Хорошо ли [ей], плохо ли – она все равно умирает.
Если умирает эта лампа и завершает свой путь,
Разве погружается во тьму дом соседа?[275 - Завершает свой путь – ?? ???, букв. «завершается, оканчивается»; в первом значении – «сворачивается». Замани толкует: «Свиток ее жизни сворачивается». Смысл: смерть телесной души одного человека не связана со смертью другого – одна умирает, другая остается жить (что является доказательством их разобщенности).]
455 Раз свет в том доме остается и без этого,
Значит, лампа чувств в каждом доме [горит] отдельно.
Это – подобие животной души,
А не подобие Божьей души.
А когда у индийца ночи родилась луна,
Свет попал в каждое оконце![276 - Индиец ночи – ночь, чернотой подобная «индийцу» (????), темнокожему рабу; в поэзии ???? передает признак черного цвета; здесь: метафора человеческой природы (мнение Замани со ссылкой на мнение Анкарави). В бейте приведено уподобление для света Божьей души человека: он словно свет луны, которая является из тьмы ночи и озаряет весь подлунный мир.]
Свет в тех ста домах ты считай одним,
Ведь не останется света в этом [доме] без [света] в том, другом[277 - Т. е. когда луна скрывается, все дома погружаются во тьму.].
Когда солнце сияет на горизонте,
Его свет – гость в каждом доме.
460 А когда солнце души закатывается,
Свет во всех домах исчезает[278 - Когда солнце души закатывается – т. е. когда Божественный свет в душе идущего по пути познания Бога закрывает завеса. Согласно комментарию Анкарави (цит. в [М4, с. 151]), здесь речь идет о «солнце души» наставника, предводителя на пути Истины, и «домах сердец» его последователей: если наставник, наделенный святым Божественным духом и, как солнце, озаряющий путь своим ученикам, приходит в состояние «отделенности завесой» или умирает, свет в сердцах его последователей гаснет.].
Тут дано подобие света, а не [полное] соответствие,
Для тебя оно – проводник, для врага [света] – дорожный разбойник.
Тот злонравный подобен пауку,
Он ткет гнилые завесы[279 - Гнилые завесы (???? ??? ????) – при чтении ганда; возможно, «обильные завесы» (пардаха-йи гунда) – метафора безосновательных (или обильных) упреков и аргументов, с которыми нападают на рассказчика (Руми) его противники.].
Он сделал завесу света из своей слюны,
Ослепил глаза своего постижения.
[Тот, кто] поймает коня за шею – преуспеет,
А если поймает его за ноги – отведает ляганья[280 - Реальная основа образа – традиционный способ укрощения и объездки лошадей: коня обуздывают, накинув узду на шею, а того, кто пытается схватить коня за ноги, животное успевает лягнуть. Замани отмечает, что комментаторы дают бейту разноречивые толкования в связи с разным пониманием метафоры «конь». Она может указывать на тварный мир, тогда «шея коня» – это единство мира, а «ноги» – его множественность, смысл бейта: враг (противник) сможет познать мир бытия, если будет всматриваться в его единство; если же он будет увлекаться проявлениями множественности, то получит лишь удары и неприятности. «Конь» может указывать и на «плотскую душу», тогда перевод такой: «Схватит ли коня за шею [и] преуспеет, // Схватит ли его за ноги – [все равно] получит ляганье». Речь идет о том, что злонравный враг подчинен своей плотской душе; пытается он укротить ее или нет – в любом случае она приносит ему удары.].
465 Не садись на норовистого коня без уздечки,
Сделай разум и религию своим проводником, и дело с концом!
Не смотри презрительно на этот обычай,
Ведь на этом пути – терпение и утомление самих себя![281 - Утомление самих себя (???? ?????) – цитата из Корана [16: 7]; речь идет о том, что Бог создал скот для пользы человека: «И переносят они ваши грузы в страну, которой вы бы не достигли без утомления самих себя (???? ?????)».]
Продолжение рассказа о строительстве Отдаленнейшей мечети
Когда Сулайман начал [возводить] здание,
Пречистое, словно Ка‘ба, преславное, как Мина[282 - Мина – название долины на подступах к Мекке, где паломники во время хаджжа совершают обряд жертвоприношения животных, купленных на расположенном там же базаре.],
В его здании были видны блеск и роскошь,
Не было оно блеклым, как другие здания.
Каждый камень в здании, когда отрывался от горы,
Сначала внятно говорил: «Возьмите меня с собой!»
470 Словно от воды и глины жилища Адама,
От кусков известняка исходил свет[283 - Вода и глина жилища Адама – вода и глина, из которых Бог сотворил тело Адама.].
Камни приходили без носильщиков,
И те стены и двери оживали[284 - Стены и двери (?? ? ?????) – фразеол. «все, целиком» (о помещении); чудесные свойства камней, используемых при возведении храма, отмечены в Библии: они были обтесанными, при том что «ни молота, ни тесла, ни всякого другого железного орудия не было слышно в храме при строении его» (3 Царств 6: 7).].
Бог говорит, что стены рая
Не таковы, как безжизненные неприглядные стены[285 - Аллюзия на Коран: «И здешняя близкая жизнь – только забава и игра, а обиталище последнее – оно жизнь, если бы они это знали!» [29: 64].].
