– Ага, вы вместе перестали надеяться? – бросила я, на что Слава лишь пожал плечами.
– Как я рада, что ты приехала! – улыбнулась Лера. – Нам о многом нужно поговорить! Но, позже! Сейчас нужно собираться!
– Собираться? Куда? Я ведь только приехала!
– Как я уже говорила, нам о многом нужно поговорить, и мы со Славиком отведем тебя, пожалуй, в самое подходящее для этого место!
Боже, что еще ты мне приготовил сегодня?
Собиралась Лера долго. Она с бешено горящими глазами бегала по дому, складывая в огромный рюкзак всевозможные вещи: от замороженных сосисок, до теплых носков. При этом, она ни на минуту не переставала щебетать как воробушек. В основном она рассказывала о работе. Лера работала фельдшером на скорой, поэтому интересных случаев у нее было предостаточно!
Еще до того как мы втроем сели в «Фольксваген», и Слава нажал на педаль газа, я поняла наш дальнейший маршрут. Мои друзья везли меня в горы. Раньше мы часто так поступали – уходили в безлюдное место, садились у костра и рассказывали друг другу страшилки. Вот и сегодня, уже на закате мы сидели у костра на небольшом холме у подножья высоких гор. Лера и Слава всю дорогу рассказывали мне последние новости, и только когда я протянула руки к яркому пламени костра, начался допрос непосредственно о Кире.
– Я так понимаю, шутка о незаконном браке на металлоломе была близка к истине? – с осторожностью начала Лера.
– Нет, Лер, он не на ком не женился. – ответила я чувствуя ком в горле. – Правду говоря, я бы всё отдала, чтобы именно это было истинной.
– Сонь…. – Слава подсел поближе ко мне и легонько сжал моё плечо. – Сможешь рассказать что произошло?
– Я не знаю. И ни кто не знает! Он исчез. Пропал без вести. Вот уже несколько лет от него нет вестей. Ни кто не может объяснить, что с ним, и почему он пропал.
Повисла напряженная тишина. Некоторое время ребята слегка нахмуренные смотрели на меня, затем рассеянно переглянулись.
– Но…. – начала Лера и смолкла на полу слове. – Когда это произошло?
– В скоре как я переехала из Вольфграда.
– Это… когда…
– Мы были в Германии, у моей сестры…. – договорил за Леру Слава, и она нервно потерла запястья.
– Как такое могло произойти? – губы Леры задрожали, она сильнее запуталась в плед.
– Тише, милая. – начал успокаивать её Слава. – Соне и так нелегко об этом говорить.
– Знаю, прости! – обратилась она ко мне и из глаз её покатились слезы. – Мне просто не вериться… Он был таким хорошим человеком…
– Не надо так говорить. – резко перебила я, и Лера стихла сбитая с толку моей грубостью. – Зачем ты говоришь о нем как о покойнике?
Повисла напряженная тишина. Конечно, я понимала, что не стоило грубить ей, ведь она не в чем не виновата, но я не могла смериться с мыслью о том, что Кирилла нет в живых, и притворяться была не намерена.
– Я все понимаю. – наконец ответила Лера утирая бесконтрольно льющиеся слезы. – Но, прошло столько времени, и если бы он был жив…
– Он в порядке, ясно тебе? – отрубила я, от чего моя подруга вздрогнула, убрав с лица длинные пряди волос.
Гнетущую обстановку нарушил громкий звон и Лера вынула из кармана святящийся мобильник. Она, молча, встала и отстранилась, чтобы ответить на звонок.
– Соня, я…
– Нет, Слав. Не надо! – снова рявкнула я. – Я уже достаточно наслушалась, что Кира нет и у меня другое мнение на этот счет. Да, я знаю как выгляжу со стороны и у меня нет доказательств что он жив, но и обратных доказательств ни у кого нет, так «какого» спрашивается все похоронили его?
– Соня, пожалуйста. – заглянув мне в глаза твердо начал Слава. – Мы на твоей стороне. Не обязательно впадать в агрессию с теми кто искренне разделяет с тобой горе. Ты должна понимать, что мнению Валерии тоже есть место быть, и это мнение не только ее. Разве я ошибаюсь?
