— Держись позади, — тихо бросил Вильгельм через плечо, настороженно глядя на дверь. Его рука легла на прохладное дерево, и он медленно начал толкать створку. Петли издали протяжный, скрежещущий звук, словно противились вторжению. Изнутри на них обрушился неприятный запах затхлости, смешанный с чем-то, ещё более неприятным.
— Тут кто-нибудь есть? — громко спросил Вильгельм, всматриваясь в густую тьму внутри.
Ответа не последовало. Некромант осторожно переступил порог, скрываясь в сумраке, а Март остался снаружи. Он понимал, что в случае опасности вряд ли сможет помочь магу, а на улице, как ему казалось, будет безопаснее. Прошло несколько томительных мгновений, прежде чем Вильгельм вновь показался на пороге.
— Там никого нет, — спокойно сообщил он. — Но я не уверен, что здесь никто не живет.
— Почему ты так думаешь? — насторожился Март.
— На столе я видел кости, в бокале немного воды, а в углу аккуратно сложенны кучи хлама.
— И как ты это всё разглядел в такой темноте? — недоверчиво спросил парень.
— Я вижу в темноте так же, как ты днём, — невозмутимо ответил Вильгельм.
Март лишь недовольно фыркнул и продолжил:
— Хорошо, но с чего ты взял, что всё это не лежит здесь годами?
— Нет пыли, — коротко пояснил маг и снова скрылся в глубине дома. — Ты ночевать собрался на улице?
Март замялся, нервно переступая с ноги на ногу.
— Не знаю Я просто думаю, насколько это безопасно? Хозяин может вернуться в любую минуту, — его голос звучал неуверенно.
— Я не знаю, кто живет в этом доме, но не думаю, что он представляет опасность, — надменно заявил некромант.
— Дело же не только в этом! — Март помолчал, подбирая слова. — Тебе бы понравилось, если бы к тебе домой пришли незваные гости, начали рыться в твоих вещах, так ещё и остались на ночь?
— Я бы с радостью посмотрел на таких гостей, мое гостеприимство они бы запомнили на всю жизнь, — съязвил маг, чем-то шумя внутри дома.
— Ну, а что если хозяин все-таки придет? Ты сможешь спокойно уснуть?
— Смогу!
— А вдруг он убьёт нас, пока мы спим?!
— Кого он и сможет убить во сне, так это тебя, учитывая как ты спишь последнее время, — рассмеялся некромант.
— Меня он убивать не станет! А вот тебя точно убьёт!
— Ты всю ночь там будешь стоять и спорить со мной? — Вильгельму уже порядком надоели эти бессмысленные перепалки.
— Я не могу понять как можно уснуть, зная, что хозяин дома может вернуться в любой момент, — проворчал Март и неторопливо вошел внутрь.
— Да не переживай ты так, и спи спокойно, в случае опасности мой слуга разбудит меня, хоть тут и пах
— Он тебе не слуга! Не говори больше так! — перебил мага, парень.
— Как скажешь, — легко согласился Вильгельм, не желая вступать в очередной спор и портить себе настроение перед сном — тогда как мне его называть?
— Не знаю, но не так, — каждое слово Марта было пропитано ненавистью, — мы придем куда тебе нужно, после чего ты нас отпустишь! Тебе ясно?
— Успокойся! Я тебя понял и не забывай с кем ты говоришь, — от слов мага повеяло угрозой и Марту стало не по себе.
— Я не буду называть тело твоего брата слугой, но больше так разговаривать со мной я тебе не советую.
— Я согласен, — сказал парень, пытаясь разобрать в темноте хоть что-то.
— Вот и славно. Там на столе есть огарок свечи, можешь её поджечь, но сперва затопи печь, — подсказал маг и его голос стал прежнем.
— Но я ничего не вижу, — пожаловался Март.
В доме было два окошка, которые больше походили на бойницы и в помещении царила кромешная тьма, вроде уже и глаза привыкли, но толком ничего рассмотреть парню не удавалось.
— От тебя больше хлопот, чем пользы, — недовольно проворчал маг и почти в тот же миг, жилище наполнилось мягким, зеленоватым светом.
