Вдруг Стефан неловко пошатнулся, будто его толкнули в спину, и оступился, едва не врезавшись в холодильник. Удивленный, он обернулся.
– Это еще что такое? – будто бы прочитав мысли парня, ахнула Марта.
Вокруг Эми переливался купол прозрачно-золотистого цвета. Он был похож на дрожащее марево, подернутое едва различимой золотистой тиной, гипнотически колыхающейся на поверхности полусферы. Не успели родители и Стефан как следует разглядеть возникшее нечто, как Эмилия бессознательно повалилась на пол. Кожа девушки вернула себе естественный цвет.
– Эми! – крикнул Стефан и бросился к девушке, но купол непробиваемой стеной встал на пути.
Несмотря на свою полупрозрачность, полусфера не пропустила ни его, ни родителей. Лежащая без сознания Эмилия только усугубляла панику, воцарившуюся в квартире.
К счастью, купол продержался не дольше пяти минут. Не теряя ни секунды, Стефан подхватил бормочущую что-то Эми и, бросив на родителей серьезный взгляд, направился к выходу. Никто его не стал останавливать. Похоже, призрачной надежды на помощь Виктору и Марте хватило, чтобы довериться Стефану, ведь они все равно понятия не имеют как облегчить страдания дочери.
– Внизу меня ждет друг, поэтому можете не беспокоиться. Доедем быстро и с комфортом, – пояснил Стеф. – Клянусь, я сделаю все, чтобы вернуть ее в нормальное состояние.
– У тебя есть план? – спросил Виктор, пока Марта прикрывала Эми курткой.
– Да, – уверенно заявил Стефан.
На самом деле он очень приблизительно представлял свои дальнейшие действия. Но нельзя было показывать сомнения в доме, где двое взрослых находятся на грани отчаяния.
– Пожалуйста, помоги ей, Стефан, – бросила Марта вслед уходящему парню с Эми на руках.
***
– Вечер действительно получился приятным. Спасибо тебе, – мягко улыбнулась Аделина и взглянула на наручные часы. – Но уже поздно, и мне пора домой.
– Хорошо, – согласился Бен и попросил у официанта счет. – Если позволишь, я подвезу тебя до дома.
– Спасибо, но это будет лишним. Я вызову такси.
На выходе из ресторана Бенедикт попросил Аделину на минуту задержаться и исчез. А когда вернулся, то вручил ей шикарный букет белых пионов.
Аделина очень впечатлилась этим манёвром.
– Не хотел, чтобы цветы доставляли тебе неудобство на протяжении всего ужина, – пояснил мужчина.
– Мне… Я очень люблю пионы, – запнувшись, признала Аделина.
– Рад, что угадал.
Пока они ожидали такси, Аделина молча обнимала огромный букет, а Бенедикт размышлял о том, что добиться доверия от этой женщины будет непросто. Но он сделал самый важный шаг – первый. И кажется, он был удачным.
– Почему ты развелся? – все же решила поинтересоваться Аделина, хотя за ужином они не касались настолько личных тем.
Лицо Бенедикта помрачнело, но он надеялся, что уличные фонари светят не настолько ярко, чтобы его собеседница заметила смену его настроения.
Не хотелось говорить о прежней семье на первом свидании.
И все-таки он ответил:
– Однажды жена пришла ко мне в кабинет, долго сидела и наблюдала, как я работаю. А потом сказала, что ничего ко мне не чувствует. Ничего такого, что держало бы ее рядом – и вообще в этом городе. Для меня это стало неожиданностью, но… В итоге я понял: нужно ее отпустить.
– И давно это случилось?
– Официально – пять лет назад.
– Тебе не интересно, почему я до сих пор свободна? – после долгого молчания вдруг спросила Аделина. – Может, со мной что-то не так?
На последней фразе её голос дрогнул. Она поняла, что задала дурацкий вопрос. Конечно, он знает, что с ней не так: она маг. Ведь именно из-за этого они встретились. Сложно добиться искренности в общении, когда постоянно стараешься обойти стороной больную тему.
– Можешь не отвечать, – добавила Аделина, не зная, куда деть глаза. – Сказала, не подумав.
– На мой взгляд, ты особенная женщина, – Бенедикт отозвался не сразу. – И тебе очень сложно найти мужчину, который бы создал такие условия, в которых ты могла бы чувствовать себя комфортно.