Нет, он не ошибался. Мои родители, друзья, знакомые и даже местные власти считали Кира потерянным навсегда! Даже Лера, едва услышав о пропаже Кирилла, смерилась и приняла эту новость как факт не попытавшись разобраться в других вариантах. Вопрос в другом – почему же я не могу смериться?
– Я не хочу чтобы этот человек остался в прошлом… – прошептала я, отвечая на собственный безмолвный вопрос. – Только не так!
В тот вечер я снова залилась слезами, количество которых казалось мне нескончаемым. Слава как мог, успокаивал меня. К нему присоединилась и Лера. Она отнеслась с пониманием к моей выходке и как настоящий друг разделила со мной горе. Пытаясь объяснить своим друзьям, что с моим бывшем парнем все хорошо, не смотря на его пятилетнее отсутствие, я, наверное, казалась почти безумной. Это было видно по их глазам. Они считали, что я просто сломлена горем, отчасти так и было. Но сколько бы я не говорила, сколько бы ни объясняла им свои чувства, они не понимали сути моих слов. Я не устану повторять что Кирилл жив, по крайней мере, до тех пор, пока нечто не разубедит меня окончательно.
Вечером следующего дня, я вернулась домой. Эта маленькая поездка пошла мне на пользу. Возможно, я выплакала остатки своей печали, ведь на душе мне определенно стало легче. Так же улучшению моего настроения способствовал, поджидавший меня на кухне, сюрприз.
За столом сидели мои родители и, спиной ко мне, рыжеволосая девушка. Она обернулась и мило озарила смуглое лицо ослепительной улыбкой.
– Привет, подружка! – захихикала она и, поднявшись из-за стола, обняла меня. – Не ожидала?
– Вика! Почему ты не предупредила что приедешь? – засмеялась я, обнимая подругу в ответ.
Вика – стройная девушка, невысокого роста. Если бы не ее резкие, но мягкие черты лица, то ее с легкостью можно принять за ребенка. Смуглая кожа, длинные волнистые волосы, словно языки пламени, струящиеся по идеальной осанке, делали ее «маленькой принцессой».
– Хотела сделать сюрприз!
– И он удался! – бросила я, целуя маму с папой.
– Садись родная! – ласково сказала мама. – Я сделаю тебе чаю, замерзла, наверное, в горах!
– Там не так уж и холодно!
– Поэтому ты всегда возвращалась от туда с температурой! – проворчала мама, щупая мой лоб.
– Мама! – улыбнулась я, и мать ответила мне той же любящей улыбкой.
– Как там Лерка? – спросила Вика.
– Всё так же! Они со Славой живут в мире и согласии! – с легким сарказмом сказала я. – Ты мне лучше расскажи как ты?
– Лучше не бывает! Сдала все экзамены и переезжаю в Вольфград!
– Ты шутишь? – не поверила я своим ушам.
– Меня направили на стажировку в “Vestram Salutem”!
– В клинику доктора Рида? – уточнил отец, и Вика довольно кивнула.
– Угу. Это потрясающе! В моем городе нет клиник подобного уровня. К тому же, моя преподавательница по анатомии, лично порекомендовала меня Риду, и он с радостью примет мою практику!
– Здорово! – искренне порадовалась я за подругу. – Я вот тоже подумываю поработать в каком-нибудь, местном, издательстве…
– Подумай об этом позже! – провозгласила мама, поставив мне под нос чашку чая. – И так в Москве была как белка в колесе! Дай себе передышку!
– В меня дочь пошла! – возгордился отец. – Такая же упертая!
– Любишь же ты себя, Дима! – засмеялась мама, и мне стало так по родному уютно с ними, что я с радостью отбросила все прочие мысли.
Хотя бы на время.
Остаток вечера мы с Викой провели в моей комнате, говоря в основном о нашем триумфальном возвращении и планируя дальнейшую адаптацию в Вольфграде. Затем речь плавно перешла в мою поездку к Лере и Славе. Вика не была удивлена тем что они не знали о пропаже Кирилла, так как это дело было не громким и за пределы города не вышло.
