Я выглянула из зала, где как раз мыла пол:
– К кому? – осведомилась, потирая рукой ноющую поясницу.
– К графу, – улыбнулась бабушка.
– К какому графу? – еще больше изумилась я, краем глаза отмечая, как ко мне приближаются хозяева паба.
– К тому самому, владельцу этой деревушки, – пожала плечами бабуля и тут же взбудоражено добавила, – поторапливайся, нельзя опаздывать.
Я оглянулась на Талину, по-прежнему держа в одной руке тряпку.
– Иди, милая. Я сама все доделаю. Это все-таки граф.
Побежала наверх, быстро умылась, расчесала волосы и сняла фартук. Переодеться, естественно, мне было не во что – второй наряд, который мне подарила Талина, сушился во внутреннем дворике, на веревке. Спустившись вниз, гордо вскинула подбородок, заметив презрительный взгляд бабули, обращенный на мое довольно поношенное платье. Она промолчала, по-видимому, памятуя о нашем недавнем разговоре.
Выйдя на дорогу, ведущую к поместью, увидела запряженную двуколку. Пожилая родственница привычно влезла в нее и прикрикнула на меня, чтоб я поторапливалась. Не успела устроиться, как бабуля хлестнула лошадь, будто заправский возница. Я изумленно взглянула на нее: “Неужели это моя бабушка?!”
Поместье располагалось не очень далеко от деревни, скрытое от надоедливых любопытных глаз буковой аллеей. Остановив двуколку у парадного входа, бабуля довольно легко, для ее возраста, спрыгнула на дорожку и передала поводья подбежавшему слуге. Я смущенно улыбнулась парню и поспешила вслед за ней. Очевидно, бывала она тут не раз. По-хозяйски направилась в дом, а там уже по длинному коридору в комнату, где нас ожидали двое мужчин. При нашем появлении высокородные господа быстро поднялись со своих мест.
В первый момент мне показалось, что вижу перед собой близнецов. У них были одинаковые бородки клинышком, щеголеватая одежда этого мира и практически военная выправка. Но при ближайшем рассмотрении поняла свою ошибку. Мужчины были совершенно непохожи друг на друга. Кроме того, мое собственное представление о них оказалось неверным. Мне уже был известен их возраст, поэтому, признаться честно, ожидала увидеть перед собой дряхлых старцев. Однако, “старинные друзья”, которым было слегка за семьдесят, выглядели не более чем на пятьдесят. Интересно, что за чудодейственные снадобья они употребляют?
Темноглазый мужчина, с легкой сединой в волосах, быстро подошел к моей бабушке, и, склонившись в поклоне, галантно поцеловал ее руку:
– Раечка, ну наконец-то ты вернулась!
– Иргиус, – бабушка кокетливо захлопала ресницами, – мы спешили, как могли.
Услышав этот обмен приветствиями, мои глаза вначале изумленно округлились, а затем гневно сузились. Так вот значит, где пропадала моя бабушка, пока я вкалывала, словно рабыня Изаура, отправленная за провинность на плантацию. Но родственница явно ничего не замечала. Она была поглощена обменом любезностями со своим новым знакомым, изредка прерываясь на, неподходящее ее возрасту, хихиканье. Наконец, она оторвалась от своего кавалера и произнесла:
– Господа, позвольте представить вам мою внучку – Веронику. – темные глаза одного только мельком взглянули на меня, в отличие от зеленых, которые внимательно осмотрели с ног до головы, чуть задержавшись на губах.
– О, Раечка, а я думал ты привезла свою сестру, – отозвался темноглазый мужчина.
Я возвела глаза к небу. Все это было похоже на неудачную сцену какого-то пошлого старого черно-белого фильма. Глубоко вздохнув, постаралась взять себя в руки.
– Никочка, познакомься с Иргиусом – моим женихом, – в этот момент, скромно потупив глаза, проговорила бабуля, – и его другом – Вильгельмом, владельцем всех этих земель.
От подобного представления в ушах зашумело и я даже не взглянула на хозяина дома, уставившись на виновницу своего состояния. Я стояла, открывая и закрывая рот, будто рыба, вытащенная из воды. “Женихом? Я не ослышалась? Моя бабушка собирается замуж за мужчину, с которым знакома от силы неделю?!” – это был новый удар, к которому я совершенно не была готова.
– Присядьте, эта новость, судя по всему, вас оглушила, – проговорил Вильгельм и, подав мне руку, подвел к дивану. Я плюхнулась на него, даже не думая о том, какое впечатление это произведет на знатных присутствующих.
