Алена Иванская "Пятый Лепесток"

Майя увидела доброе теткино лицо в зеркале. Теплые руки зачем-то поправили её волосы, воротник водолазки и шапку.

– Дорога тут одна, не заблудишься, – сказала она, – через лес прямо – и упрешься в школу. Никуда не сворачивай.

Майя кивнула, надела рюкзак, вытащила из-за шиворота пуховика длинную светлую косу и отправила её в капюшон. Часы над её головой показывали семь тридцать.

Тетя проследила её взгляд.

– Саша! – рявкнула она, – сколько можно собираться? Из-за тебя Майя опоздает в школу!

– Да ничего, – помотала головой Майя, – я найду дорогу, тут же недалеко?

– Совсем недалеко, пятнадцать минут.

Кивнув, девочка поспешно вышла на улицу. Февральское мрачное утро обдало её сырым воздухом. Мокрый снег хрустел и чавкал под ногами, кое-где попадались островки потрескавшихся тающих луж. Эйнштейн, скучавший в будке возле ограды, высунул нос и несколько раз радостно тявкнул, однако на мокрый снег вылезать не захотел.

Майя сунула ему половину недоеденного бутерброда.

Она вышла за калитку, огляделась, без труда отыскала нужную тропинку, протоптанную в снегу, и направилась навстречу кошмару.

Дом дяди находился прямо возле леса, у подножия холма. Окна кухни смотрели в унылый сиротливый подлесок. Не успела Майя подняться на небольшой холмик, как услышала скрипучие шаги за спиной.

– Привет!

«О, нет. Только не он», – пронеслось в голове.

Её догонял Артём, наскоро застегивающий куртку. Рюкзак его был раскрыт и болтался на локте.

– Пойдем в школу вместе? Тут легко заблудиться.

Майя с сомнением оглядела единственную тропу, ведущую в лес, но Артём пояснил:

– Отсюда в центр ведут несколько троп, ты увидишь дальше развилки. Идем, я покажу дорогу.

Майе ничего не оставалось. Он застегнул рюкзак, закинул его на плечо и пошел вперед.

– Городок огибает лес, как подкова, – тараторил Артём, то и дело поворачиваясь к ней, – тут куда не пойди, все равно выйдешь к домам и улицам, но лес достаточно большой, и, если не знать дороги, можно заплутать на несколько часов. Летом тут круто, мы с пацанами излазили каждую кочку. Я тебе покажу, как ориентироваться…

Майя смотрела в лохматый затылок Артёма и старалась не отставать. Он был на полголовы выше неё, достаточно высоким для мальчишек своего возраста.

– Сколько тебе лет? – спросила она, прервав словесный поток.

– В мае будет тринадцать. А тебе?

– Мне тринадцать в августе. У вас большая школа?

Тропа немного расширилась, и теперь они могли идти рядом. Артём то и дело задевал её плечом.

– Совсем нет. По два или три класса внутри параллели. В нашу школу ходят ребята из соседнего села. Раньше у нас в городе было две школы, но потом одна закрылась, и всех детей перевели к нам. – Мальчишка проницательно глянул на неё, – волнуешься? Понимаю. Паршиво, конечно, быть новеньким, но у нас хорошие учителя. Если будет совсем плохо, могут помочь.

Не то чтобы это сильно её утешило. Майя ничего не ответила.

– Почему ты пошла в школу одна?

Она неопределенно пожала плечами.

– Старшая сестра долго собиралась. Не хочу, чтобы на меня глазели.

Артём понимающе покивал.

– Ты с ней не поладила?

Девочка снова пожала плечами, помолчала несколько мгновений, а потом спросила:

– Ты не дружишь с моими сестрами и братьями?

– Это они со мной не дружат, – улыбнулся Артём, – Саша крутая. Популярная. У неё совсем другая тусовка. А Руслан младше на два года. Не те интересы.