Март сразу же увидел глиняную печь, стол про который говорил Вильгельм, кучу всякого тряпья наваленного в дальнем углу комнаты, несколько табуретов, небрежно разбросанных по дому и топчан, на который уже улегся некромант, совершенно не переживая чья это постель и кто на ней мог спать.
— Тебя не беспокоит, что в постели могут быть вши? Или ещё какая-нибудь зараза?
— Такие мелочи меня не беспокоят, — равнодушно хмыкнул маг, — ты лучше давай поторопись, я не собираюсь всю ночь угождать твоим глазам.
Склонившись над печью, парень увидел стопку дров аккуратно сложенных у стены и кучку соломы, здесь же лежали и кресало с кремнем. Затопив печь, Март с помощью лучины поджег свечу, стоявшую на столе и сообщил Вильгельму, что его магия больше не требуется. Маг пробурчал, что-то неразборчиво и рассеял заклинание, после чего вытянулся на кровати и закрыл глаза.
Март огляделся, робкое трепыхание огонька свечи едва ли хватало, чтобы подробно изучить внутренности дома, парень вздохнул, выбрал из кучи тряпья несколько шкур, постелил их возле ложа, на которой спал некромант и лег, свечу решил не задувать посчитав, что если вдруг хозяин дома решит нагрянуть ночью, то свет свечи предупредит о гостях, до того как он подойдет к дому и тот благополучно решит воздержаться от возвращения домой, по крайне мере, этой ночью.
Взгляд Марта упал на темный силуэт, монотонно покачивающийся на входе в жилище, парень встал и прикрыл дверь, отвернувшись к кровати, к своему удивлению он почти сразу заснул. Хозяин так и не объявился.
*
* *
Утром молодой охотник решил перебрать груду тряпья, сваленную в углу. Судя по всему, прежний хозяин дома складывал сюда всё, что находил в округе.
— И что ты рассчитываешь там отыскать? — поинтересовался Вильгельм, покуривавший трубку, вольготно расположившись на топчане и, по всей видимости, вовсе не собиравшийся с него вставать.
— Да мало ли, — пожал плечами Март, продолжая рыться среди рухляди.
— Не думаю, что в этом хламе найдётся нечто стоящее, — фыркнул некромант.
— Ну да, это же тебе не кладбище, где ты копался бы с куда большим удовольствием, — парировал Март.
— Что ты можешь знать о ценностях такого, как я? — холодно отозвался Вильгельм, и в голосе его прорезались знакомые устрашающие нотки. — Твои мысли на сей счёт поверхностны.
— У меня вообще нет никаких мыслей. Сказал первое, что в голову взбрело, — тихо пробурчал юноша и на этом разговор был закончен.
Среди вороха всевозможного тряпья Марту всё же удалось отыскать несколько приличных вещей. Плащ из чёрной кожи, отороченный мехом, Вильгельм немедленно забрал себе, сменив на него свой поизносившийся полушубок. Теперь маг был облачён во всё чёрное, и это делало его фигуру ещё более мрачной и зловещей. Как бы охотник ни старался, он так и не смог разглядеть лица некроманта: тот никогда не снимал капюшон — даже во сне, — а шарф приспускал лишь во время трапезы. Но и тогда маг умудрялся делать это так, что рассмотреть что-либо было решительно невозможно. Всякий раз, садясь за еду, Март украдкой следил за Вильгельмом, но наблюдения его оставались тщетны. Парня донимало любопытство: отчего некромант столь рьяно прячет своё лицо? Однако спросить он не решался, полагая, что маг снова обрушит на него гору упрёков и высокомерных наставлений. К тому же Март уже усвоил: чем меньше он говорит, тем меньше Вильгельм злится.
Для себя же парень подобрал добротные кожаные сапоги, которые пришлись ему впору, лёгкий доспех, усиленный на груди и плечах, и перевязь, к которой теперь можно было крепить меч. Нож он спрятал в голенище сапога — так сподручнее. Кроме того, среди рухляди обнаружились два шерстяных плаща с капюшонами. Один оказался Марту великоват, зато второй сел как влитой. Повертев в руках оставшийся, он на мгновение задумался, а затем решительно повернулся к магу.
— Можно попросить Конрада, чтобы он ненадолго опустил этот короб? — спросил парень.
