу кера в тело в случае смерти. И есть смутное опасение, что, случись с Сэахором беда, керы погибнут внезапно и безвозвратно.
Впрочем, в таком случае и от Тёмной стороны мало что останется.
Как узнать кера… Признаков не так много. Основной – наглость. И плащ. Если про наглость и вседозволенность уже было написано выше, то с плащом всё не так просто.
Плащ – это обязательный элемент их военной формы. Почему именно широкий – неизвестно, я так и не добился этого от Сэахора. Возможно, чтоб жертву прятать? Или коня? Или даму сердца? Ну или это он решил сделать на вырост, на всякий случай… Вдруг растолстеют, форму им ещё новую шей, а так как раз будет. Хотя, предположить, что с такой муштрой они растолстеют… Тем более, что в таком состоянии они будут идти вразрез с Сэахоровым чувством прекрасного… Так что лучше им за собой следить. А то вдруг он ими займётся?.. Кстати, вы не замечали, что все керы отличаются весьма привлекательной внешностью? По какому принципу Сэахор их отбирал?..
Таким образом, если вы встретили в узком коридоре или тёмном переулке достаточно высокого мужчину в чёрном плаще и с крайне наглой физиономией – я вам сочувствую.
Если вы мужчина – поклонитесь и идите дальше. По крайней мере, постарайтесь идти дальше. Если же вы женщина… Молитесь. Вдруг поможет? Или, если кер вас-таки заметил, объясните ему, что вы спешите к Сэахору. Это, наверное, единственный довод, который может подействовать на кера.
Есть ещё один вариант. Если принципы вам позволяют, можно броситься ему на шею. Только лучше, чтобы это был не Хэлгар.
Вообще, по какой-то причине керы являются объектом многих художественных произведений Тёмной стороны. Часть из них, разрешённая к печати, создаёт героический образ вышеупомянутых личностей. Большую часть цензура не пропустила. Это различного вида насмехательства. Их публикация может вызвать волну недовольства вышеуказанных персон. Но, тем не менее, многое просочилось в свет…
Если коротко – остерегайтесь керов! Но избежать встречи с ними вряд ли получится. Они везде…
Невесомая магия тихо наполняла выдыхаемый воздух. Невесомая магия струилась вокруг. Незаметно, секунда за секундой, отравляя тела. Отравляя умы…
Невесомая магия становилась внутренним голосом. Странным голосом.
Голосом, который говорил странные вещи. Который диктовал странные решения. Такие родные, такие свои… Те самые, которые давно хотелось бы сделать – достало бы смелости.
А сейчас смелость была. Смелость, нашёптываемая тихим голосом. Смелость ярко-голубого цвета. Как небо. Как нечеловеческие глаза…
Великое переселение… Какая же ужасная затея. Такая складная на словах, и такая безумная в воплощении. Люди, кони, эльфы, драконы, пожитки тех и других, гомон… И старый замок, не слишком-то готовый к переезду всего Тёмного двора…
Хорошо, что Хэлгар здесь. Пока ему как военачальнику нечем заняться – Светлые к нам ещё не пришли – он организовывает весь этот кошмар во что-то более или менее осмысленное. Удивительно, что меня на этот фронт работ не отправили. Хотя, хватит и одного только целительского крыла, которое мне надлежит развернуть, да слежки за Светлыми через Илонэра. Хорошо, что Тенна со мной. Не гнушается никакой работы, всё без лишних слов делается.
– Хэлдэ…
– Хонад?
Передо мной стоял озадаченный кер. Он был одет довольно просто, как будто простой крестьянин с полей Вайлида. Наш главный мастер по драконам. Человек, благодаря которому их удалось приручить. Даже не так – именно Хонад сумел вывести ту породу, которая пригодна к полётам под седоком. Правда, способность плеваться огнём им пришлось потерять – вместе с изрядными размерами. Наши драконы – не крупные, послушные, уравновешенные. Как и сам Хонад, да простит меня кто-нибудь за такое сравнение…
– Мне не нравятся драконы, – заявил он.
