– Эмпатия. Интуиция. Что хочешь. Просто верю им, и все.
– Исчерпывающий ответ, – тон Доминика становился все более ядовитым.
– Я знаю, что говорю, – почти рассердился Жерар. – А вот тебе пора бы прекратить соваться в мозги первым встречным. Кроме того, что это неэтично, ты еще можешь когда-нибудь здорово нарваться! Сильной псионикой, чтоб ты знал, обладает самая разная мерзость в мультивселенной. Выжгут мозги подчистую, вот радость-то будет.
– А вдруг я тоже – мерзость?
– Да хватит уже…
– Думаешь, мозг кому-нибудь выжечь не смогу?
– Ты уже начал, мне кажется.
– Могу и продолжить.
– Перегрелся? Водичкой полить?
– Пусть лучше Льюис. У него дождичек холоднее получится. А то вдруг ты увлечешься четырьмя стихиями и вскипятишь воду во время воспитательного процесса. Ты ж у нас вечно витаешь где-то. Не видишь, что у тебя под носом творится.
– Правда? Точно? Серьезно? А может тебе безо всякой магии просто зонтом промеж глаз врезать?
– А может, вам все-таки успокоиться? – вмешался Льюис. – Чего зря шуметь? Вернутся они завтра – познакомимся с ними поближе. Тогда уже будет смысл что-то… хм… обсуждать.
– А ты-то почему принял их сторону? – недовольно спросил Доминик.
– У этого Кристиана интересная история. Если он и правда единственный выживший из восьми погибших эфирных миров, то будет о чем поговорить. Если они не солгали, нас это не может не касаться, к сожалению.
– Я сейчас съем этот шиповник, – сообщил Доминик.
– Зачем?
– Ради приятных ощущений! Потому что вы – оба! – меня сегодня… достали.
Он сунул цветок в петлицу сюртука и устремился в коридор. Потом обернулся.
– Я к Водопадам. Льюис, идешь со мной?
– Нет, я сегодня здесь переночую.
– Ладно, дело твое.
Вскоре послышался шум раздвигающейся двери.
– Да что с ним такое? – недоумевал Жерар.
– Мне кажется, он ревнует. Привык, что здесь появляются лишь те, кого он сам привозит на Осе. А тут эти странные ребята на живом астральном корабле…
– Красивые девушки!
– Девушки очень красивые. Надеюсь, эта троица проблем нам не создаст. В чем-то я Доминика понимаю.
– Поживем-увидим.
И Жерар с тяжелым вздохом обессиленно растянулся на диване. Льюис взглянул на него со скрытой тревогой:
– Ты как?
– Ничего. Нормально. Сегодня с самого утра был напряженный денек. Но знаешь, что я тебе скажу… мне так понравился этот призрачный кит!
***
Гостиная, сотворенная китом Сальватором в его внутреннем карманном плане для астральных путников, ничуть не изменилась с первого дня ее создания. Материализованная иллюзия ночного неба с расставленной прямо на звездах мебелью уютного шоколадного цвета. Столик, шахматная доска с недоигранной партией… И большое круглое окно, за которым обычно проплывали безумные и красочные картины пространства между мирами и вселенными. Сейчас же через него можно было взглянуть на ночь, окутавшую Лорилэй. Красивая ночь… Странная ночь. Белое небо без туч и облаков приобрело, потемнев, перламутровый оттенок, и сами звезды здесь казались выпуклыми жемчужинами, мерно льющими на мир волшебных островов нежно сияющий свет.
Кайя долго смотрела на эту картину, не в силах отойти от окна. Ее заворожило сочетание сдержанности цветовой гаммы и насыщенности сияния. Маленькое огненное создание, фэй с трепещущими крылышками, примостился у нее на плече и тоже с интересом смотрел в окно.
– До завтра мы остаемся здесь, Сальватор, – Аэлисса обращалась к астральному киту с теплотой в голосе. Их разумы были связаны очень тесно, это была своеобразная, но крепкая дружба. Именно поэтому девушка называла себя «капитаном Сальватора», когда того требовали обстоятельства. – А там посмотрим, как пойдет дело.
«Конечно, Аэлисса. Я буду ждать столько, сколько нужно, – ответил призрачный кит так, чтобы его глубокий мысленный голос услышали внутри себя все присутствующие. – Мне никогда не бывает скучно».
– Неужели Лорилэй тоже может погибнуть? – Кайю это, кажется, искренне расстраивало.
– Что тебя в нем привлекло? – удивилась ее подруга. – Мы же его еще и не видели даже.
– Не знаю… Пытаюсь чувствовать его. Настраиваюсь.
– Зачем?
