Страница 10 из 13
– Пришёл обсудить всё без придурка, – Зак задумчиво разглядывал меня, наклонив голову, а я поплотнее запахнула халат. – Странно, что он за Ливаем не потащился. Армандо ведь без него и шагу не сделает. Такая размазня, – качнул головой. – Его бабка была заброшенкой, но силы стража нет и близко. Только и научился вместо фонаря ходить. О, знала б ты, как он был жалок в Академии. Всякий бред рисовал, когда надо было тренироваться. Однажды порвали, так он разревелся, – Зак хмыкнул. – Единственный кто воспринимает Армандо всерьёз – Ливай. Дружба изгоев.
Я смотрела на нежданного гостя настороженно. Не провоцировать, но помнить, что Армандо близко. Нужно лишь докричаться.
– Ты скучаешь по дому? – резко сменил тему Зак. – По близким? Безопасности?
– Возможно.
– Значит, хочешь побыстрее отсюда убраться, верно?
– Я не буду с тобой спать!
Зак поджал губы и выдал совсем уж по-детски удивлённое:
– Почему? Заброшенки считают меня красивым. В постели я хорош. Мы можем зачать ребёнка прямо здесь и сейчас.
– Нет, не можем! Я замужем, Зак, и наши с Ливаем принципы сошлись. Поэтому нет, если у меня и будет ребёнок, то от него.
Сказать сказала, а покраснела от макушки до самой шеи. Ну и что, что знаю его лишь пару дней!
Глаза Зака округлились.
– От Чудовища? Да, ты его хоть в постели представить можешь? Он если просто дотронется до кого-то, уже причиняет боль. Кажется, я понимаю, почему ты оказалась здесь не по плану. Ты неправильная. Может, больная?
Я собиралась возмутиться, но потом подумала, что это может помочь. Пусть оставит в покое!
– Не знаю. Возможно
Зак вдруг улыбнулся. Снова неожиданно.
– Тогда ты не понимаешь, как и что для тебя лучше. Я сделаю всё сам, и мы объявим Ливаю, что ребёнок мой, – он протянул руку. – Только не кричи сильно. У меня потом голова болит.
Я отскочила назад. Не понимаю, как и что для меня лучше? Совсем обалдел?!
– Нет! Не смей! Клянусь, я буду кричать так, что у половины города голова будет болеть! Уходи, Зак. По-хорошему прошу. Перешагнёшь эту черту, клянусь, Ливай узнает всё в самом плохом для тебя виде!
Чувствую себя остановленной ДПС истеричкой, которая кричит: «Да ты знаешь, кто мой муж?!», но что поделать? Со здоровым мужиком мне самой не справиться.
Зак задумался, на лице мелькнуло сомнение.
– Ты просто не пробовала. Сначала отказываешься, а потом за уши не оттащишь. Вы, заброшенки, все такие.
– Сам сказал, неправильная и больная. Иди, Зак. Уверена, Моника родит тебе прекрасного ребёнка, а меня оставь в покое. Может, я не тороплюсь домой? Как Лагерта!
Боже, что я несу?!
– Нет уж, Даночка, ты гораздо горячее Лагерты, – Зак ухмыльнулся, протянул руку ко мне и… так и не коснулся.
Дверь с грохотом распахнулась, едва не слетев с петель.
На пороге, будто демон, возник Ливай. Он не сказал и слова, но взгляда леденящих серых глаз хватило, чтобы Зак отдёрнул руку и рванул к балкону.
Всё случилось настолько быстро, что я даже охнуть не успела. Зак с грохотом упал на пол, сделав шаг или два. Резко перевернулся, потому что сверху на него прыгнул Ливай и мощно ударил в выставленный блок. Я услышала что-то подозрительно похожее на хруст, а после Зак закричал.
О, нет.
Ливай снова замахнулся. Второй удар пришёлся по лицу. Божечки, он что, кости ему сломал?! Это вообще возможно?! Впрочем, он захватывает сознание монстров и прыгает с дракона. Границы его возможностей намного шире, чем я привыкла.
Нет-нет-нет, так это не должно заканчиваться. Если он ударит по лицу с такой же силой, Заку конец!
– Ливай! Не надо! – подходить близко я побоялась. – Хватит!
– Он напал. Никто не смеет касаться тебя против твоей воли.
Снова замах, удар и хруст. Зак завывает, а из сломаного, практически размятого носа стекает кровь, заливая лицо.
– Достаточно! Он меня не трогал! – я подбежала к ним и положила ладонь на спину мужа. – Хватит. Ты же убьёшь его!
Ливай медленно обернулся. Злые глаза обожгли холодом, а после он спросил на удивление спокойно:
– Мне прекратить? Тебе нравилось то, что он делал?