Я удивлённо на него посмотрела.
– Они не едят. Ничего не понимаю.
– Только не это…
Мне стало дурно. Не-едящие-драконы – это бред. Драконы на аппетит не жалуются. Ну не умеют. Потому что они драконы.
– Посмотришь?
– Конечно! Тенна, я с Хонадом в драконник…
– Я… – он высунулся из дальнего угла зала, в котором мы располагали целительский скарб.
– Продолжай тут. Быстрее закончим…
Шли быстро. Я перебирала в голове все возможные варианты.
– Кормил, как всегда. Но те, которые уже тут, вдруг стали отказываться от еды. Лежат, головы под крыло засунули, и не хотят ничего. В Лонморе всё в порядке, я узнавал. Как бы не эпидемия. Или им Рамгарский воздух вредит? Или магическое поле? – тон Хонада стал жалобным.
– Не может твоим драконам ничего такого вредить. Они живучие, как Мары, – я покачала головой.
– Но они и отравиться не могли! Они рыцаря в полном облачении переваривают!
– Не знаю, Хонад… Давай посмотрим…
Драконы – это не шутки. Драконы – это связь между крепостями. Это превосходство в небе. Мы не можем без них. Всё рухнет, просто рухнет, если начнётся мор. Проще самим сдаться Светлым, чем это… Илонэр, Орин, Мхэлен – к чёрту их. Драконы – наше всё…
Чары окутывали магических существ, проникали внутрь. Ослабевшие тела жадно впитывали её. Призрачно-серая волна тумана пропитывала драконов, насыщала тела. Животные тихонько взрыкивали от нетерпения. Мара изобильно отдавала силу… Но и она была не бесконечна… А изголодавших драконов было много…
Хэлдэрэ устало села на пол – ничего другого рядом не оказалось. Драконы следили за ней чуть посветлевшими разумными глазами.
– Ничего. Скоро пройдёт… Мы вас выходим…
Она устало откинула голову, закрыла глаза.
– Когда же всё это кончится… Или это бесконечно? Кара богов за их нарушенную волю? Как я устала, знали бы вы, ящерицы… А я ж даже отравиться не могу…
Чёрные ресницы плотно смежились. Что-то блеснуло на самом их кончике. Но нет, это лишь отсвет заходящего солнца…
Мары не плачут. Не-умершие лишены чувств. Они потеряли право на эту роскошь.
– Только не это… – еле слышно прошептал высокий пепельноволосый эльф, бессильно уронив руки. – Только не драконы… Это слишком… Без них мы обречены… Мы не успеем. Не спасёмся. Мы делаем слишком мало. Мы делаем не то. Тушим пожары, а надо… Надо другое…
Тяжело вздохнув, он встал. На душе было тоскливо. От привычной веры в лучшее не оставалось и следа. Сомнения разъедали разум, открывая дорогу беспощадной памяти и предательскому страху.
Страху ярко-голубого леденящего цвета…
– Всех, кто имеет отношение к драконнику – привести. Кто сейчас здесь – не выпускать. Всех, кто выходил-заходил – найти и вернуть, – побледневшая Мара отрывисто отдавала приказы. – Они больны, Хонад.
– Жить будут? – тёмные глаза кера были тревожны.
– Не знаю. Если не начнут есть сами – то нет, – она болезненно скривилась. – Питать их магией я не смогу долго… Это не может быть случайностью. Надо срочно известить Сэахора.
Хонад кивнул.
– Я сделаю им эликсир. Поить. И кто здоров – тех тем более.
Я устала. Я сильно устала. А допросы – не мой профиль. Нет, я могу, но не люблю. Но тех, кто любит, под боком нет. Придётся самой.
Нет, мне не нужны клещи и тиски. Я просто вскрою память всех тех, кто был в драконнике с момента начала переезда. А если не найду здесь виновника – поработаем с теми служителями, которые остались в Лонморе.