Останься я тогда в Вольфграде, произошло бы его исчезновение?
Я легла, полностью позволяя расслабиться своим мышцам. Веки, дрожа, сомкнулись, и понадобилось все мое самообладание, чтобы снова не заплакать. Наверное, я и вправду слишком эмоциональная.
– Это пройдет. – голос Вики раздался всего в полуметре от меня. Я даже не почувствовала, как она села рядом. – Сейчас, для тебя, самое главное перестать себя упрекать.
– С чего ты взяла, что я себя упрекаю? – взглянув на подругу, спросила я.
Вика пристально смотрела на меня, автоматически подняв левую бровь вверх. Да, она хорошо знала меня, и мне не пришлось обманывать ее, и саму себя, что я не виню себя за случившееся.
Я отвела взгляд, уставившись в потолок. Не зная, что сказать, я молчала, пока в кармане моих брюк не завибрировал мобильник.
Андрей. Тринадцать пропущенных вызовов. Одно сообщение:
«Я волнуюсь за тебя».
– Может, пора двигаться дальше?
Читая, замершее на экране моего сотового, сообщение, Вика задала, хоть и банальный, но подходящий вопрос. Каков был ответ? Я не знала, но приняла решение, воспользоваться советом моей подруги. «Перестать себя упрекать».
Почти к полуночи Вика уехала домой, оставив меня наедине со своими мыслями. Родители уже легли спать, и я решила выйти во двор. В городе прошел дождь и ветерок слегка моросил, поэтому я стянула с кровати свой теплый плед, и удобно устроилась на лавочке, со сборником сочинений Джека Лондона. С собой я прихватила кружку горячего шоколада, так нежно согревающим меня. С прочтением первых строк «Белого Клыка», на моем лице родилась улыбка. Как было приятно вновь окунуться в историю, любимую с детства.
Наш пес удобно устроился у лавочки, и не подавал ни каких признаков беспокойства, как вдруг протяжно заскулил.
– Что такое, мой мальчик?
Внезапно, у меня снова возникло то жуткое ощущение, что за мной кто-то наблюдает. Что это? Игры разума или реальный наблюдатель? Я проследила за пристальным взглядом своего пса, но, как не всматривалась в ночную темень, ни кого не обнаружила. Успокоив Клыка, я продолжила чтение книги, стараясь не думать о несуществующем взгляде из темноты.
Глава II
Соня
Следующим вечером, я решила, что пора бы вернуться к традиционной прогулке на свежем воздухе, поэтому, несмотря на мелкий дождь, отправилась в центральный парк. Выйдя во двор, я с головой окунулась в промозглую свежесть. В воздухе стоял терпкий запах дождя, словно на дворе ноябрь. Небо было плотно затянуло серыми тучами. Погода не внушала мне никакой радости, поэтому я, хмуро сведя брови, натянула на голову капюшон серой спортивной куртки от «Nike», и шагнула под дождь, ворча под нос ругательства.
Открыв кованые ворота, меня на мгновение парализовало. Метрах в пяти от моего дома стоял Андрей. Он, молча, наблюдал за мной, прислонившись спиной к передней дверце «Митсубиси». С его темных волос, как и с кожаной куртки, стекали капли дождя. Видно давно он меня подстерегает…
От последней мысли, мне стало так противно, что даже появилось чувство тошноты. Разве я стоила того, чтобы из-за меня, Бог знает сколько времени, стоял и промокал под холодным дождем такой славный парень, как Андрей? Особенно Андрей!
– Я… – потупившись, я уставилась на мокрый асфальт, стыдясь смотреть в эти глубокие голубые глаза. – Прости, что не отвечала, я…
Всё. На этом мой словарный запас иссяк. Почему я не отвечала? Следовало ответить что-то вроде: « Я эгоистичная сволочь, которая убивается по своему бывшему и пропавшему парню, не замечая ничего и никого вокруг себя. Давай! Бросай камень!».
Конечно, ничего подобного я не смогла сказать. В горле встал твердый ком, мешавший, не то что говорить с Андреем, даже посмотреть на него. Но его взгляд я чувствовала. Прожигающий насквозь, скользящий по моему опущенному лицу.
