Несколько лет спустя – в 1844 году там принялись, опять-таки, на подмостках, высмеивать другого российского самодержца – Павла I, которого на «просвещенном Западе» прямо-таки обожали выставлять безумцем. На сей раз Николай не стал прибегать к услугам дипломатов, а лично написал королю Франции, требуя прекратить безобразие – пьесу запретить, а ее копии изъять и уничтожить. Из Парижа в ответ опять понеслось словоблудие о свободе, творчестве и совершенно неуправляемых «людях искусства».
На это Государь ответил письмом, в котором целиком и полностью соглашался с приведенными доводами… И обещал – раз уж постановка столь удачна! – прислать в самом скором времени на ее просмотр «миллион зрителей в шинелях». Правда, высказывал предположение о том, что незнакомые с французским высоким искусством, эти самые зрители могут ее освистать самым прежестоким образом – но тут уж не обессудьте! Вот это подействовало. Драматургически-русофобские изыски прекратились надолго.
* * *
Самым, пожалуй, успешным российским Императором в вопросе исключительно словесного «построения» периодически терявшей чувство меры Европы может считаться Александр III Миротворец. При нем Империя, и вправду, не вела серьезных войн. Однако, зачастую для этого требовалось личное вмешательство Государя, причем в самой резкой форме. Например, посланнику Австро-Венгрии, набравшемуся наглости прямо на дворцовом обеде критиковать политику России на Балканах и грозить проведением мобилизации армейских корпусов по этому поводу, чуть ли не в лицо полетела серебряная вилка, скрученная Императором в некое подобие причудливого вензеля. О богатырской силе Александра недаром ходили легенды… «И с корпусами вашими я именно это и сделаю!» – эту ремарку Император бросил совершенно спокойным тоном, но у зарвавшегося австрияка и так уже наступило просветление насчет претензий и мобилизиций.
Некоторые из историй, изложенных выше, кто-то из читателей может расценить в качестве исторических баек, в чем-то преувеличенных и приукрашенных. Что ж… Соглашусь – не каждая из них имеет строгие документальные подтверждения. Однако, позволю себе заметить, что на пустом месте такие истории не рождаются. Переписка того же Николая I с французским королем по поводу театральных пьес – возможно, не более, чем анекдот. Но вот его намерения ввести во Францию войска для того, чтобы «раздавить гидру революции» и наведение русской армией порядка в охваченной бунтами Австро-Венгрии – неоспоримые факты. Вот о них мы и поговорим далее.
* * *
В первой половине XIX века в Европе, едва оправившейся от разрушительных наполеоновских войск, происходило нечто, до крайности напоминающее «арабскую весну» наших дней. Революционное брожение охватило едва ли не половину стран континента и даже «выплеснулось» во вчерашние колонии – заполыхало в Аргентине, Бразилии, Испании, Португалии, Франции, Бельгии, Сербии… Но это было только начало!
России европейский революционный кавардак касался самым непосредственным образом – взошедшему на престол императору Николаю I пришлось буквально в первый день царствования «угостить» картечью дворянский бунт «декабристов». А в 1830 году полыхнуло Царство Польское, являвшееся частью российской империи. Полякам эта заварушка вместо свободы принесла сплошные неприятности. Восстание было жестоко подавлено, и у них отобрали имевшиеся до этого крайне широкие привилегии – право на собственную армию, финансовую систему, конституцию и самоуправление в виде Сейма. Ну, как обычно сами напросились.
Ради исторической справедливости необходимо отметить, что военные действия против русских начали как раз поляки – тамошняя армия изменила присяге, данной Императору российскому, а заговорщики пытались убить Великого Князя Константина, устроив форменную резню в его варшавской резиденции. Что характерно, «просвещенная Европа» (в лице, прежде всего, Британии и Франции), встала на сторону поляков, чье «стремление к свободе» было «грубо растоптано сапогом русского солдата».
Тем временем, предчувствуя дальнейшее распространение революционной заразы, в 1833 году монархи России, Пруссии и Австро-Венгрии заключили договор, сутью которого было взаимное обещание «поддерживать власть везде, где она существует, подкреплять ее там, где она слабеет, и защищать ее там, где на нее нападают». Совершенно нормальное стремление, не правда ли? Особенно – для монархов. Минуло 15 лет и России выпало претворить положения этого соглашения в жизнь.
Вводя стотысячный экспедиционный корпус в Венгрию в 1848 году, Николай I, в первую очередь, поступал в интересах России. Увенчайся успехом тамошняя революция, в самом скором времени ее полки, среди которых изначально имелось два польских легиона под командованием участников событий 1830 года – Юзефа Бема и Юзефа Высоцкого, неминуемо двинулась бы на Варшаву. А там, как знать – вполне возможно, что и на Москву. Во всяком случае, кровавая смута на западной границе России была совершенно не нужна.
Имелась, впрочем, и еще одна деталь – к населявшим Австро-Венгрию славянам «революционные мадьяры» относились, мягко говоря, без малейшего уважения. Говоря проще и правдивее – не считали их за людей и предполагали «ассимилировать». В венгров, естественно… Неудивительно, что представители всех до единой (кроме поляков) тамошних славянских народностей – сербов, хорватов, русинов, украинцев, не то, что не поддержали восстание, но и активно участвовали в его подавлении. Николай I, фактически выступил на защиту братьев-славян.
Вместе с тем, защищал он и Европу. В точности выполняя условия заключенного полтора десятилетия назад договора, Россия стала на пути разрушительной смуты, грозившей охватить континент. Строить догадки и версии в стиле «альтернативной истории» дело неблагодарное, однако, исходя из событий последующих лет (и веков) с большой долей вероятности можно утверждать – крушение империи Габсбургов в то время не сулило бы ничего хорошего ни населявшим ее народам, ни соседним государствам. Распад империй, последовавший после Первой мировой войны как раз и вверг Европу в хаос и вооруженные конфликты, способствовал установлению диктаторских и откровенно фашистских режимов, что и привело, в итоге, к еще более страшной Второй мировой войне.
В новейшей истории можно вспомнить спровоцированный извне развал не такой уж и большой Югославии – во что он вылился? Аукается всей Европе по сей день и еще долго будет… А уж в XIX веке, когда нравы и порядки были не в пример проще и жестче, а никаких ООН и ОБСЕ не существовало даже в проекте, дурдом в Старом свете воцарился бы куда похлеще. Территориальные претензии, давние споры и обиды, новые революции вполне могли привести к общеевропейской войне всех против всех. Была бы сегодня карта Европы такой, как она есть? Существовал бы Европейский союз и некоторые составляющие его государства? Как знать…
Русские войска в XIX веке выполнили, говоря в современных терминах, самую настоящую миротворческую миссию. Европе – и тогда, и сегодня – следовало бы не навешивать России обидные прозвища, а от души поблагодарить за собственное спасение. Впрочем, о чем это я? Чувство благодарности и признательности за собственное спасение никогда не было присуще тем даже тем европейским странам и народам, которые самим существованием своим обязаны доблести и самопожертвованию русского солдата. Об остальных – и говорить не приходится.
Часть вторая: Вышел Лондон из Тумана, вынул ножик из кармана…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
