Дракон

Маша развернулась на голос. На лестнице стоял красивый мужчина в домашней пижаме. В их первую встречу девушке не удалось хорошенько разглядеть спасённого, сейчас же она позволила себе восполнить пробелы и вдоволь попялиться. У него были немного влажные черные волосы, крепкая фигура, высокий рост. Девушка поняла, что в боевиках не так уж и много вымыслов, по крайней мере не врут про красоту главных злодеев.

– А почему не в постели?! Вы вообще в курсе, что вам ещё минимум неделю нельзя вставать!

– Вас для этого и привезли, чтобы сказать мне, что можно, а что нет.

Раздраженный мужчина развернулся и поплёлся по лестнице, еле волоча ноги. Она хотела было помочь, но охранник жестом остановил порыв.

– Ясно, ясно. Сильный и независимый.

Маша подхватила чемоданчик со всем необходимым и пошла за хозяином дома. Спальня оказалось мрачноватой, в духе остального интерьера. Тёмные стены, завешанные окна, лёгкий бардак. Словно здесь уже кого-то хоронят.

– Нет, так дело не пойдёт!

Она подошла к окну и резко отдернула шторы. Яркий дневной свет разлился по полу, даря уют тёмному пространству.

– Какого чёрта?! Я не просил!

– Я, как врач, прописываю вам солнечные ванны. Так что впитывайте.

Она не стала долго церемониться, подошла к лежащему мужчине, задрала рубашку и приступила к осмотру ранения. Дырка немного воспалилась, но гноя не было, что несомненно порадовало.

– На удивление, всё не так плохо. Я ждала абсцесс, расползшиеся швы, ну или хотя бы жуткий отёк.

– Извините, что разочаровал.

– Да не страшно, ещё успеете, если и дальше будете отказываться лечь в больницу, – Маша обработала рану и наложила повязку. Работать в привычных больничных условиях было бы гораздо удобнее.

– Вы бы хоть личного врача наняли. Всяко лучше, чем в одиночку выкарабкиваться.

– Этим я сейчас и занимаюсь. Сколько вы хотите?

– Хочу чего? – задумчиво протараторила девушка, ощупывая сломанное ребро. Не помешал бы рентген.

– Поцелуев.

Она отвлеклась и вопросительно посмотрела на мужчину.

– Не поняла.

– Денег. Сколько вы хотите денег за свои услуги.

– Всё равно не поняла.

Мужчина закатил глаза и тяжело вздохнул.

– Я, как вы выразились, нуждаюсь в профессиональном уходе, который должен обеспечивать квалифицированный врач. А кто с этой задачей справится лучше, чем человек непосредственно меня зашивший. Вот поэтому я предлагаю вам поработать на меня. Двести тысяч вас устроит?

– В месяц?

– В неделю.

Маша поперхнулась. Цифра 200 стояла у неё перед глазами. Девушка уже прикинула, что купит дочери на день рождения, как они вместе съездят в отпуск и какие заграничные лекарства удастся достать для Марка.

– Так что, согласны?

– Да! – спохватилась Маша. Она яростно закивала головой, боясь, что фантастический шанс уплывёт из её лекарских рук.

– Ну и отлично. Теперь идите, хочу спать.

Маша собрала вещи, всё ещё находясь в приятном шоке. Уже возле двери она развернулась и спросила:

– А вас как зовут?

– Александр, – раздалось из груды одеял.

– А меня Мария.

– Я знаю.

Девушку тактично выпроводили из спальни и проводили к выходу. Внизу уже стоял второй бандит, ввалившийся в ту роковую ночь.

– Здравствуйте, рад снова вас видеть.

Маша удивилась схожести охранников. Если не близнецы, то точно братья. Девушка вертела головой, разглядывая то одного, то другого, находя всё больше и больше общего.

– Вы часом не родственники?

– Братья, – улыбчиво пояснил второй, – Меня, кстати, Миша зовут.

– Миша и Максим. Мои недавние почти убийцы.

– Да, приносим извинения за случившийся инцидент. Вы же понимаете, никто не причинил бы вам вреда.

– Учту. Но прощать не тороплюсь, ваша вина мне ещё пригодится.

– Хах, дерзкая! – Миша толкнул брата локтем и искренне улыбнулся.

Разница всё-таки между ними была. Миша улыбался, часто и искренне. Максим же был серьёзней, вежливей и, видимо, постарше.

– Что ж, мальчики. До скорых встреч.

– Мы отвезем вас, – вызвался Максим

– Не стоит, я справлюсь.

Маша натянула шапку и вышла во двор. Лёгкий морозец принялся пощипывать женские щёчки.

«А жизнь то налаживается! Хотя бы в материальном плане»

Глава 4

– Не томи, Коль. Говори прямо.

Маша ненавидела этот кабинет. Он уносил большинство жизней, каждому давая нить ложной надежды. Онколог Коля, некогда жизнерадостный ординатор обзавёлся морщинами раньше, чем завещала матушка природа. Его потухший взгляд тяжело рассматривал анализы Марка и, судя по гнетущему молчанию, не готовил хороших новостей.

– Максимум полгода. Думаю даже меньше… Мне очень жаль.

Сверху словно опрокинулся ведро холодной воды. В позапрошлый приём им говорили, что шансы 50/50. В прошлый 2 из 100. Сегодня- надежды уже нет.

– Спасибо, – выдавила она из себя и пошла помогать мужу.

– Маша, – Коля придержал ее за локоть и тихо шепнул, – Может ему стоит остаться здесь? Под присмотром.