О, как же мне хотелось провалиться сквозь землю…Такое чувство, будто меня застали на месте преступления. Я очень хотела объяснить ему свое поведение, но не как не могла собраться с мыслями, поэтому плотно сжала губы, чтобы не выдать какую-нибудь глупость, которая еще больше его оскорбит. Не знаю, покраснела ли я в тот момент, или же наоборот приобрела цвет лица как у покойника, но мне было по-настоящему стыдно. Я понимала, что он истинно переживал, и заслуживал получить от меня хотя бы сообщение.
Вдруг он, все так же молча, развернулся, и направился к двери со стороны водителя. И тут я растерялась. Чего он хотел? Просто убедиться, что я жива и здорова? Или он все понял по моим глазам? Понял, почему я не отвечала.
Андрей хлопнул дверцей и через пару секунд завел двигатель. Я нервно облизнула губы, колеблясь между желанием остановить Андрея и вернуться в теплый дом. К счастью мне не пришлось самой принимать решение. Через мгновение я услышала шорох открывающегося окна.
– Так и будешь стоять как вкопанная, или все же позволишь мне тебя подвезти? – послышался дружелюбный голос из теплой кабины.
Я не смогла сдержать облегченной улыбки и, неуверенно забралась в теплый, кожаный салон, сладко пахнувший хвоей. Стянув с головы мокрый капюшон, я потерла слегка онемевшие руки.
Периферийным зрением, я заметила, как Андрей наблюдает за мной. Вот тогда я залилась краской.
– Послушай, я…
– Прекрати. – не дав начать оправдываться, перебил он. – Ты не сделала ничего, чтобы я ждал от тебя оправданий и уж тем более извинений.
Теперь мне словно дали под дых. Как это «не сделала ничего»?
– Но я, правда, виновата перед тобой! Ты не заслуживаешь того как я с тобой обошлась.
– И чего я, по-твоему, заслуживаю?
Я обдумывала ответ всего мгновение, и он показался мне самым подходящем.
– Правду.
Только что, я спровоцировала Андрея потребовать эту «правду». Он мог задать мне массу вопросов, и я должна была быть искренней с ним, даже если моя искренность его очень обидит.
Но он не задал ни единого вопроса, который я ожидала услышать. Андрей смотрел на меня серьезным и в то же время бесцеремонным взглядом, и тогда он, впервые, показался мне намного старше своих лет. Он лишь улыбнулся краешком рта и прищурил взгляд.
– Ты сильно торопишься?
Я отрицательно мотнула головой.
– Могу я пригласить тебя на чашку кофе?
– Одного кофе будет мало. – я в точности повторила его последнюю улыбку. – Вот если кофе с пирожными…
Теперь Андрей улыбнулся во все тридцать два зуба и его глаза словно засверкали всеми цветами радуги! Это была искренняя радость, которую я с ним разделяла. Когда он отъехал от моего дома, на меня накатило осознание того, что я рада сейчас быть с Андреем. Рада ехать с ним пить кофе. Рада просто быть рядом. И я была рада, что он не потребовал от меня той правды, что на самом деле, как оказалась, была ложью.
– Два капучино, пожалуйста! – просиял Андрей молодой официантке в голубом фартучке. – И самый вкусный маффин!
Ослепительно улыбнувшись в ответ, Надя (ее имя я прочла на розовом бэйджике), засеменила к столу заказов, а Андрей, не переставая улыбаться, перевел взгляд на меня.
– Ты бывала здесь раньше?
Я смущенно огляделась. Кофейня под названием «Пятница», была, к моему удовольствию, в насыщенных тонах. Яркие столы и стулья цвета грейпфрута, резко выделялись на фоне бежевых стен, с веселыми и затейливыми изображениями цветов и фруктов. В этом заведение было множество элементов современного стиля. Классические диваны с ярко-зеленой обивкой, с квадратными и на вид мягкими подушками белого и черного цвета. Вазы, геометрических форм, с летними цветами, расположенные на стеклянных угловых столиках. Навесные потолки, нежно голубого цвета, были сплошь усеяны мелкими светодиодными лампочками, которые прекрасно освещали всю территорию кофейни. Ярко-синие короткие жалюзи, обрамлявшие огромные окна от потолка до пола, чудесно сочетались с белыми, угловыми диванами и креслами. На одном из таких диванов мы и расположились с Андреем. Хотя вид из окна слегка удручал. На улицах Вольфграда начался настоящий ливень!
