Страница 2 из 7
– Я нашел школу для слабовидящих, с хорошими отзывами и рекомендациями. За несколько лет она сможет научиться всему.
– Научиться можно и без зрения. Есть же люди, которые такими уже рождены.
– Нет, со зрением она научится гораздо быстрее и продуктивнее. Я отдам ее в школу.
Тут я не выдержала. Распахнула дверь на кухню.
– А ты у меня не хочешь спросить? Что я хочу и думаю о своем будущем? – практически рыдая, заявила я.
– Тебе всего шестнадцать лет. Ты не можешь принимать таких серьезных решений, ветер в голове. Даже закон на моей стороне!
– При чем тут закон? – выкрикнула мама на грани срыва. – Ты что такое говоришь? Это же наша дочь! Она должна быть в первую очередь счастливой.
– Так я об этом и забочусь. Вы сейчас упустите время, а потом пожалеете. Я ведь знаю, чего она хочет, а также понимаю, как будет лучше для нас всех.
Я подошла поближе к отцу, посмотрела в его разъяренные глаза своими заплаканными.
– И что? Что я, по-твоему, хочу?
– Ты хочешь увидеть мир!
Тут он попал в яблочко. Я закрыла лицо руками, чтобы не зареветь во все горло.
– Дорогая моя девочка, – отец положил руку мне на плечо, выдохнул, потом нежно приобнял, – Ты сейчас заблуждаешься. Я желаю тебе только лучшего, поэтому в данный момент пытаюсь донести до тебя нужную информацию.
Мама сидела, смотрела на нас и не вмешивалась.
– Нет! – воскликнула я и отшвырнула его руку.
– Ты меня не понимаешь! Попробуй поставить себя на мое место!
Отец не выдержал, ударил кулаком по столу, не произнес больше ни слова, взял свои вещи и, хлопнув дверью, ушел.
– Ничего страшного! – спокойно сказала мама. – Он успокоится и примет твое решение. Я тебя поддержу!
Дебаты между родителями о моей дальнейшей судьбе проходили еще много дней. Отец не уступал, и в доме стояла угнетающая обстановка. Отношения в семье испортились. Дошло до того, что мама ночевала в моей комнате.
Когда он узнал, что она готова продать дедушкину квартиру, которую получила в наследство, чтобы отправиться со мной в путешествие по миру, стало только хуже.
Я действительно всеми клеточками своего тела желала увидеть мир. Это то, что потом я не смогу получить. Запечатлеть в памяти все виды и моменты, горы и водопады, пустыни и снега, реки и моря, леса и поля, а еще многое – многое другое, что словами даже не передать. Я хотела посмотреть, как живут люди в других уголках мира, их быт и устои, попробовать незнакомые блюда и получить столько эмоций и впечатлений, чтобы хватило до конца жизни.
Но отец диктовал свои условия и, в конце концов, заявил, что если мы с мамой уедем, то он подаст на развод. Видимо, другого варианта продавить нас, он не нашел, а принимать мое решение не хотел. Я знаю, что он желал мне только лучшего и в его картине мира мы с мамой поступали неправильно и необдуманно.
Мне становилось хуже. Во всем происходящем я чувствовала свою вину, не могла спать по ночам. Однажды утром я подошла к зеркалу и увидела у себя прядь белых волос.
Если бы такое случилось раньше, то родители бы стали бить тревогу и гонять меня по врачам, но в данный момент это было несущественно, и причина была совершенно ясна.
На нервной почве перемены были не только во внешнем виде, зрение стало стремительно ухудшаться. Врачи сказали, что при таком быстром темпе, мне осталось видеть не больше года.
Мать начала бить тревогу и тут же выставила дедушкину квартиру на продажу. Наследство, полученное мамой, при продаже оценили достаточно дорого, ведь квартира находилась недалеко от центра. Единственный недостаток, если бы не спешили с продажей, то могли бы выручить больше денег.
Тем не менее, мы спешили. Я как раз закончила девятый класс и получила минимальное школьное образование. А если нужно будет, то доучусь потом в школе для слабовидящих.
Папа съехал от нас. Об отце мы с мамой практически не разговаривали, принятое ею решение я не оспаривала. Я понимала, что она поступает так не потому, что жалеет меня, а потому, что понимает. Она как-то сказала:
– На твоем месте я поступила бы так же. Ты ни разу не была на море и даже ни разу не ходила в походы. Тренировки и школа поглотили тебя с головой. Я хочу подарить тебе воспоминания!
Ох, как же она была права. Я рада, что моя мама понимала меня. Одновременно я грустила, что отец не понимает. Ведь родители поругались и разъехались из-за меня. Это я виновата во всем!
По ночам меня накрывали чувства страха перед будущим и вины перед родителями. Я очень плохо спала. Количество белых прядей в волосах росло, но мне это даже нравилось.
За пару месяцев в моей жизни произошло так много всего. Буквально недавно я жила обычной жизнью, ходила в школу и на тренировки, была отличницей и занимала первые места на соревнованиях. Тренер говорила, что меня ждет великолепное спортивное будущее.