Больше они не сказали ни слова до самого приезда такси.
Лишь перед тем, как сесть в машину, Аделина наспех вложила в ладонь Бенедикта клочок бумаги, на котором был написан номер её телефона. Личный. Она тоже сделала маленький шажок навстречу, не собираясь раздумывать, к чему все это приведет.
…Домой Бенедикт возвращался в противоречивом состоянии. С одной стороны его жгло давно забытое чувство азарта, который испытываешь, шаг за шагом выстраивая отношения с понравившимся человеком. С другой же мучил страх сделать что-то не так; страх причинить боль не только себе, но и другому человеку.
Сколько бы с возрастом ни черствели сердца, всегда найдется острая булавка, способная уколоть так, что удивишься. Да и вообще нужны ли ему эти любовные приключения, когда за плечами уже долгий опыт отношений?.. Хороших, но все равно пришедших к краху. Засиявшая во время переписки с Аделиной искорка надежды то гасла, то разгоралась снова. Мужчина с таким трудом привыкал к пустующему особняку после развода и переезда жены с детьми… И ведь так и не привык: просто закрыл больную рану друзьями, которые стали едва ли не второй семьей.
***
Куривший рядом с машиной Эд мгновенно затушил сигарету, когда увидел Стефана с Эмилией на руках.
– Как она? – с искренним беспокойством спросил Эдгар, помогая другу поудобнее расположить девушку на заднем сиденье.
– Плохо, – не стал приукрашивать Стеф.
Он захлопнул дверцу и обратил все свое внимание на мужчину.
– Ситуация сложная. Магия Эмилии создает прозрачную стену, точнее купол, который не пропускает людей. Я даже не знаю, слышит ли Эми что-то когда он появляется…
– Ну, ладно… Обниматься сейчас я к ней не полезу, – в замешательстве проговорил Эдгар, не до конца понимая, куда клонит парень.
– Эд, я не знаю, всегда ли одинаков диаметр купола, – раздраженно пояснил Стеф, усаживаясь на переднее пассажирское сиденье. – Если он возникнет во время езды, то нас в лучшем случае прижмет к лобовому стеклу.
– А в худшем? – по лицу Эда можно было оценить степень того, как сильно ему захотелось закурить опять.
– В худшем – не знаю. Я сегодня сам впервые все увидел. Раньше такого не было. Только золотилась кожа, – проговорил Стефан и потянул на себя ремень безопасности. Замер на секунду в задумчивости и в итоге передумал пристегиваться. Вдруг ему придется резко выскакивать из машины из-за купола Эми. – Штрафы за непристегнутого пассажира есть?
Эд пренебрежительно махнул рукой.
– Нашел о чем думать! У нас сзади человек без сознания в магическом приступе…
– Лучше не гони, – предупредил Стеф и обернулся посмотреть, как там Эми – по-прежнему в полубредовом состоянии.
– Да понял я. Хотя с такими рисками хотелось бы долететь побыстрее, – пробормотал Эд, завел машину и досадливо добавил: – Жаль, что никто из нас не владеет телепортацией.
К полуночи дороги Левирина были практически пусты, поэтому, даже несмотря на невысокую скорость, Эдгар и Стефан быстро и без происшествий добрались до особняка. На подъездной дорожке они встретились с Бенедиктом.
– Это Эмилия? Что случилось? – сыпал вопросами Бен, когда они все вместе шагали к входной двери.
Эдгар мельком отметил, что для рабочих дел, по которым якобы уезжал Бенедикт, он одет слишком элегантно – бордовую рубашку с красивым мелким узором друг бы точно не выбрал для делового визита.
– У Эмилии прорывается магия, и от этого ей очень плохо, – угрюмо откликнулся Стефан и, на ходу стянув обувь, направился сразу в свою комнату.
Пока Стеф хлопотал над девушкой, Эдгар насколько знал, описал Бену ситуацию.
– Вы знаете, что делать? – не особенно надеясь на внятный ответ, спросил Бенедикт и с болью посмотрел на измученную Эмилию, с которой пытался поговорить сидящий на корточках у кровати Стефан.
Эд виновато поджал губы, признавая собственную беспомощность.
Эмилия едва двигалась и очень вяло откликалась на любое взаимодействие с ней, периодически проваливаясь в полубессознательное состояние.