– Мы столько мертвых стихийных миров повидали. А этот живой. Хочу на остров воды… Моя магия… она почти мертва, как те самые миры. Но вдруг ее можно оживить?
Кайя проговорила все это спокойно, но с печалью.
Кристиан, удобно устроившийся на диване, сделал невольное движение – он хотел встать, чтобы подойти к девушке, но сдержался. Она погрузилась в свои мысли, быть может, пыталась увидеть себя внутренним взором, разглядеть таинственное нечто, что питало ее волшебство, но никак не могло его согреть. Ледяная волшебница…
Взаимная щемящая нежность, смешанная с восторгом, еще недавно переполнявшая их обоих, сменилась чувством куда более ровным со стороны Кайи. Кристиан же ощущал привкус горечи и досады – на себя. Этот тихий, мягкий, почти безмолвный разрыв произошел, в первую очередь, из-за него.
Трое друзей и маленький фэй обшаривали мультивселенную в поисках стихийных эфирных миров, где надеялись обнаружить живые элементальные сущности. И первый же мир, на который вывели известные астральные координаты, оказался пустым. Всего лишь оболочка. Там не осталось даже воды, как в погибшем мире Кристиана. Это потрясло его настолько, что он несколько ночей не мог нормально спать, с открытыми глазами проваливаясь в воспоминания того дня, когда на его глазах рушилось все, что он любил. Лучший друг погиб, сражаясь с ним вместе, защищая его. От этого друга он, лесной дух, получил в наследство человеческое тело, множество знаний и умение чувствовать остро и горячо. Это-то его и подвело, когда за первым пустым миром последовал второй, третий, четвертый… Кристиан просто не захотел больше ничего чувствовать. В том числе и то, что принимал за пылкую влюбленность. Но Кайя отнеслась к этой грустной перемене довольно спокойно. Ее теперь полностью поглощали встречи с сестрой и попытки изменить свою ледяную магию на что-то более теплое и живое. Оба погрузились в тихую печаль, и только Аэлисса еще старалась как-то поддерживать боевой дух в экипаже Сальватора.
– А как называются другие стихийные миры, Сальватор? – спросил Игнис, огненный фэй. – Ты, кажется, рассказывал Кристиану, но я забыл.
«Лунный заяц. Пестрый чулок. Старая скрипичная мелодия».
– Вот это да! – у Аэлиссы заблестели глаза. – Красота. И неужели их тоже уничтожат неведомые пожиратели эфира?
Она прошлась взад-вперед по иллюзорному звездному полу, щелкнула каблуком и остановилась перед Кристианом.
– Давайте сделаем так. Вы с Кайей осмотрите острова Лорилэя, а мы с Сальватором поплывем туда, к этим живым еще мирам, поглядим, не скрывается ли поблизости что-нибудь подозрительное.
Кристиан сделал резкий отрицательный жест.
– Нет, Аэли. Одной может быть опасно.
– Так я и не буду соваться куда не следует. Просто мы с Сальватором немного осмотримся на местах.
– Не надо. Не надо тебе никуда одной отправляться, даже несмотря на то, что ты будешь с Сальватором… в Сальваторе…
– Кристиан, мы не знаем, сколько у нас осталось времени. Вдруг опасность и правда подбирается к очередному миру? К Лорилэю? Льюис Тэйлор прав – пока мы не разберемся, что происходит, твои Острова нельзя даже и пытаться восстановить.
– Правильно. И все-таки ничего не делай в одиночку.
– Почему?
– Опасно потому что… Пошли по кругу. Ладно. Мы не пустим тебя. Или даже так… – он поднялся и сжал ее руку пониже локтя тонкими цепкими пальцами. – Я одну тебя не отпущу.
Аэлиса возмущенно дернулась.
– Оставь, пожалуйста, мою руку в покое.
– Нет. Пока не пообещаешь, что никуда без нас не сбежишь.
Молча они смотрели друг другу в глаза.
Кайя, отвернувшись от иллюзорного окна, с печальным недоумением наблюдала эту сцену.
– Послушай, Аэли, – сказала она наконец. – Ты ведь можешь оказаться нужной нам здесь. Этот странный Доминик – псионик.
– Верно, – вздохнула Аэлисса. – Если что – несносному парню, который сейчас вцепился в меня, понадобится мысленная защита. Придется остаться с вами. Кристиан… руку, пожалуйста.
Юноша неохотно отпустил ее.
– Так-то лучше, – она огладила рукав, а потом с помощью иллюзии заставила все платье мелко и льдисто искриться.
– Кто вообще такой Доминик, смогла ты понять? – спросила Кайя.
