Валентин Колесников "Фаетон. Научно-фантастический роман. Полное собрание книг"

Это подействовало, и пассажиры стали постепенно рассаживаться.

– Этого тебе мало?!! – вертя в руках пистолет перед глазами связанного пассажира, кричал Эфес.

– Ха- ха- ха! – неожиданно захохотал тот. – Да это же антикварная редкость, пистолет двадцать пятого калибра.

– Так что, по- твоему, это не оружие?!!

– Я же сказал, это антикварная редкость. – Замигав в недоумении здоровым глазом, связанный продолжал, – Мы коммивояжеры, представляем фирму “ Путь оружия”.

Его товарищ кивал головой в знак согласия и вкрадчиво улыбался, вымучивая улыбку из разбитых губ.

– В боковом кармане вы найдете документы, а в чемоданчиках проспекты и программы выставок.

Эфес не замедлил достать из внутренних карманов удостоверения, выданные компанией “ Путь оружия” на имя Альта и Дина.

– Та- а- а- к! – протянул Эфес в замешательстве.

– Я вынуждена вас предупредить! – неожиданно Эфес услышал голос, молчавшей ранее стюардессы, – что по прибытии в Наями я вас сдам местным полицейским властям за хулиганский поступок на борту пассажирского авиалайнера.

Стюардесса круто повернулась и ушла. Окончательно обескураженный Эфес ворчал извинения, развязывая коммивояжеров. Когда с помощью Орта он справился с этим, а освобожденные агенты компании разминали затекшие руки, авиалайнер набрал заданную высоту и вошел в стратосферу. Эфес пропустил вперед себя Орта, сделал шаг за ним и в то же мгновение почувствовал дуло пистолета двадцать пятого калибра у себя между лопаток.

– Будь умницей! – пропел мужской баритон ему в ухо, – Нам нужен не ты.

Эфес видел краем глаза, что второй коммивояжер, с точно таким же пистолетом в руке, ловил прицелом спину Орта, но тот уже успел сесть в кресло. Гангстер в замешательстве опустил дуло, очевидно, боялся задеть кого- ни будь из пассажиров. Этого было

достаточно, чтобы его товарищ, держащий на прицеле Эфеса, взглянул на соучастника. Эфес инстинктивно почувствовал, как дуло пистолета чуть дрогнуло, в ту же секунду он резко рванулся в сторону. Рука отработанным до автоматизма приемом рассекла ребром

ладони воздух и молниеносно рубанула по кисти гангстера, держащей оружие,

почти одновременно с выстрелом. Разрывная пуля двадцать пятого калибра прошила воздух в проходе самолета и разнесла дверь пилотской кабины. Осколками смертельно ранило пилота, второй пилот получил увечье и не мог двигаться. Самолет летел, управляемый автопилотом, рассекая ночной мрак. Выстрелов больше не последовало. Когда Орт подбежал к товарищу, он увидел картину оконченного боя. Два гангстера сидели в своих первоначальных позах, уткнув головы в спинки кресел, с той

лишь разницей, что у обоих из носа и ушей алыми струйками текла кровь. Пистолеты валялись на мягком полу салона, один из них дымился. Эфес возбужденно дышал, хватая расширенными ноздрями орлиного носа воздух.

В салоне поднялась невообразимая паника. Перепуганные насмерть женщины плакали, одна из них билась в истерике. Бледные, дрожащие от страха мужчины, как умели, держали себя в руках. Кто-то попытался командовать и сильным зычным голосом приказал: – Всем оставаться на местах! Самолет держится в полете, значит, мы не падаем. Сидеть и не двигаться с места, иначе нарушим центровку!

– Что нарушим?!! – спросила полная заплаканная женщина.

– Центровку! Центровку! – донеслось со всех сторон. Люди дружно отдались во власть зычного голоса. Эфес выжидал. Наконец, паника улеглась. Оставив Орта возле связанных бандитов, стал пробираться в пилотскую кабину сквозь толпу рассаживающихся по своим местам пассажиров. Со всех сторон его провожали выкрики женщин:

– Из-за них все!

– Под суд!

– Стрелять таких, а не пускать в самолет!