В первый момент я растерялась от этого известия. Потом на смену пришел гнев. Она не только не сказала о своем знакомстве, но и беззаботно устраивала свою жизнь, ничуть не задумываясь, какой ценой всё это достаётся. Но затем вместо гнева пришло блаженное спокойствие. Выдать бабушку замуж, тем самым избавиться от обузы, было бы прекрасно. Похоже, зебра все же решила повернуться ко мне своей головой, пусть и напоследок одарив превосходным удобрением.
– Ох, дорогая, я и правда тебе не рассказала. Для меня самой встреча с Иргиусом была неожиданностью. Одно могу сказать с уверенностью – это была любовь с первого взгляда.
Бабуля томно посмотрела на своего избранника. Тот, не отставая, также смотрел на нее. Потом, будто очнувшись от сна, перевел взгляд на меня и произнес:
– Знаете, Ника… Я ведь могу вас так называть? – после моего утвердительного ответа, он продолжил, – так вот, встреча с вашей бабушкой была подобна грому среди ясного неба.
Вот в этом я не сомневалась. “Надеюсь, он не сбежит, узнав, что предшествующая грому молния неплохо бьет по карману”, – подумала я и нервно заерзала на диване, даже не замечая его мягкости. Беспокойство, что жених сбежит и мне снова придется взвалить на свои хрупкие плечи заботу о бабушке, которую уже мысленно благословляла, заставило напрячься и постараться как можно быстрее разрядить обстановку:
– Я искренне рада за вас. Надеюсь, вы не будете затягивать со свадьбой?
– О, нет, поверьте, я не желаю расставаться с моей прекрасной невестой ни на миг. Именно поэтому мы пригласили вас сегодня, обсудить кое-какие детали…
Глава 7. Быстрая свадьба
Слова Иргиуса заставили меня насторожиться. Средств, благодаря бабуле, у меня теперь не было совсем, а значит я не могла не только внести свою лепту в предстоящие расходы, связанные со свадьбой, но и обеспечить “юную” невесту приданным. Однако, жениха, судя по всему, это не сильно беспокоило, так как он тут же добавил, заметив на моем лице напряжение:
– Не волнуйтесь. Я знаю, что моя невеста прибыла с далеких звезд и не имеет ни титула, ни земель. Поверьте, для меня это совершенно неважно. Я сам позабочусь о ней и возьму на себя все расходы, связанные со свадьбой. Организуем скромное венчание, пригласим только близких друзей. Задержимся на какое-то время тут, у Вильгельма, а потом поедем в мое поместье.
Я снова выдохнула. Столь легкое разрешение проблем было счастьем. В этот момент Иргиус продолжил:
– Надеюсь, Ника, я могу рассчитывать на вашу помощь? Выбрать платье, подобрать цветы, да и вообще, – он вскинул бровь, осматривая мой наряд, – заняться гардеробом не мешало бы. Наше положение иногда обязывает находиться при дворе. Основные наряды, естественно, будут приобретены в столице, но на первое время…
Он многозначительно замолчал, а я вымученно улыбнулась. Не моя была вина, что оказалась в ином мире без одежды и “земель”, как выразился жених бабушки. В этот момент я перевела взгляд на Вильгельма. После того как усадил меня на диван, более не принимал участия в беседе, только внимательно следил за мной. Признаюсь, мне этот взгляд был неприятен. Не скажу, что сам хозяин дома вызывал отторжение – будь он моим родственником, была бы рада. Но в его взгляде было нечто такое, что заставило меня съежиться, а затем вжаться в подушки.
Вскоре подали чай с небольшими пирожными, и у меня появилась возможность незаметно отойти к окну, практически спрятавшись за дорогими, но довольно изящными шторами. Пусть я лучше покажусь им невоспитанной дикаркой, чем терпеть столь откровенное разглядывание. Как только представился случай, утащила бабушку, сославшись на то, что нам еще предстояло обсудить свадьбу. Бабуля не возражала. Она порхала, мечтала и трещала без умолку всю дорогу, которую в этот раз мы проделали в карете с кучером и лакеем.
Несмотря на то, что приняла ее замужество и даже была ему рада, оставшись с ней один на один, все же не смогла сдержать негодование.
– Как ты могла не сказать мне?
– Ах, Ника, ну ты ведь все время была занята. Когда бы я успела? – выразила бабушка свое искреннее удивление.