– Если верить Аделине, магия – это энергия, – заговорил Стефан, обратившись к друзьям, и временно оставил свой «пост» у постели Эми. Он сам выглядел так, будто ему только что сообщили, что через пару часов их раздавит метеорит. – Эд, может попробуешь преобразовать энергию Эмилии? Я помню, что ты еще не разобрался с этим, но может время пришло?
Эдгар опешил от такого предложения. В голосе Стефана слышалась мольба. Откажись Эд сейчас от возможности попробовать – предал бы собственные идеалы командной взаимоподдержки, в которые свято верил. Но страх навредить девушке необдуманными действиями был слишком силен.
– Как ты себе это представляешь? Речь вроде шла о преобразовании моей собственной энергии, а не чужой, – задумчиво рассуждал Эдгар.
В словах мужчины была логика. Стефан понимал не только риски, но и тот факт, что вариантов помощи у него сейчас всего два. Первый он уже озвучил, а второй… Второй никому не понравится.
– Тогда у меня нет другого выхода, – обреченно проговорил Стеф и вернулся к Эмилии. – Завтра утром пойду дежурить у кабинета Аделины, потому что только она сможет дать ответ на вопрос, как помочь Эми.
– Что? – не веря своим ушам переспросил Эдгар. – Ты же помнишь, какой у нас уговор с этой женщиной?
– Разве она знает, что мы в одной команде?
– Откуда мне знать?! – выпалил Эд. – Не удивлюсь, если ее головорезы пробивают людей, которые к ним приходят. Или установили слежку именно за мной после того случая.
– И что ты мне предлагаешь? – взорвался Стеф. – Сложить руки и ждать пока само рассосется? А если не рассосется?
– Тихо! – рявкнул Бенедикт и прервал перепалку друзей. – Не нужно караулить или шантажировать Аделину. Я сам решу этот вопрос.
Он стоял у входа в комнату и выглядел так, будто принял очень сложное решение. Возможно, и правильное, но тем не менее не принесшее ни капли облегчения.
– Как? – скептически поинтересовался Эд и сложил руки на груди. – Тебе уже отказывали в приёме.
– Я общаюсь с ней, – заявил мужчина и спустя небольшую паузу добавил: – И смогу лучше объяснить ей ситуацию. Есть большая вероятность, что Аделина согласится помочь, поэтому завтра в моем доме должны быть только Стефан и Эмилия.
Раскрыв неожиданную правду, Бенедикт удалился из комнаты, а шокированный откровением Эд направился следом за ним, восклицая что-то вроде «Почему ты мне ничего не рассказывал?!». Очевидно, друзей ждал серьезный разговор.
***
Чем больше вопросов Эдгара сыпалось ему вслед, тем сильнее злился Бенедикт. В его скверном настроении не было вины друга, хотя сейчас казалось, что это не так.
– Мы не зафиксировали никаких договоренностей, но что было бы, если бы ее охранники узнали о вашей связи? – кипел Эд. – Я же говорил, что они тоже маги! Думаешь, они стали бы разбираться в подробностях?
– Мне делает выговор человек, который ворвался в офис к беззащитной женщине и угрожал ей пистолетом? – резче, чем хотелось бы, бросил Бенедикт.
Эдгар, следовавший за другом по пятам, едва не отшатнулся, словно от удара.
Бенедикт поднялся в свой кабинет и откупорил начатую бутылку абсента, к которой притрагивался лишь в дурном настроении. Крохотная рюмка специфичного алкоголя отозвалась в голове сухой вспышкой. Именно это ему сейчас и было нужно.
– Я не раз попросил прощения за то, что впутал тебя, – борясь с проснувшимся чувством вины, пробурчал Эд.
– И я принял извинения, – парировал Бен.
– Ты меня, наверное, не понял, – после недолгой паузы снова заговорил Эд; теперь в его словах не было прежней горячности. – Я ведь о тебе беспокоюсь. Скрывая такие важные события, ты лишаешь меня возможности помочь тебе, если что-то пойдет не так.
– Я максимально доверяю тебе, Эд, – с нажимом произнес Бенедикт. – И не спрашиваю о вещах, о которых ты сам не готов говорить.
Бенедикт не смотрел на друга и, более того, не требовал реакции на сказанное, но Эдгар все равно почувствовал себя не в своей тарелке.
– Неужели ты думаешь, что взрослая женщина по принуждению пошла со мной на свидание? – продолжил Бен; в его голосе звучала усталость и горечь. – Но дело даже не в этом. Аделина сама сделала первый шаг, а я пошел ей навстречу. Хотя какая теперь уже разница?..
