Страница 4 из 6
Библиотека в Эйсфилде (именно так называлась столица драконьего мира) действительно была открыта всем, даже Куся пропустили без проблем. Это было первое место, о котором я подумала, сбежав из дворца. Уточнила её местонахождение у первого попавшегося прохожего и вот я здесь. Но вместо того, чтобы изучать книги, выданные библиотекарем, я уже некоторое время бессмысленно смотрела в пространство и пыталась понять, что меня ждёт за неподобающее поведение с королевой.
С одной стороны, я ей даже не нахамила, а просто сообщила, что её план о нашей с Дейнаром свадьбой не осуществится. С другой – королевским особам не отказывают, тем более в таком тоне, какой я себе позволила. Что за такое положено? Наказание? Штраф? Тюрьма? Казнь? Нет, казнить меня точно не будут, я же истинная их сына. А это очень важно для драконов. К тому же Ианеллия с Оваррианом не показались мня суровыми правителями. Уж точно не такими, как обычно рисуют монархов в нашем мире. Не то чтобы я их встречала, но слухи ходили.
Кусь тихонечко ворчал, лёжа под моим стулом. Было непонятно, то ли ему надоело постоянно находиться в помещении, то ли не нравилось, что я занимаюсь усиленным самокопанием и самобичеванием.
Встряхнувшись и решив, что последствия моего поведения всё равно неизбежны, независимо от того, что я сейчас надумаю, обратила своё внимание на стопку книг на столе. Я просила дать мне карту мира, книги по истории, свод законов и правил драконьего королевства, религиозные верования, легенды о создании мира. До того, как заняться саморефлексией, я уже успела пролистать некоторые из книг и запуталась ещё больше. Картина мира не складывалась. Точнее, мои знания и крохи информации, полученные от Дейнара, противоречили тому, что говорила Ианеллия и тому, что я вычитала в библиотеке.
Королева упоминала портал в наш мир, а Дейнар ещё в первый день моего пребывания здесь сказал, что порталов не существует. И в целом говорил о мире драконов не так, словно это какой-то параллельный или другой мир. Нет. При разговоре с ним, казалось будто драконье государство – часть нашего мира, только закрытая барьером. Тем самым невидимым куполом. Учебник по истории придерживался версии Ианеллии (или вернее было бы сказать наоборот – королева придерживалась официальной версии, изложенной в книгах) – каждый год над храмом открывался портал в мир людей. Кстати, портал этот начал открываться лишь после того, как безумный Акмарлаус Айроторн попытался разрушить храм. Храм устоял, от него отвалился лишь небольшой кусок. А ровно через год открылся первый портал. И стал открываться каждый год.
Я потёрла виски. Неужели это тот самый сумасшедший наставник Дейнара, о котором говорила Ианеллия? Сколько же ему должно быть лет, если это из-за него начались открытия портала в наш мир, ведь я помнила по урокам истории, что ледяные драконы прилетали испокон веков. Возможно это какой-то другой Акмарлаус? И тоже сумасшедший. Мало ли, может у драконов традиция такая, всех сумасшедших звать Акмарлаусами.
Также я не нашла в книгах ни одного упоминания о куполе или барьере. Развернула карту и в очередной раз убедилась, что на ней, так же как и на карте во дворце, граница обозначена надписью “конец мира”. Было непонятно, то ли это Дейнар выбирал выражения, более понятные для меня, то ли я пыталась подстроить картину мира так, как мне было проще её воспринимать. Потому что маленький закрытый мир, ограниченный кругом, заставляет меня паниковать. И неважно, что в этот круг помещаются тысячи и тысячи драконов, несколько городов, шахты, поля, леса, реки. Важно то, что это всё конечно. И в теории можно обойти вдоль и поперёк за вполне реальный срок.
Книга по древней истории тоже не слишком порадовала. Разве пара тысяч лет для мира – это древность? Как будто до этого драконов не существовало.
Легенды о сотворении мира? У нас их было несколько десятков. Здесь же, мне удалось отыскать только одну. В книге по драконьей вере. И сказано было лишь о том, что однажды драконы проснулись, потому что так повелело Сердце Прародителя. Негусто…
Закусив губу, я вернулась к изучению карты, надеясь, что смогу прийти хоть к какому-то выводу. Решу для себя, действительно ли я в другом мире или где-то там за границей круга есть наши непроходимые горы, лес, Марнау и всё остальное.
Внезапно Кусь грозно заворчал, вылезая из-под моего стула. Попытавшись понять, что его так взволновало, я подняла глаза и встретилась взглядом с мужчиной, оказавшимся в трёх шагах от меня. Тем самым Завирианом, с которым я ранее столкнулась во дворце.
– Добрый день, Раяра, вы позволите? – он кивнул на стул, напротив моего стола.
Захотелось уподобиться Кусю и тоже заворчать. У меня не было желания разговаривать с этим драконом. К тому же он был близко знаком с королевой, и мог оказаться гонцом с дурными вестями. Но именно из-за последнего пришлось согласно кивнуть, успокаивающе поглаживая Куся.