[Так же] как двери и стены тела, они (стены рая) осведомлены,
Ведь если дом шахиншахский, он живой[286 - Двери и стены тела осведомлены – т. е. тело наделено сознанием, способно чувствовать и познавать благодаря наличию души; дом – т. е. «обиталище последнее» [Коран, 29: 64], рай.].
И деревья, и плоды, и прозрачная вода
С обитателями рая [ведут] разговоры и беседы.
475 Ибо рай возвели не при помощи орудий,
Его возвели из деяний и намерений[287 - Т. е. рай создан не материальными средствами, он сотворен из благих деяний и намерений, [а ад – из дурных деяний].].
Это здание получилось из воды и мертвой глины,
А то здание вышло из живого послушания[288 - Это здание – тварный мир; то здание – рай; живое послушание (???? ????) – одухотворенное служение праведников Богу.].
Это подобно своей основе, полной трещин,
А то – своей основе, которая есть знание и деяние[289 - Основа этого мира – множественность, это материальный мир, состоящий из четырех элементов; основа того мира – единство, это духовный мир благого знания и деяния.].
И престолы и дворцы, и венцы и одеяния —
В беседах с обитателями рая.
Ковер сворачивается без слуги-ковровщика,
Дом вычищается без подметальщика.
480 Посмотри на дом сердца – он засорился [мирскими] печалями,
При помощи покаяния он очистился без подметальщика.
Престолы в нем (раю) стали двигаться без носильщика,
[Дверное] кольцо и дверь стали музыкантами и певцами.
Жизнь Райской обители – она в сердце!
Раз она не доходит до моего языка – что толку [пытаться]?[290 - Жизнь Райской обители – см. ранее, б. 472 и коммент., а также б. 475; не доходит до моего языка – т. е. я не в силах рассказать о ней словами; что толку [пытаться] – не стоит и пытаться рассказывать.]
Когда Сулайман входил каждое утро на рассвете
В мечеть, чтобы наставлять рабов [Божьих],
Он поучал, иногда речами, музыкой и пением,
Иногда действием, то есть коленопреклонением или молитвой[291 - По мнению Замани, бейт содержит намек на манеру самого Руми проводить сама‘, чередуя проповедь с музыкой и пением.].
485 Поучение действием притягательней для людей,
Ибо оно проникает в душу каждого слышащего и глухого.
Воображаемого превосходства в нем меньше,
Его влияние на паству сильно[292 - О важности благого деяния и его превосходстве над словом не раз говорится в Коране, например: «О вы, которые уверовали! Почему вы говорите то, чего не делаете? // Велика ненависть у Аллаха за то, что вы говорите то, чего не делаете» [61: 2–3].].
Рассказ о начале халифства ‘Усмана[293 - ‘Усман – третий из четырех праведных халифов, возглавлявший общину с 644 по 656 г.] (да будет Аллах им доволен!) и его хутбе[294 - Хутба – первоначально пятничная молитва в мечети, включающая восхваление Аллаха, просьбу о благословении, обращенную к Мухаммаду, чтение отрывка из Корана, молитву за верующих и наставление в благочестии; позднее в хутбу стали включать также поминание имени здравствующего халифа, к которому добавлялось имя местного правителя [ИЭС 1991, сл. ст. «Хутба»].]: «Действующий, наставляющий делом, лучше говорящего, наставляющего словом»
[Вот] рассказ об ‘Усмане – он [сразу] взошел на минбар,
Когда стал халифом, поспешил, поторопился[295 - Минбар (????, мимбар) – трибуна для проповедника в соборной мечети; минбар, на котором сидел сначала Мухаммад (628–629), а затем три первых халифа, имел вид высокого сиденья, к которому вели две ступени [ИЭС 1991, сл. ст. «Минбар» (А. Кныш)].].
Минбар Господина был о трех ступенях,
Абу Бакр пришел – сел на вторую ступень[296 - Господин (????) – пророк Мухаммад; Абу Бакр – первый из праведных халифов, см. коммент. к б. 351. Имеется в виду: когда Абу Бакр стал халифом, он занимал вторую ступень минбара.].
На третьей ступени [сидел] ‘Умар[297 - ‘Умар – второй из праведных халифов, см. коммент. к б. 167.] в свое время
Из уважения к исламу и [истинной] религии.
490 Пришел черед ‘Усмана – на вершину помоста
Взошел и сел тот благословленный судьбой.
Тогда спросил его некто назойливый,
Мол, те двое не садились на место Посланника,
Почему же ты превзошел их,
Ведь по положению ты ниже их?
Он сказал: «Если я выберу третью ступеньку,
Заподозрят, что я уподобляю себя ‘Умару.
Найду себе место на второй ступеньке —
Скажешь, оно – Абу Бакра, [значит] этот – как он!
495 Эта вершина – место Избранника,
Не вообразить, что я подобен тому Шаху!»[298 - Смысл: поскольку все члены общины знают, что среди смертных нет и не может быть подобного Мухаммаду, никто не заподозрит, что ‘Усман претендует на его место.]
Затем тот любящий на месте [чтения] хутбы
Хранил молчание до предвечерней [молитвы].
Никто не смел сказать: «Начинай читать!»
В ту пору или покинуть мечеть.
Трепет охватил избранных и простых,
Наполнились Божественным светом те двор и крыша.
Каждый зрячий созерцал Его свет,
Слепой тоже грелся под тем солнцем.
500 Из-за тепла глаза слепых понимали,