– Я понимаю, что ты хочешь помочь, но она не согласится, – мягко, почти снисходительно проговорил Эдгар.
– Как сказал, Стефан: у нас нет другого выхода.
– Есть. Просто не ходи к ней.
– Если бы моя дочь была в таком состоянии, я бы лучше остался навеки одиноким, но воспользовался любым, даже самым опасным шансом, – Бенедикт стоял у окна и мелкими глотками потягивал алкоголь из стакана. – Тебе не понять, Эд. При всем уважении.
– Отсутствие у меня детей не делает из меня эгоистичного монстра. Послушай…
Ни к чему не ведущий разговор заставил Бенедикта рассвирепеть. Он повернулся к другу так резко, что пару капель абсента все-таки выплеснулись на пол.
– Чего ты от меня хочешь, Эд?! Чего тебе не имётся? Самое страшное, что могло бы случиться, уже случилось бы тогда – в декабре! Сейчас-то что? Это моё решение и мне за него нести ответственность!
Эдгар недовольно поджал губы и дернулся к выходу, но вовремя остановил себя.
– Я поеду с тобой.
– Нет, – рявкнул Бенедикт. – Даже не смей! Я сам со всем разберусь. А если я узнаю, что ты все равно увязался следом…
– То? – с вызовом бросил Эд.
– Лучше не делай этого, – собравшись с силами, спокойно проговорил Бен.
Он понимал, что перестаёт себя контролировать, поэтому уже мягче добавил:
– Оставь меня, пожалуйста, одного. Мне нужно подумать.
Глава 21
Новый день поздоровался с Аделиной солнцем. Нежные лучи пробрались в комнату сквозь неплотно закрытые шторы, расчертив стены вертикальными полосками. В кои-то веки погода была созвучна её настроению.
Аделина выпорхнула из дома в прошлогоднем пальто с золотистым узором, которое раньше казалось слишком ярким и вычурным для такого города, как Левирин. Сегодня же оно пришлось как раз кстати. Каблуки радостно выстукивали по очищенному тротуару, заставляя прохожих обращать внимание на слишком довольную для рабочего утра женщину.
Визит Бенедикта стал приятной неожиданностью. Его рост и широкие плечи, обтянутые черной кожаной курткой, заставили коридор визуально сузиться.
Мужчина стоял у её кабинета с картонным стаканчиком кофе и, судя по запаху, чем-то ароматным в бумажном пакете.
– Привет, – тепло произнес Бен и протянул женщине кофе.
Аделина непроизвольно отметила, что у Бенедикта необычайно мягкая улыбка – при его-то брутальности. И ей это безумно нравилось.
– Привет, – откликнулась Аделина и наклонилась к стаканчику. – Ммм, с карамельным сиропом. Мне нравится. Не ожидала тебя увидеть так скоро.
– Примешь меня вне очереди? – приподняв бровь, пошутил мужчина и проследовал за Аделиной в её кабинет мимо удивленной секретарши.
– Ты уже придумал развлекательную программу для нашей второй встречи?
– Нет. Пока нет, – поколебавшись, ответил он. – Я пришел по другому поводу.
Женщина насторожилась, но враждебности не проявила. В её мимике и жестах читалась скорее заинтригованность, нежели подозрение.
– Говори, – мягко произнесла Аделина.
Заняв свое место за столом, она пригласила собеседника присесть напротив.
От нее не укрылась смена настроения Бенедикта: судя по хмурому выражению его лица, разговор предстоял нерадостный.
– У моих близких друзей случилось несчастье, – проговорил Бенедикт. – Девушке очень плохо. Она в полубессознательном состоянии и врачи тут не помогут. У неё магический приступ.
В глазах Аделины мелькнуло понимание; участливое выражение её лица сменилось маской, с которой она всегда принимала клиентов.
Бенедикт не отрывал взгляда от женщины и, пока она не успела отреагировать какой-нибудь колкостью, продолжил:
– Ты её знаешь. Это Эмилия Бартош – девочка, которая до визита к тебе и не подозревала о своих силах. Сейчас она лежит у меня дома. Мой друг забрал её у ничего не понимающих родителей. Может быть, ты сможешь ей чем-то помочь?
