Сердце радостно сделало кульбит и наконец забилось спокойно и ровно. Наверное, впервые за сегодняшний день.
Если я и вынесла какой-то урок из своих приключений, так это то, что пора прекращать быть слишком доверчивой и легкомысленной. Поэтому, взявшись за ручку, я была полна решимости не допустить прошлых ошибок. Толкая дверь, я уже доподлинно знала, что не скажу, что я эльф и что я девушка.
Дзинь. Звякнул звонок, и Ангулус оторвался от книги, лежащей перед ним. Я слегка склонила голову в знак приветствия, как это делал Тродин.
— Добрый вечер!
— О! Молодой человек! Я ожидал увидеть вас еще до обеда. — Мужчина явно был рад видеть меня. — Я даже начал думать, что вы не придете вовсе!
— Простите! Мастер не отпустил раньше!
— Ничего страшного! — Лекарь вышел из-за прилавка и подошел ближе. — Как ваша нога?
— Вроде нормально.
— Ну так и отлично! Зачем же вы тогда пришли? — спросил он.
Такого поворота я никак не предполагала и даже не нашлась, что ответить. Ангулус же сам рассмеялся своей шутке.
— Простите старику его юмор! Пойдемте, я осмотрю вашу ногу. — Он провернул ключ в замке входной двери. — Вы успели как раз вовремя, я уже собирался закрываться. – поясни он и указал на дверь слева от лестницы, ведущей на второй этаж. Пройдем в мой кабинет.
Это оказалось небольшое помещение, в котором вместо банок на полках располагались книги, а вместо прилавка стоял стол, заваленный исписанными листами. В углу, у окна, стоял небольшой столик и два мягких кресла, куда аптекарь и предложил мне присесть.
— Сегодня был такой длинный день. Годы, похоже, берут свое, я не могу больше работать от рассвета до заката без отдыха. Не согласитесь ли вы выпить со мной чашку чая? А потом я незамедлительно осмотрю вас.
Мне стало неудобно за столь поздний визит, и я с благодарностью согласилась.
— Сейчас, я немного тут приберусь… — Ангулус очистил от бумаг столик и вышел из кабинета. Послышалось лязганье посуды и до меня донесся его голос: — Уверен, вы останетесь в восторге от моего чая. Я лично собирал и сушил травы для него. Он обладает тонизирующим эффектом, то, что нужно после тяжелого трудового дня.
— Спасибо, уверен, что так и будет.
Через несколько минут лекарь вернулся с подносом, на котором стояли две чашки, дымящийся чайник и блюдо с печеньем.
— Боюсь, что к чаю у меня ничего другого нет. У меня редко бывают гости.
Ангулус выглядел очень довольным, суетясь у столика. Он налил в одну чашку бордовую жидкость из заварника и вместе с блюдцем передал мне.
— Попробуйте, — улыбаясь он наблюдал, как я сделала первый глоток. — Ну, что я говорил? Не будь у меня аптеки, я бы мог продавать чай. Пейте, пейте.
— Д-да. Спасибо.
Напиток действительно был вкусным, но, на мой взгляд, запах был слишком цветочно-сладким. Он заполнял собой все, забивая нос и перебивая вкус. Ангулус налил себе чай и прислонился спиной к стеллажам с книгами.
— Спасибо, — произнесла я.
— Вы уже говорили.
— Извините, я немного нервничаю. — Я не лгала. Меня даже немного бросило в жар.
— Почему же? — Он снова проверил стрелки на своих часах.
— Дело в том, что я убежал от своего Мастера. — Я решила, что часть правды, будет звучать убедительнее всякой лжи. Просто нужно опустить некоторые детали.
— Вот оно как… — Лекарь задумчиво рассматривал жидкость, аккуратно раскачивая чашку. — Позвольте полюбопытствовать из-за чего?
— Он, кхм, плохо со мной обращался. Я боюсь его.
«Между прочим, чистая правда», — добавила я про себя. Разомлев немного от теплого чая, я чувствовала тяжесть во всем теле, даже глаза открывались с трудом. Видимо, сказывалась усталость.
— Понимаю. Я порой общаюсь с гномами по работе. Пренеприятнейшие, знаете ли, субъекты. Но что же вы хотите от меня?