Я усмехнулась. Она права…
Затягивать со свадьбой и правда никто не стал. Не прошло и недели, как бабуля, под руку с женихом, стала у алтаря местного храма. С одной стороны, искренне была за нее рада. С другой, пребывала в полном недоумении, как так вышло, что моя собственная бабушка опередила меня в такой авантюре, которую я считала исключительно уделом молодых. Похоже, я еще чего-то в этой жизни не понимаю. А может все дело в эгоизме, так свойственном молодым людям?
На время подготовки бабушкиной свадьбы не могла выполнять работу в полном объеме. Талина и Гелиан вошли в мое положение, за что я очередной раз воздала благодарственные молитвы небесам, даровавшим мне таких понятливых работодателей. На самом деле мне и правда повезло встретить в этом мире людей отзывчивых, чутких к заботам других. Сейчас, когда была спокойна за судьбу бабушки, смогла это оценить в полной мере.
Как только торжественный обед в честь молодоженов завершился, я отправилась обратно в паб, под заботливое крылышко Талины. Кстати, мой гардероб, благодаря заботам новообретенного дедушки, пополнился несколькими новыми нарядами. Однако я решила отложить их до лучших времен, а именно – переезда в столицу. Была и еще одна причина подобного решения. Еще во время хлопот по подготовке к свадьбе деревенские стали иначе посматривать на меня. Я понимала, что это связано с новым положением моей родственницы, вот только замужество касалось исключительно бабули, моя же ситуация ничуть не изменилась. Поэтому убрала новые платья подальше в шкаф, лишь иногда доставая их, чтоб бережно расправить несуществующие складки.
Первые дни после возвращения были непростыми. Напряжение ощущалось везде, где бы я не появилась, но постепенно жители деревни стали относиться ко мне по-прежнему. Эти прекрасные дни продлились недолго. В паб нагрянул сам хозяин здешних земель в компании молодоженов.
Увидев меня за работой, Вильгельм нахмурился, Иргиус взглянул свысока, как на предмет интерьера, а бабуля и вовсе в первый момент не заметила, разглядывая какое-то пятно на столе. Моих же работодателей и вовсе ждали лишь легкие кивки знатных голов в знак приветствия. Граф сию же минуту поспешил ко мне и осведомился, что я тут делаю.
– Как? Разве бабушка не сказала вам, что я тут работаю? – удивленно спросила я.
– Пристало ли молодой девушке обременять себя подобными заботами? – еще сильнее хмурясь, спросил он.
Я искренне рассмеялась, чувствуя себя в пабе уверенно и безопасно.
– Как вам известно, мы попали в мир трех королевств не по своей воле, точнее это касается меня. Естественно, что у меня ничего нет. Я должна заботиться о себе.
– Но ведь теперь у вас есть семья, – Вильгельм многозначительно покосился на друга, со скучающим видом разглядывающего небогатую обстановку зала.
– Я рада за бабушку, но… могу говорить откровенно? – чуть понизив голос, уточнила я.
– Конечно, – граф чуть склонил ко мне голову, показывая, что внимательно слушает.
– Но я не считаю, что вправе требовать заботы от мужа бабушки.
– Хм, – Вильгельм вновь нахмурился и больше не проронил ни слова за все посещение.
Когда гости уехали, я облегченно вздохнула. Как же мне хотелось как можно быстрее заработать денег и уехать в столицу, чтоб больше никогда не чувствовать себя подобным образом!
На следующий день бабушка приехала одна. Она явно пребывала в состоянии странного возбуждения.
– Ника, ты ставишь всех нас в неловкое положение, – с места в карьер стартовала она.
– Не понимаю, о чем ты? – искренне удивилась я.
– Ну как о чем? Ты не должна больше позорить Иргиуса.
– Чем? – опешила я, припоминая все свои “ошибки”, сделанные в последнее время.
– Работой, – поведя плечом, ответила она.
– Кого может опозорить честный заработок? Ты же сама всегда об этом говорила.
– Ах, дорогая, сейчас все иначе. Мы должны приспосабливаться, – объясняя, как неразумному ребенку, ответила она.
– Ты хотела сказать, я должна приспосабливаться, чтоб ты жила выбранной для себя жизнью? – я вся подобралась, как кошка, готовая к прыжку.