– Меня зовут Завириан, я дядя Дейнарриана.
На это заявление я чуть приподняла бровь. Он скорее походил на брата Дейнара, чем на дядю. Впрочем, порой родственные связи настолько запутаны, что племянники оказываются намного старше своих дядьёв.
– Меня послала королева…
Я еле удержала хмык, когда внутренний голос шепнул: “Мы послали королеву, а она послала Завира. Теперь он пошлёт нас?”.
– Ианеллия признаёт, что слишком давила на вас. И в качестве извинения приглашает вас на обед, где сегодня соберутся несколько десятков выходцев из вашего мира. Королева хочет, чтобы вы пообщались, задали им свои вопросы. Возможно это вас успокоит.
Я сжала кулаки под столом, так, чтобы Завириану не было видно. Извиняется королева, как же. Просто пытается подобраться ко мне с другой стороны. Ставлю коробку с химическими реактивами на то, что ни один “выходец из моего мира” не скажет о драконах ничего плохого. Но… королевам не отказывают, тем более два раза подряд.
Кусю не нравился Завириан. Песец порыкивал, злобно тявкал и даже порывался укусить дракона. Уж не знаю, чем ему тот не угодил. Впрочем, он и на Дейнара пытался броситься сегодня утром. Возможно, Кусю в принципе не нравились драконы, или мужчины. Но тогда непонятно, почему он довольно спокойно вёл себя и во дворце, и в библиотеке, не пытался покусать королевскую чету или облаять библиотекаря. Я решила подумать о поведении песца позже. Сейчас важнее было другое. Несмотря на то что библиотека была открыта для всех желающих, взять книги с собой мне не удалось.
– Почему вы не сказали библиотекарю, что являетесь истинной кронпринца? Тогда он бы не посмел вам отказать, – поинтересовался Завириан, придерживая для меня дверь.
На самом деле мне даже не пришла в голову такая мысль. Для меня были непривычно драконье отношение к истинным, а то, что Дейнар – наследный принц, вообще не хотело укладываться в голове, хотя он и упоминал об этом ранее.
– Не хочется использовать королевское имя каждый раз, когда мне что-то нужно, – отмахнулась я, выходя на заснеженную улицу города.
– Пора привыкать. Вскоре королевское имя станет и вашим.
– Я бы не была столь в этом уверена.
– Понимаю ваши опасения.
Это заявление заставило меня чуть замедлить шаг и внимательно посмотреть на Завириана, вопросительно приподняв бровь. Дракон в ответ покачал головой.
– Вас привели в незнакомый мир и настаивают на скорой свадьбе. Да, жених – кронпринц, но на этом его плюсы заканчиваются.
Стало обидно за Дейнара. Возможно, он и не предел моих мечтаний, но сказать, что единственный плюс в нём – королевская кровь? Чушь. Это скорее можно отнести к минусам.
– И чем же вам не угодил ваш племянник?
То ли Завириан заметил мой недовольный тон, которым был задан вопрос, то ли осознал свой промах.
– Простите, Раяра. Я не должен был плохо говорить о вашем истинном. Примите мои извинения.
Какое-то время наш путь прошёл в молчании. Я корила себя за несдержанность. Что мне стоило подыграть этому дракону и тем самым вытянуть из него информацию о Дейнаре? Повторно же спрашивать, что, по мнению Завириана, не так с моим женихом, было бессмысленно. По крайней мере, сейчас. Возможно, у меня ещё будет шанс узнать, что он имел в виду. Но меня заинтересовал ещё один вопрос.
– Эрр Завириан, а вы женаты?
Дракон усмехнулся, словно решил, что я набиваюсь ему в жёны. Кусь на это недовольно тявкнул, видимо, тоже поражаясь мужской логике.
– Нет. Я совершенно свободен.
– И вы старше Дейнарриана?
– Не намного, но да.
– Так почему же это его так спешат женить, опасаясь сумасшествия, а не вас?
Внешне Завириан больше походил на Оварриана, чем на Ианеллию, и я решила, что он брат короля. Следовательно, тоже находится в очереди на трон. Не первый, как Дейнар, но явно где-то близко к нему.
– Во-первых, моя истинная не появлялась близко к порталу, поэтому я её не чувствовал, а значит, меня можно сколько угодно хотеть женить, но пока она не появится – это желание невыполнимо.
– Насколько близко истинная должна быть к порталу, чтобы дракон её почувствовал? – решила уточнить я, потому что начала подозревать ещё кое-что.
– Если истинная находится в Марнау (кажется так называется ваш город) и его окрестностях, то когда портал откроется, дракон почувствует, что истинная где-то рядом. Чем дальше истинная, тем слабее зов.
– А дракон должен быть в этот момент рядом с порталом?
– Нет. Насколько мне известно, то драконы чувствуют зов, находясь в любой точке нашего мира.
– И тут же срываются и летят в портал?
– Да. Я свой зов до сих пор не услышал.
Хм, а я в Марнау жила уже больше десяти лет. Похоже, Дейнар не торопился обрести истинную. Интересно, знали ли об этом его родители?