– Я бывал здесь пару раз, и подумал тебе понравиться здешняя атмосфера… – Андрей смущенно улыбнулся мне, мгновенно став похожим на робкого десятиклассника.
– Здесь чудесно! – искренне ответила я. – И раньше я тут не бывала…
Андрей был прав. Атмосфера в этой кофейне была явно положительная. Летние, насыщенные цвета добавляли хорошего настроения, а запах свежеиспеченной сдобы, успокаивал и тонизировал. По крайней мере, меня…
– Слушай, Соня. – привлек мое внимание Андрей. – Я хотел поговорить с тобой.
Я насторожилась. Неужели Андрей, все же, решил расспросить меня о моем «безобразном» поведении? Что ж, на что нарывалась, на то и напоролась.
– Да, конечно! – несколько раз моргнув, я приготовилась выслушать все его обиды и упреки.
– Я… – прочистив горло, Андрей внимательно приковал ко мне взгляд. – Возможно, я опережаю события… В общем, я знаю что Вика в городе и… – щеки его мгновенно вспыхнули, но он не отвел взгляд. – Как ты смотришь на то чтобы отправиться в поход, в эти выходные?
– Поход? – недоуменно переспросила я.
– Да! Пойдем на твой любимый пик? Ты, я, Вика и Арчи! Устроим лагерь, я приготовлю жаркое. Сыграем в правду или желание. – голос Андрея звучал уверенно, но щеки пылали как два стоп сигнала. – В прошлый раз, когда мы гуляли по парку, ты припомнила те дни, когда мы сидели у костра. Мне показалось, ты хотела бы их повторить.
Совершенно безотчетно мои глаза расширились от осознания одного любопытного факта. Андрей всячески старался угодить мне. Сначала с выбором кафе, теперь поездка на выходные. Этот парень прекрасно понимал через что я проходила и не стал давить. Он лишь старался сделать все что бы мне стало лучше. И я было бесконечно благодарна ему за это.
– Андрей…. – лучезарно улыбнувшись, я оперлась на стеклянный стол. – Это как раз то, что мне нужно!
Теперь и голубоглазый красавчик улыбался до ушей. Он принялся подробно рассказывать, как эта мысль зародилась у него в голове, и как ее одобрил Арчи, парень Вики.
Меня столь польстило его желание мне угодить, что я не знала как себя вести. Нет, я и раньше замечала его знаки внимания. Но это было совсем другое… Это была теплая забота, надежного человека. Поездка в горы с ним, Викой и Арчи, действительно то, что мне нужно было в тот момент. Я чувствовала в душе предвкушающий трепет скорой поездки, особенно когда Андрей описывал свои планы на предстоящий поход.
Или же я испытывала трепет просто от его голоса? Или от озорного взгляда? Быть может от теплоты его руки, что незаметно накрыла мою руку.
Внезапно, Андрей умолк, заметив, что держит мою руку в своей большой, теплой ладони. Подняв взгляд с наших рук, он не уверенно посмотрел мне в глаза, вероятно ожидая, что я отстранюсь. Ну как? Как такой крепкий и привлекательный парень, мог быть таким застенчивым?
Я не стала отстраняться. Напротив, я переплела свои пальцы с его, и ощутила непоколебимую правильность в происходящем. Я улыбнулась ему, позволив себе окончательно раствориться в его ответной улыбке.
На следующее утро, я беспечно лежала в кровати, погруженная в воспоминания о вчерашнем «свидании» с Андреем. Все прошло на удивление прекрасно. Я не испытывала неловкости с ним, даже наоборот. Мне были приятны его комплементы, смешили его шутки и радовал смех. Меня будоражило воспоминание о том, как он коснулся моей руки. Как вскружил голову аромат его парфюма. Впервые за долгое время я забыла о времени. Забыла обо всем. Забыла о…
Кирилл. Я даже о нем забыла.