— Помогите мне убежать из города. Уверен, он будет меня искать. — Я настолько сильно устала, что уже с трудом ворочала языком.
— О, можете положиться на меня.
Ангулус поставил нетронутую чашку на стол и широко улыбнулся. Что-то в нем неуловимо изменилось. В его движениях больше не было былой плавности и мягкости.
— Тебя никто не найдет… Никто и никогда, — добавил он, полностью снимая маску любезности.
«Спа… Что?» — Я не сразу уловила смысл сказанного. И не сразу поняла, что не услышала звука своего голоса, потому что не могла открыть рта. Тело тоже не откликалось. Я, словно статуя, замерла в той позе, в которой сидела и с ужасом опустила глаза на обездвиженные руки, все еще сжимающие чашку.
— Точно по времени. Сейчас-сейчас, пока не забыл… Годы знаешь ли… — Он довольно хихикнул и убрал часы в карман, а затем достал из ящика банку с прозрачной жидкостью и набрал немного в заранее приготовленный шприц. — Мы же не хотим лишить вас зрения. Это было бы так расточительно.
Глаза уже начинали болеть из-за сухости, но глядя на шприц в руке надвигающегося Ангулуса, я предпочла бы, чтобы он держался от меня подальше.
— С вашего позволения. Будет немного неприятно… — Ангулус не особо церемонясь вколол жидкость прямо в веки. К несчастью, боль я чувствовала прекрасно. — Сейчас вы сможете моргать.
«Что ты со мной сделал?» — хотелось кричать, биться, брыкаться, но все, что я могла, — это быстро моргать, увлажняя поверхность глаз.
— Ну, что я говорил? — Он отложил шприц на столик. — Знаете ли, я с особым трепетом отношусь к точности дозировок. Люблю, когда мои лекарства действуют как надо. Ну или не лекарства. — Он ласково подмигнул мне, а затем вздохнул. — Правда, надо сказать, вы заставили меня сегодня понервничать. Вы должны были прийти до обеда. До этого не было никаких проблем…
Я не понимала, что он несет. Казалось, лекарь окончательно потерял рассудок. Манера речи не изменилась, но то, что он говорил, вселяло в меня дикий ужас. Одновременно с этим движения его стали более резкие, в плечах пропал малейший намек на сутулость, глаза смотрели холодно. Даже лицо стало более заостренное. Словно это был совсем другой Ангулус. И ничего хорошего от знакомства с ним меня не ждет.
— Видите ли, — любезно пояснил он, — в мази, которую я нанес вам вчера, содержался легкий наркотик.
У меня расширились глаза от ужаса.
— Ох, не смотрите так. Врачевание весьма конкурентная сфера. А благодаря моим лекарствам у меня много постоянных клиентов, — он ухмыльнулся. — Вы могли обратить внимание, что первое время после нанесения мази были чересчур спокойны…
Действительно. Если вспомнить, то вчера я полдня лежала, наблюдая за солнечными зайчиками на стене. И если бы он сейчас не указал на это, то я бы в жизни не заподозрила ничего. Только сейчас, вспоминая это состояние, я поняла, что была, пожалуй, слишком отстраненной.
— После того, как наркотик закончил действовать, вы должны были испытывать повышенное раздражение и беспокойство. Практика показала, что людям это не особо нравится. Подсознательно они стремятся избавиться от него и возвращаются к вашему покорному слуге. — Он рисовано поклонился. — Разумеется, я заранее вложил в вас мысль о возвращении. Однако вы не пришли. Я был так расстроен, что не мог нормально работать. Я уже думал, что придется пойти за вами самому, но вот вы тут, и это замечательно.
Ангулус снял камзол и закатал рукава рубашки, обнажая жилистые руки. Он обошел стол и откопал под ворохом бумаг небольшую записную книжку.
— …формула совершенна… ошибки быть не может… — до меня донеслось его бормотание.
Похоже эта проблема его сильно заботила.
«Пусть голову поломает, — мстительно думала я. И хорошо, что Ангулус никогда не узнает, что его расчет был абсолютно верен, и я хотела еще утром прибежать. Если бы не Тродин… — Благодарности, конечно, он не дождется, учитывая что сам хотел меня прикончить».
— Простите, что ненадолго отвлекся, моя дорогая. — Он вернулся ко мне с блокнотом. По пути он небрежно отпихнул рюкзак, который я положила у ног. — Это вам больше не понадобится.