Она отрицательно помотала головой, смахивая вырвавшуюся слезинку.

– Нет. Он хочет быть дома. Пусть видит, как его дочь растёт… пока ещё может.

За ширмой раздался истошный кашель. Марк кое-как справился с рубашкой, ошибившись на одну пуговицу. Маша не стала поправлять, ей не хотелось, чтобы муж чувствовал себя неспособным даже застегнуть собственную рубашку. Они вышли из больницы и сели в такси.

– Что он сказал?

Она молчала, не в силах подобрать нужных слов. Как сказать человеку, что ему осталось полгода?

– Ничего нового. Сказал продолжать лечение и надеяться на чудо.

Марк усмехнулся.

– Надеяться. Я перестал надеяться, ещё месяц назад.

Она увидела отблески слез в его глазах, и сама держалась из последних сил, чтобы не заплакать. Не сейчас. Ей нужно быть сильной ради них всех. Как бы сильно она не была зла на него за всю боль и унижение, смерть- слишком страшное наказание.

Такси подъехало к дому, они поднялись в свою квартирку и с порога попали в объятия белокурого чудовища, не желающего укладываться на дневной сон.

– Папа! Мама!

– Простите меня, Мария Владимировна. Аня совсем раскапризничалась.

Бедная няня мялась в дверях детской, нервно теребя длинную косу.

– Ничего, Оль. У меня есть пара часов, я уложу. А ты сходи, пожалуйста, в магазин, вот список и деньги.

Маша подхватила дочку на руки и направилась в спальню.

– Ложись, моя звёздочка, – Маша нежно поцеловала дочь в весок и сразу поняла причину бессонницы. У ребёнка была температура, и судя по ощущению достаточно высокая. Она быстро отыскал градусник и убедилась в верности своих выводов.

– Так, зайчонок. Что болит?

Аня не ответила, вместо этого открыла ротик и ткнула пальцем внутрь. Маша достала жаропонижающие, дала нужные таблетки и сделала дочке чай с малиной и мёдом. Приятный запах мёда и трав окутал детскую.

– Может мы с тобой немного почитаем? – девушка подошла к полке с книгами и вопросительно взглянула на дочь, – Что хочешь?

– Вон ту, – Анюта указала щуплым пальчиком на книгу, зачитанную до дыр. Маша могла поклясться, что дочь знает её наизусть, потому что сама она уже ненавидела эту историю.

– Драконы. Хах, опять драконы. Ну хорошо, – Маша плюхнулась к ребёнку на кровать, прижала дочку к себе, чувствуя щекой её немного затрудненное дыхание, и открыла книгу на первой главе.

Аня уснула через несколько глав. Как раз вовремя вернулась Ольга и Маша начала собираться на работу. Сегодня у неё дежурство, а значит забота о дочери полностью ложится на няню. Скрепя сердцем, она написала всё необходимое, поцеловала Аню и заглянула к мужу. Марк лежал на кровати и тоже мирно спал. Слова онколога, как пощечина, сразу вспыхнули в голове, и к горлу подкатил ком. Она больно укусила щеку, оделась и бросила напоследок:

– Если что, сразу звони.

––

Больничный свет привычно резанул глаза.

– Мария Владимировна, у вас сегодня плановая операция. И три осмотра.

– Спасибо, Света.

Медсестра передала Маше карточки пациентов и скрылась за дверью ординаторской, наверняка поджидая Павлика со скорой. Их тайный роман был уже ни для кого не секретом, но они упорно делали вид, что помада Светы на щеке Павлика это случайность, а рыжие волосы Павлика на халате Оли просто совпадение.

Маша переоделась и решила начать с осмотров. Операция через несколько часов, как раз успеет.

– Здравствуйте. Меня зовут Мария Владимировна, я ваш лечащий врач. Как самочувствие?

Двоих осмотреть удалось быстро. Операции не сложные, побочных нет.

С третьим пришлось немного повозиться. В палате лежала девушка лет двадцати, после воспалившегося аппендицита и упорно доказывала, что вырезать его было нельзя. По ее мнению, стоило просто вколоть обезболивающие и ждать пока само "рассосется". Про перитонит и осложнения она и слышать ничего не желала. Маша кое-как угомонила пациентку и еще раз убедилась, что интернет- горе для врачей.

Выйдя из палаты, она долго думала, почему всё ещё работает врачом. Наверно из-за Марка. Хорошие связи и доступ к медикаментам то, что нужно при его диагнозе. Да и к тому же она хороший хирург, а больше ничего и не умеет.

С загруженной головой и ужасным настроением Маша начала готовиться к операции, но не успела она зайти в операционную, как в кармане завибрировал телефон. На экране высветился номер онколога.

– Ало.

– Ало, Маш. Пришли результаты повторных анализов. Я ошибся.

Сердце рухнуло в пятки и перестало биться.

– Месяц, Маша. У него остался месяц.

Она в беспамятстве сбросила звонок, дошла до операционной, вымыла руки, надела спец. одежду, взяла скальпель и вспорола ещё один живот.

Её руки не дрожала, глаза были сухими, а сердце отбивало положенный ритм.

Операция длилась три часа, которые пролетели за секунду. Она вышла по локоть в крови, отмылась, сняла одежду, зашла в ординаторскую и горько разрыдалась, уткнувшись в собственную куртку, чтобы заглушить крик отчаяния.

––

Обессилив, она просто лежала на кушетке и смотрела в белоснежный потолок.