Всю эйфорию как ветром сдуло. Солнце, что проникало в большое окно, стало тускней. Тишина в пустом доме, навеяло чувство полнейшего одиночества, и на меня вновь обрушились воспоминания о последних событиях, что разбили мое сердце. Стало так паршиво, что пришлось лечь со спины на бок и сжаться в комок.
Перед глазами снова и снова всплывал образ Кира. Он вновь заполонил мою голову, затопив те теплые чувства, что зародились у меня к Андрею.
Я заплакала. Очень тихо. Шепотом умоляя мысли о Кирилле оставить меня в покое.
Когда настал вечер, и последние нотки печали были устранены из моего голоса, я решила позвонить Андрею. С улыбкой я набрала его номер, но она быстро стерлась с моего лица, когда приятный женский голос сообщил, что телефон отключен. В недоумении я взглянула на дисплей и проверила правильность набора номера. Ошибок нет. Попробовала ещё раз, но ответ последовал тот же.
Странно. Мы договаривались созвониться сегодня. Вернее он обещал позвонить. Хмм… возможно у него просто разрядился мобильник. Буду ждать звонка.
Я откинула сотовый на диванные подушки как раз в тот момент, когда позвонили в дверь. На пороге стояла Вика, закручивая на указательный палец прядь рыжих волос.
– Что таращишься? Может, наконец, пригласишь войти? – поддела меня Вика, пока я на нее пристально глядела.
– Извини, я еще не проснулась…
– Ну надо же! Не зря тебя Соней назвали! – Вика постучала идеальным ноготком по циферблату своих наручных часов. – Уже шестой час! Чем ты ночью занималась?
Возмущенно закатив глаза, я оставила ее замечания без комментарий, и проследовала на кухню, чтобы включить электрочайник. Настроение было паршивое, и говорить особо ни с кем не хотелось, но проще поселиться на Марсе, чем избежать разговора с Викой.
– Так, подруга. Можешь объяснить, что с тобой? – она присела на стул, закинув ногу на ногу. Сегодня на ней были супер облегающие черные джинсы, белая обтягивающая футболка от Lostink и черная кожаная куртка. – Я знаю, что ты так уже долгое время ходишь.
– Как?
– Как зомби!
– Вика, я совсем недавно узнала, что Кирилл пропал! Я бы посмотрела на тебя, если бы то же случилось с Сашей!
Вика выпучила на меня свои карие глазки.
– Так и есть.
– В смысле? – нахмурилась я.
– Я давно его не видела. Ни разу с тех пор как вернулась в Вольфград…
Я закатила глаза и заскулила.
– Боже, Вика! Но, это ведь не значит что он «пропал»! Как часто мы видели его обычно? Один? Может, два раза в полгода? Где бы ты его сейчас увидела, если и раньше его встречали изредка? – внезапно я вспомнила те веселые деньки, когда Вика выкрадывала меня у Кира, чтобы тайком понаблюдать за Сашей. Кирилл так подкалывал Вику по поводу ее «тайной» увлеченности, что иногда она не разговаривала с ним неделю или две…
– Алло! Прием! Ты меня слушаешь? – раздался откуда-то извне голос Вики.
Только после ее слов, я поняла что снова была на грани разрыдаться. Вика долго и безмолвно смотрела на меня, пока я пыталась взять себя в руки. Ну, сколько можно плакать? Я чувствовала себя тряпкой. Глубинкой моего сознания я осознавала, что с Кириллом случилось нечто ужасное. Сердце же твердило что с ним все хорошо. Что он жив и здоров.
– Так. – Вика встала со стула и в плотную подошла ко мне. – Значит, я не зря пришла. Вставай и собирайся!
– Куда? – мой разум тот час прояснился, словно его окутывал густой туман.
– Хватит «нюни» распускать! Что ты как маленькая! Соберись и делай что я сказала!
– Я ни куда не хочу. – буркнула я, слегка обиженная ее высказыванием, хоть оно и было справедливым.
Тогда Вика сровняла свои глаза с моими.
– Тебе это нужно. Поверь.