«Откуда он знает?» — Сердце пропустило удар.
— О, не удивляйтесь. Ваш трюк с переодеванием мог обмануть любого, но едва взглянув на ваши ноги, я сразу понял, что вы девушка. Такие изящные и утонченные. — Он аккуратно заправил волосы мне за ухо. Нащупав каффу, он наклонился неприлично близко, чтобы рассмотреть ее. Он шумно втягивал воздух, словно старался уловить мой запах. — Очень умно с вашей стороны — спрятать уши.
Сердце пропустило еще один удар.
«Совсем не так я хотела узнать больше», — мелькнула мысль. Сейчас я в полной мере осознала, насколько плохи мои дела.
Ангулус тем временем отстранился, но руку не убрал, медленно проведя вниз по моей шее. Внутри все сжалось от омерзения и страха, но я не отводила взгляда. По его лицу гуляла самодовольная улыбка, а глаза жадно ловили мою реакцию. Похоже его это забавляло. Убирая руку, он порезал мне кожу. Внешне ни один мускул не дрогнул, но внутри все содрогалось от моего беззвучного крика.
— Ох простите, руки уже не те, — оскалился он, и глядя на меня медленно попробовал на вкус каплю крови на мизинце. — Да. Бесспорно, вы та, кого я так искал. Возможно, в этом причина того, что наркотик не подействовал как надо. На таких как вы я его не испытывал. С вашего позволения, нужно будет провести пару тестов. — Он засмеялся, потирая руки в предвкушении. Только сейчас я обратила внимание, что ноготь на его мизинце был покрыт чем-то металлическим. — Через пять-шесть дней наркотик окончательно выведется из организма и можно будет приступать.
Ангулус подмигнул мне, словно не говорил о том, что собирается ставить на мне какие-то опыты.
Мне только и оставалось молча наблюдать за ним, в надежде, что мое состояние не продлится долго. Каждую секунду я тщетно пыталась почувствовать свое тело. Оно словно было мое и не мое одновременно. Вроде бы я здесь, внутри него, но команды мозга не доходили до пальцев, рук и ног, натыкаясь в темноте на глухую стену. При этом я прекрасно чувствовала, как от пореза вниз стекала капля крови. У меня есть только один шанс на спасение.
— Немного кровит, — Ангулус смочил бинт какой-то жидкостью и промокнул им царапину. — Может немного щипать, но зато порез быстро затянется. Одну секунду. — Он наклонился и подул на кожу. Сначала я почувствовала холодок, а затем рану резко стянуло. — Вот так. Прекрасное средство, из мой личной коллекции, между прочим. Знаете ли, яд змеи весьма ценен, так как его очень трудно достать.
Лекарь аккуратно поставил флакон с жидкостью в шкаф и достал другой. Все баночки были без подписей, и только их хозяин мог различить их.
— Зачастую люди так боятся змей, что отрицают саму возможность использования их яда для врачевания. Уверен, вы не из числа этих ханжей. Посудите сами, природа уже наделила этих маленьких созданий столь элегантным и стремительным оружием. Почему бы нам не воспользоваться им в своих целях? — Глаза Ангулуса светились маниакальным блеском. — Вы и сами можете оценить этот чудесный коктейль, вызывающий паралич.
Он достал из кармана рубашки маленький пузырек.
— Одна капля и вы теряете контроль над вашим телом. Разумеется, я усовершенствовал его, иначе вы бы уже потеряли способность дышать. Природа, знаете ли, может быть поистине ужасающей, а так он всего лишь блокирует импульсы мозга к вашим мышцам. Могу сказать, что это мой личный шедевр. Надеюсь, я не утомил вас своей болтовней… Не каждый день найдешь благодарного слушателя. — Он наполнил новый шприц какой-то жидкостью. — Но, пожалуй, я немного заболтался.
В этот момент послышался не просто стук во входную дверь, а настоящий грохот.
— Кто бы это мог быть?! — Было видно, что лекаря это нисколько не удивило. — Хотя, когда что-то беспокоит, до утра мало кто может дотерпеть. Долг зовет меня.
Он подошел ко мне и закатал по локоть рубашку.
