Мы пожали руки.
Охотник с интересом осмотрел мою довоенную одежду и хмыкнул.
– Неужели из Запретного города пришел?
Я кивнул.
– Мудреный у тебя наряд. Как на картинках старых, – покачал головой охотник.
Сам он носил крепкую куртку и штаны из темной ткани как у Димона. Без каких-либо логотипов от канувших в прошлое брендов. Видно, что шили сами.
– Сохранился, – пожал я плечами и поторопил события: – В город пустите?
Мужик расхохотался.
– Как сказал? Город? Ха-ха. Не дотягиваем мы до таких масштабов. Поселок это, и будем рады видеть тебя гостем в нем, если пообещаешь соблюдать правила.
– Какие?
Семен напустил на себя серьезный вид.
– Не грабить, не убивать, не ломать и кровь не пить, – перечислил он короткий список.
– Хорошо, – легко согласился я. – А по поводу крови, если со своим приду, можно?
– Можно, но только если в бутылке, а не своим ходом обед придёт, – рассмеялся охотник. – Рабства не жалуем. Надолго к нам?
– Для начала на пару дней. А там посмотрим.
– Добро. На постой Дедушка скажет, где встать сможешь. Так-то у нас заброшенный дом есть для такого случая, но все от решения старосты зависит. В жилые мутанта никто не пустит, наверное. Еще в поселке есть торговая лавка. Судя по набитым карманам, ты сможешь договориться об удачном обмене. И чуть не забыл, ночью по улицам не шатайся. У нас так не принято.
Охотник подмигнул картавому пареньку.
– Впрочем, раз Димон тебя нашел, ему и проводником быть. Все покажет.
Димон уже собирался свалить и тихонько пробирался вокруг него к воротам. Но мужик схватил парня за шкирку своей лапищей.
– Ладно, – вздохнул парень. – Домой-то пехед этим можно сбегать?
– Давай, – ударил его по спине Семен. – Через полчаса чтобы был у Дедушки.
Парень согласно кивнул и скрылся за воротами.
Охотник показал ладонью в сторону поселка.
– Пойдем? Дедушке тебя представлю.
– А кто это? Особый старик?
– Ха, ну ты и сказанул, особый, – усмехнулся охотник. – Не старик он. Старосту здесь так величают.
– Хм… необычно. А он сразу примет?
– Почему нет? Мы народ простой, не гордый. Это в крепости имперской комендант важничает. Можно встречи два дня прождать. И во двор солдаты никого без приглашения не пускают. Так что сидеть придётся в палатке за воротами. А там усрано все! Находится даже противно. Будь эта Постимперия неладна со своими заморочками!
– В каких вы отношениях с ними? – уточнил я.
– Хреновых, – сплюнул Семен. – Ну это староста тебе подробнее объяснит. Еще бы с буквами перед глазами разобраться.
– Давно появились? – уточнил я.
– Вчера. У всех жителей, что странно. Непривычно закрывать глаза и видеть такое. Как будто кто-то всесильный напоминает, что все о тебе знает. У нас даже пара человек повесилась. Не знаю уж чего они там вычитали… У тебя тоже такое есть?
– Да, вчера появилось, – честно ответил я.
– Неладное дело. Помяни мое слово, всем еще аукнутся эти писульки.
– Система, – выдохнул я.
– Чего? – не понял Семен.
– Текст этот перед глазами как системная запись. Понятие с двоенного мира.
– Хек, – хмыкнул мужик. – Занятное слово. Скажу своим, может и приживется.
После этого разговор как-то сам собой затух. Семен ушел в себя, а я начал любоваться красотами поселка. Было интересно посмотреть, как теперь живут люди.
Поселок пах дымом и свежим хлебом. Красивые двухэтажные дома из свежего дерева здесь перемешались с уродливыми бетонными постройками. Последние явно возводили из обломков, благо руины города под боком. Из стен таких зданий торчала арматура, кирпич крошился, а некоторые места на домах пестрели свежей затиркой из бетона и глины. Среди деревянных собратьев они выглядели изгоями. Портили облик поселка и напоминали о катастрофе. Зато вокруг каждого жилища, даже самого уродливого, оказался разбит небольшой огород. Правда все грядки сейчас были пустыми. Люди уже собрали урожай и спрятали на хранение в подвалы.
