– Хороший вопрос. Видишь, быстро учишься видеть опасность на каждом шагу, – хмыкнул гвардеец, расправив браслет на руке Алиты. – Ну как? Что ты чувствуешь?
– Ммм, мне нравится твой подарок. Но ничего нового пока не ощущаю.
– Попробуй сотворить какую-нибудь магию. Любую. Да хоть магический огонёк.
– Хм… Ты же ещё не знаешь, – драконица сложила ладошки так, как будто собиралась зачерпнуть в них воды. – Я научилась придавать им форму бабочек. Сейчас покажу… Только они…
Не договорив, Алита сформировала в руках маленький голубоватый шарик и мельком глянула на Кристофера. Опустив руки, он с интересом наблюдал за движениями девушки. На её ладонях сфера превратилась в крошечную бабочку. Мелкие крылышки начали движение… В этот миг принцесса ощутила воздействие браслета. Камень будто бы сглаживал её энергию, предоставляя дополнительный контроль. Магический сосуд заработал мощнее, применив больше сил, чем ей того хотелось. Магия незримыми нитями потянулась к светящемуся насекомому и… бабочка взлетела.
– …не летают… – сорвался с губ конец фразы. Алита сомкнула ладони, позволив порхающей красавице устремиться в небо. – У меня получилось! Крис, ты понимаешь? У меня получилось. Раньше я не могла такого сотворить. У меня не выходило, как я ни старалась, а теперь удалось! Это браслет! Талисман работает!
Подпрыгнув на месте от радости, принцесса бросилась обнимать Кристофера. Он притянул взволнованную девушку к себе.
– Спасибо. Наверное, это лучший подарок в моей жизни. Наверное… Я теперь и обращаться в дракона научусь, – лепетала Алита на ухо гвардейца, прижимаясь щекой к колкой щетине.
– Я обещаю, что потренирую тебя, – тихо произнёс Кристофер в ответ. – Когда ты научишься принимать драконье обличье, мы облетим весь мир.
– Правда? – разжав объятия, драконица отклонилась назад. Она заглянула ему в глаза, запустив пальцы в короткие тёмные волосы. Гвардеец смотрел на принцессу с нежностью, отчего по телу прошла волна жара. Близость заставляла робеть и забывать слова. – Это… очень… заманчиво…
– Разве я хоть раз обманывал тебя? Конечно, облетим. Это будет замечательное путешествие. Я всегда хотел побывать в Империи и на островах. На самом деле, я хоть и не сидел в замке все эти годы, но и мою жизнь не назовёшь разнообразной.
– Не думала, что ты не бывал на островах…
– До двенадцати я жил в Вирентисе, потом до двадцати трёх не покидал Эрту. Ну а после, год-другой, – и началась война. Моей основной обязанностью была охрана твоего брата. Нужды отправиться на острова не возникало, мы перелетали с места на место вдоль Алтесских гор от южной границы до Айрендэла.
– Хах, а ведь ты и сейчас этим занимаешься.
– Чем?
– Охраной моего брата.
– Верно. Ну и не только его.
«И моей тоже», – промелькнуло в мыслях, когда принцесса ощутила, как тёплые грубоватые пальцы касаются её щеки, а горячее дыхание приятно обжигает нежную кожу губ. От волнения драконица закрыла глаза, предвкушая это незабываемое чувство. Поцелуй получился терпким и опаляющим, с трепетным послевкусием. Дыхание сбилось, и непреодолимая жажда ещё одной порции наслаждения моментально вскружила голову. Казалось, и не было вокруг ни светящихся фонарей, ни Старого моста, ни даже целого города.
Только они вдвоём.
– Пойдём куда-нибудь поужинаем.
– Что? – разочарованно спросила Алита, вернувшись в реальность. «Ты серьёзно? Как можно думать о еде в такой момент?» Принцесса негодовала про себя, но чувствовала, что не может держать обиду, глядя в радостное лицо гвардейца. – Я не голодна.
– Голодна, это ты просто есть не хочешь, – Кристофер чуть отстранился от неё, разжимая объятия. Алита увела смущённый взгляд в сторону, подумав о совсем другом виде голода. Неужели она просто начиталась глупых книг, или ей действительно нестерпимо хочется… – Пойдём, я знаю, на соседней улице есть уютный ресторанчик. Тебе должно там понравиться.
– Ладно…
«Я хочу, чтобы ты поцеловал меня снова».
– Леди Алита, окажите честь проголодавшемуся офицеру и накормите его ужином, – наигранно серьёзным тоном произнёс гвардеец, отступая от принцессы. Начальник Королевской гвардии взял девушку за руку и потянул к бульвару.
– Хорошо. Я оплачу, – деловито произнесла драконица, делая пару неуверенных шагов к нему. Разлившаяся по телу дрожь от поцелуя ещё не ушла, и движения получились слегка неуклюжими. – Ведь офицер заплатил за мой сыр.
– Ничего подобного, он всего лишь внёс задаток. Полную стоимость Вашему Высочеству придётся оплатить завтра, когда сыровар постучится в вашу дверь.
Алита хихикнула. Это походило на какую-то игру, возможно глупую, но такую забавную. Ей хотелось ещё подурачиться, но на ум не приходило ответа.
Глава 4
Кристофера беспокоил рассказ Алиты о записях Малиса и проведённом в присутствии Ясмины эксперименте с ядами и силами принцессы. Гвардеец сделал у себя в уме пометку: как только вернётся во дворец, вытащит старого целителя из постели и изымет у него книгу. А потом поговорит с ним о легкомысленном поведении. Разговор будет долгим… очень долгим.
«А Ясмина? Эта синеволосая драконица… Нельзя с неё спускать глаз. Интересно, как много она запомнила из того эксперимента… Демоны, ещё же Джеймс сбежал!» Гвардеец мысленно выругался и, видимо, изменился в лице, что не ускользнуло от сидевшей напротив Алиты, и девушка с опаской посмотрела на него.
– Крис, что-то не так?