Майе показалось, что он говорит заносчиво и поэтому снова промолчала. Вокруг них стояли безмолвные голые деревья, торчащие из талого снега. Тропинка виляла то вправо, то влево, тишина нарушалась только шлепаньем их ботинок. Девочка подняла голову. Деревья тянулись черными ветками в светлеющее небо, и это вызвало в ней неприятную ассоциацию с венами под кожей.

– Осторожно.

Твердая, неожиданно сильная рука избавила её от сырых ботинок на весь день. Засмотревшись в небо, Майя чуть не наступила в глубокую лужу. Артём схватил её за плечо красной обветренной ладонью, потом быстро убрал руку, неловко шмыгнул носом, улыбнулся и пошел вперед.

– Смотри под ноги, здесь скользко.

Немного смутившись, она последовала за ним.

Школа неожиданно показалась из-за деревьев, вынырнув серым боком. Они вышли на край леса, где тропинка упиралась в железную ограду и обрывалась. Правее находились распахнутые ворота, а за ними начинался унылый, обшарпанный школьный двор.

Артём взглянул на наручные часы.

– Пятнадцать минут до начала урока.

– Мне бы в кабинет к директору, – сказала Майя севшим голосом. – Я же новенькая, не знаю, в какой класс меня определили.

– Точно не в наш, – сообщил Артём, – классная учительница всю неделю бы нам об этом говорила. Ну, знаешь, чтобы мы были дружелюбны, добры к тебе и так далее. Она любит разводить драмы, на пустом месте.

Девочка представила, что про неё кому-то говорили неделю. Есть чего испугаться…

Чем ближе они подходили к двухэтажному зданию с большими квадратными окнами, тем неохотнее ноги её несли. Она вспомнила про свою тетрадь, лежащую в рюкзаке, и ей стало немного спокойнее.

– Кабинет директора на первом этаже, сразу налево от входа. – Сказал Артём, подбросив рюкзак выше на плечо.

– Темыч!

Они обернулись. К ним спешили три мальчика. Один был светловолосый, без шапки, коренастый и голубоглазый, второй высокий, как Артём, но не такой худой, одетый в хорошую новую куртку и модные джинсы, третий был полный, с круглым лицом и копной кудрявых волос, которые пружинками торчали во все стороны. В руках он держал коробку из-под обуви.

Артём помахал им рукой.

– Ты чего так долго? – они остановились рядом, кудрявый с любопытством рассматривал Майю, – договаривались же прийти раньше. У меня новые фишки. Вчера у Мишки Титова выиграл.

– А что в коробке?

– Мой проект по географии.

– Привет.

Майя не сразу поняла, что поздоровались с ней. Мальчишки смотрели на неё, кудрявый улыбался. Волосы у него были темнее, чем у другого светловолосого мальчика, а передние зубы немного выдавались вперед, отчего он походил на грызуна.

– Привет. – Она заправила выбившуюся прядь за ухо под шапку.

– Майя, это мои друзья, – звонко проговорил Артём, – Антон, Костя и Стёпа. Пацаны, это Майя, моя соседка.

– Ты теперь живешь в доме у Савичевых? – спросил модный – Костя.

– Это мои родственники. Брат моего отца и его семья.

– Ммм… – неопределенно протянули мальчишки.

– Ну ладно, нам пора. Найдешь дорогу к директору? – Артём махнул ей. – Увидимся.

– Пока.

Они, бурно что-то обсуждая, направились к школе. Майя взглянула на серое, унылое здание, хотелось повернуть назад.

Мимо неё, чуть не задев плечом, прошла Саша. Она обогнала её на несколько шагов, потом остановилась с недовольным видом и обернулась.

– Пошли, мать сказала отвести тебя к завучу. – Проговорила она, – быстрее, что встала, скоро звонок.

– Как ты так быстро нашла дорогу? – спросил подошедший Руслан.

– Меня сосед проводил.