Спорить с Викой – себе дороже, поняла я за многолетнюю дружбу с ней, поэтому, покорно направилась в спальню и начала собираться.
– Так ты скажешь, куда мы идем? – в очередной раз спросила я.
По пути Вика забежала в магазин и вышла с небольшим черным пакетиком, содержимое которого осталось для меня загадкой.
– Ты как осёл из «Шрека», который постоянно спрашивал «Мы уже приехали?». – подколола низкорослая бестия и перебила меня, прежде чем я успела огрызнуться. – Расслабься и доверься мне!
– Вот поэтому я и беспокоюсь…
В отличии от вчерашнего дня, погода выдалась на удивление ясной, так что над горизонтом возвышалось ослепительно яркое солнце. В воздухе еще чувствовалась терпкая прохлада прошедшего дождя, но солнце, все же, нежно грело тело, и я ненароком пожалела что оно не могло согреть и душу.
Спустя минут десять я поняла, в каком направлении мы идем. В место, куда я не осмеливалась наведаться с самого моего приезда. Место, где мы проводили свободное время. Место – где жил Кирилл.
– Зачем ты меня туда ведешь? – хмуро спросила я, борясь с желанием повернуть назад.
– Поверь, Соня, я хочу чтобы тебе стало легче. Так что шевели задницей! Нам нужно успеть до захода солнца.
Я спросила, чем же влияет солнце на мое самочувствие, но Вика лишь хитро улыбнулась.
Через некоторое время, домов становилось все меньше, улицы были безлюдны, а дороги практически пустовали без машин.
Странно.
Я узнавала каждую улицу, каждый переулок своего прошлого, а на сердце предательски скребли кошки. Вот мы вышли из очередного переулка и очутились на одинокой трассе, проходившей у пограничного леса. Мне бросился в глаза предмет, который я видела впервые в этом месте – забор. Высокая сетка была натянута по всей территории леса примыкающей к трассе. Я разглядела небольшую, выцветшую табличку серого цвета, с надписью на ней:
«Запретная зона».
Мы с Викой переглянусь. Похоже, она, как и я, была весьма удивлена забору, которого не было раньше.
Пройдя еще немного, мы перешли на другую сторону трассы и снова вышли на безлюдные улицы. В этом районе всегда было немного домов, но сейчас нам не могло не броситься в глаза то, что дома были пусты. Заброшены. Лишь немногие хоть как-то напоминали жилые.
– Будь осторожна. – внезапно прошептала Вика.
– Что? – насторожилась я, озираясь по сторонам.
– Вдруг из-за угла выскочат зомби? – Вика наигранно прижалась ко мне и я, нахмурившись, шлепнула ее по руке.
– Кажется я поняла куда именно мы идем. – произнесла я когда мы свернули на Луговую улицу.
Это была улица кончающаяся тупиком. Точнее обрывом, за которым простирался огромный лес. Мы часто там бывали из-за его красот. По крайней мере, нас с Роксаной интересовали исключительно красоты, в то время как Вика пыталась «случайно» столкнуться с Сашей. Ведь именно там он и живет.
По мере приближения к обрыву, невеликое количество домов, становилось еще меньше. Асфальтированная дорога кончилась, и мы попали на земельную тропу, которая стала почти не заметна из-за редкой ходьбы по ней. Нашему взору открылась опушка, покрытая темно-зеленой травой и яркими летними цветами. Хвойные деревья упрямо тянулись к небесам, создавая на поляне игривые тени. Опушка кончалась резким обрывом и прямо на горизонте, над огромными и густыми деревьями, ярко блистало алое солнце, обрамленное нежно розовыми облаками. Мы с Викой подошли к самому краю и услышали всплески воды. Внизу, на высоте около двадцати метров, протекала извилистая река, а за ней еще одна не менее прекрасная поляна, заросшая высокой травой. Мне бросились в глаза несколько деревянных столиков и лавочек для пикников, слишком старые и забытые. Я помнила, что это излюбленное место для влюбленных: здесь наверху, и там за рекой, всегда можно было обнаружить воркующую парочку.
– Садись! – скомандовала Вика плюхнувшись на мягкую траву.
