Роман избрал уход за магическими животными, Хана всерьез увлеклась травами. Остальные ходили с ними за компанию. Ребят очень встревожило это объявление.
Первого сентября директор была в городе. По традиции, если директор, возвратившись из города, не собирала учителей, то после отбоя спецпреподаватели приходили в Рабочий кабинет директора на четвертом этаже. Все видели, что она вернулась из города крайне недовольная, но ничего не говорила. Пригласила к себе в учительскую нового химика, Курилова, долго с ним о чем-то разговаривала, потом ушла к себе.
После отбоя все собрались у директора. В кабинете сидел Курилов. Это было из ряда вон выходящее событие – Курилов не был волшебником.
– Ну, мои хорошие, – заговорила директор,
– Такое начало уж точно нехорошо, – проворчал Алиев, но реакции не последовало, все ждали продолжения.
– Я из города привезла преотвратную новость. Делая все, чтобы не влезть в политику, все же в нее впуталась.
Слушали ее удивленно. Разного директора видели, но столь раздраженного – никто и никогда.
– У нас, как вы знаете, учится дочь дипломата, Хана Бинс. Есть предположение, что ее хотят использовать, чтобы повлиять на мистера Бинс. Новый химик, Курилов Анатолий Сергеевич, прислан для охраны девочки. Об этом знаем только мы. Поселковые учителя ничего не знают, и не должны знать. Мне предложили отчислить ее. – Она швырнула на стол какой-то журнал.
– И вы согласились?
Соколова побледнела, потом покраснела, снова побледнела, и зашипела сквозь зубы, как рассерженная змея:
– Зарубите себе на носу! Напечатайте на лбу, и вообще, в других местах, и запомните! За такую ересь я не буду увольнять немедленно! Я ЭТО СДЕЛАЮ МГНОВЕННО!!!
– Браво! Все в порядке!
– Алиев, – она вздохнула, – Алиев, прекратите балаган, иначе выставлю за дверь.
Алиев комично в ужасе закрыл рот рукой и пригнулся. По кабинету пробежала улыбка.
– Шутить нечего. Даже будь она самой плохой ученицей, я бы ее не отчислила в данной ситуации.
А утром появилось объявление. Его видели все, в том числе и поселковые ребята. Оно подтвердило зловещую репутацию леса.
Во время завтрака к Роману подошла Ира.
– Привет всем!
– Привет и тебе, – настороженно ответил Роман.
– Мистер Роман, – слегка смущаясь, заговорила девочка.
– Да, мисс Ирина, – вежливо ответил он.
– Мистер Роман, я прошу прощения за вчерашнее, извините, я больше не буду так. – И, глянув Роману в глаза, выпалила:
– Ну не могла я позволить этим пацанам взять надо мной верх! Я им сказала, если они против вас что-нибудь задумают, будут иметь дело со мной.
Роман ошеломленно хлопал глазами, а Саша восторженно ухнул:
– Ух, ты, класс! Вот это характерец с перчиком! Роман, прощай! – требовательно обратился к другу. Но тот, уже пришел в себя, почтительно склонился перед девочкой.
– Мисс, примите мое почтение!
Ирина победно хохотнула, и умчалась к своим однокурсникам. Умная, добрая, лукавая и озорная, несомненно, лидер, Ирина верховодила на своем курсе, не делая различий по факультетам.
На факультет Алиева попал Арсен Долидзе. Безусловно, умный и талантливый, гордый, упрямый. Он прекрасно учился по спецпредметам, но абсолютно игнорировал обычную школу. Прекрасный наездник, получивший признание своего декана, тем не менее, был кандидатом на отчисление.
С Ириной вечно на «ножах», как сойдутся, так и пикируются. Арсен тоже был лидером по характеру, но, тем не менее, не проявлял пока желания верховодить. Ира ему нравилась своей независимостью, и злила своими выходками. Она, вероятно, была единственная, кто мог пройти в любой корпус, на любой факультет, если что-то или кто-то нужен.
– Ты чего сюда явилась? – спросил ее Арсен, когда она впервые появилась в гостиной Арлеона.
– А я не к тебе, – холодно ответила девочка.
– Ясно, что не ко мне. Я тебя вроде и не приглашал.
– Ну и сиди спокойно, не мешай.
Она подошла к другому мальчику, о чем-то пошепталась с ним, и убежала. Арсен поглядел ей вслед, покачал головой, но промолчал. Такие или похожие разговоры у них продолжались в течение года. Когда она вышла, третьекурсник решил поддеть «первачка»
– Ну, как, здорово она тебе отпела, и ответить ничего не смог!
Арсен лениво встал, подошел к пареньку, и, наставив на него указательный палец, наставительно ответил:
– Эта девочка – настоящая девочка, не чета тебе. Она умнее тебя в сто раз, и смелее в тысячу. Еще раз вякнешь, – больше вообще не будешь разговаривать.
Ирину приняли Неразлучные. Впрочем, их орбиты нечасто пересекались. Ирина верховодила и никому не давала себя в обиду. Поскольку, к счастью, еще не умела колдовать, давала отпор острым язычком и крепкими маленькими кулачками. Тем не менее, Матвеева была всеобщей любимицей и притчей во языцех. Толкин при упоминании о Матвеевой настораживался и почесывал затылок. Воистину, она одна стоила всех Неразлучных!
Расстроенные объявлением, ребята хмуро сидели в беседке. Хана жгла свой костерок, Катя теребила косу цвета спелой ржи, Андрей что-то бурчал себе под нос невнятно.
– Эй, ребята! – потянулся Саша, – айда к Алиеву сходим, поработаем? Глядишь, чего и узнаем. Пошли, а?
– И что ты там потерял? – с иронией поинтересовалась Хана.
– Да ничего, но говорят, Алиев с Хозяином дружит, глядишь, чего и скажет. Ну не зря же Уваров вякал про лес!
Так же вяло вышли из беседки, и направились в скотный двор.
– Ну, орлы мои и орлицы, вы чего такие грустные? – встретил их преподаватель.
– Профессор, а как же теперь наши Лесные уроки? И вообще, нам необходимо побывать в лесу. Мы хорошо его знаем, как школу, нам не страшно.
– То, что вы лес знаете, это факт. Но и другие его не хуже, если не лучше вас, знают. А уроки будут, потерпите пару недель. И смотрите, за ворота – ни шагу! Даже к рыбам, – кивнул на пруд, – не смейте ходить в гости сами.
Алиев был предельно серьезен, в глубоких черных глазах не прыгали бесенята. Он строго смотрел на друзей.
– А скажите, профессор, в лесу есть Хозяин?
– Ах, вот что вас волнует! – слегка усмехнулся,– Запомните, нет леса без Хозяина, и ваша задача – его не злить. А теперь марш во двор, пока мне по шапке не дали.
Прочитав объявление, поселковые ребята разнесли весть, что в лесу поселилось нечто страшное, и местные вовсе перестали туда ходить. Мало ли других мест! А вот в школе некоторые стали поддевать волшебников, правда, слегка – вдруг заколдуют!
И только один Павел Дронов каждый день дразнил Неразлучных, причем всегда начинал с Ханы. Целую неделю он «доставал» друзей, и в пятницу состоялся важный разговор. Как всегда, он подошел к Хане.
– Правду все же говорят, что в вашем лесу нечисть развелась, и теперь вы сами ее боитесь!
– Пашенька, а ты, никак, хочешь помочь нам ее, нечисть эту, вывести? – поинтересовалась Хана. – А то я подскажу, как.
– Меня ваши фокусы не интересуют, а вот в лес вы боитесь нос показать, даже днем, факт.
– Мы свой лес знаем и не боимся его, а вот тебе там и впрямь, жутко будет, – весомо сказал подошедший с друзьями Роман.
– Мне-то не жутко, а вот почему вам нельзя в лес, а ну, скажите!
– Мы и правда, не боимся леса, – тихо произнесла Катя. – Но сдается мне, что речь идет не о животных, а о лихих людях. Возможно, там бандиты прячутся.
Ребята удивленно уставились на девочку – Катя редко ошибается! А Дронов чего-то испугался до дрожи, но продолжал свое:
– Вам и днем-то в лес слабо, вон, с Котом так и не пошли.
– Мы не твоей породы, леса не боимся, – сжал кулаки Саша, – а ты хочешь схлопотать!
– Ну да, трое на одного!
– Санек, да брось, ты же его знаешь, – попытался успокоить Майборода, и попал под раздачу.
– А, подлиза волшебная! Туда же лезешь! Да все вы хороши. Ладно, девки боятся, но и вы такие же! Теперь вам лафа – запретили в лес ходить. А слабо ночью в лес выйти?
Задетые за живое, Неразлучные договорились с Дроновым, в ночь с субботы на воскресенье, встретиться на так называемой «Чертовой поляне». После отбоя все пятеро выскользнули из корпуса.
– Стойте, нас ждут со стороны школы, верно? – спросила Катя, все покивали головами. – Давайте выйдем в поле и зайдем с обратной стороны.
Ребята согласились безоговорочно. Они по опыту знали, что Катя не ошибается. Катя с каждым годом все лучше чувствовала энергетику окружающего пространства. Она могла не просто общаться с животными, а вообще, со всем миром.