– Этот чудила? – усмехнулся он, покачал головой и направился за сестрой.

«Прекрасно, – подумала Майя, – первые мои знакомые в новой школе – чудила и его компания».

Изнутри школа была ничуть не лучше, чем снаружи. Светлые стены наводили на мысль о больнице, длинные унылые коридоры, обшарпанные крючки в гардеробе, коричневые деревянные полы, выкрашенные белой краской двери с табличками, на которых были написаны школьные предметы.

– Тебе туда, – Саша показала на дверь, которую все старались обходить стороной. На ней значилось: кабинет завуча.

Майя все же опоздала. Завуч долго искала её документы, что-то вычитывала в них, а потом поманила за собой. Они поднялись на второй этаж в кабинет математики. После небольшого представления, ей, наконец, позволили сесть.

Она старалась ни на кого не смотреть и быть как можно незаметнее. Но на неё все равно пялились. Артёма и его друзей в классе не было. Сидя за последней партой, девочка оглядела спины новых одноклассников. Почти все сидели сгорбленные и недовольные, на уроке самое интересное – её появление – уже произошло.

«Троллье царство» – вдруг пришли слова. Она слегка улыбнулась уголком рта. Школа со своей серостью походила на каменные своды пещер, в которых жили тролли. Эти глупые, медлительные существа, боящиеся солнца.

Первый урок закончился слишком быстро, настала перемена, и Майя напряглась. «Сейчас начнётся…»

– Новенькая!

К её парте подошли три девчонки. У одной были густо накрашены ресницы синей тушью, вторая явно своровала помаду из косметички своей матери, у третьей волосы торчали так, будто её ударило током.

– Ты, говорят, из города, – говорила та, что с тушью.

– Да, – спокойно ответила Майя.

– Я – Рита, а это – Дашка и Катя. А ты – Майя, верно?

– Да.

Девочки с усмешкой переглянулись.

– Вы считаете, что моё имя смешное? – ровно поинтересовалась она.

– Может быть. – Губастая глупо хихикнула.

Майя приподняла брови. Девчонки ей не нравились. В старой школе подобные этим троим только и делали, что болтали о мальчиках и о прочей ерунде.

– Вы что-то хотели? – уточнила она.

Девочки опять переглянулись.

– Нет, – неуверенно промямлила Дашка.

– Тогда зачем вы со мной говорите?

Рита хмыкнула и, тряхнув жиденькими темными волосами, отошла. Дашка и Катя последовала за ней. Они сели подальше от неё за парту, у которой уже сидел туповатого вида, крепкий пацан, и стали о чем-то возмущенно перешептываться.

«Прекрасно, Майя, – поздравила она себя, – теперь тебя считают высокомерной».

Чем больше времени она проводила в новой школе, тем больше ей казалось, что это действительно «Троллье царство». У неё никогда не было настоящих друзей, и здесь – определенно не то место, где можно их найти.

Майя кинула взгляд на раскрытый рюкзак, в котором среди учебников лежала её тетрадь.

– И не надо мне никаких дурацких друзей, – пробормотала она.

– Итак, Константин Симонов, «Сын артиллериста», – объявила на втором уроке учительница литературы, едва войдя в класс вместе со звонком. Все шумно расселись по своим местам. – На дом было задано чтение и анализ стихотворения. Кто может мне ответить, какова главная мысль произведения?

Воцарилась мертвая тишина. Майя оглядела класс, потом подняла руку. На неё мгновенно повернулись несколько человек.

– А, Майя, да? – добродушно спросила учительница, – пожалуйста, слушаю тебя.

Майя встала. За спиной учителя Рита чуть не выпрыгнула из юбки, изображая её. Пышноволосая и губастая прыснули.

– Автор старался передать в стихотворении патриотизм и самоотверженность советского народа, готового отдать свою жизнь и жизнь своих сыновей ради Победы.

Учительница одобрительно кивнула.