– Нет. Закрывается наглухо. Но аура у этого существа тревожная. В нем что-то есть. Не демоническое, нет… что-то… В общем, я не знаю, кто такой Доминик, но он, похоже, – опасен.
– Вот так, – улыбнулся Кристиан самой обаятельной из своих улыбок. – А ты хочешь бросить нас с Кайей ему на растерзание, Аэли. Не поступай так с нами.
– Ладно, ладно, – она тоже заулыбалась. – Договорились.
– Ура! – воскликнул малыш Игнис. Он очень радовался, когда все казались ему довольными.
***
На следующее утро после прибытия в Лорилэй команда Сальватора встретилась с Жераром и его друзьями у Золотого купола – так здешние обитатели называли полусферу, собирающую в себя лучи четырех маленьких солнц.
– Пора познакомиться поближе, – сказал Кристиан. – Надо заметить, что мы трое – не совсем люди. Про себя я уже рассказывал – я лесной дух в теле человека… хотя не все так просто.
– А мы с Кайей вообще существа сотворенные, а не рожденные, – подхватила Аэлисса.
– Сотворенные, но не вторичные? – Доминик посмотрел на нее с интересом, хотя в его раскосых глазах по-прежнему отражались ирония и недоверие.
– Любой, кто способен на что-то стоящее – более чем первичен. А вы?
– Я? Проникаю в сознание других существ и читаю чужие мысли. Этого достаточно, чтобы не искать опору в философии. Мне кажется, на самом деле вам плевать на первичность и вторичность, правда, Аэлисса?
– Хм… – прервал их беседу Жерар. – Мы с друзьями думали о нашем с вами вчерашнем разговоре. Увы, у нас нет никаких идей насчет гибели миров. Но, возможно, с живыми стихийными сущностями что-то да получится.
– Что они вообще такое? – спросил Кристиан. – Я довольно смутно себе это представляю.
– А никто не знает. Ходят легенды, что их приносят в астрал загадочные существа с первичного стихийного плана, а потом сущности сами расходятся по разным мирам. Это может быть неугасимый огонек, или вечнозеленое растение, не привязанное к почве, или даже крошечное элементальное существо. Их сразу чувствуешь, они даруют душе особое состояние мира и покоя. – Черные с синим отсветом глаза Жерара засияли, словно он уже ощущал рядом с собой частичку живого волшебства. – Эти сущности почти неуловимы. Но я точно знаю – их можно призвать. Каким именно способом – не угадаешь заранее. Видимо, понадобятся фантазия и вдохновение. У нас живые сущности есть, кстати, но они уже стали частью нашего мира. Побудьте здесь с нами. Отличная школа. Небольшая, но самая лучшая в мультивселенной, – полуэльф счастливо улыбнулся. – Вы это почувствуете. И, может быть, получите, что хотите.
– Я хочу остаться, – сказала Кайя.
– Я тоже, – кивнул Кристиан.
– Прекрасно. Желаете прямо сейчас осмотреть некоторые острова?
– Я очень хочу увидеть огненный остров! – подпрыгнул прямо в воздухе Игнис.
– Спасибо за приглашение, – сказала Аэлисса Жерару. – Может быть, нам разделиться? Здесь много всего интересного, правда? Потом бы мы обменялись впечатлениями.
– Я лечу к огню, лечу к огню, – пропел пылающий фэй. – Я сам найду дорогу.
И он упорхнул яркой искрой.
– Веселый малыш, – Жерар помахал ему вслед. – Что ж, смотрите, мы перемещаемся между островами на парящих платформах. Это быстро и безопасно.
– А если оступишься? – поинтересовался Кристиан.
– Вниз не свалитесь, не бойтесь. Здесь все на магии. Сама атмосфера спружинит – и вас вернет назад. А потом, можно же просто не падать. Кристиан, хотите со мной на остров Холмов? Там у нас отделение магии земли.
– Хочу.
– А у меня сейчас занятие на острове Водопадов, – вступил в разговор Льюис.
– Магия воды? – тут же отозвалась Кайя. – Можно мне с вами?
– Да, конечно.
– Аэлисса, остались вы и я. Куда отправимся? Позвольте… – музыкальный голос Доминика прозвучал еще чище и нежнее, и он без разрешения ухватил девушку под локоть.
Она не стала отстраняться, только окинула самоуверенного красавца удивленным взглядом. Почему-то все так и норовят схватить ее без спроса. Ее платье само собой поменяло цвет – сделалось из черного бордовым и украсилось парой розочек.
– Куда пожелаете, – заявила она решительно.
– Мы с вами, можно сказать, коллеги, – продолжил Доминик. – Я тоже, как и вы, капитан астрального корабля. Хотите взглянуть на мою Осу?
– А она живая?