Мужчины сдержанно сопели. Эфес чувствовал напряженные мускулы их тел, неохотно уступавших дорогу. Рядом с кабиной располагалась каюта стюардессы. В углу, забившись, как загнанный зверек, испуганно ревела девушка в форме стюардессы. Он подошел к ней. Она в испуге вскочила на ноги и попятилась от него.

– Вы извините меня, что я не аккуратно повел себя.

– Убирайся, ничтожество! – гневно сквозь рыдания закричала она. Эфес оставил ее в покое и вошел в кабину. Осмотр экипажа не дал утешительных результатов. Первый пилот мертв, второй без сознания. Обломок двери задел его руку и рикошетом отскочил, застряв в приборной доске. Стекла кабины пестрели трещинами, грозя в любое время разлететься под напором встречного потока воздуха.

– Хватайте его! – послышалось у Эфеса за спиной, одновременно с мужским голосом,

что-то тяжелое навалилось на спину. Эфес не успел сообразить, как тренированное тело автоматически, не управляемое рассудком, серией отработанных приемов повергло жирное тело нападавшего сзади мужчины. Толстяк грохнулся, глухо охнув, застревая в проходе, и загораживая путь другим, остановившимся в нерешительности в узком проломе, зияющем на месте двери.

– Предупреждаю вас! – закричал Эфес, – Я офицер личной охраны Президента, если со мной что- либо случится, – он многозначительно смотрел в сверкающие гневом разъяренные глаза толпы, – вас расстреляют всех, стоит мне нажать вот эту кнопку. – И он высоко поднял свой передатчик- удостоверение. Это подействовало. Толпа стала расходиться.

– Одну минуту! – остановил пассажиров Эфес. – Захватите этого верзилу.

Мужчины вытащили толстяка из кабины и усадили на свое место.

– Вы извините меня, что я, – услышал у себя за спиной Эфес голос стюардессы, – что я приняла вас за террориста.

– Как вас зовут? – спросил капитан. Девушка не ожидала такого вопроса, сразу перестала плакать и окрепшим голосом ответила: – Рея.

– Ну, вот что. Рея, сейчас вы пойдете в салон и как умеете, успокаивайте пассажиров, чтобы не наделали еще каких- либо глупостей. И спросите, пожалуйста, быть может, среди пассажиров есть врач. Пусть придет сюда.

Вскоре Эфес услышал ее окрепший голос. Двое мужчин с помощью врача унесли из кабины раненного пилота и труп его товарища. Дальнейший осмотр приборов показал, что кусок дюралюминия, застрявший в приборной доске, повредил рацию. Связь с землей не осуществлялась. Самолет, ведомый автопилотом, уже начал снижение….

Глава 16

Самолет приземлился на бетонную полосу, тянувшуюся ровной лентой на вершине скалистого хребта. Изумленному взгляду пассажиров, спускавшихся по аварийному трапу на бетон, открывалась необычная панорама. Лайнер застыл у края бездонной пропасти, которой заканчивалась полоса, Бог весть кем и для чего воздвигнутая в заоблачных высотах среди скал. Слева, справа и сзади – та же зияющая пропасть.

Нечего было и думать о том, чтобы спуститься. В синей дымке подступали со всех сторон белоснежные шапки гор. Казалось, вот они, рядом, протяни руку – и окунешь пальцы в вечный снег. Но опытный глаз мог определить расстояние в несколько километров.

Женщины, а их было немало, как дети, радовавшиеся недавнему приземлению, с испугом отступали от края полосы. Ежились от порывов ледяного ветра и понемногу стали взбираться в салон. Мужчины собрались кучкой у шасси самолета, начали совещаться: – Господа!!! – снова раздался зычный командный голос, принадлежащий невысокому мужчине в кепи, – Предлагаю всем по очереди высказывать предложения, как будем выбраться отсюда.

– Эй! Не меньше одного километра! – крикнул толпе подросток с края полосы. Все посмотрели в его сторону. Мальчуган лежал на животе и бесстрашно глядел в пропасть.

– Денди, мальчик мой! – с истерическим криком, барахтаясь по надувному трапу, скатилась женщина. Когда она достигла бетонки бросилась опрометью со всех ног с воплями к сыну. Тот в развалку, по- взрослому, ворча: – Подумаешь, что я, маленький.

