– Разумеется. И мы поедем туда вместе.
– Нет уж. Я насиделась в дороге и хочу пройтись. Чудесная погода!
– Не вздумай чудить, – предупредил меня барон напоследок.
Что он имел в виду, и так было понятно. Пока на мне отслеживающий браслет, далеко я не убегу, но хотя бы смогу обдумать, что теперь делать.
– Ну что вы, как можно!
Я присела в насмешливом реверансе и степенно удалилась, но не успела ещё отойти достаточно далеко от клуба, как заметила, что меня кто-то преследует.
Некоторое время я делала вид, что ничего не замечаю, и просто шла дальше, глазея на яркие витрины магазинчиков и лавок со сладостями. Кое-какие сбережения у меня, конечно, были. Но не тратить же их на булки! Правда, и на адвоката вряд ли хватит – более того, я понятия не имела, сколько стоят юридические услуги. Надо бы выяснить.
Чувство преследования никак меня не покидало, но я так ни разу и не обернулась. В какой-то миг просто остановилась у ювелирной лавки и с самым заинтересованным видом принялась разглядывать выставленный на всеобщее обозрение товар. Тот, кто идёт следом, должен как-то себя выдать!
Вон тот мужчина в тёмном сюртуке, который внимательно читает газету на ходу, выглядит очень подозрительно!
– Красивые безделушки, правда? – со мной так резко заговорила солидная женщина, одетая в плотное платье цвета пыльной розы, что я от неожиданности едва не стукнулась лбом в стекло. – Как жаль, что сейчас мужчины всё больше предпочитают что-то требовать с женщин, а не одаривать их. Печальная тенденция, не находите?
Я искоса оглядела даму: ухоженная, с аккуратно уложенными в элегантную причёску волосами без малейшего проблеска седины. Она явно не бедствует или пытается всех в этом убедить. Уж насколько мало я появлялась в городе в сознательном возрасте, и то понимала, что многие люди только и умеют, что пускать пыль в глаза.
– Честно говоря, не могу поддержать или опровергнуть ваши рассуждения. Не хватает жизненного опыта, – призналась честно. – Но точно знаю, что рядом с некоторыми мужчинами лучше вообще не проходить.
– О-о! Это верно. – Незнакомка рассмеялась. – Например, рядом с такими мужчинами, как Бастиан Мелес.
Значит, это всё-таки она меня преследовала… Я огляделась: тот господин с газетой ушёл, а остальным прохожим до нас не было никакого дела.
– Откуда вы знакомы? – уточнила.
– Его многие знают и мало кто любит. – Женщина пожала плечами. – И, уж простите, я примерно понимаю, что он говорил вам до того, как вы сбежали. Ещё до вашего приезда он немало нашумел тем, что вынюхивал самых завидных женихов в округе. Видимо, про вашу честь.
Я слегка понурилась: значит, он ещё и растрезвонил о своих намерениях всем вокруг. Создал шумиху, возможно, затеет какой-то скандал, чтобы поставить меня и вовсе в безвыходное положение.
– К сожалению, меня он забыл предупредить, иначе я даже не появилась бы в этом городе!
– Простите мне мою назойливость, – женщина улыбнулась, – но я хотела бы обсудить с вами кое-какое дело. Так вышло, что я знаю, кто вы такая, и мы можем быть полезны друг для друга.
По другую сторону витрины появился торговец в аккуратной форменной одежде и зазывно улыбнулся нам, указывая взглядом на самое крупное колье, которое наверняка стоило баснословных денег. Жестикулируя, он позвал нас внутрь, но дама подхватила меня под руку и повела прочь, как будто он мог на нас наброситься.
– Меня зовут Сатина Вергис, – поведала она по пути на противоположную сторону улицы. – И я очень хочу вам помочь, потому что некоторым мужчинам совершенно нельзя давать спуску. Они упиваются крохотной толикой своей власти, даже если ничего из себя не представляют. И от этого часто страдают такие невинные создания, как вы.
Я даже чихнуть не успела, как она затащила меня в галантерейный магазин, где было весьма оживлённо. Мы быстро затерялись среди покупательниц и отошли в самый дальний угол зала.
– И почему я должна вам верить? – Наконец удалось высвободиться из её цепких рук.
Такая хрупкая на вид женщина, а хватка как у дракона!
– Потому что я не хочу на вас нажиться, я просто предлагаю сделку, – шёпотом пояснила Сатина. – Вы помогаете мне в одном щепетильном и весьма конфиденциальном деле, а я заплачу вам столько, что вы сможете покрыть долг перед Бастианом. Либо сделаю всё, чтобы справиться с ним любым другим способом, какой вы посчитаете приемлемым.