— Это ещё зачем? — Вильгельм приподнял голову, и из-под капюшона сверкнули два зелёных огонька.
— Я хотел бы примерить на него этот плащ.
— Плащ?! — в голосе мага прозвучало искреннее изумление. Хоть Март и не видел сейчас его лица, он готов был поклясться, что некромант уставился на него во все глаза.
— Да, плащ, — твёрдо продолжил Март. — По нему же сразу видно, что он мёртв. А вдруг мы кого-нибудь встретим? Точнее, мы обязательно кого-нибудь встретим, и он может испугать людей, или чего похуже. Да и одежда его вся в запёкшейся крови. Сам посуди: мертвец, бредущий за нами, и так внушает ужас, но мертвец в окровавленной одежде — и подавно.
— Хм. Пожалуй, в этом есть резон, — немного подумав, согласился Вильгельм. — Скорее всего, сей юноша и впрямь может привлечь излишнее внимание. А нам оно сейчас без надобности.
— А ты становишься умнее, — похвалил он Марта, но тут же добавил, чтобы тот не слишком зазнавался: — Для деревенского охотника, разумеется.
— Так я могу примерить плащ? — поспешно перебил Март разговорившегося мага.
Вместо ответа Вильгельм отдал короткий приказ своему слуге. Мертвец, повинуясь, зашёл в дом и остановился подле хозяина.
— Опусти короб на пол, — велел маг. Конрад послушно снял со спины ношу и поставил ящик на дощатый пол.
— Ну, примеряй, — буркнул Вильгельм и вновь затянулся трубкой, всем своим видом показывая, что его интерес к происходящему уже исчерпан.
Март подошёл к мертвецу, развернул плащ и уже занёс руки, чтобы накинуть его на широкие, застывшие плечи брата, как вдруг замер. Два коротких древка, торчавших из спины, никуда не делись. Он, глупец, совершенно о них позабыл. Плащ лёг бы поверх стрел, топорщась неестественным горбом, и вся затея пошла бы насмарку. Март застыл в нерешительности, чувствуя, как внутри поднимается знакомая волна беспомощной злости на самого себя. Он не знал, что делать. Вытащить? Но как? Просто взяться за древко и потянуть? Или обломить их у самого тела?
Внезапно рядом с ним, словно соткавшись из воздуха, возник Вильгельм. Март не услышал шагов — лишь лёгкое дуновение сквозняка и запах полыни. Маг, не говоря ни слова, отодвинул парня в сторону и уверенно взялся за первое древко. Движение его было точным, лишённым малейших сомнений. Он потянул ровно, без рывка, и стрела вышла из окоченевшей плоти с тихим, влажным и причмокивающим звуком. Март вздрогнул — так, будто стрелу вытащили из него самого. Вильгельм, не обращая на него внимания, взялся за вторую и юноша вновь вздрогнул.
— Теперь можешь продолжать, — бросил он и вернулся на кровать, вновь берясь за трубку.
Не мешкая, Март принялся натягивать плащ на тело брата. Сердце его обливалось кровью; он не смел поднять глаз и заглянуть Конраду в лицо. Слёзы готовы были хлынуть в любую секунду, но парень сдержался, собрал волю в кулак и довершил начатое.
С напускным равнодушием колдун покуривал трубку на кровати и наблюдал за происходящим, будучи уверен, что для парнишки его внимание останется незамеченным. У мага не укладывалось в голове увиденное: причина, по которой Март взялся облачать мертвеца в плащ, была лишь прикрытием его истинных побуждений. Вильгельм видел, с каким трепетом парень натягивал одеяние на труп. «Неужели он до сих пор не в силах осознать, что от старшего брата ничего не осталось? — думал некромант. — Или просто не желает верить? Какой прок заботиться о бездушной оболочке? Этому телу уже всё равно, одето оно или нет А может, этот дурак полагает, что ему холодно?»
Маг мысленно усмехнулся. «Какой же ты всё-таки болван», — подумал он, но тут же в груди у него что-то странно, почти болезненно сжалось.
— Эй мальчишка! Ты закончил ковыряться в этом хламе, — слишком резко отдернул его маг, пытаясь избавиться от странного чувства, — я не собираюсь тут торчать, пока ты всех в округе не приоденешь.