– Нет, продолжай, пожалуйста. Я тут вспомнил одну вещь касательно… как ты сказала… двурогого пикского хамелеона? – уточнил Кристофер. Получив в ответ короткий кивок, он продолжил: – Кажется, я видел такого вблизи Южной крепости.
– Ого, а они правда меняют цвет?
– Ну, знаешь, – усмехнулся гвардеец. – Эти хамелеоны меняют цвет от бежевого до коричневого. Они хорошо маскируются под кору деревьев или же песок. Но, по-моему, для жизни на границе с Янтарной пустыней этого вполне предостаточно. Я никогда не видел их зелёными или синими.
– Ну, да, – Алита улыбнулась и поведала о том, как измельчённые рога применяют во врачевании. Потом переключилась на какое-то растение, название которого моментально улетучилось из головы Кристофера.
Гвардеец вполуха слушал болтовню драконицы. Нет, он не терял интереса к беседе, стараясь уловить фразы и заключенный в них смысл, просто постоянно отвлекался то на мысли о Малисе, то на внешность собеседницы. Созерцание прекрасной принцессы медленно уносило его дальше от тревог. Он то и дело ловил себя на том, что рассматривает, как шевелятся её губы, как забавно дёргается кончик носа при разговоре, как она улыбается. И ему было совершенно не важно, рассказывает Алита о рогах хамелеонов или о препарировании краснопёрых лягушек.
Неожиданно принцесса хихикнула, начальник Королевской гвардии расплылся в ответной улыбке, так и не уловив, что так рассмешило её в собственной фразе.
– Крис, – Алита робко, коснулась его руки. – А ты научишь меня обращаться в дракона?
– А, что? – нахмурился гвардеец, сначала удивившись вопросу. Но потом вспомнил, что принцесса писала ему о своих неудачах. – Конечно научу.
– Хорошо.
– А хочешь ещё потанцевать?
– Х-х-хочу, – фиолетовые глаза драконицы шаловливо заблестели.
Поднявшись, они прошли к сцене, где музыканты плели незамысловатую мелодию. Ресторанные пляски сильно отличались от чопорных и церемонных бальных танцев. В такие места приходили, чтобы расслабиться и не сковывать себя рамками музыкальных ритмов и однообразных движений. Здесь танцевали для души. А потому, как только ладони Алиты легли на плечи мужчины, а его руки обхватили талию драконицы, они скрылись среди танцующих пар, наслаждаясь близостью.
Принцесса весело смеялась, когда Кристофер, увлекая за собой, кружил её, отдалялся и вновь заключал в объятия. Они импровизировали на ходу каждое движение. И фиолетовые глаза радостно смотрели на него, а тонкие пальцы трепетно сжимали ладонь. Сам же гвардеец с большим удовольствием сминал ткань синего платья на её талии, дразня себя.
Время летело незаметно. Кристофер опомнился, когда башенные часы, что виднелись из распахнутого окна ресторана, пробили одиннадцать. Чёткие, громогласные удары пронеслись над засыпающей столицей.
Близилась полночь.
Гвардеец взглянул на сидевшую напротив захмелевшую принцессу. Мягкий, приглушённый свет отливал золотистыми бликами в белоснежных волосах. Мелкие пряди выбились и непослушно торчали в разные стороны. Причёска растрепалась то ли от того, что Алита беспрестанно поправляла локоны, то ли из-за танцев, на которые она всякий раз соглашалась. Бледно-розовые губы налились красным из-за выпитого вина, а щёки покрыл здоровый румянец. На тонкой шее проступили два «волнительных» пятнышка, и Кристоферу во что бы то ни стало захотелось прильнуть к ним губами, провести дорожку из поцелуев до самой впадинки между ключицами, спуститься ниже. Её руки лежали на столе и нервно двигали основание подсвечника. Свеча успела растаять лишь наполовину за то время, что они провели здесь.
Гвардеец тронул указательным пальцем тыльную сторону её ладони. Нежно провёл линию по коже, ощутив, как касание отдалось дрожью в тонких пальцах девушки. Каплевидное пламя свечи заплясало. Алита медленно облизала губы, Кристофер мысленно боролся с растущим желанием. Ему ещё подниматься из-за стола и провожать принцессу.
– Пора бы возвращаться.
– Да, – растерянно произнесла драконица, хотя в её фиолетовых глазах заиграл озорной огонёк. – Я хочу пойти пешком.
– Уже поздно. Когда мы вернёмся, перевалит за полночь.
– Ну, это… будет замечательно…
Ресторан они покинули молча. Да и прогулка по столичным улочкам получилась тихой. Алита обвила руками его предплечье и бросала глубокомысленные взгляды по сторонам. Она размышляла о чём-то своём: мечтала или просто наслаждалась прохладным вечерним воздухом и уютной тишиной, что воцарилась между ними. Кристоферу же не хотелось нарушать эту хрупкую идиллию. Он посматривал на девушку с восхищением, наслаждаясь идеальным моментом.
– Я бы не хотела, чтобы наша прогулка заканчивалась, – поделилась Алита, чуть сжав пальцами рукав сюртука, когда они добрались до городской черты.
– Я тоже, – признание было не совсем честным.
Кристоферу не хотелось расставаться с ней, а вот убраться подальше с тёмных улиц Айрендэла – очень даже. Драконье чутьё работало на полную, постоянно выхватывая странное магическое присутствие следовавшего за ними создания. Ночной преследователь не приближался, лержась на расстоянии. Кристоферу почему-то вспомнился во̀рон, что прилетал к Алите и вызывал ночные кошмары. Выяснять природу явления он не собирался. Всё-таки был не один, а с захмелевшей принцессой. Поэтому гвардеец немного торопил спутницу, прибавляя шаг. Та вроде не замечала этого, покорно следуя за начальником Королевской гвардии.
– Тебе не холодно?
– Нет, – мотнула головой она. – Я получила приглашение на обед в Королевский дворец. Завтра я впервые посещу его после переезда в загородную резиденцию. Мы же сможем увидеться?