Бабушка пожала плечами. Весь ее вид говорил о том, что ей улыбнулась удача и она ее не упустит. Мне же предстоит войти в ее положение и делать только то, что скажут другие. От внутреннего волнения я сжала кулаки, боясь взорваться от подобной несправедливости. Бабушка прожила на Земле жизнь так, как хотела. Прибыв в этот мир, собирается прожить остаток снова так, как хочет она, правда теперь за счет моей жизни. А что остается мне? Избрать участь овечки и мирно идти на поводу чужих желаний? Нет. К этому я точно не была готова. И все же глядя на бабушку, понимала, что могу помешать ее счастью, а мне бы этого очень не хотелось. Опустив глаза, чтоб не выдать искренних своих чувств, спросила:
– И что ты предлагаешь мне делать? Испариться?
– О, нет, что ты, дорогая. Перебирайся в поместье, пока мы тут, – беззаботно выдала бабуля.
От ее слов меня передернуло. Перед глазами тотчас возник горячий взгляд Вильгельма. Там я буду беззащитна. Что же мне делать?
– Хорошо, – согласилась я, думая о том, что у меня еще будет время решить, как выбраться из этой западни позже.
С тяжелым сердцем я собирала вещи, с еще более тяжелым прощалась с хозяевами паба:
– Талина, я буду приходить в гости, – улыбаясь сквозь слезы, говорила я.
– Ну что ты, милая, у тебя теперь начинается иная жизнь.
Я внимательно посмотрела на нее. Женщина, которая раньше сама давала мне указания, теперь стояла, боясь поднять глаза в присутствии моей бабушки. Одна короткая фраза показала, что больше не принадлежу к их кругу, вот только я слишком хорошо знала, что и не принадлежу к новому, бабушкиному. Я ни там и ни тут более не буду ощущать себя своей. Опустив голову, вышла из паба, боясь даже оглянуться назад, чтоб не разрыдаться. Как же много я тут плачу, удивительно…
Глава 8. Столица
Прошло всего несколько дней с моего переезда в поместье, как новый дедушка объявил, что мы едем в столицу. Я не могла поверить своим ушам. Вот когда мой звездный час настал. Теперь дело за малым – встретиться со старцами-волшебниками и отправиться домой. Ну, в крайнем случае, найти себя в большом городе. В том что у меня все будет хорошо даже не сомневалась. Как же сильно я ошибалась на этот счет!
Дорога заняла практически весь день и, скажу я вам, это не в удобном салоне автомобиля путешествовать. Во-первых, карету нещадно трясло. Во-вторых, с нами отправился Вильгельм, к неудовольствию местных, и мне пришлось сидеть рядом с ним. Сосед постоянно норовил коснуться меня или лишний раз прижаться на многочисленных поворотах. Ну а в-третьих, летнее солнце так сильно припекало, что казалось мы путешествуем не в местном комфортабельном транспорте, а по меньшей мере в бане. Один раз остановились, чтобы пообедать и немного пройтись и только к вечеру достигли цели своего путешествия. И вот тут-то началось самое неожиданное для меня.
Если в деревне магией никто не пользовался, так как она была прерогативой знати, то город прямо дышал ею. Но ведь новые знакомые были знатными персонами, отчего же раньше я не столкнулась с ней? Оказывается, магию невозможно было тратить бесконечно, это был строго ограниченный ресурс. В своих поместьях люди жили самой обычной жизнью, экономя силы, в столице же всё было иначе. Это был как будто иной мир, где магия буквально сочилась из всех щелей. Все желали щегольнуть своими силами, бессмысленно расходуя ее. Как же это было похоже на Землю! Обычные работяги год, а то и больше экономят на каждом шагу деньги, чтоб в отпуске пуститься во все тяжкие, а еще лучше пустить окружающим пыль в глаза. Но вернусь к увиденному здесь, в мир трех королевств.
Все законы физики, всё, к чему привыкла с детства, резко рухнуло и появилась совершенно новая реальность, непохожая на все известные мне истины. За всё время моего пребывания в этом мире я ни разу не думала о магии, как о чем-то, что может коснуться меня. Да я вообще не думала о ней! Может, это защитная реакция организма, чтоб не сойти с ума от произошедшего? Период отрицания? Вот только он ведь не мог продлиться долго. Рано или поздно я должна была столкнуться с этим миром лицом к лицу и принять всё как есть. Почему же сейчас на меня возымело такое действие проявление магии во всём её многообразии?