– Да какая разница? – говорил Зак гнусаво и дышал ртом. – Ты собираешься убить брата из-за девки-заброшенки?
– Это моя жена. И мой главный долг – защищать её. Даже если ей угрожает тот, с кем у меня общий отец.
Так, подождите. Ещё один принц? Господи, да сколько их тут?!
– Хватит, пожалуйста, – я сместила ладонь на плечо Ливая. – Я не хочу, чтобы из-за меня кто-то умер.
Он поднялся так резко, что я едва успела отпрянуть. В этот момент в комнату вбежал Армандо.
– Что происходит? Ливай? Зак, а ты как тут очутился?!
– Так ты выполняешь мой приказ?! – рыкнул на него Ливай.
Армандо замер на миг и опустил подбородок, явно обиженный таким приветствием:
– Позволь напомнить, что Орден армии не подчиняется. Ты не можешь мне приказывать.
– Так даже хуже, – Ливай одной рукой поднял Зака, будто котёнка. – Значит, так выполняешь дружескую просьбу?
– Ой, пошёл ты, Ливай, – фыркнул Армандо. – Я не прорицатель, чтоб знать, насколько твой братец отбитый.
Нужно было что-то сказать, но я совершенно не представляла что. Ливай зол как чёрт. Наверняка весь день носился по Кватруму и, возможно, нашёл Ферана… а теперь, вернувшись, обнаружил свою жену с братом.
Мы будто в мексиканском сериале.
– Ливай, не нужно, – я снова шагнула к нему. – Армандо не виноват. Я собиралась позвать его, но ты появился раньше. Зак здесь всего пару минут. Даже если и не собирался уходить, ничего не получилось бы. Прости, знаю, всё выглядит ужасно, но я не вру.
– Так, может, мне ещё принести извинения? – Ливай наклонился к Заку. – Попросить у тебя прощения, а, брат?
– Просто отвали, – фыркнул он, морщась от боли. – Твою мать, ты придурок ударенный! У меня руки сломаны!
Ливай, не изменившись в лице, потащил его к выходу.
– В госпиталь? – Армандо посторонился.
– Сначала к императору. Пусть полюбуется, – процедил Ливай, а после посмотрел на служителя и коротко добавил. – Прости. Не прав.
Мы остались в комнате, но прекрасно слышали проклятия Зака, которого Ливай явно волочил не слишком бережно.
Меня трясло, пришлось сжать зубы, чтобы не стучали. Стало неловко, что стою перед взрослыми мужчинами в ночной рубашке с накинутым поверх халатом.
Армандо смотрел в коридор и, когда крики Зака стихли где-то в холле, покачал головой.
– Ну, вот. Все попали. Остальных не жалко, а вот я… униженный и невинно оскорблённый.
– Прости, – я обняла себя за плечи. – Не ожидала, что он на балкон попадёт. Тут же второй этаж. С крыши, что ли, прыгнул?
– Виверна, забыла? Сама-то как? Пойдём, накапаю тебе кое-чего. Нервы хорошо успокаивает.
– Точно… виверна, – я потёрла лоб и нетвёрдо шагнула к нему. – Господи, мне так стыдно.
– Надо было сразу орать: «Помогите, насилуют!» – Армандо притянул меня к себе и приобнял. Стало теплее. – Полстолицы бы сбежалось, интересно же. Идём.
– Спасибо. И прости, что из-за меня он на тебя накричал.
– Ну, Чудовище он и есть Чудовище.
Армандо привёл меня в свою комнату и усадил в кресло. Тут же стащил с кровати одеяло, укрыл и отошёл к шкафу.
– Знала бы, какой он паинька потом. Вздыхает, преданно и грустно смотрит в глаза, – он посмеялся. – Ливай совестливый до ужаса, но никогда не признаётся. А ещё боится, что я тоже психану и уйду. Дурак, – служитель вылил в стакан воды один из пузырьков. – Вот. Как чаёк успокаивающий, тебе надо. Знаешь, как мы с Ливаем сошлись?
– В академии?
– Не где, а как. Я рисовал. Не чертил здания, не схематично изображал внутреннее расположение комнат и не выдумывал новое оружие. Рисовал. Яркими красками. И за это меня шпыняли чуть ли не ежеминутно. И вот один раз я нарисовал виверну, летящую над городом с развивающимся императорским знаменем в пасти. Очень доволен был, а все расхохотались больше обычного. Забуцали, начали мять рисунок. Обидно было, – Армандо помолчал. – А потом их раскидал Ливай. Меня на ноги поставил, вернул рисунок. Но сначала посмотрел, и знаешь, что сказал? – он прикрыл глаза и улыбнулся. – «Красиво».