И шел, не спеша к ней навстречу. Женщина подбежала к нему, схватила за руку, угостив изрядной оплеухой, и потащила за собой. Мальчуган плелся следом, утирая рукавом свободной руки размазанные по щеке слезы.

– Предлагаю спуститься на парашютах! – выкрикнул тучный мужчина с огромным дорогим перстнем на левой руке, при этом бриллиант звездой сверкнул на солнце.

– Ваши шутки неуместны. – Отозвался мужчина в кепи.

– У пассажирских самолетов нет парашютов. – Поспешил объяснить сосед в темно- синем плаще с поднятым воротником.

– Разве?!! А я- то думал, что есть. – Язвительно ответил тот. Их перебил мужчина в кепи:

– Кто еще желает высказаться?

– В аварийном отсеке есть канат. – вмешалась Рея. И так, как она стояла на верхней подножке у трапа, то все поняли головы в ее сторону.

– Мы можем один конец привязать к самолету и спуститься. Добавила она.

– Не выйдет! – крикнул мальчуган из-за ее спины. Но тут же исчез в салоне, увлекаемый бдительной мамой.

– Я как-то об этом не подумала! – сказала Рея скорее себе, чем остальным, – Что длины не хватит. – И скрылась в салоне…

Рассвет, как и бывает в горах, наступил быстро. Ветер утих. Солнце залило простор. Ослепительной красоты пейзаж открылся взору. Горы засияли шапками снегов и предстали перед изумленными людьми в своем великолепии. На миг все забыли о несчастье. Но к действительности вернул голос мальчугана:

– Эй! Вон там! – крикнул он из проема двери самолета. – Смотрите!!!

Мужчины прильнули к иллюминаторам, так как все ночевали в креслах. Но ничего не увидели, так как мальчик указывал на дальнюю сторону посадочной полосы. Там виднелись еле различимые глазом мерцающие в серебристом свечении контуры огромного диска. Подобие трапа отделилось от стенки диска и уперлось в бетон. Люди под действием каких-то невидимых сил дружно сходили, но надувному трапу и двигались в сторону диска. Женщины и мужчины растянулись по бетонной полосе. Шествие замыкало двое, несших носилки с раненным пилотом. В просторном, круглом, как цирк, салоне диска люди молча размещались в креслах. Рея деловито задраила входную дверь. Все сидели сосредоточенно, не разговаривая. Так продолжалось несколько минут. Потом Рея открыла дверь и с открытием двери автоматически откуда- то с пола вышел трап и мягко уперся в землю…

Глава 17

«И было три брата:

Имя одного Кий,

А другого – Щек,

А третьего – Хорив,

И сестры их Лыбедь.

И они воздвигли град

В честь своего старшего брата.

И нарекли град Кий».

Так гласит древний свиток рукописей об историческом происхождении матери городов руссов Киева. Шестнадцать миллионов лет тому назад на Фаетоне был город Кий (современное название), прекраснейший город Южного полушария, он же является и его столицей. По свойственным человеку понятиям. Эфес в глубине души таил крохотную надежду на возможность приземления именно в Кие. Но каково было разочарование, когда летающий диск остался за спиной. Город, открывшийся взору, поражал невиданней красотой. На площадке стояло несколько серебристых дисков поменьше. Внезапно прямо из пространства возникли контуры серебристой машины, и по трапу на бетон спустился человек в плотно облегающем сетчатом костюме.

– Приветствую вас, люди! – произнес торжественным голосом незнакомец. Его седая борода, ниспадающая на грудь, шевелилась в такт голосу.

– Вы на земле Шомонов, племени свободных. Мы представители общества будущего, корни наши уходят глубоко в доисторические времена. – С этими словами проповедника он приблизился к пассажирам.

– Я вижу больного? – на его бледном лице появилось мученическое выражение страдания и боли, – Встань, человек! – властным голосом приказал незнакомец.

Раненный пилот вскочил с носилок. Раны на руке и груди затянулись на глазах, бледность лица исчезла, щеки зарумянились. Толпа ахнула. Пилот в недоумении ощупывал еще минуту назад больную руку.