– А что "во-вторых"?
– А во-вторых, я не столь тесно общаюсь с безумным Акмарлаусом, как Дейнарриан.
– Вы считаете, что безумие заразно?
– Вполне. Не как болезнь. Но можно заразить человека своими идеями. А это порой куда опаснее.
– И какими же идеями, по-вашему, заразился Дейнар? И как женитьба сможет его от этих идей излечить?
– Знаете, Раяра, я не думаю, что мне стоило об этом говорить. Зря я упомянул Акмарлауса. Забудьте. Это всего лишь мои домыслы.
Я хотела было поспорить и попросить подробнее рассказать об этих загадочных заразных идеях, но мы уже дошли до дворца. Список моих вопросов продолжал расти.
За тридцать лет моей жизни никого из моих знакомых ни разу не крал дракон. Я всегда считала, что это к счастью, но теперь, сидя за обеденным столом среди выходцев из моего мира, жалела, что никого из них не знала раньше. Так, мне было бы проще понять, врут ли мне или они действительно такие отупело счастливые в своей драконьей брачной жизни. Их было человек пятнадцать – мужчины и женщины, разных возрастов. Почему-то было принято думать, что драконы крали только юных дев. И несмотря на то что после прилёта ледяных драконов порой исчезали и парни, в разговорах всё равно всегда говорили о похищении девушек. Но сейчас передо мной находились живые доказательства того, что драконицы тоже уносили из нашего мира своих истинных.
– Истинные пары всегда разделены мирами? – хоть за столом не присутствовал никто из коренных драконов, я решила уточнить этот вопрос, ведь все здесь, кроме меня, уже давно жили в драконьем мире и должны были знать подобные вещи.
– Конечно, нет, – улыбнулась мне миловидная брюнетка, имени которой я не запомнила. – Например нашему королю повезло обрести истинную в этом мире.
Для меня “моим королём” был Байрелл четвёртый, который правил в Слакории на протяжении всей моей жизни, а никак не Оварриан. Я решила уточнить у девушки, как долго она живёт здесь.
– Второй год.
Я удивлённо приподняла бровь. Все здесь присутствующие уже имели ипостась дракона, а значит, уже женились или вышли замуж за дракона. Драконьи браки заключались в новогоднюю ночь. А значит…
– Вам не дали времени, чтобы освоиться в мире и почти сразу повели в храм?
– Ох, мой Морриус был так убедителен, что я не могла ему отказать, – девушка мечтательно закатила глаза.
– И вы не жалеете?
Все за столом посмотрели на меня так, словно я предположила, что кислород необязателен для горения.
– Как можно жалеть о единении со своей истинной парой? – выразил словами всеобщее недоумение Стеррин – худой парень в очках.
– И вы не скучаете по родному миру, не хотите вернуться? – спросила, откладывая вилку в сторону, поняв, что этот разговор странным образом отбил у меня аппетит.
– И потерять крылья?
– Лишиться возможности подниматься в небо?
– Снова стать обычным человеком?
– Лишиться ощущения силы и власти?
Сразу несколько голосов послышалось с разных сторон.
– А как же ваши родители, друзья, близкие люди? Не можете же вы все, быть сиротами…
– Иногда я думаю о них, но… Теперь у меня есть мой Морриус, – брюнетка подёргала себя за выбившийся локон, – Он моя жизнь, моё сердце. Я ни за что его не оставлю.
Я не представляла как можно просто так вычеркнуть из жизни людей, с которыми ты провёл большую часть своей жизни и променять их на одного дракона. Даже любимого. Я сама долгое время жила вдали от родителей и от родного города, но это не значило, что мы оборвали связь и не общаемся и никогда не видимся. А вот так, живя в другом мире, просто “иногда думать о них”. По мне это было что-то немыслимое и ненормальное.
– Но вы хотя бы сообщили им, что живы? Или, быть может, предложили им перебраться сюда к вам? – я искренне пыталась понять логику всех этих людей, ставших драконами.
– Что вы, Раяра! – всплеснула руками полноватая женщина, выглядевшая самой старшей, – Как вы уже могли заметить, наш мир не так велик. Сюда нельзя просто перенести все наши семьи! Обычные люди склонны к частому и беспрестанному размножению. Здесь просто не хватит места для всех.
Я неверяще покачала головой. Как быстро мир драконов стал “их миром”, а не-драконы – “обычными людьми”, о которых можно отзываться с пренебрежением. Похоже, им всем плевать на родных, оставшихся по ту сторону портала. Каждый год одна или несколько семей лишались дочери, сына, брата, сестры, друга. Горевали и оплакивали потерю. А они… им было всё равно. Они получили крылья и истинную пару.
– Я вижу, что вы ещё не до конца осознаёте своё счастье, – улыбнулась женщина, – Но после обряда и полного воссоединения со своим истинным, вам станет понятно, что нет ничего прекраснее в жизни, чем абсолютная любовь драконов.
