— Дед совсем плох.
— Ни разу в это не поверю!— воскликнул Аркадий.— Дед Михей?!
— Он самый. Говорит, что неможется ему. Кости все ломит и вообще. Умру, говорит, скоро,— Борис тяжело вздохнул.
— Чушь собачья,— встрял РОК в разговор людей.
— Объяснись,— строго осадил его Фёдор.
— Раз вы так настаиваете, то извольте. Возражению моему есть две причины. Первая— полгода назад мои коллеги от фармакологии запустили в производство сенолитики.
— Что за зверь такой?
— Препараты, замедляющие старение и предотвращающие возрастные заболевания. Ими сейчас потчуют всех стариков. Незаметно для них самих, а то многие наотрез отказываются принимать лекарства.
— Это верно,— подтвердил его слова Борис.— Мой от одного слова «фарма» готов придушить собеседника.
— А вторая причина?— поинтересовался Александр, переживающий, как и все, за старика, всеобщего любимца их коллектива.
— Так это совсем просто. Как только Борис сказал о хреновом здоровье деда, я тут же проверил его слова, сверившись с генетическим паспортом нашего «больного».
— И что?
— Здоров как бык. Здесь что-то другое,— РОК на секунду замолчал.— Понятно. Сделаем так: тебе, Борис, и всему твоему семейству я ставлю диагноз, требующий немедленного лечения горным воздухом. Берёшь своего деда, и дуете все вместе на месяц к нему на родину. Сам в кои веки отдохнешь, и он избавится от ностальгии. Он же у тебя второй месяц гостит.
— Блин, да ты к тому же ещё и психолог!— лицо Бориса мгновенно просветлело.
— Что только не сделаешь ради друзей,— скромно сказал заботливый искусственный интеллект. Единственный и неповторимый.
— Ложь во благо,— задумчиво произнес Алексей, мельком взглянув на Фёдора.
— Поди, не в первый раз,— ответил тот на его взгляд.
Тогда, в уже далёком прошлом, их дружный коллектив не стал никому сообщать о самосознании, которое обрёл их любимчик. Это была их общая тайна, тщательно оберегаемая. Разум же этот впитывал в себя, как губка, все человеческие привычки, логику и жаргонные словечки, умело пользуясь ими при случае. Синтезатор речи существовал только у одного из обширного семейства российских квантовых: у их Искина, первенца.
— РОК, а как стариков незаметно потчуют лекарствами?— спросил Аркадий, которому было интересно буквально всё.
— Подарки им к праздникам положены? Положены. Вот в них и добавляют лекарства. Совмещают, так сказать, приятное с полезным. Борис, друг мой, у меня сейчас созрела одна креативная идейка,— доброжелательным голосом произнес Искин.
— Поделишься?— с живым интересом поинтересовался тот.
— У тебя есть фотографии или видео того места, где живёт твой дед?
— Конечно, но зачем?
— Затем, что я тебе за две минуты такую виртуальную реальность сооружу, что ностальгию у него как рукой снимет. Горы там, избу его, кедры, травку.
— Спасибо, конечно, но не прокатит,— печально сказал Борис.— Быть может, я бы на твою поделку и повёлся, но только не он. Он свой алтайский воздух и запахи трав ни с чем не спутает, ещё сильнее скучать начнёт. Давай, выписывай всем моим больничные.
Время близилось к обеду. Все текущие дела досрочно завершены, и митохондрии— эти энергетические станции клеток— настойчиво требовали от мозга пополнить питательные вещества, иначе говоря— принять большие объемы пищи.
— Кто-нибудь мне скажет, где наш Василий?— Фёдор вопросительно посмотрел на друзей.— Он мне вчера проиграл обед и, похоже, собрался самоустраниться.
— Так у него сегодня тренировка, забыл?— ответил Борис, решивший сегодня в ней не участвовать: не то настроение с утра было.
— Чёрт! Забыл не Федька, а я,— Александр ударил себя ладонью по лбу.
Сегодня у них с Василием намечалась тренировка по боевому самбо. На полигоне, в конференц-зале на шестом этаже их конторы. Виртуальная. Третий участник— Сашка-чемпион. Двое против одного. Тяжело, практически без вариантов, но навыки боя никогда в реальной жизни не помешают. Александр представил себе сейчас страдания друга. Тренировка хотя и виртуальная, но падать вслед за своим аватаром будет и сам Вася. Максимально достоверно, только без синяков… Возможно, но не факт.
