- Успокойтесь! – раздается грозный голос пожилой женщины-врача. – У мальчика жар. Прекратите разборки! Мешаете!
- Жар? – Виктор отпускает меня и идет к ней. – Почему?
- Дети иногда болеют, - с усмешкой отвечает она. – Ничего страшного. Вот, рецепт. Дня три и пройдет. Выяснять отношения, - и бросает на нас строгий взгляд, - в другом месте идите. Родители, - хмыкает и встает с кровати Артема. – Пусть спит. Сон – лучшее лекарство.
А Артем и правда уже опять заснул.
Пользуясь тем, что Виктор остался в комнате сына, я уговариваю врача взять меня с собой. И так и уезжаю на «скорой».
На следующий день выхожу из подъезда, чтобы бежать на лекции, и вижу уже знакомую машину.
Стоит мне появиться, как из нее выходит какой-то незнакомый мужчина и открывает передо мной дверь заднего сиденья. Я собираюсь обойти машину, но тут из салона выглядывает Виктор.
- Садись, Таисия, - кивает мне. – Разговор есть.
- Я никуда с вами не поеду.
- Ничего с тобой не случится. Садись. Сама же понимаешь, что нам поговорить надо, - настаивает он. Пауза. Я молчу. – Это в твоих же интересах, - добавляет сурово он. – Не поедем никуда. Не бойся, - хмыкает. – Просто поговорим. Пока Толя покурит, - кидает взгляд на того самого мужчину, который открыл мне дверь. – Садись.
Мужчина Толя захлопывает дверь водительского сиденья и отходит.
Но я не сажусь.
Виктор хмыкает и достает какую-то папку. Открывает ее и словно читает что-то.
- Не хочешь ознакомиться? – поднимает взгляд на меня.
Вопросительно смотрю на него.
- Твое дело, Тая, - все так же с усмешкой продолжает он. – Очень занимательное. В полиции дали почитать.
Хмурюсь. Дело?
- Садись, Таисия. Садись, - произносит тихо Виктор и двигается, приглашая меня в салон.
Я стою в нерешительности еще какое-то время, но решаю сесть. Дело? Я должна узнать, что за дело.
Сажусь, но дверь не закрываю.
Как только я оказываюсь в салоне, Виктор впивается в меня взглядом.
- Как Артем? – спрашиваю я.
- Нормально. Тая, давай сразу к делу.
- К моему делу?
- К нашему.
- Мне нужна нянька. Для сына.
Молча слушаю его. Зачем мне знать о его проблемах?
- Нянькой будешь ты, - выдает он очень серьезно.
Мои глаза округляются.
- Я…
- Не перебивай, - морщится Виктор и потирает глаза. – Так голова трещит после вчерашнего. Я очень зол, Тая. Очень, - смотрит на меня. – Меня заебало это все. Поэтому скажу прямо. Либо ты становишься нянькой для Артема… либо…
Он замолкает и, сощурившись, смотрит на меня.
- Что? – не выдерживаю я.
- Либо у тебя будут бооооольшие неприятности, Малыш, - ухмыляется он.
- Но у меня нет опыта работы няней… я никогда…
- Это неважно, - отмахивается он. – Ты нравишься Артему. Это главное. Он тебя хочет.
- Но я…
- Я тоже, - жестко произносит Виктор. – Тоже тебя хочу, Тая. Поэтому ты не только станешь нянькой для Артема, но и ляжешь в мою постель. Таковы мои условия. По-другому ты не понимаешь. А я устал от твоего мозгоебства. Условия сделки просты. Днем – ты няня для Артема. Ночью – я делаю с тобой все, что захочу. И ты, - протягивает ко мне руку и проводит пальцами по скуле. Но я отдергиваюсь от этого прикосновения. Мужчина ухмыляется, но руку убирает. – И ты будешь послушной, Тая.
- Это все, что вы хотели мне сказать? – спрашиваю я. – Я могу идти?
- Ответ?
- Нет.
Его бровь дергается вверх и взгляд становится ледяным и жестким. Виктор садится прямо и поправляет пиджак. Смотрит вперед. Опять берет папку и кидает ее мне на колени.
- Можешь ознакомиться. Подготовиться. Может, даже найдешь адвоката, который пообещает вытащить тебя из этого дерьма.
Поворачивает голову ко мне.
- Но запомни, Тая, - голос обдает холодом. – Только я смогу помочь тебе. Только я. Пока я хочу это сделать. Пока. Но могу и передумать.
Сжимаю пальцами папку и отвожу взгляд.
- Все. Иди, - говорит он. – Видишь, я сдерживаю обещания, - хмыкает. – Иди, Тая.
Глава 27. Таисия
- Ничего не понимаю… погодите… как документы… почему?