Если королева думала, что после этой встречи, я со всех ног побегу в храм, требовать, как можно скорее обручить нас с Дейнаром, то она крупно просчиталась. Теперь мне ещё меньше хотелось этого брака. У меня сложилось впечатление, что во время этого обряда, кто-то или что-то промывает людям мозги, не хуже, чем соляная кислота разлагает ржавчину. Только вместо чистого металла остаётся вот эти восторженные новорождённые драконы, с разумом не замутнённым привязанностями к родному миру и живущим там людям. Я не хотела такой судьбы для себя. Даже ради мифической безграничной истинной любви своей пары. В моём понимании настоящая любовь не означала обрыва всех связей с прошлым, если они приносили тебе радость и счастье. Настоящая любовь должна всё это приумножать, а не отсекать и ограничивать.
Словно в ответ на мои мысли о королеве, в обеденный зал вошла Ианеллия в сопровождении Завириана. Следом за ними в двери проскользнули несколько слуг, неся подносы, на которых было множество разных сладостей.
– Не возражаете, если мы присоединимся к вам во время десерта, – мягко улыбнувшись, поинтересовалась Ианеллия, словно кто-то мог отказать королеве.
Я в очередной раз порадовалась, что она позволила забыться произошедшему сегодня в библиотечном зале дворца, и никаких последствий для меня не было. Перед тем как я направилась на этот званый обед с обращёнными драконами, Ианеллия выполнила своё обещание по поводу портных, и теперь я была обладательницей нескольких готовых платьев, которые быстро подогнали по моей фигуре, и более тёплой верхней одежды, чем у меня была. То ли королева была незлопамятной, то ли ейчрезвычайно нужна была сноха, которая не замёрзнет насмерть в их зимнем государстве. В любом случае я была ей благодарна. Выйду я замуж за Дейнара или нет, но ходить в одном и том же осеннем платье изо дня в день или носить одежду на несколько размеров больше, мне совершенно не хотелось.
Завириан отодвинул стул во главе стола, ухаживая за невесткой, а сам сел по левую руку от меня. Чем вызвал очередное недовольное ворчание Куся, который всё это время мирно спал под моим стулом.
– Как вам обед? – поинтересовался дракон.
– Очень… познавательно.
У меня и без того не было желания дальше расспрашивать обращённых драконов об их новой жизни, а в присутствии представителей королевской семьи и подавно. Поэтому я сделала вид, что очень занята десертом, пока Ианеллия вела светскую беседу с подданными.
Дверь в зал снова открылась, привлекая моё внимание. На пороге стоял Дейнар. Он не стал проходить внутрь, а привалившись к косяку громко произнёс:
– Прошу прощения за вторжение. Раяра, нам пора возвращаться в крепость.
Завириан, не вставая и не оглядываясь, ответил вместо меня:
– Дейнарриан, если ты так спешишь, можешь отправляться один. Раяра ещё не доела свой десерт. Позже я вызову экипаж и прослежу, чтобы она добралась в безопасности.
Дейнар бросил грозный взгляд на своего дядю, но не успел ничего ответить, потому что я уже поднялась со своего места.
– Не стоит, Завириан. С вашего позволения, Ианеллия, – я чуть поклонилась королеве и когда она благосклонно кивнула, направилась к двери, не забыв позвать Куся за собой.
Даже со своего места я заметила, что с Дейнаром не всё в порядке. Он был в верхней одежде, на которой были видны следы снегопада. А значит, зашёл сюда сразу с улицы, но на лице не было ни следа морозного румянца. Напротив, он был смертельно бледен и то, как он держался, говорило о том, что с ним явно что-то не так. Подойдя ближе, заметила испарину у него на лбу. Сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Что, драконий хвост его побери, произошло с моим драконом?!
Мне было бы гораздо спокойнее оставлять Раяру, если бы во дворце был Финнериан. Но мой младший брат находился в другом городе с проверкой теплиц. Занимался тем, чем, по мнению моего отца, должен был быть занят кронпринц. Я же считал, что важнее моих исследований и экспериментов с Акмаром, на данный момент быть ничего не может. Именно поэтому покинул Раяру и направился в пещеры к наставнику. Не то чтобы я беспокоился, что родители могут чем-то навредить моей истинной (это было за гранью разумного) или что она сделает что-то не так, но мне всё равно было тревожно. Возможно это начинала проявляться крепнущая связь между истинной парой. Что не сильно удивительно, после поцелуя и проведённой ночи в одной постели. Чем дольше дракон проводил время со своей истинной парой до ритуала, тем сильнее к ней привязывался. Если так дальше пойдёт, то я не смогу ни о чём думать, кроме как о Раяре. Гракустов инстинкт! Именно поэтому я так долго оттягивал момент с похищением. У меня не было времени на то, чтобы бороться с собственным я.
