– А это не я, – поднимаю на него взгляд. – Это ты. Точнее твоя музыка. Она была настолько громкой, что со смежной стены упала стеклянная рамка. Ну и вот. Результат ты видишь. Так что в порче твоих кроссовок виновата не только я.
Усмехаясь, заматывает мне руку. Сам вытирает с раковины розовые капли.
– Боже! Что случилось? – раздается из коридора.
– Ба, мы тут. Все нормально! – кричит Артем из ванной.
– Мы? – Она распахивает дверь и во все свои перепуганные глаза смотрит на нас: на меня с перебинтованной рукой, своего полуголого внука и его перепачканную в крови футболку, валяющуюся у нас под ногами. Бледнеет.
– Все хорошо, – парень подлетает к ней. – Просто порез. Рамка со стены упала. Ба, иди вниз. Я сам скажу, чтобы убрали в коридоре.
В этот момент Артем перестает казаться надменной безразличной сволочью. Только это ненадолго. Проводив бабушку, он возвращается к своему первоначальному образу. Довольно жестко говорит с домработницей и скрывается в своей спальне, громко хлопнув дверью.
Глава 4
Артем
Бросаю кроссовки замачиваться. Натягиваю чистую футболку и нехотя иду на этот чертов обед.
Девчонка в нашем доме всего полчаса, а уже умудрилась меня выбесить. Ну вот какого черта она кинулась собирать осколки руками? Совсем без мозгов! Красивая только, зараза! Это тоже бесит. И кроссовки жалко. Может еще отстираются.
Спускаюсь на первый этаж. В столовой уже все в сборе. Моя новоиспечённая мачеха воркует с отцом. Как бы не проблеваться от этого зрелища.
Бабушка, недовольно поджав губы, смотрит на меня.
– Что не так?! Могу уйти, – психанув, уже собираюсь сделать именно так.
– Сядь за стол, Артем, – вздыхает она. – А что не так, ты и сам прекрасно знаешь. Для того чтобы оказать девушке первую помощь, необязательно снимать футболку.
– Ну сорри, – пожимаю плечами. – Под рукой была только она! А ещё штаны. В следующий раз сниму их.
– Прекрати паясничать! И сядь уже, в конце концов, – отец отрывается от своей бабы и обращает внимание на меня. – Кому понадобилась первая помощь?
– Мне, – тихо отвечает Эля, демонстрируя перебинтованную руку. – Порезалась.
– Нужен врач? – спрашивает у бабушки.
– Не думаю. Твой сын прекрасно справился сам, – с легким сарказмом.
Сажусь за стол. Нам подают обед. Во мне уже успел проснуться зверский аппетит после тренировки. С наслаждением разрезаю сочный стейк, закидываю в рот приличный кусок. Вкусно. Повар у нас шикарный.
Эля ковыряет вилкой салат. Отец разливает по бокалам вино для взрослых, а нам достается апельсиновый сок.
Поднимает свой бокал, говорит какие-то слова, я не слушаю и бокал вместе с ними не поднимаю.
– Тема, – зовет меня родитель.
– Я не пью. Я спортсмен, но ты, наверное, не помнишь, – смотрю ему в глаза.
Раздражается, залпом выпивает свой алкоголь. Моя сволочная, эгоистичная натура ликует, когда отец так бесится.
– Этель… – родитель переключается на нее, чтобы не разжигать конфликт.
– Если можно, то лучше просто Эля, – просит сводная.
Почему? Красивое ведь имя. Реально красивое. Ей идет.
– Хорошо, Эля. Ты уже надумала, куда будешь поступать после школы?
– Да, – кивает она. – В моем родном городе есть отличный университет.
– Не говори ерунды! – перебивает ее мать. – Отличный университет, это в столице.
– А если я не хочу в столицу? Мне там нравилось. Меня на бюджет возьмут с моими баллами, плюс я могла бы попасть там в команду…
– Все, Эля. Остановись. Со своими баллами ты в любое ПТУ поступишь. А вот в столичные ВУЗы тебя даже твои пятёрки не протолкнут.
– Но я…
– Все. Не спорь, – закрывает тему ее мать.
А я думал, это у нас с отцом сложно…
– Артём мечтает об Англии класса с шестого. Посмотрим, как закончит, – давит взглядом родитель.