– Конечно. Если у меня будет свободное время, прогуляемся в саду.
Алита хихикнула и зарделась румянцем. Она обвила его руку ладонями. Кристофер уловил весёлый взгляд на себе и улыбнулся, посмотрев в милое личико. В свете полной луны фиолетовый цвет глаз приобрёл загадочный оттенок: такой глубокий и манящий, что гвардеец невольно засмотрелся.
– Когда ты первый раз попробовал вино? – неожиданно спросила принцесса.
– Вот так вопрос. Не помню, сколько точно мне было. Лет восемь, наверное. Хлебнул из отцовских запасов. Оно показалось мне таким противным на вкус, что я долго отплёвывался. А потом я решил его вылить.
– Почему?
– Ну, я ж пригубил с горла. А матушка учила так не делать. Да и бутылку я уже открыл. Поэтому решил, так сказать, замести следы, – Кристофер усмехнулся собственной детской глупости. – В итоге отец застал меня за тем, как я орошал содержимым бутылки куст роз в саду. Оказалось, я был не промах и выбрал из коллекции самое дорогое вино, а он хотел подарить его начальнику гвардии. Ты даже представить себе не можешь, каких знатных хворостин я тогда получил.
– Ух, очень больно было?
– Ещё бы! Я не мог сидеть неделю, – гвардеец усмехнулся, вспомнив разгневанное лицо отца и исполосованную пятую точку. – Ну а ты?
– Я… я… Матушка бралась за хворостины, когда я отказывалась учиться. Я считала, что в этом нет смысла. Зачем учить языки или математику, если ты всю жизнь проживёшь в замке? – печально проговорила принцесса, заставив Кристофера на миг испытать жалость.
– Миссис Миддл оказалась права. Как видишь, ты училась не зря, – он подмигнул ей, а в голове пронеслось: «А ещё как хорошо, что ты оказалась вдали от влияния леди Лорэны, своей кровной матери, и не выросла такой, как твои сёстры». – Но вообще-то я спрашивал про вино.
– А… – драконица заулыбалась. – Да, вино. Тоже не помню возраст. Может лет четырнадцать или меньше. Помню, что выпила бокал почти залпом и отключилась.
– Очень смело подобным образом пробовать горячительный напиток в первый раз, – гвардеец сжал её ладошки пальцами, на что в ответ услышал тихое «первый раз» и ещё несколько неразборчивых фраз, но переспрашивать не стал. Он чувствовал, как весь вечер между ними растёт напряжение, понимал все полунамеки и томные взгляды, ощущал кроткие прикосновение, что стали более смелыми, чем раньше, и сдерживать себя ему становилось всё труднее.
Пшеничное поле встретило их невесомой безмятежностью. Яркая луна освещала им путь, превращая земляную дорогу в тёмную бархатистую ленту. Широкий небосвод, украшенный россыпью звёзд, казался особенно сказочным и нереальным. Лёгкий ветер нёс приятную прохладу и запах речки. Во всём великолепии природы выделялась она. Такая застенчивая и очаровательная. Алита мечтательно смотрела куда-то, изредка бросая кроткие взгляды в его сторону.
Их преследователь отстал или решил не связываться с двумя драконами, прекратив погоню. Растущая тревога развеялась, позволяя пропустить через себя волшебство момента. Кристоферу чудилось, будто само время остановилось, будто они остались одни посреди мира.
При входе в резиденцию их встречал один из королевских гвардейцев. Ничто не нарушало умиротворения, накрывшего ночной сад. Лишь редкие порывы разбавляли тишину шелестом травы и листьев с деревьев. На первом этаже дома в одном единственном окне сиротливо горел свет. Видимо, бо̀льшая часть прислуги уже отправилась спать, так и не дождавшись своей госпожи.
– Ты проводишь меня до лестницы? Хочу расстаться там, где мы начали этот вечер, – смущённо проговорила Алита. Чего скрывать, каждая проведённая вместе минута радовала, и потому Кристофер согласился.
Просторный вестибюль, откуда начинался широкий марш лестницы на второй этаж, встретил их тишиной и запустением. В помещении не горело ни одной свечи или магического огня, но яркий лунный свет проникал через высоченные арочные окна. Из боковой комнаты вышла Варда. Поверх униформы горничной она накинула вязаную шаль, а в руках держала подсвечник.
– Ваша Высочество, – служанка склонила голову. – Чего пожелаете?
– Где Мерида? – спросила драконица.
– Мерида заснула в кресле, не дождавшись вас. В комнате для отдыха. Она заранее приказала не беспокоить её и разбудить, когда вы вернётесь.
– Не надо никого будить. Когда понадобишься, я позову. Ступай.
– Да, госпожа, – Варда скрылась в комнате, из которой вышла.
Алита прошла к первой ступеньке. Гвардеец проследовал за драконицей, бросая взгляды на её покачивающиеся бёдра. Эти несколько шагов выглядели безумно соблазнительными. Она развернулась у подножия лестницы. Вытянутые вдоль тела руки дрогнули, пальцы сжались, щёки зарозовели, а фиолетовые глаза вновь приобрели озорной блеск, что возникал время от времени ещё в ресторане.
– Ты… поцелуешь… меня? – прошептала драконица.
Ничего не ответив, Кристофер шагнул девушке навстречу. А зачем что-то говорить, если слова излишни, когда звучит такая просьба? Одной рукой он обвил принцессу за тонкую талию. Маленькие ладошки легли ему на грудь, длинные пальцы смяли лацкан сюртука. Гвардеец, едва касаясь, провёл рукой по нежной женской щеке. Алита, как и всегда в такие мгновения, закрыла глаза в ожидании. Их губы соприкоснулись. Поцелуй получился поверхностным, ускользающим, потому что Кристоферу не хотелось возбуждаться ещё больше. Тело и так налилось желанием от одного вида полуоткрытых чувственных губ драконицы.