Вчера, после того как усыпил Раяру, вместо того, чтобы наконец-то поспать, я отправился изучать книги, привезённые из её мира. Для людей это были обычные сказки, выдумки буйной фантазии авторов, но я знал, что где-то там есть истина. Забытая совместная история драконов и людей. У меня был целый год, чтобы попытаться отделить правду от вымысла, метафоры и гиперболы от реальности прошлого. Было сложно, но всё же Акмарлаус дал мне хоть какие-то обрывочные знания, которые можно было брать за основу. И вчера ночью, когда мысли о безопасности Раяры не давали мне спать, даже после того, как она сама провалилась в магический сон, я вспомнил, что в одной из книг что-то было о драконьей защите. Поэтому я словно одержимый листал страницы, пытаясь найти спасение в грядущей катастрофе, причиной которой стану я сам.
Что удивительно, ответ на мой вопрос нашёлся в книге, которая в библиотеке стояла на полках с любовными романами. Не зря я её прихватил с собой, всё-таки интуиция у меня всё ещё работала. Это была история о судьбе истинной пары драконов. Но главным в ней для меня был финал, где дракон, ушёл на войну, оставив дома жену с новорождённым ребёнком. Когда он понял, что вряд ли сможет вернуться живым, все битвы проиграны, а война может оказаться на пороге его семьи, дракон обратился за помощью к сильной ведьме. Он попросил создать артефакт, который позволит его дочери выжить, если армии драконов не удастся победить. Конечно, он переживал и за судьбу своей жены, но у женщины-дракона шансов на выживание было гораздо больше, чем у младенца. Ведь взрослые драконы обладали способностью при смертельном ранении впадать в подобие целительной спячки, что со стороны больше выглядело как полное окаменение. Дети же ипостась менять не могли (эта способность появлялась лишь в подростковом возрасте), а значит, были более уязвимы. Ведьма согласилась помочь дракону, вот только ценой стала его жизнь. Крохотный осколок сердца дракона стал спасительным артефактом и талисманом для его дочери. Финал “любовного романа” явно подкачал, никакого счастливого конца. Не удивительно, что эта книга не пользовалась спросом в библиотеке. Да и меня мало обрадовало то, что ради защитного артефакта нужно жертвовать жизнью. Но, возможно, эта часть истории была вымыслом, вписанным ради большей драматичности. Стоило узнать, что об этом знает Акмарлаус, и может ли это быть решением моей проблемы.
Наставник, как всегда, ждал меня в своей пещере. И прежде чем мы приступили к нашим очередным экспериментам, я рассказал ему о прочитанном в книге, в надежде, что план, сформировавшийся в моей голове, выполним.
– Нет, – разбил мои надежды Акмар.
Он встал со своего места и достал с полки тетрадь в кожаном переплёте – один из множества его дневников. Пролистав несколько страниц, он углубился в чтение, пока я терпеливо ждал каких-то пояснений.
– Я не могу назвать Танервауса предателем, хотя по факту он им и является. Он предал свой народ, не явившись на поле боя, и предал свою истинную, уйдя из жизни раньше срока. Как полководец я должен его презирать. Как дракон тоже. Но как человек, который мечтает в будущем (если оно у нас будет) стать отцом, я его понимаю. Я надеюсь, что его смерть не была напрасной и ведьма действительно создала артефакт и передала его маленькой Даряне, – зачитал наставник строки из своего дневника.
– Ты его знал.
– По-видимому. Но в дневниках не сказано работал ли артефакт. И как ты знаешь, мы не позволили гракустам пройти дальше и появиться на порогах наших домов.
Я кивнул. Значит, это пустышка. Ни точной информации работал ли артефакт, ни способа его создания… Лишь подтверждение того, что ради него дракон согласился умереть. И мне нужно снова придумывать что-то, что сохранит жизнь моей истинной паре, когда придёт время.
Я всегда знал, что с того момента, как встречусь с истинной, всё изменится и пойдёт наперекосяк. Именно поэтому я столько лет игнорировал зов, каждый раз когда открывался разрыв. Потому что не имел права отвлекаться и ошибаться. И вот теперь всё происходит почти точно так, как я себе представлял. Моё внимание стало рассеянным. Правда, не потому, что меня тянуло к Раяре (хотя и это тоже), а потому, что я усиленно пытался придумать план действий, при котором она бы осталась цела. Как оказалось, думать о нескольких вещах одновременно у меня выходило из рук вон плохо. Жаль только, что я понял это, когда было уже поздно.
Если мне нужны были ещё какие-то доказательства, что с Дейнаром что-то не в порядке, то я получила их сразу же. Во-первых, даже Кусь подойдя к нему, вместо того чтобы в очередной раз злобно заворчать, жалобно заскулил и ткнулся лбом ему в ногу. Во-вторых, в крепость мы отправились не на его драконьих крыльях, а в санях, запряжённых парой оленей. Управлял ими молодой парнишка, лет на десять младше меня. Хотя с этими драконами никогда нельзя быть уверенным в их возрасте.
– В мою крепость, – скомандовал Дейнар.
– Ваше Высочество, но у нас же запрет на появление на вашей территории, – робко возразил парень.
– Дарую одноразовое разрешение, – махнул рукой дракон и прикрыл глаза. Но теперь наступила моя очередь возражать. Правда, я постаралась сделать это так, чтобы погонщик не услышал:
– Многоразовое.
