тебе Святой дух скажет, без меня.
Нет, ты скажешь на ухо сам себе,
а не я, и никто другой кроме меня, о ты, кто тоже есть я,
1300 Как в то время, когда ты заснешь,
от себя ты уходишь к себе.
Ты слушаешь себя и думаешь: это такой-то
тебе во сне сказал это втайне.
Ты – не только ты, о милый друг,
но ты – небосвод и глубокое море.
Это твое огромное «ты», которое есть девять сотен тебя, —
океан, место, где потонула сотня тебя.
Где тут место для границы бодрствования и сна?
Не говори ни слова, а Аллах знает лучше, что есть правильно!
1305 Не говори ни слова, чтобы услышать от говорящих
то, что не умещается на языке и в повествовании.
Не говори ни слова, чтобы услышать от того Солнца
то, что не вошло в книгу и в обращение.
Не говори ни слова, чтобы заговорил для тебя дух,
оставь [самостоятельное] плавание, [когда ты] на корабле Нуха.
Как Кан‘ан[184 - В Коране рассказывается о том, как один из сыновей Нуха отказался плыть на ковчеге, считая, что сможет укрыться на вершине горы, и погиб [Коран, 11: 44 (42)—50 (48)]. Имя этого сына (Кан‘ан) приводится комментаторами Корана.], который плавал, [говоря:]
«Не нужен мне корабль Нуха-врага!» —
«Эй, приди, на корабль отца сядь,
чтобы не потонуть в потопе, о слабый!»
1310 Отвечал: «Нет, я научился плавать,
я помимо твоей свечи [другую] свечу зажег!» —
«Смотри же, не делай [так], ибо это волны потопа напасти,
руки, ноги и плавание сегодня – ничто!
Это ветер подавления (кахр) и напасть, гасящая свечу,
кроме свечи Истинного [ничто] не выстоит, молчи!»
Говорил он: «Нет, я пойду на ту высокую гору,
убережет та гора меня от любого вреда». —
«Смотри же, не делай [так], ибо гора – соломинка ныне!
Кроме как Своему возлюбленному не даст [Он] безопасности [никому]».
1315 Сказал [Кан‘ан]: «Когда это я слушал твои советы,
что ты возжелал, чтобы я был из этой семьи?
Не нравились мне никогда твои речи,
я не нуждаюсь в тебе в обоих мирах!» —
«Смотри же, не делай [так], друг, ведь [сегодня] не день для прихоти,
у Господа нет родственников и товарищей!
Ты делал [так] до сих пор, но этот миг узок,
в этом дворце чья прихоть важнее?
„Не родил, не был рожден“[185 - Коран, 112: 3 (3).] Он от вечности,
ни отца нет у Него, ни сына, ни дяди.
1320 Прихоть сыновей разве станет Он сносить,
прихоти отцов разве станет Он выслушивать?
„Я не рожден, о старик, поменьше прихотей!
Я не родитель, о юноша, поменьше красуйся!
Я не супруг, не подвержен я страстному влечению,
оставь прихоти здесь, о госпожа!”
Кроме смирения, рабского служения и нужды
в этом присутствии ничто не имеет влияния».
Сказал: «Отец, много лет ты это говорил
и снова говоришь, возмущаешься невежеством.
1325 Сколько из этих [речей] ты говорил всем людям,
чтобы выслушать равнодушных ответов множество.
Это твое холодное дыхание не проникло мне в уши,
особенно теперь, когда стал я знающ и дороден».
Сказал: «Друг, какой будет вред, если
послушаешься ты раз совета отца?»
Все так же давал он ласковые советы,
все так же давал тот грубые отговорки.
Ни отец наставлением Кан‘ана не насытился,
и ни одного слова в уши этого несчастного не вошло.
1330 Они вели эти речи, а резкие волны
ударили о голову Кан‘ана, и он рассыпался на кусочки.
Нух сказал: «О Царь терпеливый!
У меня сдох осел, а Твой поток унес груз!
Ты обещал мне много раз,
что, мол: „Твоя семья обретет от потопа спасение”.
Я сердцем понадеялся на Тебя, о Разумный,
так зачем же поток похитил у меня ковер?»
Сказал [Господь]: «Он из твоей семьи и родственников не был,
ты разве сам не видел: ты белый, а он – синий![186 - Б. 1331–1334 – аллюзия на айаты: «И воззвал Нух к своему Господу и сказал: „Господи! Сын мой – из моей семьи, и обещание Твое – истина, а Ты – праведнейший из судей“. Сказал Он: „О Нух! Он не из твоей семьи…“» [Коран, 11: 47 (45)—48 (46)].]
1335 Если в твой зуб попал червь,
то нет зуба, вырви его, о мастер!
Чтобы остальное тело не стало из-за него несчастным,
хоть он и был твой, ты возненавидь его».
Сказал [Нух]: «Я ненавижу [все], что помимо Твоей сущности;
не бывает чужим [Тебе] тот, кому Ты поставил мат.
Ты знаешь, каково мне с Тобой:
в двадцать раз лучше мне, чем лужайке с дождем.
Жив [я] из-за Тебя, весел из-за Тебя, [я] бедняк,
накормленный без посредства и без препятствия.
1340 Не соединенный и не отделенный [Ты], о Совершенство,
но без причин и качеств, и без поиска предлога.
Мы – рыбы, а Ты – море жизни,
мы живы из-за Твоей милости, о Обладающий благими атрибутами!
Ты не вместишься в объятье ни одной мысли,
Ты ни одному результату не близок, подобно какой-нибудь причине.
И перед этим потопом, и после него для меня
Ты был тем, к кому я обращаюсь при [любом] происшествии.
Я произносил Тебе, а не им [свои] речи,
о Даритель слов новых и старых!
1345 Разве влюбленный не произносит речи днем и ночью
то развалинам жилища, то следам обитания [возлюбленной][187 - Описание следов покинутого становища племени возлюбленной или развалин ее былого жилища – один из стандартных мотивов для зачинов лироэпических поэм (касыд), разработанный арабскими поэтами и широко использовавшийся в персидской поэзии раннеклассического периода.]?
Лицо обратил он к развалинам внешне,
но кому он произносит это восхваление, кому?
Спасибо, Ты ныне потоп наслал,
посредничество развалин устранил,
Поскольку развалины были подлы и плохи,