— Не бойтесь. Это всего лишь снотворное. Скоро мы с вами снова встретимся. — Его глаза прямо-таки лучились доброжелательностью. — Предлагаю перейти на ты, в конце концов, у нас впереди много времени.
Глаза почти сразу начали слипаться и на секунду мне даже показалось, что у Ангулуса раздвоенный язык, как у змеи. С трудом удерживая ускользающее сознание, я почувствовала, как тело обмякло, и я завалилась на спинку кресла.
— Точно по времени… — Он довольно сверился с часами и надел камзол. — Не сопротивляйтесь, это бесполезно.
Лекарь поправил рубашку, возвращаясь в образ доброжелательного старичка: его спина немного округлилась, а движения стали плавными. На лице застыла приветливая полуулыбка.
— Прошу меня простить, долг зовет.
С этими словами он вышел в зал аптеки, заперев за собой дверь.
Я уже с трудом боролась со сном, не желая так просто сдаваться, но прекрасно понимала, что проиграла. В полудреме я все же смогла немного сдвинуть руку, но на большее моих сил не хватило. Никакой надежды уползти не осталось. Последнее, что я увидела: дверь в комнату снова распахнулась.
«Мне конец», — поняла я и закрыла глаза. По щеке соскользнула до этого сдерживаемая слеза.
Глава 7. Говори
Сознание упорно не хотело возвращаться в действительность. Оно успешно проваливалось в темноту, пользуясь тем, что тело все еще находилось под действием снотворного. Сложно его в этом винить. Здесь не было ничего. Ни мыслей, ни сомнений, ни страха. Отличное решение всех проблем, если задуматься.
Вот только ровно с тем же упорством я снова и снова вырывалась из этой пустоты, пробуждая тело. Первым вернулся слух: кто-то меня звал, но слова отказывались складываться в осмысленные предложения. Этот кто-то старательно пытался меня растормошить, больно сжимая за плечи. Глаза открывались и сразу же закрывались от яркого света. Я не понимала, где нахожусь.
Неожиданно ударившая в лицо холодная вода немного привела меня в чувство и, к моему удивлению, я лежала в том же кресле, в кабинете Ангулуса, но передо мной сидел хмурый Тродин. За его спиной стоял не менее хмурый Ситрик, принимающий из рук первого графин с водой.
Гном что-то спрашивал, но я не успела даже осознать это, мои веки вновь налились тяжестью. Действие снотворного не закончилось.
Дальнейшие события мелькали словно светлячки в темной ночи. Вот Тродин пытался меня связать, и я пыталась вырваться. Потом меня куда-то несли, и перед взором мелькали дома. Вот до меня донесся голос гнома, который с кем-то мило беседовал и смеялся. А потом меня снова затянуло в темноту.
Солнце ударило в закрытые глаза, возвещая о начале нового дня. Сначала я пыталась его игнорировать, потом злилась, и, наконец, решила спрятать лицо в подушку.
«Что?» — от удивления я даже распахнула глаза. Я лежала на кровати, в уже знакомой мне комнате, через окно которой я вчера выпрыгнула. Солнце уже давно перевалило за зенит. Рядом с кроватью сидел хмурый Тродин, по обыкновению курящий свою вонючую трубку.
— Можешь затушить?
— Вот так сразу?
— Что сразу?
— Вместо доброго утра и благодарности за спасение сразу требования. — Похоже, он тоже был не в духе, но трубку все же убрал.
— Спасибо, — попыталась сгладить свою грубость я, но все же не удержалась. — Насчет остального не уверена.
Мельком окинув взглядом комнату, я заметила свой рюкзак, лежащий на полу у кровати. Дверь была приоткрыта, что невольно наводило на мысли об очередном побеге.
— Не советую, — проследил за моим взглядом гном.
«Так. Понятно».
Я села, прислонившись спиной к стене, и злобно посмотрела Тродину прямо в глаза.
— Зачем я здесь?
— Мне нужно было оставить тебя в том прекрасном кабинете?
— Это не ответ.
— Очень даже.
Гном был как неприступная скала, к которой я так и не смогла найти подход и уцепиться за нужный выступ. Теперь же я и сама была бы рада держаться подальше, вот только явно неспроста у моей кровати дежурил этот почетный караул.
— То есть я могу уйти? — все же уточнила я.
— Нет.