Я села, опасаясь что земля еще сырая, но мои страхи были напрасны! Солнце отлично нагрело землю и траву, так сладко пахнувшей летом.
Рыжеволосая красотка, молча, протянула мне небольшую бутылочку пива, изъятую из черного пакетика. Тогда я вопросительно взглянула на нее.
– Нет, подруга, я не хочу чтобы ты сейчас изливала мне душу, снова и снова переживая весь этот кошмар. – на мое удивление выпалила Вика спокойным и уверенным тоном. – Я хочу, чтобы ты посмотрела на закат, и вспомнила все самое хорошее на твоей памяти…. – она сделала паузу, и мы взглянули на огненное солнце. – ….а плохое – отпусти вместе с этим солнцем. И тогда, вот увидишь, тебе по-настоящему станет легче. Завтра ты проснешься другим человеком. Вернее ты будешь прежней.
Оторвав взгляд от заката, я с ухмылкой повернулась к Вике.
– Мне казалось, ты учишься на врача, а не на психотерапевта…
Вика смерила меня убийственным взглядом, возмущенных карих глаз, от чего я нервно поежилась, но улыбнулась.
– Ладно, ладно. Я поняла. Заняться самовнушением…
– Помню, однажды, ты сказала мне что можешь легко спрятать свои эмоции глубоко внутри, словно вещи в картонные коробки. – припомнила Вика, не дав мне закончить глумливые усмешки. – Порой тебе это удавалось, и не будь я тебе подругой, в жизни бы не догадалась, какая ты бываешь простодыра! Но… – Вика вскинула руку, прерывая мои возмущения. – Сейчас, я вижу, как ты страдаешь, и как тебе тяжело сжиться с мыслью, что Кирилла больше нет. Ты отрицаешь это, и не понимаешь самого главного! Жив сейчас Кир или нет, но ты должна жить дальше. У тебя вся жизнь впереди, как бы это банально не звучало. Ты не виновата в том, что твой бывший парень пропал! Да, я понимаю что тебе больно, но Соня, от того что ты замыкаешься в себе, Кирилл не вернется! Ты это хоть понимаешь?
– Да… – сбитая с толку прошептала я, снова направив взор на уходящее солнце.
Вика крепко стиснула мне плече.
– Отлично. Теперь, я хочу, чтобы ты отпустила Кира. Я не говорю «забудь», я прошу лишь отпустить его.
Я отпила из горла небольшой глоток, на редкость мягкого пива, не сводя глаз с горизонта.
Вика попала в точку. Она словно заглянула мне в душу и вывернула на изнанку все что так мучило меня все эти долгие дни.
Теперь мы молчали.
Молчали, пока в моей памяти всплывали тысячи мгновений из моей далекой, почти забытой жизни. Вот мы с Рокси и Викой, стоим на этом же месте. Смеемся. Вика рассказывает о своих чувствах к Саше, я подшучиваю над ней, а Рокс со вздохом закатывает глаза.
Я вспомнила нашу первую встречу с Кириллом. Мы гуляли с Викой как раз на той улице, где он жил. Его обаятельная улыбка, игривый взгляд почти черных глаз и нежный голос навсегда запечатлелись в моем сердце. Мне вспомнились многочисленные встречи с ним. Наш первый поцелуй. Мои пальцы, погруженные в его волосы каштанового цвета. Знакомство с его родителями, волнующее, но, в то же время приятное.
Затем я вспомнила наш последний разговор, в котором я сообщаю Киру о том, что уезжаю учиться за границу.
– Ты серьезно?
Мы сидели в кафе вместе с Викой и Роксаной. Рокс отошла как раз перед тем, как Кирилл присоединился к нам. Мои щеки до сих пор пылали от волнения после телефонного разговора с моим двоюродным братом, Антоном, но на Кира не подействовал мой энтузиазм.
– Кир, сейчас начало июня, а не начало апреля! – я весело хохотнула. – Не время для шуток!
Кирилл все так же исподлобья наблюдал за мной, положив на столик мотоциклетный шлем.
– Что? – в недоумение спросила я, обескураженная поведением своего парня.
