– А я даже предлагать не стану, – Григорьев снова огладил пузыри на коленях.
Обладатель роскошного смокинга даже не пошевельнулся. В темных зрачках промелькнуло злорадство.
Железнокопытов принялся расстегивать китель.
– Вот, товарищи офицеры, посмотрите до какой жизни вы докатились. Не то, что Родину защитить – честь дамы отстоять не в силах.
– А нечего этой даме в нижнем белье по городу расхаживать, – холодно произнес галерист.
– Можно подумать, ты имеешь обыкновение прогуливаться по улицам с чаем в руках! – возмутилась Саша. – Меня сюда доставили прямо из примерочной… А вы, не смейте приближаться ко мне с вашим обмундированием! – рявкнула она на генерала.
Тот все же попытался прикрыть кителем обнаженные плечи.
– Уберите руки!
– Ну, хорошо, – Железнокопытов аккуратно повесил китель на спинку стула и придвинул к рассерженной даме. – Возьмешь, когда захочешь. Если же ты о нашем давнем споре… – он пожал плечами. – Не буду оригинальным и повторю: твоя внешность позволяла добиться того, на что у остальных ушли бы годы. Что в этом оскорбительного?
– Я хотела работать в стратегическом отделе, – холодно парировала девушка.
– Да что там делать? Скука неземная. Все равно, что прима-балерине поручить протирать стекла в танцзале. Кроме того, тебе никто не мешал заниматься стратегией в…
– В постелях интересующих вас политиков?
Бывшие коллеги переглянулись. По-человечески им было жаль генерала. Крутой нрав блондинки был известен всем.
– А кто виноват, что ты родилась не только умницей, но и красавицей?! – запальчиво вскричал Железнокопытов. – Да многие душу продали, лишь бы оказаться на твоем месте! Подумаешь, с премьер-министром переспать…
– Ах, так?! – оттолкнув стул, разгневанная дама вскочила на ноги. Ноги, как и все остальное, были безупречны – длинные, стройные с хорошо проработанными мышцами.
Мужчины от смущения не знали, куда глаза девать.
– Скажите спасибо, что вы здесь под охраной. А то… – аккуратные кулаки сжались, глаза метали молнии. – Как бы то ни было, дискуссия окочена. Я подала рапорт об отставке, меня лишили звания, выслуги и всех привилегий. Закрыли пути даже в науке.
– Та ты же сорвала операцию! Тебя вообще под трибунал надо было отдать.
Александра угрожающе подалась вперед.
– Я тогда вас сразу предупредила, чтобы вы даже не рассчитывали… А! – она махнула рукой. – Бесполезно. Короче, больше я вам ничего не должна и ничем не обязана.
– Ну, ладно, ладно, успокойся, – хозяин кабинета примирительно протянул руку. – Мы осознали свои ошибки. Пересмотрели концепцию сотрудничества. Именно поэтому и предлагаем нечто совершенно иное.
Последовала пауза. Немного успокоившись, Александра вернулась на свое место, закинула ногу на ногу и спросила как можно равнодушнее.
– Просто так, чисто из женского любопытства: что на этот раз?
Генерал моментально оживился.
– На этот раз никаких престарелых министров, коррумпированных представителей Лиги наций – ничего подобного.
– В самом деле? – жесткое выражение лица красавицы немного смягчилось. – Что тогда?
– Не что, а кто! – Железнокопытов буквально светился. – На этот раз тебе предстоит сложнейшая стратегическая задача.
– Слушаю, – в голосе все еще звучало сомнение.
– Тебе будет поручено соблазнить непосредственного президента Америки. Технически это не так сложно, тем более для тебя. На сегодняшний момент это наиболее простой способ чтобы… чтобы…
Солидный опыт работы в разведке должен был подсказать генералу, что в некоторых ситуациях прямой путь – не самый короткий.
Побледнев, как ярлычки на полу, Александра начала медленно приподниматься. Остальные, как по команде, сдвинулись от эпицентра на максимально далекое расстояние.
– Вы… вы… – блондинку буквально колотило от негодования. – Вы – старый мерзкий негодяй! Да как вы смеете, мне – кандидату наук, автору более десятка книг и монографий по молбиолу, без пяти минут замужней женщине – предлагать… Предлагать…
Поняв, что отступать поздно генерал решительно перешел в контрнаступление.