Мысли о будущих оправданиях перед пострадавшим другом прервало сообщение. Посередине помещения появилось голографическое изображение деловитого лица их главного Шефа. Не допускающим возражений голосом тот заявил:
— Борис Иванович, с завтрашнего дня вы находитесь в месячном отпуске по состоянию здоровья. По возвращении жду вас у себя с ендовой алтайского мёда и бадьёй знаменитого нектара деда Михея. Всех целую и обнимаю. Спасибо за внимание.
— Зараза,— беззлобно выругался Борис.
— Это ещё почему? Я ж доброе дело сделал, старался в поте лица. Всё официально, комар носа не подточит,— для вида обиделся Искин.
— Что это было?!— выдохнул от удивления Аркадий.
— Наш умник просто не умеет иначе донести до нас свои новости. Обязательно он что-нибудь придумает, да позаковыристей,— улыбнулся Фёдор.
— Дипфэйк,— пояснил Аркадию Борис.— Синтез изображения. Используется для соединения и наложения существующих изображений. В данном случае— с использованием светлого лика нашего начальника.
— Понятно. А что за нектар такой?
— О-о-о! А-а-а!— других слов, характеризующих таинственный напиток деда Михея, Аркадий от своих старших товарищей не услышал.
— Молодой ещё,— пробурчал Фёдор, будучи лишь на три года старше интересанта.
— Хватит развлекаться, пора заняться насущными делами— насытить организм белками, жирами и углеводами,— положил Алексей конец обсуждению личных вопросов.
Он внимательно посмотрел на своего друга и встревоженно добавил:
— Что у тебя стряслось, Федька?
Глава 4
В сгущающихся сумерках зажигалась многочисленная реклама. Шикарные кафе и рестораны, боулинги и казино манили своей доступностью. Футуристического вида автомобили бесшумно проносились над проезжей частью. В тёмном небе тоже что-то постоянно мелькало, но разглядеть, что именно, не представлялось возможным.
Фёдор шёл по проспекту Нью-Бостона. Широкие тротуары слегка пружинили под его ногами, приятный ветерок с запахом лаванды ерошил волосы. Здания. Все смелые мечты архитекторов здесь можно было не только увидеть, но и потрогать руками. Он не удержался и потрогал. Стекло и металл. Осязательные ощущения не обманули зрительные иллюзии. Гладкие, идеально чистые небоскрёбы взмывали вверх на невообразимую высоту. Оно и понятно: законы физики здесь не работали. После часа созерцания этого урбанистического великолепия у Фёдора устали глаза.
Неожиданно небоскрёбы расступились, и в образовавшемся проёме засиял огнями нескончаемого праздника Букингемский дворец. Выполненный в стиле неоклассицизма, с кусочком Грин-парка, он невольно притягивал к себе скучающие взгляды зевак. Завершал эффект неожиданности величественный мемориал в честь королевы Виктории. Когда Фёдор проходил мимо него, крылатая Победа с вершины постамента приветливо помахала ему позолоченной рукой. Чудеса, да и только!
«Очевидно, что цифровое пространство здесь купил отпрыск королевской семьи из давно обедневшей Англии. Или нувориш, если учесть цену на землю»,— мелькнула у Фёдора вполне себе здравая мысль.
Не так-то легко простому смертному приобрести право на виртуальную имитацию этого шедевра архитектуры. Символично, что попал дворец из реальной Англии сюда, в псевдо-Бостон Новой Англии, как иначе зовут штат Массачусетс. Хотя все названия виртуальных миров условны и являются лишь капризами тех людей, кто вкладывал в них свои деньги. Обычно базы данных и суперкомпьютеры базировались поближе к центральным офисам компаний, финансирующих их. Так проще было намылить шею разработчикам программ за их неудачи.
Физически находиться сейчас на своей исторической родине стало коренным европейцам невыносимо дорого, вот они потихоньку и перебираются за океан. Покупают себе там скромное жилище в реальности и другое — виртуальное. В последнем случае всё зависит только от вкуса и толщины твоего кошелька. Можно, конечно, обойтись и без второго псевдожилья, но уж больно дороги одноразовые посещения цифрового рая.