Аделина с самого начала знала, что просьба о помощи рано или поздно прозвучит, хоть и надеялась, что это будет значительно позже – когда она в самом деле была бы не только не против, но и рада помочь. А сейчас…
– Скажи мне только одно, – выдержав долгую паузу, попросила Аделина. – Ты с самого начала на это рассчитывал?
– Нет, – мгновенно ответил Бен. – Я узнал об Эмилии вчера ночью, после нашей встречи. Но я понимаю твои чувства и на твоём месте подумал бы то же самое.
Наступило неловкое молчание. С совершенно непроницаемым лицом Аделина включила ноутбук и принялась щелкать мышкой, что-то изучая в системе. Она принялась за работу, будто была в кабинете совершенно одна.
Бенедикт молча ждал, зная, что Аделина должна нарушить тишину первой.
Наконец – когда гнетущая тишина уже начало изрядно покалывать его нервы – Аделина негромко сказала:
– У меня сегодня несколько визитов. Я освобожусь лишь в обед.
– Я могу подождать на парковке напротив бизнес-центра, – сдержав облегчённый выдох, предложил Бен.
– Хорошо, я помогу. Подъезжай к часу.
Она видела, что Бенедикт хотел сказать что-то ещё, но так и не решился это сделать, молча покинув кабинет.
Собственные домыслы, особенно подкрепленные хорошими событиями, похожи на алкоголь: начинаешь с пары капель и не замечаешь, как на волне расслабления залил в себя полбутылки. А наутро просыпаешься и осознаешь, что вчерашние посиделки не стоили твоего отвратительного состояния сейчас.
Аделина сама написала этому красивому мужчине, сама позволила подловить себя на крючок симпатии, а теперь чувствовала себя использованной. Особенно противно было это ощущать после прекрасного вечера накануне, когда она вдруг осознала, что впервые за долгое время готова начать отношения.
***
Ночной эксперимент Эдгара с куполом вышел неудачным. Они со Стефаном так долго пререкались о том, стоит рисковать или нет, что у заснувшей Эмилии вновь проявился магический купол. В конце концов, Эдгар сдался.
То ли из-за того, что девушка спала, то ли еще по какой-то причине, возникший купол был едва заметен. После разговора с Бенедиктом, суть которого осталась за закрытыми дверями кабинета, Эдгар был крайне недоволен и каждое своё действие сопровождал ворчанием. Он примерялся, заходил к Эмилии с разных сторон и бухтел себе под нос. Выбрав по каким-то известным только ему критериям удобную позицию, Эдгар приложил ладони к куполу и прикрыл глаза. Потом открыл и расфокусировал взгляд. Со стороны все выглядело очень загадочно.
Не прошло и пяти минут, как купол Эмилии вспыхнул ярче, заставив Эдгара отшатнуться под сдавленные ругательства. На первый взгляд ничего страшного не произошло – просто магия Эмилии проявилась активнее. Но неизвестно, что творилось с самой девушкой. Может быть, этот купол высасывал из нее силы.
Стефан мгновенно подлетел к любимой и позвал её. Сквозь переливчатую стенку он увидел как Эми тяжело приподнимает голову и шепчет:
– Я так устала.
На этом решили эксперименты закончить.
Купол продержался еще тринадцать минут, а внешнее состояние Эмилии не изменилось: она не стала бледнее или разговорчивее, её дыхание не участилось. Эти наблюдения немного поумерили молчаливый гнев Стефана.
После эксперимента Эдгар уехал к себе, а Бенедикт утром, как и обещал, отправился на встречу с Аделиной.
Тишина напрягала. Дом казался слишком большим и безлюдным. Стефан проводил рядом с Эмилией все время, покидая ее самое большее на десять минут, чтобы сходить в туалет или освежить лицо. Но как бы он ни пытался бодриться, усталость все равно брала свое, и время от времени парень проваливался в беспокойную дрему.
В один из таких раз он проснулся от бормотания девушки. Она говорила что-то о девочках и взрослости. Постоянно повторяла «я сама».
– Все будет хорошо, маленькая моя, – мягко проговорил Стефан. – Помощь уже рядом.
Эми открыла глаза и посмотрела на Стефана так, как никогда еще не смотрела – с безнадежностью. Будто она вдруг перестала верить в лучшее.
Парень внутренне содрогнулся. Он отчаянно надеялся, что если не слова, то хотя бы его искренняя поддержка и любовь каким-то образом смогут помочь улучшить состояние Эмилии. Но этого, похоже, было недостаточно.