В поселке кипела жизнь несмотря на холодную погоду. Вот несколько женщин остановились с корзинами белья подмышками. Поглазели, пощурились и поспешили уйти подальше, шепча про меня гадости. Не знают, что все слышу.
Одежда у местных женщин была простая, темная, но вязаные шапки и платки яркие, цветастые, украшены узором. Чуть в стороне бригада мужиков в легких телогрейках, ставят новую вышку. Рядом молодые парни перепиливают остатки от старой.
Еще я обратил внимание на дорогу. Она в поселке оказалась сделана на совесть. Посыпана битым щебнем и гравием. Только узкая. Нам с охотником пришлось сойти на траву, чтобы пропустить телегу, в которую оказалась запряжена лошадь.
Также удалось отметить одну особенность системы. Надпись над человеком появлялась только на расстоянии не более двух-трех метров и при условии, что у него открыто лицо. Значит нужно приобрести куртку с капюшоном или плащ. Это позволит не светить свое имя всем окружающим.
Семен вел меня между домов к центру поселка. То и дело в окнах торчали заинтересованные физиономии местных жителей. Они с любопытством глазели на меня и щурились, считывая имя в статусе. Любопытные людишки. Хорошо, что система ничего лишнего не показывала.
С крыши одного из домов за моим передвижением наблюдали дети. Пятеро самых ловких мальчишек и девчонок с восторгом махали руками и скалили зубы. Одна девчушка совсем осмелела и показала язык.
Я улыбнулся и помахал им рукой. Ребятня засмеялась. Девочка смущенно отвернулась, спрятав лицо в ладошки. А рыжий парнишка с конопушками на щеках, скривил лицо и показал мне средние пальцы с обеих рук.
Не понял. Это еще что такое?!
Видимо я ненароком оскалился, потому что Семен предостерегающе коснулся моего плеча.
– Если узнаю, что пристаешь к детям, и тем более нападешь на одного из них, разговор будет короткий. Кол в сердце и на костер. Понял, кровосос?
Я мельком посмотрел на детей.
Рыжий перестал показывать неприличный жест. Зато теперь он спустил штаны и задорно вертел голой жопой под смех своих товарищей.
– Хррр… Обещаю не вступать с ними в разговор, – прошипел я. – И не причиню вреда никому в поселке если он не нападет на меня первым. И еще, пожалуйста, не называй меня кровососом. Я вампир.
Мужик расслабился и кивнул.
– Добро. Вампир, так вампир. Мне какая разница. Твои сородичи по-другому себя вели.
– Хм. А сильно?
– Как бы сказать… Не общительные они были. Лохмотья носили. Народ пугали, ради забавы. Хотя на вид такие же люди, только бледные и с клыками. А ты цивилизованный, что ли. Вежливый, обещания даешь. В одежде хорошей ходишь.
– Чем они занимались?
– Твои сородичи были сродни нам, вольным охотникам. Грубые и простые ребята. Некоторые даже носили нашу одежду, а жили они в довоенном доме на севере заповедника. Добывали зверье, собирали всякие штуки погибшего мира и приходили торговать. Нам же не жалко. Наоборот, благодаря тяжелому труду и торговле между поселениями, мы процветаем.
– Хорошо вы тут устроились, – оценил я.
– Да. Место просто удачное. Говорят, до войны на этом месте лес заповедный был. Вот предки прямо тут поселок и построили. Самая незараженная местность и плодородная земля в округе, – с гордостью сказал мужик.
– А где сейчас те вампиры? – уточнил я.
– Ну, – Семен замялся. – Тебе это староста расскажет.
После этого он замкнулся в себе и неохотно отвечал на вопросы. К счастью, до центра поселка мы дошли довольно быстро.