Глазеть по сторонам и одновременно рассуждать на оживленной улице мегаполиса чревато в любой реальности. В этом Фёдор убедился, когда, не поворачивая головы, двинулся дальше. Сделал шаг и налетел на накачанное существо с львиной мордой.
— Куда прёшь, придурок? — вырвался рык из ощерившейся пасти монстра. По-английски, а может, по-американски. Без разницы: всё равно Фёдор не знал ни того, ни другого языка. И, естественно, не был уверен в достоверности своего перевода.
— Пардон муа, — автоматически вырвалось у него в ответ почему-то на французском языке, из которого он знал одну лишь эту фразу.
Скорее всего, не знал французского и монстр, поэтому бить он Фёдора не стал. Раздумал, а вероятно, просто не решился. Бог знает, кто скрывается под маской аватара? Может, бандит, а может, уважаемый в обществе человек со связями. Хлопот потом не оберёшься: адвокаты, деньги рекой, а скорее всего — сразу пуля в лоб. Поэтому он просто плюнул на идеально чистое дорожное покрытие и продолжил свой путь.
За двадцать минут до заранее оговоренного времени и места встречи Фёдор насчитал среди прохожих пять Суперменов, двух Мэрилин Монро, Линкольнов без счёту, с десяток разномастных зверолюдей, Чужого и прочих известных личностей из мира развлечений и политики.
«Весело у них здесь», — Фёдор наконец достиг своей цели.
Заведение, куда он сейчас зашел, было стилизовано под типичный салун на Диком Западе позапрошлого века. Толкнув коленкой входные распашные двери в форме «крыльев летучей мыши», Фёдор оказался внутри. IT-дизайнеры потрудились здесь на славу!
Повсюду стелился сигарный дым. Полупьяный тапёр играл на расстроенном пианино рэгтайм; у бара тусовались ярко накрашенные девицы; за двумя столиками играли в покер и блэкджек подозрительные личности. Одеты все были под стать обстановке: кожаные сапоги с острыми носами, брюки из денима и кожи, хлопковые рубашки с шейными платками и шляпы с загнутыми полями. Выпивка повсюду, но, судя по образцовому порядку в заведении, драки со стрельбой ещё не было: слишком раннее время для этого традиционного развлечения.
«Как будто попал на съемки очередного вестерна», — мелькнула мысль, и тут же он увидел того, с кем собирался поговорить.
Своего визави Фёдор узнал сразу. Его без ошибки узнал бы каждый, кто знаком с этим направлением западного искусства. Одинокий брутальный ковбой с обветренной кожей, резко очерченным подбородком и очаровательно обманчивой улыбкой на тонких губах, развалившись, сидел за одним из столиков и пил пиво. Его изумрудно-карие глаза со знакомым прищуром пристально разглядывали публику и вновь прибывших. Короче говоря, всем своим видом он ни в коей мере не привлекал к себе внимание других клиентов заведения, выглядевших не менее экстравагантно.
— Алекс?— спросил Фёдор у Клинта Иствуда.
— Предположим,— ответил тот.
— Дружище, это я— Фёдор,— представился ему невысокий человек с узкими глазами, чёрными волосами и жёлтым лицом.
Признать в китайце или японце Фёдора, коим он сейчас казался окружающим, не смог бы даже самый опытный физиономист на службе у Центрального разведывательного управления. Разве что по манере его речи и неистребимому русскому акценту, с которым он произносил немецкие слова.
— Неужели вы все…
— Маскировка,— не дал ему договорить Фёдор и задорно рассмеялся, отчего глаза его вообще превратились в щёлки.
Отсмеявшись и про себя подивившись наивности собеседника, он кивнул на кружку Алекса:
— Хорошее пиво?
— Шикарное! Что-что, а вкусовые ощущения наши программисты умеют оцифровывать. Будешь?
— Не откажусь. Однако давай потихоньку перейдём к делу, а то у меня в этом Раю ограниченный по времени допуск. Зачем звал?
Громким щелчком пальцев вытянутой вверх руки Алекс подозвал официанта и попросил его продублировать свой заказ. Только после этого он продолжил:
— Думаю, тебе излишне говорить, что по любому каналу связи вести сейчас серьёзные разговоры небезопасно. Мы шифруемся, а нас дешифруют. Свои и чужие. Сквозное шифрование— вообще курам на смех!