Почти в десять позвонил Бенедикт и сообщил, что привезет Аделину к обеду. От огромного камня, лежащего на душе Стефана, откололся большой кусок, и стало чуточку светлее. Парень коротко поблагодарил друга и отключился, хотя внутри был готов расстелиться ковром в благодарностях.
Пока кофемашина колдовала над будущей бодростью Стефана, он решил связаться с Виктором, чтобы немного развеять родительское беспокойство. Наверняка они встали ни свет ни заря и гадают, когда лучше позвонить, чтобы не помешать.
Отец Эмилии как обычно был сдержан и суров, но к концу разговора, услышав о грядущей помощи, словно оттаял. Стефан позволил себе чуть улыбнуться – хорошие новости приносить гораздо легче. Он будет счастлив, если получится порадовать родителей Эми еще больше.
Крепкий кофе помог взбодриться ровно настолько, чтобы не клевать носом – но это было лучше, чем ничего. Пока молодой человек сидел рядом с Эми и снова гонял мысли по кругу в попытке найти решение, у девушки произошел новый всплеск силы.
Воздух над Эмилией переливался и дрожал, словно летом от жары – хотя никакого тепла не ощущалось.
Стефан на свой страх и риск прикоснулся к этому подобию купола: не было ни боли, ни странных ощущений. Он просто будто наткнулся на стенку. Парень пробежал пальцами вдоль купола туда и обратно, но так и не нашел его краев.
Задумавшись, он нерешительно произнес:
– Эми, тебе нечего бояться… Ты пытаешься от чего-то защититься?
Ответа не было, но и купол не исчез. На этот раз он продержался до самого приезда Аделины и Бенедикта.
…Они появились на пороге ровно в два часа дня. Аделина снова вела себя отстраненно-высокомерно. Казалось, их с Бенедиктом разговор об этом визите был довольно непростым. Чего бы другу ни стоило привезти сюда эту женщину, Стефан поклялся, что отблагодарит его сполна, лишь бы нашелся способ помочь Эмилии.
– Давно она в таком состоянии? – спросила Аделина, остановившись у самой постели Эми.
Стефан кратко обрисовал случившееся, и лицо Аделины будто немного смягчилось. Вряд ли ее растрогали слова парня – скорее этот эффект возымело беспомощное состояние девушки, которая по воле обстоятельств оказалась в сложной ситуации. В таком виде Эмилия вызывала еще больше сочувствия, чем когда сбивчиво рассказывала о своей проблеме.
– Что можно сделать? – с надеждой спросил Стефан.
Он намеренно избегал формулировки «можно ли вообще что-то сделать».
– Тихо, – невежливо шикнула Аделина и обратила всё внимание на лежащую девушку.
Стефан бросил взгляд на Бенедикта, но по его лицу можно было понять лишь, пожалуй… Нет. По его лицу нельзя было понять ничего.
Молодой человек ожидал чего угодно: взмахов руками, ощупываний, даже каких-нибудь заклинаний, но Аделина просто стояла и смотрела на Эмилию. Лишь несколько раз она наклонилась поближе к ней – но больше ничего.
Отступившая нервозность вновь попыталась завладеть Стефаном, но он стойко выдерживал затянувшееся молчание.
– Она нашла путь, но поздно, – с досадой в голосе констатировала Аделина. – Слишком много накопила.
– А возникающий купол? – быстро спросил Стефан. – Что это?
– Скорее всего, это бесконтрольное проявление магии, которую слишком долго держали в клетке, – пояснила женщина. – Возможно, когда магия с помощью таких всплесков упадет до приемлемого уровня, Эмилия сама придет в сознание. С ней бы поговорить, чтобы понять, что она успела выяснить, но неизвестно, когда она придёт в нормальное состояние. Если не хотите ждать, найдите антиприродника. Он сможет откачать накопленную энергию, которая блокирует её сознание.
– Где же найти этого антиприродника, когда его по внешним признакам даже никак из толпы не выделишь? – озадаченно пробормотал Стефан.
Аделина сложила руки на груди и пожала плечами: мол, не мои заботы. Потом словно что-то вспомнила и обратилась к Стефану:
– Я знаю, что в Левирине точно есть один такой человек. Девушка. Пару месяцев назад она пыталась попасть ко мне.