– Не… так… – первый раз за их встречу принцесса проявила инициативу и прильнула губами сама.
Хрупкое тело вжалось в мужскую грудь, передавая дрожь и возбуждение. Резкое глубокое движение языком с её стороны вскружило голову. Мысли разлетелись, уступив место жгучей страсти. Кристофер и не заметил, как руки будто сами потянулись к маленьким пуговичкам на спине. Пальцы тронули перламутр и всё-таки замерли.
– Я не хочу, чтобы ты уходил. Я хочу, чтобы ты остался сегодня со мной, – прошептала принцесса, переводя дыхание. Её руки отодвинули полы сюртука и легли на жилет, сползли к застёжкам и застенчиво тронули верхнюю пуговицу. – Я… прошу… тебя…
– А-ли-та, – Кристофер произнёс имя по слогам. Звучание вышло утробным и наполненным страстью, что не осталось незамеченным драконицей. На краткое мгновение на её лице отразился страх, который тут же сменился желанием и упрямством. Пальцы гвардейца опасно натянули ткань её платья. Вот-вот и послышится треск. Как же ему хотелось сорвать с неё одежду здесь и сейчас, чтобы уже не существовало никаких преград. – Ты уверена?
– Д-да, – сдавлено выдохнула Алита.
Принцесса отступила, высвобождаясь из объятий.
– Да, – произнесла она твёрдо. Напуганная собственной решительностью,возбуждённая, драконица ухватила его руку и потянула за собой вверх по лестнице.
Спальня встретила их свежестью, тонким запахом речки и мягким лунным светом. Кристофер тихо закрыл двойные двери на ключ и тут же скинул сюртук на пол. Алита стояла возле туалетного столика. Положив аметистовый браслет на отполированную поверхность, она отстегнула заколку и положила украшение рядом с подарком. Молочные пряди рассыпались по спине волнистым каскадом.
Гвардеец подошёл к ней сзади и обнял за талию, прижал к себе, вдыхая вожделенный цветочный аромат. Тонкие дрожащие пальцы ухватились за манжеты его рубашки и стиснули белоснежную ткань.
– Алита… – он тихо произнёс на самое ухо. Принцесса запрокинула голову и упёрлась затылком в мужское плечо. Она прикрыла глаза и улыбнулась, когда Кристофер шёпотом повторял её имя. Несмотря на неистовое желание, от которого бурлила кровь, он никуда не спешил, думая о чувствах девушки.
Подняв руку, гвардеец коснулся полуоткрытых розоватых губ, заострённого подбородка, фарфоровой шеи, а затем в одно движение перекинул шелковистые волосы на левое плечо. Он поцеловал нежную кожу и скользнул пальцами к мелким пуговицам-бусинкам. Петельки легко поддались его напору, ткань приспустилась, оголяя спину с россыпью мелких молочно-бежевых родинок. Следом наступила очередь пояса, который удалось развязать без особого труда. Платье, шурша, соскользнуло на пол, заставив принцессу вздрогнуть.
– Как же я хотела… именно так… – пролепетала драконица, скидывая туфли. Неважно, что она хотела сказать этой фразой. Её томный голос, интонация, близость сводили его с ума.
Кристофер развернул и притянулпринцессу к себе, настойчиво поцеловал, коснувшись пальцами крохотных застёжек на лифе. От требовательной ласки она встрепенулась, ладони нащупали пуговицу на мужском жилете. Началась возня с петлицей. Гвардеец отстранил неопытные женские пальцы и сам стянул с себя и жилет, и рубашку.
Версия 16+ Руграмм
Принцесса сладостно охнула, когда, обнажённые по пояс, они прижались друг к другу. Драконица обвила руками шею, позволяя гвардейцу ощутить, как два маленьких нежных бугорка с набухшими розовыми вершинками упираются в его грудь. Это чувственное прикосновение сорвало короткий низкий стон с уст Кристофера. Он поднял девушку, позволив стройным ножкам обвить его торс, и пронёс до ложа.
Они вместе повалились на покрывало кровати. Смутившись, Алита закрыла глаза, подставляя для поцелуя шею вместо губ. Так робко она просила об этой ласке, и гвардеец выполнил её желание. Он поцеловал возникшее на коже красное пятнышко, провёл языком по впадинке между острыми ключицами. Перебрался ещё ниже, коснулся ртом груди, вырвав полный наслаждения стон из уст принцессы. Пальцы скользили по телу, изучали и ласкали.
Раскинув руки, Алита трепетала от каждого прикосновения. Такая смелая и застенчивая одновременно, она кинула боязливый взгляд, когда Кристофер принялся стягивать оставшееся нижнее бельё. Кружевное, тонкое и красивое.
Привстав с кровати, гвардеец разделся догола под пристальным наблюдением приподнявшейся на локтях драконицы. Из полуоткрытых губ вырвался тихий стон, когда её изучающий взгляд скользнул вдоль мускулистого тела и остановились внизу живота.
Кристофер навис над девушкой, любуясь фиолетовыми глазами, в которых промелькнул испуг. Она лежала перед ним обнажённая, ласковая, беззащитная и такаяпритягательная. «Невинная прелестница… и только моя». Осознание того, что он первым касался самого сокровенного, раззадоривало его всё сильнее.
Алита провела по губам кончиком языка, но на сей раз получилось развратно. А может это так воспринял его возбуждённый разум. Жемчужные пряди разметались по пёстрому покрывалу, напоминая в лунном свете серебристые нити. Драконица вновь безвольно раскинула согнутые в локтях руки и замерла, её грудь часто вздымалась. Две набухшие розоватые вершинки вздрагивали – так сильно драконица волновалась.
– Ты невероятно прекрасна, – шепнул гвардеец, склонившись к девушке. В ответ Алита умоляюще потянулась к нему губами за новым поцелуем.
Очередная волна страсти накрыла их с головой. И в этот раз уже с бо̀льшим жаром он ласкал её грудь, в то время как рука скользнула по внутренней стороне бедра и неторопливо подобралась к самой чувствительной части на теле. Кристофер лукаво улыбнулся, увидев, как содругнулась Алита от его прикосновения.