Я воровато огляделась.
– Что? Прямо так?..
Сделала рубящее движение поперёк горла.
– Если вы настолько кровожадны… – укоризненно проговорила Сатина.
– Нет, конечно!
– Это радует. Ну так что, договорились?
Легко сказать – договорились. Это для неё всё очевидно, но в Школе альез учили не только магическим премудростям и мастерскому обращению с собственными силами, но ещё и осторожности.
Не принимать поспешных решений, критически относиться ко всему, что нам пытаются навязать. На таланты альез всегда найдутся заказчики, и у большинства из них не самые благородные помыслы. В погоне за роскошным заработком можно вляпаться в скверную заварушку. Тем более никогда не стоило забывать о том, что, даже разойдясь по разным мирам, мы всегда находимся «под колпаком». Неосторожный шаг – и всё. Здравствуйте, все радости заточения в какой-нибудь захолустной тюрьме.
Поэтому я не стала давать поспешный ответ.
– Для начала хотелось бы узнать, в чём, собственно, будет заключаться моя задача.
– Естественно! – Сатина всплеснула руками. – Позвольте предложить вам пообедать вместе, прежде чем вы отправитесь в дом мессира Мелеса. Уверена, на сытый желудок думается гораздо лучше.
Сделав вид, что прохаживаемся по залу в поисках лучшей пары перчаток на свете, мы постепенно двинулись к выходу из лавки. Небольшая прогулка привела нас к небольшому уютному ресторанчику с весьма нескромными ценами в меню. Впрочем, Сатина заявила, что всё заказанное будет за её счёт, и мне осталось надеяться, что она не решила меня отравить или как-то одурманить.
Едва сделав заказ, Сатина приступила к разъяснениям:
– Прежде всего я вынуждена предупредить вас, что всё услышанное не подлежит разглашению ни в каком виде и никаким посторонним лицам, – её тон из приветливого чудесным образом превратился в холодно-деловой. – Поверьте, я способна найти точки давления и на вас тоже. Вернее, они у меня уже есть, но я не хочу лишний раз о них напоминать, ведь мы говорим как партнёры, верно?
– Разумеется. – Я слегка скисла, уже начиная осознавать серьёзность происходящего.
Похоже, дело предстоит очень неприятное. Впрочем, если бы это было пустое развлечение или прихоть вроде проверки мужа на верность, то за неё не платили бы такие деньги.
– Что ж… – Сатина слегка помедлила. – Вам необходимо будет заменить одну очень важную персону на одной очень важной встрече, чтобы на голосовании вместо неё отдать свой голос за нужного мне человека. Сразу уточню, что речь идёт о людях очень высокого положения и влияния. Поэтому нам нужно быть наиболее осторожными и осознавать риски при разоблачении.
– Насколько серьёзный ранг личности, которую мне нужно заменить, подразумевается? – Я почувствовала, как от напряжения у меня буквально сводит мышцы лица.
Ещё не хватало начать трансформироваться прямо тут. Тем более свой нынешний облик я держу уже очень долго, и мне скоро понадобится передышка.
– Приближенные к королю, – скупо пояснила Сатина.
– Это невозможно. – Я покачала головой. – У особ, приближенных к королю, защита от копирования внешности. Я не смогу считать необходимые параметры, чтобы их воспроизвести.
– Это я беру на себя. Защита будет временно устранена. Так, что объект этого не заметит, – спокойно добавила Сатина.
– Наши действия не приведут к угрозе для чьей-то жизни?
Ещё один принципиальный момент, через который я не могла перешагнуть ни при каких условиях.
– Нет, что вы. – Сатина взмахнула рукой. – В этом содержится исключительно политический интерес и личная выгода, если вам так угодно. Что ж, уже легче. Но всё равно как-то тревожно, словно пока не видела что-то важное. Наверное, в очередной раз интуиция шалит. Впрочем, Сатина может меня обманывать – это ей никто не запретит.
– В любом случае я должна это обдумать.
– Конечно! – Женщина улыбнулась, и, наверное, впервые я заметила, насколько твёрдые у неё черты лица.
Словно она давно на что-то решилась и готова была к любым действиям. Но внешне вынуждена была изображать безобидную даму средних лет, которую интересуют лишь драгоценности и платья.
– Тогда я дам вам ответ, скажем, послезавтра. Я только приехала, и мне нужно немного прийти в себя.
– Безусловно. – Сатина хитровато прищурилась. – Поживите пока в доме Мелеса, познакомьтесь с женихом – и, уверена, решение вы примете гораздо быстрее, чем думаете сейчас.