– Что? – не открывая глаз поинтересовался Дейнар.
– Даруй ему многоразовое разрешение. Я хочу завтра снова попасть в город. Пусть он с утра приедет за мной.
То ли Дейнар был не против того, чтобы я посещала столицу, а не сидела пленницей в замке, то ли ему было так плохо, что он был не в состоянии со мной спорить, но он удовлетворил мою просьбу и договорился с мальчишкой о том, чтобы тот завтра меня отвёз в столицу.
Мне не терпелось выяснить, что произошло с Дейнаром, и почему я чувствую исходящий от него резкий запах химикатов, чего-то палёного и едва уловимый аромат крови. Но рассудив, что раз он сам не сказал ни о чём во дворце, то и при постороннем драконе расспрашивать его не стоит. Есть вещи, о которых лучше говорить за закрытыми дверями.
Дорога до крепости на санях заняла гораздо больше времени, чем при полёте в драконьих лапах и к концу пути я искусала все губы, переживая за состояние Дейнара. Он стал ещё бледнее, дыхание стало частым и поверхностным. А когда я протянула пальцы к его запястью, то ощутила, что пульс просто зашкаливает.
Когда упряжка остановилась во дворе замка, я уже была готова выть от отчаяния.
– А вещи куда? – поинтересовался возничий, после того как я, слегка поддерживая Дейнара, направилась ко входу в крепость.
Удивлённо посмотрела на пару сумок, которые сразу не заметила, потому что была слишком сосредоточена на состоянии Дейнара. Неужели там те из готовых вещей, что я успела выбрать со швеёй, до того как направилась на званый ужин?
– Занеси в крепость, оставь у порога, – скомандовала я, не желая отпускать Дейнара, просто потому что боялась, что он упадёт.
Как только дверь за мальчишкой закрылась и я услышала, что он отъезжает со двора, тут же накинулась на невыносимого дракона.
– Какого драконьего хвоста?! Что с тобой? – прислоняя мужчину к стене и начиная расстёгивать его пальто, зашипела я.
– Если ты ищешь тот самый хвост, то расстёгивать надо кое что другое, – вяло уворачиваясь от моих рук, пробормотал Дейнар.
Может отшучиваться, значит, ещё не умирает. Правда, я быстро переменила своё мнение, сняв наконец-то с него верхнюю одежду.
– Драконий хвост тебе в… Дейнар! Ты… ты… – у меня просто не было слов. Почти так же, как не было живого места у него на груди и правом предплечье. Как не было там и рубашки, и кожи… Я почувствовала, как от увиденного моё сознание пытается меня покинуть. С силой, до крови прикусив внутреннюю сторону щеки и подавив всхлип, я попыталась думать здраво и вспомнить всё, чему меня учили на занятиях по первой помощи при ожогах. Промыть, охладить, удалить остатки одежды… Промыть холодной водой. Лёд нельзя. Сделаю хуже. Так. Стоп.
– Химический или термический?
Дейнар посмотрел на меня мутными глазами, плохо соображая, словно устал держаться в сознании.
– Твою мать, дракон! Химический или термический ожог?!
Если этот самоубийца опрокинул на себя какую-нибудь кислоту, то промывая ожоги водой, я могу сделать только хуже.
– Термический… – сползая по стене, пробормотал Дейнар. К счастью, сознание он не потерял, просто осел на пол.
Я опрометью кинулась на кухню, понимая, что с места сдвинуть здорового мужика просто не смогу, а значит, помощь надо оказывать на месте. И драконова лаборатория, в которой, скорее всего, есть всё необходимое для лечения, для меня закрыта.
Вернувшись к Дейнару, с облегчением увидела, что его глаза все ещё открыты. Кусь сидел рядом, положив ему голову на колени. Этой картине можно было бы умилиться, если бы не ужасные раны на теле дракона.
Прежде чем приступить к промыванию, я пробормотала обезболивающее заклинание. И как и вчера ночью, магия сработала не так, как я привыкла, а словно усилившись в несколько раз. Дейнар облегчённо выдохнул. Конечно, это его не исцелило, но хотя бы уняло боль.
– Почему ты не сделала так сразу?
Потому что растерялась. Не каждый день я вижу такой ужас. Я вообще такое вижу в первый и надеюсь в последний раз.
Принимаясь за промывание ожогов, ответила:
– Подумала, что тебе стоит запомнить ощущения. Может быть, это научит тебя быть осторожнее. И перестать наконец-то играть с огнём, химическими веществами и взрывами.
– Это не игра…
– Так почему ты тогда так беспечен?! – мне снова пришлось прикусывать губу, подавляя всхлип. Было больно видеть Дейнара таким. И хотелось наконец-то понять для чего ему всё это. Ну не сумасшедший же он в самом деле.
Он нахмурился, но ничего не ответил.
Срезав остатки рубашки с Дейнара и удалив все её обугленные частички из ран, я порылась в сумках с вещами и обнаружив там своё новое хлопковое домашнее платье, без сожаления разодрала его на полоски для повязок. Проведя над ними рукой и проговорив заклинание стерилизации, приступила к перевязке.