А потом бах.... и все! Сначала диагноз, потом растерянность, осознание ситуации и принятие решений относительно моего дальнейшего будущего. Затем непонимание отца и его ультиматумы, продажа дедушкиной квартиры и, наконец, развод родителей.
Да, отец сдержал свое слово. Но мама, почему-то, не придавала этому значения и была абсолютно спокойной. Мне кажется, что она на интуитивном уровне была уверена, что позже все у них наладится.
А вот я так не считала. Перед выездом из дома, папа со мной даже не попрощался. Он всегда был дерзким и самоуверенным, но такого поведения он себе не позволял, поэтому меня это сильно настораживало. По моим ощущениям, он не сможет принять нашего с мамой решения. Не смог принять, но разрешение на мой выезд за границу все же подписал, не стал мешать моей мечте.
Мы получили загранпаспорта и, стараясь не думать о плохом, решили выстроить маршрут нашего путешествия.
4. Новый мир – новая я
Мои глаза меня не подводили. Последний раз врачи говорили, что мне остался лишь год, но вот уже два года мы с мамой путешествовали по миру.
Начали, конечно, с теплых стран, потом объехали почти всю Европу. Я была в восторге. У меня появилось огромное количество друзей в социальных сетях со всех уголков нашей планеты.
Каждый раз, восхищаясь очередной страной и культурой, я думала, что лучше уже быть не может. Но нет! Каждое новое место было не сравнимо с предыдущим. А может это просто я так радовалась возможности видеть и не придиралась к сильной жаре или холоду, постоянному дождю или дотошным насекомым.
Мне было абсолютно безразлично, насколько чисто в отеле или досолили мне суп или нет. Я просто радовалась, что могу не только чувствовать этот вкус, но и видеть тарелку, столовые приборы, красоту оформления блюда. Как в такие моменты можно быть хоть чем-то недовольной?
За эти пару лет я научилась кататься на горных лыжах, погружаться на дно океана, прыгать с парашютом, заниматься скалолазанием и кататься на волнах, ловя дуновение ветра. Мир так прекрасен и непостижим. Он бесконечен и просто невообразимо красив.
Как много человек теряет, когда, погружаясь в рутину жизни и, живя в негативе из-за обид, зависти, пропускает мимо себя всю эту окружающую красоту. Просто не замечает всей прелести каждого момента.
К восемнадцати годам мой загранпаспорт пестрел печатями различных стран, в которых мы побывали. Так много, что даже места живого не было.
Моя мама стала мне близка, как никогда раньше. Как самая душевная подруга и даже больше. Она поддерживала меня и радовалась каждому мгновению жизни вместе со мной, она проживала остатки моей нормальной жизни, поддерживая меня.
Но тут возникла проблемка. Нужно возвращаться в Россию, потому что мне вот-вот стукнет восемнадцать и необходимо поменять паспорт.
В свою квартиру в Питере мы вернуться не могли, потому что родители решили ее сдать в управление риелторам. Они сдавали ее посуточно, так как она располагалась в очень удачном месте для туристов.
Конечно, нам с мамой не помешает дополнительный денежный доход. Ведь деньги с продажи дедушкиной квартиры были не бесконечны. Несмотря на то, что моя мама очень финансово грамотный человек, они медленно, но уверенно таяли.
Мы всегда с ней максимально экономно рассчитывали все поездки. Мама установила себе предельную «несгораемую» сумму и сказала, что как только мы приблизимся к ней, то все, путешествия закончатся.
Когда мы вернулись в Россию, нам пришлось остановиться у моей тети Любы, папиной младшей сестры, которая сама не так давно переехала в Питер и жила на окраине города в однушке. При таком темпе жизни за последние два года, пожить у тети было совсем не в напряг. Я теперь могу хоть на твердом полу спать и при этом засыпать с улыбкой на лице.
Мы приехали. Тетя Люба крепко обняла меня и чмокнула в щеку.
– Ну, как твои дела, красавица? Ты так похорошела, вытянулась!
– У меня все хорошо. Я так много хочу тебе рассказать!
– Твои волосы стали еще красивее!
– Да, все думают, что я специально делаю себе седые пряди, что это часть моего образа. Парням нравится!
Моя мама застряла в двери с чемоданами.
– Девочки, давайте потом обнимашки? Помогите мне уже!
Мама и тетя Люба остались разбирать вещи и накрывать на стол, а меня фактически вынудили погулять. Видимо, они хотели там посекретничать или выпить винца, пока меня нет. Ну, я не была против.
Погулять я решила, конечно, по историческому центру. Боже, тут совсем ничего не изменилось. У Санкт-Петербурга свой особый, ни с чем не сравнимый, шарм. Эта энергия наполнила все мое тело. Аж мурашки побежали по коже.
«Я дома!» – пронеслось у меня в голове и на глазах выступили слезы.
Боже, как я соскучилась. Даже не ожидала от себя, что так буду скучать по этим улочкам и влажному, пронизывающему, холодному ветру. Укутавшись посильнее в свой шарф, я гуляла до самой ночи. Останавливалась около уличных музыкантов и артистов, подпевала, танцевала, пила горячий шоколад с пончиками. Проще говоря, отлично провела время.