Глава 2
Весь остаток первого после приезда дня я размышляла над состоявшимся недавно разговором с Сатиной. Мне даже некогда было обращать внимание на постоянные нравоучения Бастиана Мелеса и его инструкции о том, как нужно вести себя в присутствии назначенного мне жениха.
Это уж точно интересовало меня в последнюю очередь. Чихать я хотела, что он обо мне подумает, а если в ужасе сбежит, то и хорошо. В одном Сатина точно была права: чем дольше я находилась в доме «опекуна», тем сильнее мне хотелось его покинуть.
И не последнюю роль в этом сыграло то, что особняк барона был обставлен дорого и безвкусно – мне просто физически плохо было здесь находиться. Возможно, я просто привыкла к аскетичному убранству помещений Школы, но здесь меня раздражали и дурацкие бархатные шторы, и вычурная обивка диванов, и неприлично дорогие ковры буквально в каждой комнате.
Зато жена Бастиана, Канна, которую я помнила гораздо хуже, чем его самого, прекрасно вписывалась в эту обстановку. Такая же пёстрая, постоянно одетая во всё лучшее разом.
Единственный, кто в этом доме вызывал симпатию, – это огромный серый пёс Бастиана – Анкаро. В холке он доставал мне почти до пояса, его шаги было слышно издалека, а когда он нёсся по саду, то из-под его огромных лапищ вылетали комья земли вместе с травой.
Выглядел он устрашающе, но в душе был добрее ягнёнка, постоянно ластился ко мне и всё норовил спрятаться от упрёков хозяина за моей юбкой.
– Анкаро, сидеть! Анкаро, прочь! Анкаро, фу! – то и дело раздавалось из разных уголков дома.
И в моём лице пёс нашёл невольную сестру по несчастью: здесь меня тоже постоянно шпыняли и указывали мне на моё место.
– Постарайся сегодня обойтись без дерзостей, – в сотый раз напомнил Бастиан, глянув на каминные часы.
Шесть часов вечера, когда должен был прибыть «дорогой» гость, неумолимо приближались. Мне становилось дурно от волнения и негодования, которое только нарастало со вчерашнего дня. Казалось, ему просто нет предела и от злости на всё происходящее я скоро начну бросаться на людей.
С этим точно нужно что-то делать!
– Он приехал! – вдохновенно выдала Канна, которая последние полчаса неотрывно смотрела в окно на улицу. – Приехал!
Она помахала на меня руками, безмолвно веля убраться отсюда до подходящего мига – пока не пригласят. Я пожала плечами и поднялась в свою комнату. Оттуда выглянула во двор: у крыльца стоял строгий чёрный экипаж. Из него ещё никто не вышел, но вот дверца открылась, и на тротуар ступил грузный мужчина, возраст которого я пока не могла определить: видно было только его макушку. Смоляные волосы были расчёсаны на педантично ровный пробор, и тот сиял, словно наточенное лезвие.
Меня передёрнуло.
Так вот, значит, кого назначил Бастиан Мелес моим будущим мужем. Он даже не старался! Тогда почему должна стараться я? Ради чего?
Я подошла к зеркалу и критически себя в нём оглядела. Над этим обликом я работала долго. Он не был в точности взят с кого-то из знакомых, скорее, это был результат моего воображения, собирательный образ из прочитанных книг, встреченных когда-то людей, которые так или иначе привлекли моё внимание. Создавать облик с нуля очень сложно, а поддерживать стоит немалых магических усилий.
Знала бы, для чего это всё захотят применить, даже не стала бы напрягаться! И как же мне теперь отвадить этого незваного жениха? Он, наверное, рассчитывает увидеть перед собой красотку – так почему бы мне его не разочаровать?
Я зажмурилась, взывая к образу самой неприятной школьной менторы, какую только могла вспомнить. Их за время учёбы сменилось немало. Кажется, одна из них раздражала меня больше всех – отношения у нас сразу не сложились.
Перед внутренним взором замелькали обрывки воспоминаний, кожа будто бы слегка натянулась, а когда я открыла глаза, увидела в отражении совсем другое лицо. Изрытая оспинами кожа, широкий нос и близко посаженные глаза. Нужно ещё презрительно поджать губы – и будет в самый раз.
Вот так!
Ну что ж, я готова к встрече с господином Пелианом. Его радости не будет предела!
Когда меня позвала горничная, я спустилась в гостиную, едва сдерживая улыбку. Но смеяться мне расхотелось ровно в тот миг, когда я увидела гостя. Честное слово, смотреть на него лучше было издалека. И пусть он был гораздо моложе Бастиана Мелеса, но в полтора раза шире его, да и ростом выше, отчего создавалось впечатление, что посреди комнаты внезапно выросла гора. Видимо, такое плотное тело требовало от господина Пелиана очень много усилий для передвижения, потому что от него исходил почти выедающий глаза запах духов. Он наверняка должен был скрыть совсем другой… но делал, кажется, только хуже.