– Да, он не принц на белом коне! – выкрикнул он. – Не Бандерас. Но, между прочим, руководитель одной из самых сильных мировых держав. К тому же миллиардер.
– Так и спите с ним сами! Третьим можете взять Бандераса.
– Да если бы только у меня был шанс, – в голосе звучала неподдельная горечь. – Неужели ты думаешь я бы не справился со своими амбициями?
– Плевать мне и на ваши амбиции, и на вас! – огрызнулась Александра и резко указала рукой на дверь. – Немедленно выпустите меня отсюда. Меня ждет жених.
– Гражданин страны, входящей в североатлантический блок? – с легкой, но вполне ощутимой угрозой, поинтересовался генерал.
– А вам какое до этого дело? – возмутилась красавица. – Я, может быть, вообще гражданство поменяю.
Железнокопытов осуждающе покачал головой.
– Как это непатриотично.
– А патриотично меня подкладывать под всякую заморскую шушеру?!
Последняя фраза заставила хозяина кабинета смущенно оглянуться.
– Тише! – прижав пальцы к губам, он выразительно обвел глазами кабинет. – Нас ведь могут слушать.
– Можно подумать, вы и без того не доложитесь.
– Я имел в виду… Что если… – генерал кашлянул, после чего добавил с отеческой укоризной. – Неудобно, ведь перед иностранцами будет.
Александра села, гневно сверкнув глазами.
– Очень смешно!
Мужчины с интересом следили за их перепалкой.
– А что такое «молбиол»? – шепотом поинтересовался Евстигней.
Николай Петрович пожал плечами.
– Хрень какая-то научная.
– Спасибо большое за информацию…
– Ну, хорошо, – элегантным жестом Феликс поддернул брючину и закинул ногу на ногу, – Александра вам понадобилась в эротических целях, а я для чего? – полированные ногти поправили запонки от «Jacob & Co». – Насколько понимаю, для операции необходимо войти в непосредственный контакт и с мадам президентшей? – Поймав свое отражение в стеклянной дверце шкафа, он поправил пышную шевелюру. – В принципе, я не против. Надо, так надо.
– Тебе, может, и надо, только я сомневаюсь, что жена президента нуждается в услугах подобного рода, – сухо произнес Железнокопытов.
Стин с Григорьевым сдержанно зафыркали.
– Тогда зачем я вам?
– Нам нужны твои связи на Ближнем Востоке. Феромоны будешь источать потом. В свободное от работы время.
Феликс хмурил брови, не понимая как относиться к полученному предложению.
– Разве мужчины источают феромоны? Не знал.
– Да источай ты хоть амброзию! – рявкнул генерал. – Речь о том, что ты отпрыск одной из самых уважаемых семей на Ближнем Востоке, свободно говоришь на пяти восточных языках, не считая диалектов, играешь в поло на слонах, верблюдах, а также владеешь всеми видами стрелкового оружия. Ты можешь проникнуть туда, куда закрыт путь обыкновенному европейцу… И многие шейхи…
– Что?! – Феликс подскочил как ужаленный. – Опять бегать голым по пустыне?! Вы что, принимаете меня за идиота?
Тут хозяин кабинета сорвался окончательно.
– Да тебя все наше ведомство принимает за идиота! Кто, мать твою, просил тебя соблазнять сестру шейха? А?
– Это было необходимо для дела! – галерист принялся запальчиво оправдываться. – Во-первых, с ее помощью я получил очень важные документы; во-вторых, она была вдовой; а в-третьих, – аристократичные пальцы прищелкнули, – все прошло без сучка и задоринки, если бы о нашем свидании не стало известно ее брату. А узнать он мог исключительно от главы нашей миссии! Только этот высушенный стручок знал, что у нас свидание. Хотя бы сейчас признайтесь – ведь это он меня заложил?
Отведя взгляд, генерал поджал губы:
– Все было совсем по-другому. Глава миссии даже предположить не мог, что ты окажешься таким психом и завалишь эту почтенную даму прямо на ее персидский ковер!
– Просто этот гад решил выслужиться и подставил меня, – процедил Феликс.
– Просто тебе не надо было ей лезть под паранджу! – генерал снова грохнул кулаком по столу. – От тебя, всего-навсего, требовалось отдать вдовушке бриллианты, забрать документы и через пятнадцать минут сидеть в самолете… А посол должен был сообщить шейху о вторжении в его дом, в полном соответствии с разработанным заранее планом. Это должно было отвести подозрения от его сестры.