Спустившись ниже, мужчина провёл дорожку из поцелуев от изгиба бедра до лобка и ниже… и принялся ласкать её языком, наблюдая за робкими, почти невинными реакциями.
– Что же… ты делаешь… со мной? – прошептала драконица между страстными стонами. Она уже плохо контролировала своё тело. Ноги мелко подрагивали. Ладони смяли покрывало до побелевших костяшек.
Вскоре они слились воедино в одном медленном движении. Тонкие пальцы на мгновение резко впились ему в плечи, будто девушке захотелось оттолкнуть мужчину. Лицо исказила напряжённая гримаса боли. Замерев, Кристофер принялся целовать уши, щёки, губы драконицы, пока не ощутил, как маленькие ладошки коснулись его головы. Их взгляды встретились, и Алита слегка улыбнулась. Принцесса прикрыла глаза и издала тихий стон, когда гвардеец повёл бёдрами вперёд-назад.
Кристофер совершал размеренные плавные движения. Он подмял Алиту под себя, точно собираясь защитить, покрывая поцелуями нежную раскрасневшуюся кожу, что-то бормотал ей на ухо. Красные пятна алели на её шее и спускались к животу. На вздымающейся груди проступили блестящие капли пота.
В один миг ноги обвили его за торс и с силой притянули. Алита не желала выпускать любимого из объятий, не желала, чтобы он покидал её. Громкий,наполненный сладкой истомой, стон пронёсся по комнате. Долгожданное удовольствие влекло и Кристофера, который уже не мог себя сдерживать. Навалившись всем телом, он уткнулся в белоснежные волнистые пряди и позволил наслаждению накрыть его с головой.
Версия 18+ для самиздата
Алита провела по губам кончиком языка, но на сей раз получилось развратно. А может это так воспринял его возбуждённый разум. Жемчужные пряди разметались по пёстрому покрывалу, напоминая в лунном свете серебристые нити. Драконица вновь безвольно раскинула согнутые в локтях руки и замерла, её грудь часто вздымалась. Две набухшие розоватые вершинки вздрагивали – так сильно драконица волновалась.
– Ты невероятно прекрасна, – шепнул гвардеец, склонившись к ней. В ответ Алита умоляюще потянулась к нему губами за новым поцелуем.
Очередная волна страсти накрыла их с головой. И в этот раз уже с бо̀льшим жаром он ласкал её грудь, в то время как рука скользнула по внутренней стороне бедра и неторопливо подобралась к самой чувствительной части на теле. Кристофер лукаво улыбнулся, увидев, как содругнулась Алита от его прикосновения.
Спускаясь всё ниже, он покрывал поцелуями плавные изгибы бёдер. Коснулся языком между её ног, ощутив развратный вкус во рту. Кристофер принялся играть с ней: дразнить, целовать, покусывать, наблюдая за робкими, почти невинными реакциями.
– Что же… ты делаешь… со мной? – прошептала драконица между страстными стонами. Она уже плохо контролировала своё тело. Ноги мелко дрожали. Ладони смяли покрывало до побелевших костяшек.
Вместо ответа Кристофер подтянулся выше и поцеловал её в губы. Алита принялась слизывать с его губ собственный вкус, заставив мужчину издать тихий сладостный стон.
Он медленно вошёл в неё. Узкое горячее лоно приняло его пульсирующюю плоть и сжалось в один момент. Тонкие пальцы на мгновение резко впились ему в плечи, будто девушке захотелось оттолкнуть мужчину. Лицо исказила напряжённая гримаса боли. Замерев, Кристофер принялся целовать уши, щёки, губы драконицы, пока не ощутил, как маленькие ладошки коснулись его головы. Их взгляды встретились, и Алита слегка улыбнулась. Принцесса прикрыла глаза и издала тихий стон, когда гвардеец плавно повёл бёдрами вперёд-назад.
Кристофер совершал размеренные плавные движения. Он подмял девушку под себя, точно собираясь защитить, покрывая поцелуями нежную раскрасневшуюся кожу, что-то бормотал ей на ухо. Красные пятна алели на её шее и спускались к животу. На вздымающейся груди проступили блестящие капли пота.
В один миг ноги обвили его за торс и с силой притянули. Алита не желала выпускать любимого из объятий, не желала, чтобы он покидал её. Громкий, наполненный сладкой истомой, стон пронёсся по комнате. Долгожданное удовольствие влекло и Кристофера, который уже не мог себя сдерживать. Навалившись всем телом, гвардеец уткнулся в белоснежные волнистые пряди, втянул носом цветочный аромат, такой любимый и желанный. Он вдавил драконицу в кровать и кончил, ощутив накатившее наслаждение.
***
Кристофер с трудом разлепил глаза и уставился в полог кровати. Он лежал на спине, запустив пальцы в каскад белоснежных волос. Алита крепко спала, положив голову ему на грудь и приобняв одной рукой. Всю ночь она жалась к нему, будто бы боялась потерять. После ночного урагана страсти, они скинули запачканное покрывало на пол и обнажённые улеглись в кровать. Там же на полу осталась и их одежда.
Гвардеец бросил взгляд на размеренно тикавшие в углу комнаты напольные часы. «Полдесятого, – лениво заметил гвардеец, вновь окунаясь в дрёму. – Сколько?!» – Кристофер хотел было подорваться, но тут же обмяк. Лишние полчаса, что он проведёт с любимой, уже ничего не изменят. И Хок, и старший ночной смены, и прислуга уже знают, что начальника Королевской гвардии нет на месте. Возможно, об этом уже знает и Арис…
«Вряд ли будет хорошо, если меня найдут в её постели».
Кристофер выдохнул, ощутив растерянность. Именно это чувство охватило его целиком впервые за долгое время. Пропустив между пальцев шелковистые пряди, он сначала прислушался, а затем послал магический импульс. Кто-то быстрым шагом шёл по коридору мимо спальни, ступая каблуками по тонкому напольному ковру.