Я остановилась за диваном и в отчаянии вцепилась в его спинку.
– Мисси Лавальер, – слегка ошарашенно выдал гость. Собственно, на такой эффект я и рассчитывала, но почему-то легче мне не стало. – Как я рад наконец вас увидеть…
В этот момент он безбожно врал, потому что в его глазах стояло такое острое разочарование, что его не увидел бы только слепой.
Бастиан, который сидел вполоборота, повернулся ко мне с приветливой улыбкой, но та быстро сползла с его лица, как плохо высохшая краска под дождём. В гостиную бодрым шагом вернулась Канна, но, когда увидела меня, споткнулась о собственный подол и не упала лишь чудом – успела схватиться за подлокотник кресла.
– Милая… – протянула она таким тоном, будто хотела успокоить бешеного зверя. – Что с тобой случилось?
– Спала неудобно, лицом в подушку, – ехидно ответила я. – Но это неважно! Я так польщена тем, что такой видный мужчина, как мессир Пелиан, почтил ваш дом своим визитом, а лично меня – знакомством.
Гость слегка попятился, панически шаря взглядом по лицам присутствующих, но старательно при этом избегая моего. Надо же, какой чувствительный! Как будто сам красавец писаный, а ему в постель внезапно подсунули лягушку. Сейчас он, если промахнётся мимо двери, точно выломает окно.
– А ну, прекрати эту комедию! – вдруг взбеленился Бастиан. – Прошу вас, Асберт, не обращайте внимание! Это просто шутка вздорной девчонки.
– Ну почему же шутка, я совсем не шучу! Вы просто плохо меня знаете и давно не видели. Не все девицы, вырастая, становятся красавицами. А вас, мессир Пелиан, видно, просто ввели в заблуждение!
Я с сожалением развела руками.
– Вернись в свою комнату и приведи себя в порядок! – рыкнул Мелес.
– В беседке уже всё накрыто для чая! – невпопад защебетала Канна, хоть сейчас всем было немного не до того.
Я фыркнула и пошла прочь из гостиной, но вовсе не в свою комнату, которую просто видеть не могла. Я вышла во двор и направилась вглубь небольшого густого сада, вдоль дорожек которого росли чудесные тёмно-бордовые розы. Но сейчас их запах совсем меня не радовал.
Бастиан наверняка примется успокаивать своего гостя, наврёт обо мне с три короба, и они обязательно о чём-то договорятся. Мне хотя бы нужно знать их планы на меня, помимо скорой свадьбы, конечно! Но при мне они не станут обсуждать и половину задуманного.
Издалека донёсся топот всех четырёх лап Анкаро, и через пару мгновений он вылетел мне навстречу из вечернего полумрака. Выхватил у меня из рук веер и помчался обратно.
– А ну, стой! Мне сейчас не до игр!
Я понеслась следом, даже зная, что пёс просто пошалит и вернёт веер мне. Но пока бежала, мне в голову пришла одна идея. Загнав Анкаро в чащу сада неподалёку от садовых кладовых, я напустила на него маленького сонного духа – таких часто используют во время сложного лечения, чтобы пациент не чувствовал боли или неудобств. Громила-пёс втянул приблизившегося элементаля в нос и сразу рухнул всей тушей на землю, похрапывая, совсем как человек. Примерившись, я с трудом затащила его в инвентарный сарайчик, после чего сняла платье и оставила его тут же – потом вернусь.
Пока Анкаро спит, под его видом я подберусь к беседке и послушаю, о чём говорят Бастиан и Асберт. Действовать нужно по ситуации!
Обращение в собаку далось мне с гораздо большим трудом, чем в человека. Ну не люблю я это дело – есть в нём что-то дурацкое! Поэтому занятия по анитрансформации всегда находились где-то ближе к концу моего списка любимых. Но, к счастью, Анкаро – пёс крупный, поэтому не пришлось тратить слишком много энергии на изменение размера. С какой-нибудь диванной собачкой пришлось бы гораздо сложнее.
Наконец всё завершилось, я встряхнулась, разминая тело и непривычные лапы, а затем рысцой побежала по саду, пока не добралась до беседки.
К тому времени все как раз собрались и, пока служанка разливала чай, рассаживались поудобнее.
– Вы же понимаете, молодые девчонки чаще всего не осознают, насколько удачные шансы выпадают им в жизни, – рассуждал Бастиан. – Вот и взбрыкивают, как могут. К сожалению, девушек, наделённых истинной добродетелью покорности, рождается всё меньше и меньше.