Пока он рассказывал, я даже забыла о случившемся. Армандо открывал мне совершенно другого Ливая. Не того, кто может сломать руки каким-то неестественно сильным ударом.
Чудовище не стало бы защищать того, кто слабее. Чудовища как раз смеются над чужим проявлением индивидуальности и творчеством.
Надеюсь, мы поговорим, когда он вернётся.
Глава 17
Из кровати я выбралась к обеду. Слуги не заходили, но иногда я слышала голоса за дверью. Похоже, старательно делают вид, что меня не существует. Готова спорить, о ночном визите Зака знает весь дом. В нашем мире принято осуждать жертву, может и у них так? Особенно если все уверены, что я вот-вот сбегу.
Кое-как приведя себя в порядок, вышла из комнаты. С таким распорядком дня совсем обленюсь. Не надо вставать в полшестого, чтобы приготовить завтрак и выслушать очередную историю о том, какой Люцифер козлина. Уборку делают за меня, готовят тоже, стирают. Не считая монстров, отличный мир.
Ненадолго остановилась у комнаты Ливая, но постучать не решилась. Есть не хотелось, поэтому я пошла вниз, к роялю. Комната располагалась с западной стороны, так что утренние лучи в неё не попадали, даря таинственный сумрак. Спокойно. Когда мысли не на месте, самое то. Есть где спрятаться.
К моему удивлению, на крышке лежал изготовленный ключ, и я тут же примерила на вирбель. Идеально! Вот чем я займусь. Мозги точно прояснятся.
Настройка заняла больше времени, чем я рассчитывала, но и сам рояль, конечно, переплюнул все ожидания. Звучал прекрасно, как новый. Хотя в этом мире он единственный, конечно, ему не будет равных. Я на рояле только в консерватории играла. Люблю, как он звучит, но в моей двушке его не поставить.
Пальцы ныли от желания ощутить силу и красоту инструмента. Наверное, так себя чувствуют водители, впервые сев за руль новенького спорткара. Но едва я коснулась клавиш, чтобы наиграть мелодию, как услышала голоса в холле. Ливай?
Вскочив, я побежала к выходу. Уже в коридоре поняла, что голоса женские.
– Генерал ещё не возвращался, – доложила горничная. – Проводить вас к миссис Винтерман?
– Да, пожалуйста!
Когда вышла в холл, увидела Алану. Сегодня на ней длинное платье подозрительного тёмно-синего цвета. Почему она в тёмном? Я не спросила у Ливая, нашёл ли он Ферана…
– Диана, – девушка тоже увидела и чуть ли не бегом бросилась ко мне. – Ты была права! Надежда!
– Нашли?! – обрадовалась я, ловя её руки. – Он цел?
– Не совсем, – Алана мотнула головой, но улыбаться не перестала. – Феран жив. Не ранен, но… будто не со мной. Ты ходила с Ливаем в битвы? Видела, каким он становится, когда вселяется в тело собирателя?
– Да. Получается Феран… в коме? Ударился или что?
– Врачи говорят нет. Есть три раны небольших. – Алана вздохнула. – Как надрезы. На запястьях и шее. Но от них в кому не впадают.
– А он не мог переместиться в кого-то и потеряться? Ты пробовала его звать?
– Зову постоянно, – Алана погладила по животу. – Рассказываю про сыночка. Ты знала, что от стражей только мальчики рождаются? Странно, да? Я девочку хотела – она вымученно улыбнулась. – Но мальчик тоже хорошо. Советую придумать имя заранее, а то будешь как я. Ты, я надеюсь, не поступишь с Ливаем, как остальные.
Если он сам не поступит со мной, как некоторые.
– Он и сам передумать может. Хочешь чего-нибудь? Ливая всю ночь нет, не знаю, когда вернётся.
– Только поблагодарить. Вас обоих, – Алана взяла мою руку. – За…
– Не за что, – в дом вошёл Ливай.
Он всё ещё был в своей лётной кожанке. Скорее всего, не присел с ночи, но вида не подавал. Глаза уставшие. Поприветствовав Алану кивком, он посмотрел вниз, а потом на меня. Пронзительно, будто хотел сказать что-то, но не находил слов. Или не при гостях.
Я понимаю. И да, я ещё здесь. С тобой.
– Состояние Ферана непонятно и уязвимо, – выжал он.
– И всё же вы вернулись, отыскали его и вернули ко мне, – Алана улыбнулась. – Он рядом, в безопасности. И есть надежда.
– Надежда, – повторил Ливай. Как и накануне, его губы искривила тень усмешки, но он быстро подавил её.
– Продолжай звать, – я сжала руку Аланы. – Вдруг что-то пошло неправильно, и его унесло? Уверена, найдётся способ его вытащить. Воспитание ребёнка он не имеет права пропускать.