«Наверное, горничная».
Алита зашевелилась, прервав его размышления. Принцесса нежно потёрлась щекой о его грудь, подвигала ногами и затихла. Гвардеец не знал, насколько крепко она спит, но противиться возникшему желанию не посмел. В голове всёкак будто встало на свои места. Даже скрипучий голосок совести умолк под весом навалившейся решительности. Никакого сожаления или страха допустить ошибку – прочь нелепые сомнения! Всё это глупости, учитывая, что̀ произошло между ними. Настал момент, которого он так давно ждал. Счастливый миг, невесомый и хрупкий, сотканный из этих самых минут, когда возлюбленная снова прижималась к нему.
Кристофер очередной раз провёл пальцами по белоснежным локонам и остановился на кончиках, поднёс их к лицу и вдохнул цветочный аромат. Поцеловав драконицу в щёку и совершенно не беспокоясь, услышит ли Алита его слова, он мягко сказал:
– Я люблю тебя, моя жемчужина.
Глава 5
За окном звучала дивная песня жаворонка. Щебетали синицы, а ветер шелестел длинными ветвями плакучих ив. Не шевелясь, Алита млела от доносившейся из сада музыки. Она чувствовала себя невероятно счастливой. Принцесса обхватила пухлую подушку и уткнулась лицом в белоснежную наволочку. Губы растянулись в улыбке. «Как же хорошо», – сонно подумала драконица и зевнула, не открывая глаз.
Звук льющейся воды из смежной комнаты заставил Алиту встрепенуться. Она резко села в кровати, смаргивая остатки сна. Одеяло соскользнуло с плеч. Обнажённая кожа вмиг покрывалась мурашками от прохлады.
Принцесса осмотрела залитую ярким солнечным светом спальню. Занавески колыхались от проникающего в комнату свежего ветерка. На туалетном столике лежал аметистовый браслет, отбрасывая блики на потолок и стены. Рядом, на спинке стула, висело синее платье, а на мягкой сидушке – нижнее бельё и чулки. Вещей Кристофера нигде не было видно. А вот лежащее на полу скомканное пёстрое покрывало вызвало смущение и воспоминание о прошедшей ночи.
По телу пробежала дрожь, когда в памяти всплыли отдельные картинки. Его настойчивые и нежные ласки, собственный вкус на губах, нахлынувшая волна удовольствия в самом конце…
Алита почувствовала, как внутри просыпается желание. Оно заставляло думать о Кристофере, неистово желать его. Драконица вновь захотела ощутить, как они сливаются в единое целое.
Дверь в ванную комнату медленно отворилась. Гвардеец, полностью одетый, вышел в спальню, посмотрел на принцессу и улыбнулся. Ненадолго его взгляд задержался на обнажённой груди, и Алита дёрнула край одеяла на себя, смутившись сильнее прежнего. Она пришла в замешательство, не зная, что говорят или делают в подобных ситуациях.
– Доброе утро, любимая, – мягко произнёс Кристофер, направившись к туалетному столику. «Лю-би-ма-я», – пропело сознание, смакуя каждый слог.
– До-до-доброе… – смущённо протянула принцесса, наблюдая за гвардейцем.
– Я позволил себе взять твою расчёску, чтобы привести себя в порядок, – закончив фразу, он положил на гладкую поверхность деревянный гребень с мелкими зубчиками.
– Ага… – Покрывшись «волнительными» пятнами, принцесса заметила, что его тёмные мокрые волосы старательно зачёсаны назад. Кристофер медленно приблизился и присел на кровать.
– Мы проспали завтрак, – улыбнулся гвардеец, протянув руку и убрав непослушный белоснежный локон с её лица.
Алита ничего не ответила, уставившись на щетину и губы мужчины. В тот же миг её посетило воспоминание о том, как эти самые губы касались груди, целовали живот и спускались ниже…
Гвардеец подался вперёд, обвив одной рукой за талию, он притянул девушку и начал нежно целовать. Алита робко отвечала, устыдившись возникшей мысли о продолжении. Её руки отпустили одеяло и нерешительно ухватились за полы сюртука.
– Мне нужно вернуться во дворец, – печально выдохнул гвардеец, прервав ласки. Принцесса прикрыла глаза. Пальцы разжались и безвольно соскользнули вниз, выпустив грубую серую ткань. Драконице не хотелось, чтобы он уходил. На миг прозвучавшая фраза показалась ей устрашающей и влекущей за собой невосполнимую потерю.
– Крис… я… – Алита дрогнула, не договорив. «Не хочу, чтобы ты оставлял меня. Не сейчас», – продолжило сознание, но язык не повернулся закончить фразу.
– Я хочу, чтобы ты знала, – Кристофер нежно коснулся ладонями её щеки, – я люблю тебя.
Принцесса посмотрела на него широко распахнутыми глазами и смущённо улыбнулась. Неожиданное признание и уверенность в каждом произнесённом слове вызвали бурную реакцию в груди: сердце учащённо забилось, в животе запорхали бабочки, а разум сложил ответную фразу.
Но Алита промолчала. Ей не хватило смелости выразить свои чувства, и момент был упущен.
– Я бы очень хотел остаться с тобой, но мне нужно вернуться к службе. У меня есть обязанности, и я должен их выполнять, – с этими словами Кристофер встал с кровати. – Увидимся сегодня во дворце. Я буду ждать нашей встречи.
***
После ухода Кристофера, принцесса долго не решалась звать в спальню прислугу. Время шло. Живот сводило от голода, да и стоило поторопиться со сборами во дворец, чтобы не опоздать к назначенному часу. «Как впустить в комнату горничных и при этом не сгореть от стыда на месте?» Она не знала. Перед приходом служанок Алите захотелось почистить, спрятать или даже спалить в камине покрывало: красные пятна на нём наглядно демонстрировали случившееся этой ночью, да ещё чернили её репутацию. Но потом девушка опустилась рядом с ним на пол и истерично захихикала, смахнув с щеки стыдливую слезу. Естественно, все видели, как Кристофер выходил из её спальни утром. Да что там! Далеко не ранним утром, а в тот час, когда принцесса в обычный день уже заканчивала завтракать и бралась за дела. А потому покрывало осталось на месте нетронутым.