За годы совместной работы у собеседников сложилось идеальное взаимопонимание, поэтому Фёдор сразу взял быка за рога, спросив о теме их предстоящего разговора:
— Финансы или технология?
— Цифровая экспансия,— также коротко ответил ему старый друг-хакер.
— Серьёзно. И какого чёрта ты в это дело ввязался? Это же сейчас крайне опасно.
— Понимаешь, американская нация— это ведь сборная солянка, коктейль, дикая смесь народов.
Алекс на пару секунд замолчал, а затем добавил:
— Я тебе раньше не говорил, но моя прабабушка была русской, ещё из первой волны эмиграции.
— Понимаю, можешь не продолжать.
— Кстати, как там поживает гроза морей Барбосса? Давно его бас не слышал,— поинтересовался Алекс. Любопытство взяло верх над текущей проблемой.
При мысли о Валерии у Фёдора потеплело на сердце. Он вспомнил теплоту её рук, приятный запах разгорячённого тела и уже собрался ответить, как тут:
— Вот ведь жопа!— на чистейшем русском языке выругался Алекс.— Похоже, что меня начали взламывать. Прощай, друг,— произнёс он и мгновением позже пропал.
«Дело пахнет керосином. Наверняка меня тоже срисовали. Домой!»— скомандовал Фёдор Искину и в ту же секунду очутился в родной российской реальности.
Он снял с головы шлем виртуальной реальности, отключил дополнительные прибамбасы, отвечающие, кроме зрения и слуха, за остальные органы чувств, и огляделся по сторонам. Его удобное ложе окружали кольцом родные люди. Участливые и встревоженные лица, на которых читался немой вопрос: ну как?
— Полный кабздец,— доложил Фёдор ситуацию.
— Согласен, мы всё видели и слышали,— подтвердил его приговор Алексей.
— Я тоже,— поддакнул Искин, хотя мог бы и смолчать, так как именно он вёл прямую трансляцию этого шоу.
Глава 5
Военный совет состоялся тут же, в полном составе Группы свободного поиска. Искин также присутствовал, и как всегда, удалённо. Оно и понятно: перемещать его многотонную тушу и квантовые мозги в Москву никто бы не решился. Так что он вещал и давал мудрые советы из глухого сибирского леса, где родился и обрёл независимый разум, в тысячах километров отсюда.
Собственно, тащить его в столицу и не требовалось: у каждого из присутствующих на одежде крепился компактный гаджет-брошь для онлайн-связи с искусственным интеллектом. С беспроводным наушником, микрофоном, камерой и датчиками, однако без дисплея. В случае необходимости гаджет выводил проекцию с информацией на любую плоскую поверхность. Короче говоря— полезная вещица. Впрочем, у многих граждан они тоже имелись, но несколько иные, не связанные напрямую с родоначальником всех квантовых компьютеров в стране. По виду, правда, их не различишь— типичный помощник-ассистент.
— Кто такой этот Алекс и насколько ему можно доверять?— жёстко спросил Борис.
— Мой сподвижник по прошлой жизни. До работы в Департаменте. Вольный хакер, затем игрок.
— Откуда у него могла появиться информация о цифровом захвате?— продолжил пытать Фёдора Борис.
— Полгода назад он потерял основную работу, голодал, затем устроился на временную, связанную с IT-технологиями. После этого все контакты с ним я потерял. Вплоть до позавчерашнего дня,— Фёдор задумался.— Сам понимаю, что ситуация странная.
— Интересно, как он смог с вами связаться, если все разговоры прослушиваются?— поинтересовался Аркадий, единственный, кто был не в курсе дела.
— По пейджеру,— коротко ответил Фёдор.
— Пейджеру?
— Давным-давно, когда свиньи пили вино, а мартышки жевали табак, существовало такое устройство— пейджер,— маленькая чёрная коробочка, с помощью которой можно было передать абоненту сообщение.
— Понятно,— ответил Аркадий, всем своим видом показывая, что не поверил ни единому слову и от него просто хотят отделаться. Дескать, своими вопросами он отвлекает остальных от более насущной темы. На выручку задумавшемуся о чём-то Фёдору пришёл Борис:
