Страница 3 из 7
– Ничего толком не поняла. Ты получила наследство?
– Нет, не совсем. Они мне его подарили.
– Зачем?
– Сказали, что там могут жить только женщины нашего рода.
– Что за бред. Мне кажется, что это какие-то аферисты. Будь осторожна, а то они тебе подарят, а потом ты сама без всего останешься.
– Нет, я уже проверяла документы.
– Так, и что с этим домом?
– В Воронежской области есть деревня. Когда-то эта деревня была развитой, сейчас она практически заброшена. Так вот, там жила очень хорошая, большая семья. Им принадлежало несколько домов, но вот только фамилия не такая, конечно, как у нас.
– Ой, как интересно! – воскликнула я. – Это получается, были мои дальние родственники!
– Да, верно. Так вот, после войны, уж не знаю, как и почему, дом перешел другой семье, потом еще следующей, затем много лет пустовал. Короче, там никто не может жить и местные считают, что в этом странном доме могут жить только представители первоначального рода.
– Тетя, что за бред! Ты реально в это веришь?
– Нет, конечно. Я думаю, что местные просто очень суеверные, сельские жители всегда больше верят в мистику, чем городские.
– Или бестолковые, – дополнила мама.
– Ты туда ездила?
– Нет, это очень далеко. Плюс, у меня нет времени. А вы путешествуете. Вот я и подумала, вдруг вы захотите съездить и посмотреть.
– Люба, если дом стоит со времен войны, то сейчас – это уже просто сарай. И как эти женщины вообще тебя нашли?
– Так его переделывали и перестраивали те, кто там жил. Но в итоге, все семьи съезжали оттуда. А местные этот дом приобретать не спешат. Говорят, что искали наследников долго по родословной.
– А папа не хочет туда съездить посмотреть? Это ведь его родовое гнездо? – спросила я, а потом увидела мамино лицо и поняла, что лучше помалкивать и не упоминать об отце вообще.
– Понимаешь, какая интересная штука, – продолжала тетя Люба. – Они подписали дарственную на меня только при условии, что дом перейдет представительнице рода, женщине.
– Что за бред! Это очень странно.
– В любом случае, мы туда не собираемся. Я теперь хочу покататься по России. Мы с мамой поедем на Байкал, на Алтай и Териберку. Еще хочу на Эльбрус и в Адыгею. А в Воронежской области смотреть не на что.
– Ну, это только вам решать! Мое дело предложить, а ваше дело отказаться. Мила, я подарю тебе этот дом.
– Как? Зачем?
– Ну ты из нашего рода. Я туда точно не поеду, а тебе, возможно, пригодится. Может сила рода поможет тебе.
– Поможет в чем? – поинтересовалась мама и начала пристально рассматривать тетю.
Тетя Люба проигнорировала мамин комментарий.
– Мила, на днях сходим к нотариусу и просто оформим дарственную.
– Ну, ок! – ответила я, недоумевая, зачем это вообще нужно вешать себе на шею какой-то старый дом неизвестно где. Подумаю об этом потом!
Мне была очень интересна история с домом и после того, как тетя Люба оформила его на меня, я решила в любом случае когда-нибудь туда съездить. Хитрая она все-таки. Смотивировала меня на поездку. Хотя, ее поведение было достаточно странным, на мой взгляд. Ну, мало ли что у нее в голове.
Небось, ей самой любопытно, что там, а ехать не хочет. Дом ведь сам по себе ценности не представлял и по сегодняшним меркам, стоил копейки. На дорогу больше потрачу денег!
5. Отец, прости меня!
Через некоторое время отец вышел на связь и пригласил встретиться в кафе. Думаю, что это тетя Люба смогла до него достучаться, хотя проще было достучаться до небес. Я была на седьмом небе от счастья, но решила ничего не говорить маме о предстоящей встрече, чтобы она не нервничала.
С отцом мы встретились в выходной день. Шел легкий, моросящий дождь. В помещении пахло свежими булочками и ароматным кофе.
Я зашла и увидела его, сидящего в конце зала у окна. Он выглядел скромно, немного зажато и смотрел куда-то в сторону. С порога я начала махать ему рукой. Он не среагировал.
– Привет, папа! – воскликнула я.
Он обернулся. Встал из-за стола, обнял меня как-то крепко и нежно одновременно. Сильные чувства нахлынули. Я так много хотела ему рассказать. Представляла, как расскажу ему о своих путешествиях и переживаниях, но в один миг все мои мысли вылетели из головы, и я просто не смогла вымолвить ни слова.
Боялась, что от переизбытка чувств могут нахлынуть слезы. Ведь ему достаточно немного проявить ко мне заботу, любовь и я в тот же миг не совладаю с собой. Разревусь, как пятилетняя девчонка, кинусь ему на шею и скажу, как сильно люблю его, как скучала и, как мне не хватало его.
– Привет, моя хорошая. Давай присядем. Хочешь что-нибудь?
– Да, хочу. Тут есть мороженое?
Вообще, я не хотела мороженого. Просто отец всегда у меня с ним ассоциировался. В детстве он часто в парке покупал мне мороженое, и мы вместе гуляли. Сейчас я уловила себя на этом эмоциональном воспоминании, и мне жутко захотелось мороженого.
– Нет, это пекарня. Тут есть булочки, пирожные, кофе, чай. Кстати, очень вкусные пироги.
– Тогда давай кусочек пирога и кофе.
– А с чем тебе?
– На твое усмотрение. Главное, чтобы сладкое было.
– Так ты теперь сластена? А раньше не любила!
– Нет, я редко ем. Просто сейчас захотелось.
Отец сделал заказ, потом присел рядом со мной. Мои чувства менялись просто молниеносно. От дикого восторга перешли к жуткому унынию. Я начала понимать шаткость и ненадежность наших отношений, сегодня я увидела его. А что будет завтра? Уже не увижу?
– Как ты поживаешь?
– Нормально! – пробубнила я себе под нос.
Мне уже не хотелось рассказывать вообще ничего, и я ждала вопросов от него, потому что даже не знала, как построить диалог с собственным отцом. Звучит это, конечно, нереально глупо, но в данный момент было именно так.
Скорее всего, я боялась спросить у него, как поживает он, потому что не хотела услышать о его новой семье, о том, что все там хорошо и он счастлив без нас, без балласта.
А если он ответит, что у него все плохо, то я начну переживать за него. Поэтому, как бы он ни ответил на мой вопрос, я не хотела знать ответов, поэтому решила помалкивать.
– Мила, ты такая красивая стала. Прямо фотомодель.
– Да, мне так многие говорят.
– Как твое зрение?
– Папа, знаешь, как ни странно, все пока хорошо. Мне кажется, врачи ошиблись, поторопились. Оно остановилось на том уровне, каким было два года назад и больше не ухудшается.
– Это же отличная новость! – воскликнул он. – Возможно, действительно врачи готовили к худшему исходу, а бывает и такой вариант. Я очень рад за тебя, милая моя!
В тот момент, когда отец так нежно меня называл, по телу пробегала дрожь. Я даже не знаю, почему мой организм так реагировал и отвергал данные слова. Могу сказать точно, что мне было неуютно. Может, я просто в глубине души считала его предателем. Боже, как мне сложно совладать с собой и своими чувствами.
Потом я немного растаяла и начала рассказывать отцу о своих поездках и путешествиях. Я поделилась с ним своими впечатлениями, красочно оценила и отделила хорошие впечатления от плохих. Он слушал с таким лицом, что было не понятно, нравится ему это или нет.
– Папа, тебе неинтересны мои рассказы?
– Нет, все очень интересно! Я тебе даже завидую, но надеюсь, что ты уже нагулялась и наконец решишь взяться за голову.
– В смысле?
– Ну, если твое зрение в норме и мир ты уже посмотрела, может пора остановиться?
– Папа, но мы с мамой еще не видели нашу родину, не ездили по России.
– Россия огромная, а ты молодая, успеешь еще. Пойми, я чувствую по твоим рассказам, что тебя затянуло. Всегда будут места, куда ты не попала, захочешь поехать и увидеть все своими глазами. Путешествие по миру – это бесконечный процесс. Невозможно посетить все уголки мира.