Когда мне в университете сказали, что ждут в деканате, я и подумать не могла, что для того, чтобы сообщить об… отчислении?...
- А ты что же думала, Романова? – секретарь кафедры, которая и сообщила мне новость, строго смотрит на меня из-под очков. – На тебя же дело уголовное завели… как же…
- Так ведь я как свидетель прохожу, - чуть не плачу.
- Это пока как свидетель. Пока, Романова. Ты думаешь, родители Касьянова это так оставят? Звонили уже ректору… Да и следователь приходил. За характеристикой на тебя.
- За характеристикой? – растерянно спрашиваю я.
- Ну да. Я не знаю, уже что там дали ему. Но он обмолвился, что свидетель ты пока там. А скоро будешь переведена в подозреваемую. Так что… вынуждены отчислить. Дабы не марать лицо университета. Сама понимаешь. Давай, забирай документы и…
На ватных ногах я выхожу из здания. Все произошло так быстро…
Замечаю группу бывших уже однокурсников. Среди них – Алик, друг Архипа.
- Алик, - зову его.
- О! Уголовница! – ржет он и остальные тоже подхватывают. – Чего тебе? Вали давай отсюда!
- Подойди, пожалуйста, - проглатываю обиду. Потерплю. Мне нужна его помощь.
Он долго смотрит на меня и лишь потом, хмыкнув, отделяется от толпы и идет ко мне.
- Ну? – спрашивает, ехидно улыбаясь.
- Дай мне телефон Архипа, пожалуйста, - прошу я.
- Нафига?
- Хочу с ним поговорить.
- Навряд ли захочет, - хмыкает он. – Да тебя и не пустят к нему. Он в больничке. Из-за тебя!
- Я не делала этого, - упорно говорю я. – Не делала.
- А следак иначе говорил. Ты еще и мента там порезала? Вообще без тормозов! Кто бы мог подумать! А строила целку из себя! Слушай, тебя же посадят скоро? Погуляем напоследок? – хватает меня за талию и дергает на себя. И громко смеется. – Будет, что вспомнить в камере-то! Поехали!
Кое-как отбиваюсь от него и бегу к метро.
Дома захожу в квартиру и понимаю, что дед вернулся.
- Здравствуй, Тая, - он обнимает меня и целует. – Вот, пораньше приехал. Соскучился. Как ты тут?
- Все хорошо, дед. Все хорошо.
- Тая, мне врач звонил.
- Когда?
- Сейчас вот. Буквально перед тобой. Через месяц на плановое обследование меня кладут.
- Ну, так это же замечательно! – выдавливаю из себя улыбку.
- Да, но… - вижу, что его что-то тревожит.
- Что, деда?
- Мне квоту подтвердили на это обследование только на двадцать процентов, - вздыхает он. – Остальное самим надо будет доплатить…
- Ну, разберемся. Мы же собирали, - обнимаю его. – Я работаю же, зарплата хорошая. Все хорошо будет, дед!
А сама понимаю, что просто успокаиваю его. Нет у меня работы и денег явно не хватит. Надо завтра же заняться поиском работы. Благо теперь я могу работать полный день. Сглатываю слезы, вспоминая разговор в университете.
- Тая, телефон, - говорит дед, а я и не слышу за своими мыслями.
Иду к сумке и достаю аппарат.
- Таисия Романова? – незнакомый мужской голос.
- Да.
- Это следователь Лаверчук. Завтра к восьми жду вас у себя. По делу Касьянова.
- Касьянова…
- Да. Подписать надо будет кое-что. Завтра в восемь. Хорошего вечера! – и гудки.
Всю ночь я почти не сплю. А утром, пока дед думает, что я поехала на занятия, я еду к следователю.
- Вот, подпишите, - он кладет передо мной какую-то бумажку.
- Что это?
- Подписка о невыезде, - сухо отвечает он. – Формальность перед избранием ареста.
Я дышать перестаю.
- Ареста?...
- Да, - поднимает на меня взгляд. – Даем вам возможность подготовиться, вещи собрать, близких предупредить. Надеюсь, понятно, чтобы без глупостей?
Если меня посадят, дед не переживет. Кто о нем позаботится? А я? Даже если останусь на свободе? Ни учебы, ни работы… Что делать?
Глава 28. Таисия
Я сижу в сквере рядом с домом, не решаясь зайти в квартиру и встретиться взглядом с дедом. Боюсь, не смогу ему соврать. И что тогда? Как рассказать ему о том, что его внучка подозреваемая в уголовном деле? Даже в двух… Как?!
Чувствую, как вибрирует телефон в кармане куртки. Достаю его – неизвестный номер. Опять из полиции? С тревожным чувством отвечаю.
- Таисия Романова? – на том конце приятный мужской голос.
