– А мы-то, откуда знаем?
Встаю из-за стола и расстёгиваю свой пиджак, Ксения бледнеет, понимаю, что она чувствует.
– Пётр Александрович, я могу её позвать, она, наверное, в столовую пошла! Когда нервничает, всегда заказывает себе тонну булочек! – от её объяснений мне становится смешно. Странно с её худощавой фигурой, столько есть, и не поправляться.
– Мне не важно, где она прячется! Передай, чтобы ровно в три часа она пришла сюда и дописала эту чёртову контрольную, а если вздумает ослушаться, то сам Люцифер наведается к ней в общежитие! – от моих угроз у второй подруги Калининой открывается рот, сразу видно, кто здесь главный.
– Вы не переживайте! Сейчас у нас русский, как раз закончится в половину третьего! А потом, она сразу к вам! – губы трясутся, отлично девочка всё поняла. Касаюсь её щеки и сжимаю, на что девушка бледнеет. Нужно добить её своим шёпотом:
– Умничка! Бегите девочки, скорее! – сажусь в кресло, и готовлюсь к следующей паре.
От лица Евгении
Прихожу на второй этаж, где у нас будет русский язык, знаю, что девочки заберут мои вещи, не хочу больше смотреть в глаза этому ублюдку. Сажусь на подоконник, как вижу расстроенную Ксюшу:
– Жень, в три часа, он ждёт тебя в аудитории!
– Что? Я не пойду! Он назвал меня шлюхой! Ему не поздоровится! – руки сжимаются в кулаки, слишком сильно он меня обидел. И тут в разговор встревает Таня:
– Тебе лучше прийти! Видела бы ты его глаза! Он убьёт тебя. Сказал, что придёт в общежитие! Он демон, опасный сексуальный дьявол! – из её губ слышится стон, на что я понимаю, как всё серьёзно.
– Хорошо! Он ещё пожалеет, что на свет родился.
Всю пару я думала над планом, как же отомстить этому Петру Александровичу, и в назначенное время подошла к злосчастной аудитории. Ради приличия постучалась три раза, как тут же услышала его адский тембр голоса:
– Открыто
Захожу и вижу, как самодовольный монстр сидит на своём столе, при этом расстегнул рубашку, его глаза медленно ласкают мои ноги, от чего чувствую жар, странное ощущение, будто сейчас прогремит взрыв. Глаза в глаза, мы самые злейшие враги. Стою около двери, и не хочу подходить.
– Иди сюда! Что ты мнёшься около двери! – говорит, будто похотливый самец, который всегда выигрывает.
– Я пришла сказать, что не буду писать вашу идиотскую контрольную работу! – мне можно было поставить пять за смелость. Думала, что этот гад рассердится, но он лишь засмеялся, а потом стал приближаться, как голодный зверь, когда его грудь коснулась моей, он отодвинул прядь волос и губительно прошептал:
– Жаль! Потому что ты не выйдешь отсюда живой, пока не напишешь этот тест! – запирает он дверь на ключ, от чего меня бросает в пот. Только не это…
От лица Евгении
– Ладно, давайте, этот чёртов тест! – сажусь на первую парту и достаю ручку, он видит мой гнев и радуется. Кидает бумагу с заданиями, и нагло демонстрирует свою хитрую улыбку:
– Давай Синицына, порази меня! У меня прям руки чешутся поставить тебе двоечку! – садится к себе за стол, и прожигает своим взглядом, как же я его ненавижу. Справляюсь с этими несчастными глаголами за пятнадцать минут, как тут же у меня созревает страшный план. В конце работы пишу ему послание, пусть подавится наглый сукин сын. С довольным лицом приближаюсь к его столу, и кладу свою тетрадь, он ухмыляется, при этом стреляет своими опасными карими глазами:
– Всё списала? – опять его голословные обвинения.
– Да, достала шпору из бюстгальтера, и нагло всё скатала!
Ему не нравится мой тон, но наша игра только начинается. Он пристально всматривается в задания, а потом когда доходит до самой последней строчки, раскрывает рот. Ура! Так ему и надо. Встаёт из-за стола, и сжимает руки в кулаки, делаю вид, что мне наплевать.
– Ты совсем страх потеряла? Что здесь написано?
Пытаюсь сдержать свою улыбку, но при этом говорю. Как самая опасная стерва, пусть знает, что я не простушка из Нижневартовска.
– Странно, такой стаж работы! А не можете перевести таких простых слов! – подливала я масла в огонь, как он тут же приблизился ко мне. Нужно просто достать из его кармана ключи, и нагло сбежать.
– Я хочу услышать перевод из твоих губ! Ну, же Синицына, или ты уже описалась в свои трусики! – надвигается, как самое страшное стихийное бедствие, все дороги ведут в его открытый кабинет, где он обычно хранит все свои учебные материалы.
– Вы прекрасно поняли, что там написано! – мы уже оказались в кабинете, и я случайно столкнулась с книжным шкафом, от чего мерзавец хватает мои запястья, и поднимет над головой:
– Серьёзно, тогда я покажу этот перевод в действии. Как ты там написала? Pierre Aleksandrovitch est un salaud! (пьер александровитч этон салё). Пётр Александрович похотливый ублюдок. А чем занимаются такие мерзавцы? – его глаза опускаются на губы, он уже пожирал меня своими глазами. Я постоянно проигрываю в его страшном лабиринте.
– Вы не сделайте этого!