Стыд сжигал Алиту изнутри. Натягивая халат, она думала, что уже никогда не сможет посмотреть в глаза даже прислуге. Теперь все только и будут, что обсуждать её непристойное поведение. Трясущимися руками принцесса потянула сонетку…
Однако пришедшая Варда вела себя как обычно. Она поздоровалась и лучезарно улыбнулась госпоже, а потом, как ни в чём не бывало, приступила к своим обязанностям. Такое поведение горничной слегка успокоило драконицу, и она мысленно выдохнула.
«Я думаю не о том. Он признался мне в любви, а я… стыжусь прошедшей ночи, – размышляла Алита. Она сидела за туалетным столиком, расчёсывала волосы и чувствовала себя потерянной. – Мне утром так хотелось ещё побыть с ним, а теперь? Почему мне так стыдно? Я же сама хотела! Что не так?»
Где-то внутри себя принцесса услышала голос, так похожий на материнский. Как будто Марта стояла позади неё и строго чеканила каждое слово: «Потому что ты поступила безрассудно! Ты прекрасно знала, что так делать нельзя! Ты сомневаешься в его признании! И это правильно, моя дорогая. Он сказал тебе это, только потому, что ты отдалась ему! Как ты могла так довериться простому гвардейцу?»
«Нет! Нет, наши чувства взаимны. Просто я не смогла произнести слова вслух. Не смогла признаться», – покачала головой принцесса, уставившись на собственное отражение в зеркале. Глаза блестели от подступавших слёз, которые Алита старалась сдержать.
«Ой ли. Чем он так заслужил твое доверие и симпатию? Правда ли ты любишь его? Если да, то почему так сомневаешься? Ты просто пала, отдалась низменным желаниям! Именно поэтому ты не сказала, что любишь его. Нельзя признаться в тех чувствах, которых нет. Ты совершила непоправимую глупость! Ты опорочила себя!»
– Хватит! – вскрикнула Алита, подорвавшись с места. Своим поведением она перепугала выходившую из ванной комнаты Варду. Горничная вздрогнула и попятилась, прижимая руки к груди. Между её пальцев что-то блеснуло. – Извини. Что-то я не в себе. Задумалась… Я… Я подумала, хватит расчёсывать волосы, всё равно их ещё укладывать перед отлётом во дворец.
– Всё хорошо, Ваше Высочество. Простите меня, я подумала, что ваше негодование обращено на меня, – служанка подошла к драконице, которая замерла возле туалетного столика, и протянула карманные часы. – Я нашла их на полке.
Алита взяла в руки забытую Кристофером вещь. Она посмотрела на круглый серебряный диск и цепочку с заколкой и натянуто улыбнулась. «Верну сегодня, когда буду во дворце».
Принцесса присела обратно за столик, отложила часы и стала рассеянно перебирать разложенные на столешнице принадлежности. Она старалась не смотреть, как суетится взволнованная горничная, как сворачивает несчастное покрывало, меняет постельное бельё.
В комнате повисло напряжение. Казалось, ещё чуть-чуть, – и в воздухе начнут проскакивать разряды. Первой неловкое молчание прервала Варда.
– Ваше Высочество, – обратилась она. – Не знаю, как отблагодарить вас за тот желудочный отвар, который вы посоветовали для моего сына. Вчера от него пришло письмо, и он хвастал, что больше не страдает подрёберными болями, когда ест.
– Да пустяки, – покачала головой принцесса, она вновь обратила внимание на часы и скрутила пальцами серебристую цепочку. – Только пусть всё же обратится к местному лекарю. Ему нужен осмотр.
– Разумеется, госпожа. Я уже писала ему об этом. Но он упрямится. Честное слово, ведёт себя как малый ребёнок. Пишет, само пройдёт.
Драконица улыбнулась в ответ, а горничная вновь скрылась в ванной комнате. Алита развернула часы к себе крышкой и зачарованно провела пальцами по орнаменту: дракон и корона.
«Отвар!» – пронеслось в сознании. Принцесса бросила взгляд на запачканное покрывало, которое служанка сложила вдвое, спрятав от посторонних глаз пятна. «У меня нет полуночного отвара!» – от подступившей паники сердце защемило. Особого зелья, позволяющего провести ночь любви без последствий. Алита тяжко вздохнула, вспомнив, как варила его по просьбе Ясмины перед балом на День Люсиора. Получилась довольно большая порция, и синяя драконица ещё предлагала ей взять один пузырёк «на всякий случай». Принцесса отказалась, наивно полагая, что такой случай вряд ли наступит.
«Что же делать? Я могу поговорить с Ясминой во дворце, но я даже не знаю, встречу ли её. Может и отвара уже нет… Да и она разболтает о моей просьбе!» Алита горестно выдохнула, ощутив навалившуюся беспомощность. Сварить снадобье самостоятельно – не вариант. У неё не было ни алхимических приспособлений, ни котла, ни ингредиентов. Оставался единственный способ получить приготовленный по всем правилам отвар – посетить аптекаря.
«А как я пойду к аптекарю? Я даже не знаю, где находятся в городе аптеки. Наверно, Герберт знает… Он не расскажет об этом никому. А что, если меня узнают? Я же посещала семинары в университете. Там и аптекари были! И посетители тоже могут меня узнать! Я не могу идти».
Пока Алита спешно размышляла, из смежной комнаты показалась Варда. Служанка держала в руках полотенце. Бросив его к покрывалу, она подхватила вещи, собираясь уходить.
– Постой, – остановила её принцесса и замялась. «Как же стыдно-то». – Послушай…
Горничная замерла на месте. Видя замешательство госпожи, она опустила грязное бельё на пол и подошла ближе.