Я немного съехал в прошлом году. После смерти мамы было как-то не до хороших оценок, но в этом году надо подтягиваться, чтобы свалить как можно дальше отсюда после школы. О важности образования мне рассказывать не нужно. Это я давно понял сам.
– Эля, там форму привезли, – сообщает бабушка, переговорив с экономкой. – Артём, тебе тоже.
Киваю.
– Утром в лицей вас отвозит водитель. Обратно добираетесь сами, потому что могут быть назначены и дополнительные занятия, и какие-то внеклассные тренинги. Просто вызываешь такси, как освободишься, и всё. Это необычная школа, там строгие правила, которые придётся соблюдать. Старшеклассники учатся шесть – один. Если по каким-то предметам тебе нужны репетиторы, обязательно мне скажи. Программа в лицее сложная, а впереди у вас выпускные экзамены.
– Я поняла. Спасибо. Постараюсь втянуться.
– Держи, – отец протягивает ей банковскую карту. – На твое имя. Можешь смело использовать на любые нужды. Платья, косметика, книги. Все, что тебе захочется в разумных пределах.
– Ты ничего не забыл? – ехидно интересуется у него бабушка.
Кайфую, когда отца коротит от такого ее тона.
Глава 5
Артем
– Нет, – качает головой «любимый» папочка.
Ну и правильно. Забей! Не надо снова полоскать мне мозг.
Бабушка больше не говорит ни слова. Только недовольно поджимает губы. Она регулярно проверяет расходы по моей карте и давно просит отца установить на нее лимит, потому что иногда я сильно наглею. А когда еще?
Браслет на руке подает сигнал, что пора пить витамины. У меня все по расписанию. Таблетки в комнате. Молча сваливаю. Кроме бабушки никто не замечает. Впрочем, ничего нового, но я адаптировался. Мне на руку.
В нашем крыле уже все убрали. И кровь, и стекла из Элькиной спальни. Захожу к себе. На кровати осточертевшая за годы учёбы форма. На дверцу шкафа цепляю вешалку. На нее пристраиваю сезонную рубашку с коротким рукавом, черные брюки, приглушенного красного цвета жилетку с логотипом лицея и галстук в красно-черную клетку. У девчонок жилетки тоже однотонные и юбки в тон нашим галстукам. Разрешают менять на черную, но есть регламентированная длина. В шкаф убираю рубашку с длинным рукавом и свитер, тоже с лого. Это мы будем носить, когда похолодает. Спортивная форма для уроков физкультуры у нас также единая. Не пригодится. Я не хожу. У меня своя программа.
На кровати настойчиво вибрирует мобильник. Дашка пишет:
«Я соскучилась. Покатаемся вечером?»
«Не сегодня. Другие планы», – отшиваю.
Не соскучился, хотя мы вроде как встречаемся год уже. Поначалу что-то там еще горело у меня, а как получил все, что хотел, интерес поугас. Наверное, потому что слишком легко и без особого напряга. Мне тупо скучно.
Залипаю в книжку часов до семи вечера. Убивать себя второй тренировкой сегодня не буду. Завтра тренер оторвётся.
Иду в душ. Усмехаясь, осматриваю полку. На ней красуется гель для душа с ароматом ванили и шампунь с травами. Начался захват территории…
Вздохнув, быстро смываю пену. Вылезаю, вытираюсь, иду к себе. Надеваю белые джинсы, рубашку с капюшоном на выпуск, тоже белую. Любимые кроссовки еще влажные, но следов крови не осталось. Приходится доставать другие. На руке рядом с браслетом защелкиваю подаренные отцом еще на шестнадцатилетние ролексы, немного одеколона, в карман ключи от тачки. Права брать не имеет смысла, им до вступления в силу скучать еще почти год. Вместе с паспортом оставляю на тумбочке, чтобы не забыть утром.
Прохожу через пустой первый этаж, погружённый в полумрак. Бабушка уже у себя. Где отец, мне все равно. Выхожу на улицу. Иду в сторону флигеля охраны. На скамейке под раскидистым деревом, шмыгая носом, сидит Эля. Плачет, что ли? Мне не все ли равно?
Абсолютно!
Но у входа во флигель зачем-то оглядываюсь. Она не смотрит на меня. Уперла свои серые глаза в одну точку и не видит ничего вокруг. Не мое это дело. Не мое!