Мимо, обгоняя нас, по воздуху пролетела карета, запряженная четверкой рысаков. Дамы, словно бабочки, порхали по аллеям парков, демонстрируя пестрые наряды. Мужчины, менее яркие и скорее похожие на мотыльков, спешили по делам, заполоняя горизонт. Яркие вспышки ни то фейерверков, ни то каких-то непонятных магических выбросов то и дело окрашивали небо, создавая атмосферную декорацию к этим воздушным движениям. Тут и там стояли порталы под каменными арками для ускорения перемещения по этому огромному городу, похожему на красочное воплощение безумного художника. В первые минуты пребывания в столице голова пошла кругом, а дыхание, казалось, и вовсе покинуло меня.
В этот же день, несмотря на позднее время, по настоянию Иргиуса, мы с бабушкой были вынуждены посетить местных модисток. В первый момент подумала, что мы ошиблись адресом и попали в библиотеку, так как они орудовали отнюдь не иглами и ножницами, а огромными книгами в поисках заветных заклинаний. Затем нас ждали стилисты, как я их прозвала. Прически сами сооружались от нескольких взмахов рук местного парикмахера, пока другие изящные дамы наносили макияж, делали маникюр и педикюр, точно такими же невообразимыми, для любого землянина, способами, как и прославленные модистки. Времени все эти посещения заняли немного, а вот впечатлений оставили массу.
Кроме вида из окна кареты в этот день, да посещения нескольких заведений красоты, я ничего больше увидеть не успела. А ведь это такая малость от того, чем была наполнена огромная столица. И все же мне и этого сполна хватило, чтобы понять – этот мир, со всей его магией и четким разграничением на способных и нет, не мой. Я тут чужая и никогда не смогу найти своего места. Разочарование в первый момент накрыло с головой. Мне понадобилось немало сил и мужества, чтоб взять себя в руки, ведь оставалась последняя надежда – встретиться с волшебниками и уговорить их помочь.
Но и тут оказалось не все так просто. К волшебникам можно было попасть только по особому приглашению, а его выдавали либо они сами, либо король. “Что же мне делать? – вопрошала я, следя, из окна предоставленной мне комнаты, за юной кокеткой, шутящей с молодым человеком. – Нет, я не могу так просто сдаться!” Вскочив, устремилась к деду.
– Могу я войти? – приоткрывая дверь его кабинета, осведомилась я.
– Ника? – удивленно спросил Иргиус, внимательно осматривая мой внешний вид. Судя по взгляду, он остался доволен преображением, – проходи. У тебя ко мне какое-то дело?
– Да, – твердо ответила я, скрывая за уверенным тоном робость перед ним. – Я бы хотела попасть к волшебникам, но как это сделать не знаю.
Иргиус задумчиво потер подбородок, слегка растрепав аккуратную бородку. Чуть помолчав, произнес:
– Завтра мы с твоей бабушкой едем во дворец. Я должен представить ее королю. Думаю, я смогу получить для тебя там приглашение.
Я благодарно прижала руки к груди и искренне произнесла: “Благодарю”.
Чтоб не отнимать у деда время, быстро покинула кабинет. По пути в свою комнату встретила бабулю, радующуюся, словно ребенок:
– Ника, я завтра познакомлюсь с королем!
– Знаю, дедушка уже сказал, – с улыбкой глядя на нее, ответила я.
– Ты же понимаешь, что мы не можем взять тебя с собой? Ты, конечно, моя внучка, но не титулованная особа. Вот если бы ты вышла замуж…
– О, избавь меня от этого! Я слишком молода.
– Ну, как знаешь, хотя я в твоем возрасте…
– Уже носила под сердцем моего папу, – смеясь, продолжила я. – Времена другие.
– Ой, все так говорят, пока не потеряют голову от любви, – махнула она рукой. – Девушки всегда мечтали и будут мечтать о встрече своего единственного.
– Или второго единственного, – подколола я.
– Да, но не забывай, что твой дедушка уже давно умер, – ее глаза всего на миг стали печальными, но мне этого хватило, чтоб прикусить язык.
Бабушка была права. Да я ее и не осуждала. Так, иногда поддразнивала, не более того. На самом деле хорошо, что она нашла того, с кем сможет прожить оставшиеся годы. Подумав о годах, с удивлением отметила, что в бабушке произошли кое-какие изменения. Нет, значительных перемен во внешности не было. А вот глаза… Появился какой-то новый блеск, которого я никогда прежде не видела у нее. Взгляд, еще недавно подернутый дымкой печали, вдруг стал живым, ярким. Других изменений я пока не видела, но стало понятно, что они не заставят себя ждать. Вот тебе и новость! Нужно будет поподробнее узнать об этом.
– Бабушка, а сколько тут живут люди? – вдруг перевела я разговор.
– Иргиус сказал около двухсот лет.