Тут он был прав. Если в прошлый раз я была уверена в своей правоте, то в этот момент я тоже чувствовала, что меня несет дальше по миру, как осенний листок.
– У тебя всего девять классов образования. Кем ты можешь стать с таким уровнем? Посудомойкой?
– Папа, но сейчас многие неплохо зарабатывают вообще без высшего образования.
– Да, согласен. Например, всегда были певцы и писатели, творческие и инициативные люди, которые прут вперед и без диплома, но их мало в процентном соотношении к населению. Ты уверена, что входишь в этот процент или тебе стоит подстраховаться?
Я молчала. Чувствовала себя на допросе, как тогда, два года назад. Сложила руки на коленях и смотрела в тарелку.
– Как там мама? – отец ушел от темы.
– Да, нормально, вроде.
– Сильно злится на меня?
– А ты сам как думаешь?
– Понятно. У меня для тебя есть подарок.
Отец вытащил из кармана пиджака небольшой бархатный мешочек и достал оттуда красивый кулон с большим желтым камнем в центре.
– Что это?
– Это кулон твоей бабушки. Давно хотел тебе отдать, но думал, что до восемнадцати не стоит. А сейчас ты уже взрослая. Вот, видимо пора.
– Спасибо огромное. Это что за металл?
– Серебро, скорее всего, но пробы на нем нет. Знаю, что подвеска очень старая и передавалась по женской линии много поколений, возможно, тогда не ставили пробы или это была ручная работа.
– А камень?
– Может, яшма? Я не специалист в этом вопросе. Моя бабушка говорила, что это вроде бы оберег. На самом деле, я совсем забыл про этот медальон. А вот буквально недавно наводил порядок в шкафу и он тут как тут, свалился мне на голову.
– Поэтому ты решил встретиться? Чтобы отдать?
– Ну, не только поэтому. Не выдумывай себе.
«Тогда, почему не отвечал на сообщения и звонки?» – мне так хотелось это спросить, но язык не поворачивался.
Отец посмотрел на часы.
– Так, уже поздно, пора расходиться. Ты же вернешься в школу?
– Ну, мы сначала хотя бы в горы поедем с мамой.
– Опять ты за свое?!
Отец начал повышать голос и я почувствовала, что пора закругляться.
– Папа, не переживай! Я закончу школу, обещаю.
Он встал, обнял меня, потом чмокнул в щеку, как в детстве. Мне показалось, что сейчас я опять маленькая девочка в объятиях отца.
На этой позитивной ноте обещаний и весьма приятных чувств, мы разошлись и решили, что теперь будем держать связь и побольше общаться.
6. Как ни крути, все не позади, а впереди
Моя жизнь, наконец – то, начала налаживаться. Все печали и горести уходили и впереди забрезжил свет.
Время от времени мы переписывались с отцом. Это мне придавало уверенности в себе и ощущение, что я нужна ему, что он не оставил меня.
Хотя, он так и не рассказал, где и с кем сейчас живет, а я делала вид, что мне это совсем не интересно. Правда, пыталась пару раз у тети Любы выудить информацию. Не напрямую, конечно, а так, окольными путями, огородами.
Я была полностью согласна с отцом, что мне пора опять идти в школу. Но положение было тупиковое. Эта школа для меня была, как атрофированная мышца, которая давно не работала и, чтобы снова дать ей функционировать нормально, необходимо приложить просто огромные усилия.
Представьте себе, что вы знаете, как классно путешествовать и получать массу положительных эмоций, постоянно быть на драйве, знакомиться с новыми людьми. Каждый день удивляться новому и наслаждаться красотами природы, фантастическими видами творений, созданных человеком или природой.
Почувствовав эти незабываемые ощущения от большого и необыкновенного мира, конкретно подсев на них, как можно вернуться в обыкновенную тоскливую школу? Куда нужно ходить каждый день, отсиживать задницу, напрягать мозги и добиваться успехов ради неизвестно чего! Зачем это все, кому это нужно? Я просто не понимала. Жизнь дана одна и должна быть яркой! Значит нужно ее прожить так, чтобы было что вспомнить!