— Здесь больше ничего любопытного мне не попалось, — с грустью произнёс Март, не придав значения внезапной перемене настроения Вильгельма.
Он не стал задумываться, что именно вызвало у некроманта такую реакцию — да и было ли это чем-то важным. Вместо этого он продолжил:
— Разве что нашёл ещё один плащ, почти как мой, только куда больше. Даже для Конрада он был бы слишком велик. И кое-что куда полезнее.
После этих слов, он извлёк из-за спины ещё одну находку — небольшой, аккуратно вырезанный из ясеня охотничий лук. Его поверхность была гладкой, отполированной, но было видно, что им давно не использовалась.
— У тебя нет стрел, — заметил Вильгельм, убирая трубку в карман.
— Это не проблема, — живо отозвался Март. — Стрелы можно сделать. Сколько угодно, было бы время.
Некромант усмехнулся:
— Значит, теперь ты сможешь охотиться и без моей помощи.
— Похоже на то, — улыбнулся Март.
— Вот и славно, ибо мне это уже надоело. Можно подумать, будто у меня больше нет дел по важнее.
Март смутился, отвёл взгляд и переступил с ноги на ногу, словно собираясь с духом перед тем, как заговорить:
— Я хотел спросить
— Спрашивай, —отозвался маг.
— Мы ведь никуда особо не торопимся? — нерешительно продолжил он. — Может, задержимся тут ещё на день? Вряд ли от этого что-то изменится.
— Говори, чего ты хочешь? — спросил прямо Вильгельм.
— Я просто хотел сделать немного стрел и попытаться поохотиться, — честно признался Март. — Может, нам повезёт, и сегодня мы поедим под крышей. Ну и выспимся как следует тоже.
— Ни о каком везении и речи быть не может, без добычи не возвращайся, — строго ответил маг, размышляя о том, не будет ли ему слишком дорого стоить это промедление.
— Спасибо, — обрадовался Март и начал объяснять Вильгельму, что для начала он наделает стрел, чтобы в пути, в этом не возникала потребность, но скрип половицы заставил парня замолчать.
После того как Вильгельм приказал слуге зайти внутрь, дверь дома так и осталась отворённой. Путники, увлёкшись своим занятием, совершенно позабыли, что у этого жилища, скорее всего, имеется хозяин. А хозяин меж тем подошёл совершенно бесшумно и теперь стоял на пороге, заслоняя собой проём.
В руке Вильгельма мгновенно, возник чёрный клинок. Маг был готов пустить его в ход в любую секунду.
— Подожди! — Март, предугадав намерения некроманта, встал у него на пути, хотя едва ли это могло бы остановить Вильгельма.
Он повернулся к хозяину жилища и заговорил, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее:
— Мы воспользовались вашим домом лишь для того, чтобы провести одну ночь. Мы уже уходим.
Хозяин, застывший в дверном проёме, издал низкий утробный рык:
— Хорррошо, что уходите.
Его жёлтые, горящие в полумраке глаза обежали незваную троицу, лишь на мгновение задержавшись на каждом. Видимо, он по достоинству оценил наряды гостей.
— Кррровать одна, — продолжил он угрожающе, — и я буду спать на ней. А вы — уходите.
Под его серой, точно камень, шкурой вздулись бугры мышц. Нижняя губа отвисла, ещё больше обнажая торчащие клыки. Он пытался выглядеть грозным, и, надо признать, это ему почти удавалось.
— Уймись, тролль, — холодно вмешался Вильгельм, явно начавший терять остатки терпения. — Тебе ведь уже сказали: мы уходим.
— Позволь мне самому с ним поговорить, — быстро произнёс Март, повернувшись к некроманту. — А ты пока можешь выйти и покурить трубку.
Он опасался, что маг выйдет из себя и прикончит тролля, а этого ему очень не хотелось. Несмотря на грозный вид, тролль показался парню скорее безобидным. Он напоминал затравленного зверя, который скалится лишь от страха.
— Делай что хочешь, — проворчал Вильгельм и, не преминув нарочито задеть тролля плечом, вышел из дома. Мёртвый Конрад безмолвно последовал за хозяином.