– Как она выглядит, можете вспомнить? – тут же ухватился за спасительную соломинку Стефан. – Может, имя или приметы какие-нибудь? Возраст?
– Я не выдаю своих клиентов, – строго припечатала Аделина. – Но, к счастью для вас, она не была моей клиенткой. Имени не знаю, она не представлялась моему секретарю. Выглядит, как дерзкий подросток. Возраст от шестнадцати до двадцати пяти, наверное. Короткие черные волосы, глаза хитрющие. Рост невысокий.
Стефан и Бенедикт ошеломлённо переглянулись.
– Это она? – поинтересовался Бен, открыв на смартфоне фото Генрики.
– Да, – кивнула Аделина, а потом сокрушенно пробормотала себе под нос: – Я должна была догадаться, что она из вашей банды.
Никто из присутствующих не обиделся на сказанное. В какой-то мере они и в самом деле были бандой.
– Если это не поможет, что еще можно предпринять? – на всякий случай перестраховался Стефан, заметив, как Аделина засобиралась к выходу.
– Пробуйте. Я сказала всё, что знаю, – произнесла женщина, но остановилась в дверях. – Я могу лишь рассмотреть наличие магии и ее состояние: раскрыл её человек или нет. Остальное – все возможные советы и рекомендации – основано на опыте и интуиции. Так что тут каждый сам по себе. Помогает – хорошо, не помогает – ищите другие методы.
***
Новость о состоянии Эмилии разнеслась быстро, поэтому вечером все собрались у Бена.
– Ты прикалываешься? – едва не визжала Генрика. – С чего вы вообще взяли, что я этот грёбаный антиприродник?!
Никто из друзей не понял, почему девушка так агрессивно отреагировала на новость о своей магии. По сути, в способностях антиприродника ничего оскорбительного не было, но Генрика, похоже, настолько сильно убедила себя в причастности к энергетикам, что заочный вердикт Аделины её шокировал.
– Так сказала Аделина, а ей можно доверять, – веско заявил Эд.
– Мало ли что сказала эта…
– Генрика, – сурово перебил Бенедикт. – Думай, а потом говори.
Девушка недовольно поджала губы, но пыл усмирила. Она легко переругивалась с Эдом, но когда в разговор вступал Бенедикт, да еще и не в самом хорошем расположении духа, девчонка становилась как шелковая.
– Ты же со всем справляешься, а просьба Стефа лишь немного сложнее тех, которые уже были, – хоть Дана и хитрила, ей удавалось звучать исключительно дружелюбно.
Генрика суетилась: то встряхнёт короткими волосами, то закатает, а потом расправит рукава, нервно потопает ногой. Девушка явно хотела что-то сказать, но вместо этого она с шумом втянула воздух и все-таки заставила себя подойти к лежащей Эмилии. Эдгар, Стефан и Дана не раз объяснили, что от нее требуется, – хотя сами придумали эти действия чисто интуитивно: в процессе мозгового штурма, пока ждали всех остальных. Не важно, как глупо это могло выглядеть, нужно было с чего-то начинать.
Когда рука Генрики коснулась ладони Эмилии, ничего не случилось. Стоило девушке представить, что она «впитывает избыток циркулирующей в теле Эмилии магии», – именно так друзья описали ей суть процесса – как над кроватью в секунду раскрылся купол. Генрика успела только вскрикнуть перед тем как ее отбросило в сторону. Даже ее прыти не хватило, чтобы быстро увернуться.
Встрепенулись и все остальные.
– Она на меня напала! – взвизгнула девушка и обняла себя, будто успокаивая. Рядом с ней в поддержку стала Дана. – Я не буду больше ничего делать. Она опасна.
– Попробуй просто дотронуться до купола. Так даже легче. Он тебе не навредит, смотри, – спокойно проговорил Стефан и демонстративно положил ладонь на переливающуюся поверхность.
– Это ТЕБЕ не навредит, а меня она не любит! – огрызнулась антиприродница.
– Она без сознания, Генрика.
– Ты сам все видел!
– Ты единственный человек, который может помочь! Она, может быть, умирает, а ты не можешь сделать над собой усилие? – взорвался Стефан. – Неужели ты думаешь, что Эмилия не сделала бы для тебя того же?!
Время шло, а положительных изменений не происходило. Вероятно даже наоборот: купол появлялся чаще, а состояние Эмилии все не улучшалось. Стефан был на взводе, напирал, но угрызений совести не испытывал.