Отдаю охраннику наличку. Он уходит на «срочный обход». Открываю ворота. Из гаража выгоняю свой любимый синий спорткар с двумя белыми широкими полосками на капоте. Он довольно рычит, как засидевшийся в неволе зверь. Эля поднимает на меня взгляд. Прикладываю палец к губам, показывая, чтобы молчала.
– Поехали. Выгуливать тебя будем, – глажу пальцами по рулю, машу девчонке рукой и срываюсь с места, выезжая за территорию дома.
Глава 6
Этель
Я только недавно смогла ненадолго провалиться в сон. Глаза распахиваются от криков с улицы, стороннего шума и переливающегося, как полицейские мигалки, света, попадающего размытыми пятнами в окно. Открываю одну створку, высовываюсь на улицу. Сыро, мрачно. Очень раннее утро ещё на границе с ночью. У распахнутых ворот и правда стоит машина с мигалками. Полицейские, Павел Андреевич и… Артем! Голова гордо поднята. С вызовом смотрит на отца, слегка пошатываясь. Криков больше не слышно. До меня доносится лишь грубый мужской разговор и отфыркавания парня. Павел жмёт руку полицейским. Хватает сына за шкирку. Артем выворачивается, но тут же снова попадает в цепкий захват отца.
– Ты, может, ворота закроешь уже?! – Павел Андреевич рявкает на охранника.
Тащит сына в дом. Артем больше не вырывается. Закрываю окно. Забираюсь в кровать. Еще часа три можно было бы поспать, но сердце колотится от страха, будто это меня там тащат за шкирку, или я стала свидетельницей очень личной сцены.
В тишине отлично слышны тяжелые шаги. Они двигаются мимо комнаты.
– Повод! Назови мне веский повод, который толкнул тебя на эту тупую выходку! – рычит Павел на сына.
Теперь я хорошо его слышу.
– Свадьбу твою отмечал, – зло усмехается Артем. – Радовался за отца.
– Ты же спортсмен, – теперь скорее раздражённо, будто после слов Артема пытается погасить конфликт, припоминает сыну слова, сказанные за обедом.
– Я еще и человек.
– Сейчас не сильно заметно.
Снова шаги. Открывается дверь. Слышу, как льётся вода. Не закрыли?
– А-а-а!!! Холодно!!! – доносится до меня дикий вопль.
Что отвечает ему Павел Андреевич, я не слышу, но мне додумывается что-то грубое и нецензурное. Ужас! Откуда это вообще в моей голове? Фу!
Снова шаги. Хлопок соседней двери. Тихие мужские голоса. Все повторяется в обратном порядке. За смежной стеной тишина, Павел Андреевич ушел.
Зевая, поворачиваюсь на бок, обнимаю подушку и смотрю, как светлеет за окном небо. Артём совершенно ненормальный! Он ведь и машину явно увёл без разрешения. Еще и погулял весело.
Не мои это проблемы! Мне надо доучиться здесь последний год, а потом я уеду, и пусть делают, что хотят. Ещё бы работу найти. Может, удастся за год скопить денег на обратную дорогу и аренду комнатки в родном городе на первое время.
Только засыпаю. Будильник наигрывает над ухом любимую мелодию. Сонно вылезаю из-под тонкого одеяла, иду в ванную. В коридоре замираю на мгновение. Слегка шлепаю себя по щекам, чтобы проснуться.
В ванной на полу брошено влажное полотенце. Холодные лужи воды еще не высохли, а я босиком и уже влезла в одну.
Не нахожу тряпку. Вожу по полу этим полотенцем, собирая воду. Кидаю его в корзину для белья.
Из коридора снова слышны голоса. Точнее один – женский.
Закрываю плотнее дверь, выкручиваю кран, умываюсь, чищу зубы. Дверь рывком открывается и с грохотом бьётся о стену.
– М-м-м, – мычит Тема, недовольно осматривая меня. – А я так надеялся, что мне все приснилось. В темпе давай.
Уходит и дверь за собой не закрывает!
Хватаю с крючка полотенце, быстро промокаю лицо. Выхожу. Он сидит на подоконнике в коридоре, накручивает на палец шнурок от домашних штанов и смотрит в окно.
– Знаешь, – обращаюсь к нему.
Поворачивает голову в мою сторону. Глаза тёмные, мутные, лицо «помятое».
– Можно было бы и постучать, – стараюсь не выходить на открытый конфликт. Я, к сожалению, плохо умею защищаться, но и промолчать не могу.