– Меня зовут Ки, я верховный жрец Шомонов.

– Ки, вы такой кудесник! – залепетала полная женщина. Она заискивающе смотрела на жреца, часто мигая заплывшими от полноты глазами, – верните нас домой! – умоляла она. Женщины горячо ее поддерживали, убеждая на разные голоса, что у них дома дожидаются куча дел, что все надо успеть, что близкие не находят себе места…

Толпа плотным кольцом окружила Ки. К женщинам присоединились мужчины, воцарился невообразимый гам. С невозмутимым видом Ки слушал. Потом поднял правую руку, призвал к спокойствию. Люди притихли, вопросительно глядя на проповедника, кое- кто даже забыл закрыть рот.

– Для соотечественников вас уже нет в живых.

– То есть как нет?! – высоким фальцетом выкрикнул женский голос. Толпа закричала, угрожающе двинулась на Ки, плотное людское кольцо сжималось. Жрец поднял обе руки кверху. Люди мгновенно остановились, глотая слова. Воцарилась тишина, на лицах толпы отобразилось безразличие, словно одурманенные, пассажиры отсутствующими глазами смотрели на Ки.

– Повторяю. Для соотечественников вас нет. Ваш самолет разлетелся в мелкие щепки. – Ки продолжал терпеливо объяснять, – Когда он потерял управление и мчался на скалы, мы спасли вас от верной гибели. Но люди не должны знать о нашем существовании, поэтому все, кого мы спасли, никогда не возвратятся. Я все сказал вашему подсознанию. – Он опустил руку. Толпа озабоченно загудела, пытаясь что-то вспомнить, что произошло минуту назад, а что? Люди были в замешательстве.

– Украли!!! – неистово завопил тучный мужчина, – Фамильный перстень украли!!' – Он подскочил к жрецу. – Понимаете, это фамильная реликвия, золотой перстень с огромным бриллиантом. Сняли прямо с пальца, а я- то даже не заметил. Ему цены нет!!! – глаза его с мольбой уставились на Ки, лицо выражало страдание.

– Что такое цена?! – философски изрек жрец.

– Вы же кудесник! Вор среди нас! – твердил толстяк. – Помогите!

Эфес обвел взглядом толпу. Мужчина с синим плащом в руке как-то странно крутил головой по сторонам, делая вид, что его происходящее не касается.

– Хорошо, человек, я помогу тебе. – Высокопарно пообещал Ки.

– Среди вас есть человек по имени Изя!

Люди хранили молчание.

– Последний раз взываю к совести.

Эфес протолкался к мужчине с синим плащом на руке.

– Тебя Изей зовут, не так ли?!

– А твое какое дело?! – грубо ответил тот. Эфес ловко схватил его за шиворот и поволок к жрецу.

– Как ты смеешь, негодяй?!! – вопил тот, упираясь изо всех сил, но Эфес знал свое дело.

– Я взывал к его совести! – обратился вдруг жрец к Эфесу, – а ты проявил насилие.

Эфес с досады махнул рукой, отпуская жертву и скрылся в толпе. Человек с плащом в руке гневно сверкнул глазами в сторону удаляющегося Эфеса, поправляя воротничок рубашки.

– Дерьмо!! – крикнул он вдогонку.

– Ты Изя? – подбежал к нему толстяк. Он схватил несчастного за грудь и стал трясти изо всех сил, – Это ты украл, сволочь! Признавайся, ты?!! – пыхтел толстяк, но схватил два молниеносных удара в живот и шею и, поворачиваясь на месте, медленно осел

на бетон.

– Это возмутительная низость! – сказал Ки, – Сколько диких инстинктов господствуют над вашими чувствами, люди?

– Ки! – Раздался женский голос, – Ты что, не человек?

– Я верховный жрец Шомонов. – Высокопарно сказал он, человек!

– Ну, слава Богу! – раздалось насмешливо в толпе. Женщины захихикали. Толпа развеселилась и стала насмехаться над Ки.

– Эй, Ки, ты, наверное, живешь за божьим духом? – снова насмешливый голос женщины пытался уколоть жреца, но на холодном лице Ки ничего не отобразилось.