Шёпот над моим ухом, и я теряю самоконтроль:
– Чего? Задеру твою юбку и нагло оттрахаю? А что меня остановит? Думаешь, ты победила? Я в сотый раз предупреждаю тебя! Собирай вещи, и уезжай в Нижневартовск, но ты будто специально провоцируешь Дьявола. Давай, я покажу тебе, на что он способен! – хватает меня за шлею, и впивается в губы, его язык жестоко насилует мой, запястья в его плену, чувствую, что сейчас он заберет мою душу. Но я поддалась этому поцелую и позволила его языку, проникать в мой рот, так жестоко с такой силой, что подкашиваются колени. Отстраняется и смотрит на мои искусанные губы:
– Теперь до тебя дошло, что сделает Пётр Александрович с такой глупышкой Синицыной!
– Я не хочу бросать университет из-за ваших придирок! Признайте, что я знаю французский на хорошем уровне!
Он схватил меня за волосы, и коснулся языком мочки моего уха:
– Ну, целуешься ты отвратительно, даже такая мелочь, как французский поцелуй тебе неподвластна! Смотри, за твою работу я ставлю два. Всё прощай, Женечка! – отталкивает меня от себя, а я чувствую себя униженной, и тут из моих губ полились признания:
– Вы со всеми ученицами принимаете такие методы?
Он повернулся, и хитро засмеялся:
– Нет, что ты, только с бездарными! Которые мечтают раздвинуть свои ножки, чтобы меня соблазнить! – это было адресовано лично мне, чтобы я понимала, как он ко мне относится.
– Тогда почему вы бросили на произвол судьбы тех учениц, которых нагло похитили в Париже? Видели бы вы его лицо, он сжимает руки в кулаки, а потом разворачивает меня к себе спиной, и шепчет на ухо, он страшнее самого ужасного маньяка убийцы:
– Откуда ты знаешь? Говори, а не то, я за себя не ручаюсь!
– Отпустите меня, я буду кричать! – боюсь его, как огня, он лишь медленно задирает юбку.
– Они хотели увидеть Париж, но ослушались Петра Александровича и поэтому попали в руки плохих мальчиков, Синицына, ты же не хочешь той же участи?
– Что вы имеете в виду? Их убили? – трясусь, как бедный заяц, который попал в капкан волка, и он благополучно планирует его съесть.
– Ты сама подумай! А за то, что ты сунула нос не в своё дело, я накажу тебя! – он пробирается в мою юбку, боюсь его дальнейших действий, вспоминаю, что я сегодня на каблуках, поэтому недолго думая, наступаю им ему на мысок, он скрючивается от боли. А я возвращаюсь в аудиторию.
– Где же этот ключ? – кричу, как сумасшедшая, и когда он уже появился в аудитории, я заметила блестящий предмет на полу, около первого ряда. Открываю дверь и убегаю, как угорелая. И только в конце коридора, до меня дошло, что я забыла свою сумку. Вот это же надо было, так вляпаться! Но больше всего меня поразили его слова, про тех девушек. Они его не послушались, и поэтому пропали в самом романтичном городе Франции? Да, что он вообще за человек? Забегаю в общежитие, где в комнате на моей кровати сидят Ксюша и расстроенная Таня:
– И не спрашивайте! Сажусь на стул, как Ксюша замечает мою пропажу:
– А где твоя сумка? Смотрю, и говорю на одном дыхании:
– Забыла в логове Люцифера! Сил не хватает больше с ним бороться! А ты чего плачешь? – обращаюсь к Тане, на что Ксения отвечает за неё:
– С парнем поругалась, он ей оказывается, изменял! Обнимаю Таню, и пытаюсь её успокоить:
– Нашла из-за чего переживать! Они же все козлы!
Мы все дружно рассмеялись, как хорошо, что я познакомилась с этими девчонками.
– Женя, ты лучше нам расскажи, как ты собираешься забирать у него свои вещи? Наверное, он их возьмёт домой и будет рассматривать в сладком предвкушении!
После её слов представляю эту картину, где самодовольный кретин, ругается всеми гадкими словами и жаждет моей смерти.
– Тут, такое дело, я ему каблуком на мысок наступила! Пусть помучается!
– Чего? Синицына! ТЫ ТРУП! Он ведь завтра тебя своими руками задушит! – закричали девочки, а я уже поняла, какую глупость совершила…
От лица Петра Александровича
Упорхнула птичка, посмотрим, насколько её хватит. Она ещё не понимает, что заглянула в адский мир похоти и извращенного секса. Чертовка всё-таки накапала информацию в интернете, не хочет по-хорошему уезжать в Нижневартовск, покажем ей все прелести Москвы, где теперь её тело в страшной опасности. Смотрю на её забытую сумку, и потираю ладони:
– Готовься Синицына! Ты сама напросилась…
ГЛАВА 7
От лица Петра Александровича
Еду в сторону клуба, как тут же на глаза попадается одна довольно приятная вещица, сумка этой несчастной Синицыной. Скоро состоится День Рождение Ректора, нужно устроить сумасшедший праздник со всеми прелестями. Захожу в здание, как тут же ко мне подходит администратор:
– Какие люди! Петя, тебе, как обычно? Каких кисок ты сегодня предпочитаешь? Самодовольно улыбаюсь, и жадно осматриваю зал, будто он лишён привычных красок.
– Хочу устроить праздник, такой, чтобы все групповухи отдыхали! Сколько новеньких девушек у вас появилось? Хочу посмотреть! – сажусь за барную стойку и заказываю себе бокал виски, сначала появляется скромная рыжая девушка, она мнётся с ноги на ногу, от чего этот мерзавец поясняет:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/chitat-onlayn/?art=70290679&lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