Друзья спустились в подвал, и пошли по коммуникационным туннелям. Выбравшись на волю, быстро сориентировались и скользнули под тень деревьев, не заходя в лес. Они летели над землей, не производя шума, и перешли на контакт. Но не заметили, что следом за ними выскользнула еще одна тень. Обогнув лес, направились на условное место, не выходя на тропинку, и оставаясь в кустах. Сопровождающий их довольно кивнул.
– Странно, нет никого, – проговорила Хана.
– Да он и не появится, – ответил Андрей, – вы же его знаете.
– Тихо, там кто-то или что-то, – предостерегла Катя, показав на дальний конец поляны.
– Который час?
– Есть еще время, ждем. Мы его услышим, он же, как слон, топает.
Ребята замерли. Вдруг на поляну выскочил заяц, а за ним лиса, и звери как-то странно закувыркались. Раздался звон колокольчика. Ребята и вовсе оцепенели, и только смотрели. Послышался шум, и на поляну выскочили мужчины, человек 5-6. Бросившись к сети, главарь разразился площадным матом.
– Откуда взялось это отродье! Надо же, все испортили. Если эти щенки видели, то нам несдобровать, да и девку уже не выманишь из школы.
– Да откуда бы они здесь взялись, мы же все тропинки перекрыли, их еще нет!
– Вот олухи Царя Небесного! Да они в лесу, как у себя дома, где хошь, пройдут. Забыли, чоль, с кем дело имеете? И на кой черт эта англичанка кому сдалась! А ну-ка, поищите вокруг, если они здесь, то не должны отсюда уйти, ясно?
– Ты че, Петруха, совсем спятил, чоль? Ночь, хоть глаз коли, где искать-то? Совсем с перепугу крыша того, поехала! Давай, забирай сеть с уловом, да ноги в руки, а то будем, как Дронов, корячиться!
Грязно ругаясь, главарь вынул из сети зверей, со зла грохнул их о дерево, тушки забросил в кусты, едва не задев ребят. Поляна опустела. Но когда ребята хотели пошевелиться, то обнаружили, что не могут.
– Тихо! – кто-то сзади произнес, – возвращайтесь, как сюда летели.
И они ощутили, что свободны. Перед входом в туннель тот же голос произнес:
– Стойте!
Они остановились, и уже в который раз остолбенели – перед ними стояла Соколова.
– Ооооох! – присел Андрей, – вот это влипли! Директор!
– Верно, Демидов, влипли, это точно. Нарушили грубо, группой, строжайший запрет, к тому же ночью, а значит, два.
– А мы поодиночке не ходим! – не сдержался Андрей.
– Вот-вот, не ходите, а летаете. Ну-ка, судари мои и сударыни, поясните мне, Бога ради, чего вы тут делаете ночью? Поясните мне, бестолковой, но поясните хорошо! Запретов для вас нет, приключений в школе мало. Игнатов, поясните мне вразумительно, что вы здесь потеряли?
– А как здесь оказались вы? – вклинился Саша.
– Вопросы здесь задаю я. – ледяным тоном ответила Соколова. – Итак?
Уже пришедший в себя, Роман ответил.
– Профессор, мы нарушили запрет, это верно. Мы совершили глупость. И теперь видим, что нас спасла только случайность. Но у нас не было выхода. Даже подравшись с Дроновым, мы считались бы трусами. Либо мы идем в лес, нарушая все запреты, либо всех волшебников будут дразнить трусами. Мы были вынуждены принять вызов.
– Принять вызов! Глупость какая, – хмыкнула директор, – а головой рисковать? Попади вы в эту сеть, все, кроме мисс Бинс, разделили бы участь зверей. – строго выговаривала она . – Это же надо – репутация школы пострадает! Чему мы вас учим, почему не проверили Дронова, что ему нужно. Четвертый год мы вас учим, и все напрасно – В сердцах выговаривала директор. Ребята стояли, понурившись. Неожиданно Андрей, глядя прямо в глаза директора, спросил:
– Профессор, а что, собственно, происходит, и при чем здесь Хана?
– Ага, еще пока соображаете, не совсем отупели, – удовлетворенно проговорила Соколова. – Вы в курсе, что отец мисс Бинс дипломат? Он честный человек, и только выкрав дочь, от него можно потребовать любой выкуп. Соображаете теперь? Хана в очень большой опасности, как вы сами убедились. Какие еще вопросы?
– Никаких.
– А раз никаких, то примите по 40 штрафных баллов, и домой. Нет, не сюда, а через ворота. Летим в тени леса.
Появившись перед изумленным привратником, группа вошла во двор и отправилась по спальням. В общем зале Роман заявил:
– Так, дамы, без нас только в своих спальнях, все время держим контакт. И без возражений! – заметив улыбку Кати, – Прошу вас! – пригласил девочек в спальни.
В воскресенье директор пригласила Неразлучных к себе в Рабочий кабинет.
– Ну, что, гулены, будете делать дальше?