– Мне нужно будет, чтобы ты пустил меня в лабораторию. Тогда я смогу сделать тебе мазь от ожогов.
– Не стоит. Мне просто надо обратиться в дракона. Чуть позже.
– Это поможет? Почему ты не сделал этого сразу? – вернула я ему его же вопрос.
– При сильных повреждениях драконы впадают во что-то вроде спячки, и тогда их организм восстанавливается. Но этот процесс нельзя прервать. Я не хотел оставлять тебя не предупредив. Вдруг это заняло бы не несколько часов, а пару дней?
Драконы, впадающие в восстановительный сон. Чего я ещё не знаю об этой расе?
Внезапно Кусь завозился и начал что-то вытаскивать из наваленных в кучу сумок.
– Что ты там нашёл? – отвлекаясь от накладывания очередной повязки, поинтересовалась я у песца.
– Похоже, он решил, что его дозор на сегодня закончен и пришло время сна.
– Это что? Собачья лежанка? – я перевела взгляд на Дейнара.
– Угу. Подумал, что этот песец теперь с нами надолго и ему нужно будет где-то спать. В кровать я его брать запрещаю.
Слёзы, которые я так усиленно сдерживала с тех пор, как увидела ожоги Дейнара, всё же прорвались наружу. Вот так глупо, из-за того, что этот невыносимый дракон подумал и заранее позаботился о моём почти-фамильяре.
– Эй, ну ты чего? – удивился Дейнар.
– Ничего, – всхлипывая и вытирая слёзы рукавом, помотала головой.
– Всё будет хорошо, – притягивая меня здоровой рукой к себе на колени, пообещал дракон, целуя меня в висок.
Мне очень хотелось ему поверить, но не получалось. Я хотела, чтобы Дейнар поправился. Хотела обратно в свой мир. А ещё внезапно поняла что хочу, чтобы и Дейнар вернулся со мной. И также нежно меня обнимал уже там. В моём понятном и привычном мире.
– Всё будет… я обещаю.
В ту ночь, когда я лечила Дейнара, мне показалось, что что-то изменилось. На мгновение почудилось, что тогда он услышал мою внутреннюю мольбу и именно на неё дал обещание, что всё это исполнится. Что мы найдём с ним взаимопонимание, он перестанет сутками пропадать неизвестно где, его родители перестанут подготавливать нашу скорую свадьбу. Что всё каким-то чудесным образом наладится, и я смогу вернуться в свой мир. Но ничего не изменилось. Наш совместный момент слабости прошёл, словно его никогда и не было.
Дейнар по-прежнему улетал куда-то на весь день, не отвечал на мои вопросы, и вообще как будто бы ещё сильнее закрылся от меня. Когда я, вспомнив слова его матери, о том, что его сокровищница – это библиотека, попросила впустить меня туда, он ответил категоричным отказом. Мне стало казаться, что все разговоры об истинной паре, а точнее, о том, что я его истинная – ложь. Ведь я видела, как к своим истинным относились все те, кто был тогда на званом ужине, слышала разговоры других драконов, в конце концов, читала о них в библиотеке, куда теперь ходила как на работу, каждый день. Там я узнала, что в Марнау меня тянуло не только потому, что я хотела выучиться в Академии и начать преподавать, но и потому что все истинные пары драконов словно магнитом тянуло ближе к порталу. И то, что я, как и многие другие истинные, не вышла замуж и не нарожала кучу детей до того, как меня украл дракон, тоже объяснялось той самой истинностью. Природой (или как говорилось в книгах, Сердцем Прародителя Драконов) в нас было заложено ждать и искать своего единственного дракона.
Отношение Дейнара ко мне не походило ни на что из описанного в книгах. Казалось, что я ему лишь мешаю. И было непонятно, зачем в таком случае он притащил меня в их мир. Мы напоминали мне старую женатую пару, которых давным-давно объединяет только общий дом и постель, и та лишь для сна, а не чего-то большего. Не то, чтобы я хотела, чтобы Дейнар меня активно соблазнял, совращал и склонял к замужеству. Но всё происходящее, казалось, мне до ужаса неправильным и лишь сильнее заставляло меня искать пути побега из этой драконьей мышеловки.
Всё чаще я смотрела на карту мира в попытках понять, как отсюда выбраться. И всё больше склонялась к мысли, что это не может быть другой мир. Взять хотя бы язык. Драконы не говорили на незнакомом языке. Нет, это был мой родной слакорский. А ведь даже в мире людей в разных странах говорят на разных языках. Какова вероятность, что в параллельном мире говорят на том же языке? По мне, так нулевая. Я отчаянно пыталась вспомнить карту окрестностей Марнау, чтобы мысленно втиснуть туда драконий мир за барьером. Получалось с трудом. Возле Марнау стояли непроходимые горы протяжённостью в сотни и сотни миль. И они не просто так звались непроходимыми. В истории не сохранилось ни одного имени человека, кто бы мог забраться на них. Случались обвалы, землетрясения (чудом не задевавшие город рядом), людям внезапно становилось страшно туда идти, они меняли своё решение и возвращались. Никто и никогда не поднимался на эти горы. Может ли страна драконов находиться в непроходимых горах? Может ли она быть этими горами? И если так, то почему до меня об этом никто не задумывался? “Потому что, все попадающие сюда люди после обряда превращаются в драконов, которым нет дела до людского мира. Им незачем искать путь обратно,” – резонно заметил внутренний голос.