Дорога привела на неширокую площадь по краям которой высились деревянные добротные дома. Уродливых зданий из битого кирпича в центре возводить не стали.
Семен привел меня к самому большому из домов и постучал в ворота.
Спустя несколько секунд оттуда появился плотный мужик в шинели довоенного пошива. Солдатская одежда поистрепалась за долгое время своей службы, но было видно, что за ней следили. Казалось, что аккуратные стежки и заплаты могли рассказать свою историю.
Еще охранник удивил тем, что в его руках была настоящая винтовка времен первой мировой войны. Название и модель я не знал, но изогнутый штык помню еще по кинофильму из детства. Белое солнце пустыни, кажется? Восток дело тонкое.
Присмотревшись, я понял, что оружие могло использоваться только в качестве копья. У винтовки отсутствовал затвор и еще пара деталей, необходимых для стрельбы.
Я улыбнулся охраннику, и он сильнее сжал винтовку. Клыки, однако.
– Не пугай людей, – предупредил Семен.
В ответ пожал плечами.
– Дедушка на месте? – спросил охотник у сторожа.
Тот положительно кивнул.
– Ага, ждет.
В сопровождении охранника мы поднялись на высокое крыльцо и зашли в просторное помещение с низким потолком.
На первый взгляд обычная комната в деревянном доме, но привычной утвари и бытовых принадлежностей не хватает. Вдоль стен шли шкафы, заваленные различным хламом или бумагой. Посередине комнаты стоял широкий деревянный стол, за которым сидел седой человек, уткнувшись в бумаги. Лицо еще не старое, но бороды нет, только двухдневная щетина. В очках. Глаза умные и проницательные. Одет по простому. Серый свитер, темные штаны. На шее висит какой-то оберег.
Я приподнял глаза. Над человеком светился темно-зеленый индикатор и надпись: Дедушка.
Интересный цвет. Это связано с тем, что он местный лидер?
Человек что-то дописал и поднял на нас пронзительный взгляд. Прищурился.
– Добро пожаловать в Заповедный поселок, вампир, – поприветствовал меня староста.
Имя почему-то не назвал, хотя я заметил, как он обратил на него внимание.
– Я все правильно сказал? – улыбнулся староста. – Мне сказали, что жителям Запретного города не нравиться, когда их называют кровососами.
– Правильно, уважаемый, – вежливо кивнул я. – Меня зовут Леон.
– Можешь называть меня Дедушка, – кивнул седой человек.
– Необычное имя.
Староста махнул рукой на мнущихся рядом со мной мужчин.
– Все эти придумали. Нет больше у старосты имени. Пост занял и стал Дедушкой. Неважно сколько тебе лет. А все жители поселка как бы мои внуки, о которых надо заботиться. Вот такая задумка.
– Интересно. В Запретном городе похожий уклад. Всем руководит патриарх, а остальные вампиры как бы его дети, – сказал я, решив пока не раскрывать гибель своей семьи.
Дедушка хлопнул в ладоши.
– Действительно похоже! – ухмыльнулся староста и, нахмурив брови, посмотрел на мужиков. – Признавайтесь, у вампиров слизали?
Охотник и сторож замялись.
– Нет. Сами придумали.
– Потом разберемся. А теперь ступайте за дверь, мне с господином Леоном поговорить нужно.
Мужчины спокойно покинули комнату, оставив меня наедине с Дедушкой.
Либо человек обладал поразительной беспечностью, либо у старосты под столом лежит взведенный арбалет с серебряным болтом. Иначе я не мог объяснить по какой причине здравомыслящий мужик решил остаться наедине с вампиром. Неужели он так уверен в себе?
– Присаживайся, Леон, – предложил Дедушка и указал на стул с широкой спинкой.
Я не стал отказываться и приземлил задницу. Только на всякий случай немного отодвинул стул в сторону. Вдруг у старосты действительно припрятан арбалет. Не хотелось бы заиметь болт в животе.
– Итак, почему ты здесь? – спросил Дедушка, когда я устроился в кресле.
– Вы, кажется, искали с нами встречи, – начал я осторожно.