– Варда… Я… мне… нужно… Ну… ты же понимаешь, что было…
– Конечно, Ваше Высочество. Я никому не расскажу ваш секрет. Я обещаю. Я предана вам всей душой. Вы очень добрая и заботливая госпожа.
– Варда… Я… Мне некого просить, а сама…
– Что нужно сделать, Ваше Высочество?
Алита смущённо глянула на служанку, которая желала проявить заботу. Покрытое мелкими морщинками лицо напомнило Анну, кухарку Громового замка, по которой драконица успела соскучиться.
– Можешь сходить в лавку аптекаря? Нужен… отвар…
– Моя милая госпожа, конечно схожу, – ответила Варда и тихо спросила: – Полуночный отвар?
Алита улыбнулась и кивнула.
– Я принесу его вам, не переживайте.
Следующим волнительным моментом оказалась встреча с Меридой. Пожилая драконица как всегда составляла компанию за столом. Она вела себя учтиво и довольно мягко, рассказывала о погоде, о приближающейся осени и каких-то новомодных накидках, которые хорошо бы заказать к дождливому сезону, ни разу не упомянув о поступке принцессы. Ещё компаньонка расхвалила привезённый утром сыр, и принцесса порадовалась, что покупка вышла удачной.
Алита всё ждала, когда Мерида отпустит колкую фразу, которая будет содержать хоть какой-то намёк на осуждение, или же напрямую покажет своё недовольство, но тщетно. «Она не знает, или ей всё равно?» – драконица удивлённо смотрела на собеседницу и гадала, силясь понять мотивы её поведения.
– Ваше Высочество, я бы хотела озвучить небольшую просьбу, – спокойно проговорила Мерида, составив блюдце с чашкой на стол.
– Слушаю, – ответила принцесса, приготовившись к нравоучению.
– Прошу подумать о поведении Герберта. Ваше Высочество, негоже, чтобы королевский гвардеец так себя вёл. Он вернулся в резиденцию под утро. Шумел, горланил песни, напугал прислугу, разбудил меня. Я потом долго не могла заснуть и тоже проспала завтрак. Если бы не дежурный, который уложил его на диван в комнате отдыха и уговорил заснуть, кто знает, что он мог устроить ещё? – Мерида выдержала многозначительную паузу, слегка наклонилась к принцессе и, понизив голос, заговорщицким тоном сообщила: – А ещё Герберт весь перемазан помадой, причём разных оттенков. На нём была даже ярко красная, прямо на шее! – возмущённо уточнила компаньонка, а затем добавила, заметив замешательство на лице Алиты: – Вы же знаете, такой помадой пользуются продажные дамы.
– Правда? – принцесса издала смешок, вспомнив наряд сестры в День летнего солнцестояния. – Я не знала. Моя сестра, леди Клаудия, красила губы такой помадой на бал.
– Ох, как же быстро меняются нравы. В мою молодость такое было недопустимо. Тем более, для незамужней особы.
– Ну, так, а что с Гербертом? – напомнила Алита, которую больше волновало самочувствие гвардейца, чем нравы во времена молодости компаньонки.
– Как я уже сказала, он вернулся пьяный, пропахший женскими духами и… – компаньонка сделала жест рукой, указывая на лицо. – Утром я зашла в комнату отдыха. И вы представляете! Герберт запачкал пол. Прислуге пришлось отмывать его! Я пыталась его разбудить и объяснить, что такое поведение не достойно звания гвардейца Его Величества. Но он лишь отмахнулся, сообщил, что не обижается на моё ворчание. И нагло захрапел прямо мне в лицо. Он до сих пор там спит.
Услышанное развеселило Алиту. Она не могла представить подобное поведение Герберта, и ей хотелось переговорить с ним об этом позже.
– Хорошо, я обещаю подумать, – коротко ответила принцесса и принялась за остатки яблочного пирога. Мысли об услышанном отвлекли её от собственных переживаний.
***
Для званого обеда Алита выбрала красивое платье из дорогих тканей: кружевной белоснежный верх и струящаяся юбка сиреневого цвета. Наряд прекрасно подходил под аметистовый браслет. «Украшения подбирают под платье, а не наоборот», – усмехнулась принцесса, застёгивая цепочку на левом запястье. «Очень практичная застёжка. Надо будет сказать Кристоферу об этом», – подумала драконица, отметив то, с какой лёгкостью ей удалось справиться с замочком самостоятельно.
Подарок приковывал взгляды посторонних. Горничные отмечали изящность и аккуратность изделия по сравнению с остальными браслетами принцессы. Даже строгая и молчаливая Мерида не удержалась и восхищённо произнесла:
– Украшение очень дорогое, а аметист невероятно точно подчёркивает цвет ваших глаз.
Такое внимание привело Алиту в настоящий восторг, и она сама не могла нарадоваться подарку. Только об особенностях сиреневого камня решила умолчать, вспомнив вчерашний разговор с Кристофером на Старом мосту. Чем меньше будут знать о слабых и сильных сторонах, тем лучше.
В Королевский дворец вместо Герберта с принцессой отправился Мартин. Неразговорчивый и серьёзный гвардеец чаще всего заменял старшего офицера в моменты, когда тот не мог сопровождать Алиту. Драконица давно привыкла к нему. Высокий и статный, он выделялся среди чёрных драконов тёмно-русой шевелюрой и зелёными глазами.
Мартин часто хмурился, выглядел напряжённым и был немногословен, когда оставался с принцессой наедине. Поначалу такое поведение настораживало Алиту, и как-то в беседе с Гербертом она обронила фразу, что беспокоится на его счёт. Гвардеец быстро развеял сомнения, пояснив, что знает Мартина с детства, и тот никогда не отличался разговорчивостью и внешним дружелюбием. Однако он слыл тем драконом, на которого можно положиться – понятие Мартина о чести не позволяло ему бросить ни одного дела, которое ему поручали.