Ближе к ночи я написала отцу. Он ничего мне не ответил. Все два года мы ни разу с ним не общались, и я не могла себе представить, как и чем он сейчас живет, смог ли простить меня и маму.
На самом деле в этот период своей жизни я уже почти была уверена, что болезнь отступила, потому что за два года мое зрение осталось прежним. Да, оно не улучшилось и были серьезные проблемы с глазами, но самое главное, что оно не катилось к чертям в темную пустоту. Я продолжала видеть и потихоньку начала верить в чудо.
Когда я вечером вернулась домой, тетя Люба долго расспрашивала меня про мои приключения, про то, что я успела увидеть и куда хотела поехать дальше. Спрашивала также про парней и друзей.
В этот момент своей жизни я уже понимала, что все мои друзья виртуальные, что с прошлым я давно рассталась. Ведь те, с кем общалась по спорту, пошли дальше по своему намеченному пути. Им было не очень интересно общаться с человеком, будущим инвалидом, когда у них впереди столько нового и интересного. А виртуальные друзья – это, конечно, хорошо. С ними можно пообщаться и также получить массу положительных эмоций, но это все не то.
Парни, конечно, меня интересовали, но как только я говорила им о своем диагнозе, то они как-то быстро и незаметно исчезали с горизонта. Да и какой смысл заводить отношения с тем, с кем сможешь общаться всего пару месяцев. Ведь я не долго жила в каждом городе.
Просто я не люблю курортные короткие романы. Наверное, не вижу в них смысла. Мне лучше быть одной, чем встречаться и тратить время на человека, который, как я предполагала, не является моей второй половинкой. Поэтому я не беспокоилась по этому вопросу.
Хотя, возможно, просто я разрешила себе не беспокоиться, потому что боялась, что такая, какая есть, я никому не нужна, поэтому сама себя обманывала.
На самом деле моя душа трепетала, когда я видела влюбленные пары, проходящие мимо меня на улице. Тоже хотела идти с кем-то близким, держась за руку, улыбаться ему в ответ и ждать каждой встречи. Могу сказать честно, всем влюбленным парочкам я просто завидовала, но старалась выкинуть мысли о своей половинке из головы, чтобы не уходить в депрессивное состояние.
Единственное, что я себе разрешала – это чтение романов. Ох, там моя душа пела и ликовала. Я представляла себя на месте главной героини и проживала вместе с ней все эмоции, с которыми она сталкивалась на страницах книги. Чтобы глаза не уставали при чтении, я перешла на аудио романы, озвученные хорошими чтецами.
Понимая, что так слушать книги я смогу даже, будучи слепой, жизнь казалась не такой безнадежной и безрадостной. Ведь самое главное, найти выхлоп своим эмоциям и окрасить свою жизнь красками. Каждый это делает так, как может или умеет. Пусть мой способ был не лучшим вариантом, но уж какой есть. Лучше так, чем совсем никак!
После прогулки по родному городу, получив свою долю переживаний и воспоминаний, я начала допытывать тетю Любу по поводу отца.
– А как там папа? Я ему написала, а он ничего не отвечает.
– А чего не позвонила ему? – спросила мама.
– Честно говоря, боюсь звонить.
– Виталик полностью ушел в работу. Мы редко с ним общаемся, – грустно ответила тетя Люба.
– А где он живет? Может, я к нему в гости приеду!
– Тебе лучше не стоит этого знать, солнце мое.
– Почему?
– Думаю, что это не лучший вариант.
– Тетя Люба, говори прямо.
– Он вас так и не простил.
– А если я ему скажу, что не ослепла и не ослепну.
– Доча, ты же знаешь, какой он гордый! – обозначила свою позицию в этом разговоре мама.
– Ну, я же его семья!
– У него уже другая семья!
Повисла гнетущая тишина, все замолчали. Я видела, что мама расстроилась, побледнела, опустила плечи и вся поникла. Честно говоря, я все равно никогда не смогу понять отца до конца, поэтому решила сконцентрироваться на хорошем. За эти пару лет я научилась это делать великолепно.
– Ну, вот и хорошо, что у него другая семья. Это значит, что он не одинок и ему совсем не грустно. А вот мы про него уже совсем забыли. Правда мама?
В этот момент тетя Люба полезла в шкаф за бутылкой горячительного, а мама встала и вышла из кухни. Видимо, ей было необходимо побыть одной.
– Она все еще любит моего брата? – спросила тетя.
– Так и я его люблю!
– Ну что же. В жизни всякое бывает. Это не самое страшное.
– Я знаю. Все будет хорошо!
На следующий день утром за завтраком тетя Люба воскликнула.
– Девочки мои! Так я же совсем забыла вам рассказать!
– Что случилось? – зевая, спрашивала я.
– Примерно полгода назад пришли ко мне две женщины с очень странной просьбой.
– Интригующее начало! – прокомментировала мама.
Тетя Люба достала письмо и положила на стол.
– Они отдали мне вот это и сказали, что здесь документы на дом наших предков по бабушкиной линии.