Злобное рычание Куся подсказало мне, что мне снова составит компанию Завириан. Он довольно часто появлялся в библиотеке. И зная отношение королевской семьи к книгам, это было подозрительно. Хотя я быстро решила, что он приходит сюда по наставлению королевы, приглядывать за невестой сына, пока тот где-то шляется. Сначала меня это раздражало, но я быстро поняла, что это дополнительный источник информации о драконах. Из первых рук, так сказать.
Не знаю каким образом, но Дейнар узнал, что я провожу довольно много времени в компании его дяди, и отреагировал так, словно мы с Завиром не разговариваем, а как минимум у всех на глазах занимаемся сексом. И это разозлило меня ещё больше. По сотне разных причин. Но главными из них были:
– Я свободная женщина и могу проводить время с кем угодно!
– Ты моя истинная и почти жена!
Мне было что на это сказать, включая то, что я здесь не по собственной воле и вообще не собираюсь замуж. Но первым вырвалось совсем другое:
– В таком случае, почему это не ты проводишь со мной всё свободное время, а Завириан?
– Потому что у меня нет свободного времени!
– Раз у тебя нет на меня времени, то я должна сидеть в замке и послушно тебя ждать? А при твоём возвращении радостно бежать тебя встречать, неся в зубах тапочки?
– Не надо переиначивать мои слова, Раяра!
– Не надо указывать мне, что мне делать! К тому же я не занимаюсь ничем предосудительным с Завирианом.
– Ты не знаешь его…
– Я и тебя не знаю, Дейнар, – ответила, грустно покачав головой.
– Я – твой истинный. Я не желаю тебе зла. Просто поверь мне, Завир – плохая компания для тебя.
– Ты выдернул меня из моего родного мира. Поставил перед фактом о скорой женитьбе. Целыми днями пропадаешь неизвестно где и с кем, непонятно чем занятый. Ты перевернул мою жизнь с ног на голову без моего на то согласия. Не отвечаешь мне ни на один важный вопрос. И хочешь, чтобы я просто так тебе поверила? Просто потому, что ты вроде как моя истинная пара? Это так не работает, Дейнар.
После этого разговора прошла уже неделя. Новый год, а с ним и запланированный обряд в храме, неумолимо приближались. И чем ближе становился этот день, тем больше я хотела вырваться из этой мышеловки, в которую загнал меня Дейнар. Я просто хотела домой.
– И снова вы в одиночестве, Раяра, – присаживаясь на стул напротив, выдернул меня из моих размышлений Завириан.
– Почему же? Я с Кусем.
Песец согласно рыкнул. А Завир на это заявление лишь хмыкнул.
– Чем сегодня я могу быть полезен? О чём читаете в этот раз?
Мне не хотелось задавать вопросы о жизни драконов, как я это делала много раз до этого. Начинало казаться, будто я смирилась со своей судьбой и готовлюсь к жизни среди драконов. Готовлюсь стать одной из них. Согласна навсегда забыть о родном мире и близких людях. И это ощущалось как предательство.
– Однажды вы упомянули, что плюсы Дейнара заканчиваются на том, что он кронпринц. Не расскажете, почему вы так считаете?
Завириан подобрался, сел ровнее и уточнил:
– Вы действительно хотите это знать?
– Конечно. Хотелось бы знать, за кого меня так жаждут выдать замуж.
Завир огляделся и убедившись, что вокруг нет лишних ушей, сказал:
– Я практически уверен, что он безумен. Так же как и его наставник. Нет, не смотрите так на меня. Я знаю, что на первый взгляд всё выглядит так, словно я хочу очернить наследного принца и собственного племянника. Но послушайте. Вы уже две недели находитесь в нашем мире. Сколько времени из них вы находились в компании Дейнарриана? Где он пропадает всё это время? Любой дракон вам скажет, что, найдя истинную, для него нет ничего важнее, чем расположить её к себе, завоевать её доверие, доказать, что истинность – это не просто слова. Это на уровне инстинктов. Первое время истинных драконов практически невозможно разделить, их тянет друг другу как магнитом. Все их мысли и действия связаны с истинной парой. А по поведению Дейнарриана скорее можно сказать, что он к вам равнодушен. И это неправильно. Словно он… сломанный дракон.
– Но меня же тоже не тянет к Дейнару магнитом, – резонно возразила я.
– Потому что в вас ещё не проснулась вторая ипостась. Двуипостасные ощущают истинную связь совсем иначе.
– В любом случае нестандартное поведение по отношению ко мне ещё не говорит о его безумии.