– Но перед этим, он хотя бы мог удостовериться, что меня там нет?!
– Да тебя там не должно было быть, черт побери! – Железнокопытов потрясал кулаками, из глаз летели молнии. – Ты выполнял роль простого курьера, идиот!
– Простого курьера? – красавец-галерист побледнел, как мел и вдруг неожиданно успокоился. – Ах, вот как… Что ж, в таком случае вам придется поискать себе другого посыльного. А я, извините, уже несколько староват для этой роли.
Понимая, что хватил лишку, генерал примирительно заулыбался.
– Феликс, сынок, ну прекрати, зачем вспоминать прошлое?.. Мы поспешили, ты тоже погорячился. Все еще можно переиграть! Тебе восстановят стаж, выплатят задолженность…
– Я не нуждаюсь ни в чьих подачках, – брюнет был холоден как лед. – Тетушка собирается оставить мне наследство и шестерых детей. Она уже и жену подыскала. Вот такую: – он с размахом изобразил две огромные груди. – Так что поищете себе иных любителей сафари.
– Послушай, Михал Семеныч, – Григорьев решил вмешаться в перепалку. – Ребята правы, мы и с тобой и друг с другом давным-давно распрощались. Оттого никак в толк не возьму – с чего вы к нам прицепились? Дело, я так понимаю, серьезное, а вы вдруг отставников теребите. А?
В глазах садовода светилось вполне искренне сочувствие, казалось, ему даже жаль своего бывшего шефа.
– А что тут непонятного? – Железнокопытов сжимал и разжимал огромные кулачищи, словно намереваясь кого-то придушить. – Просто вы лучшие. Кроме вас такую миссию доверить больше некому.
Александра фыркнула:
– Хоть бы краснели, когда врете!
Остальные согласно закивали.
– Ты нас на пушечное мясо, что ли заготовил? – Григорьев достал из кармана сломанную оправу. – Так и скажи… Очки, вон, мне разбили. Кто оплачивать будет?
– Да чего мелочиться, – Феликс картинно распахнул смокинг на груди, – тогда уж пристрелите нас прямо здесь и сейчас.
– Вот еще, полы пачкать, – генерал попытался шутить, но в глазах читалась тоска. – Говорю вам, никто подставлять вас не собирается. Просто так получилось, что из всех реально возможных кандидатов…
– Алле, Семеныч, мы в отставке, – Григорьев постучал по столу остатками оправы. – В отставке. И максимум, куда ты можешь нас пригласить – на праздничный концерт.
– Ладно, ребят, хорош, – Стин переложил парашют на соседний стул. – В остроумии посоревнуемся потом. А пока, у вас, Михаил Семенович, осталась последняя возможность с нами договориться: или вы сейчас рассказываете нам всю правду или… – он пожал плечами. – Мы уйдем. Это раньше мы были обязаны выполнять ваши приказы без обсуждения, а сейчас мы люди гражданские: хотим – спасем американского президента, хотим – тухлыми яйцами забросаем.
– Точно, – важно согласился Феликс. – И когда начнете говорить – помните о нашем IQ.
– Или хотя бы о ее, – Стин послал Александре легкую улыбку. – Насколько мне известно, у госпожи Самойловой он был самым высоким в нашем ведомстве.
Красавица неожиданно зарделась и ответила Евстигнею воздушным поцелуем. Феликс тут же недовольно зафырчал.
– Держите меня трое, двое не удержат…
– А ну, тихо! – шикнул Григорьев. – Семеныч говорить будет.
Но генерал молчал. И только желваки ходили ходуном на мужественном лице.
– Да, действительно, я рассказал не все. Но это вовсе не означает, что я вас обманывал, – голос звучал сухо, без эмоций. – Дело в том, что к террористам попала информация о наших агентах, действующих в определенном регионе. Все, кто попытался приблизиться к их логову – мертвы.
В кабинете повисла тишина.
– И… много их было? – неуверенно спросила Александра.
– Не важно. Но среди них, – генерал перевел взгляд на Григорьева, – Илья Барков.
Лицо пожилого садовода посерело. Он с силой оттер шею.
– Вам плохо, Николай Петрович? – Железнокопытов заботливо потянулся за графином с водой. – Может лекарство попросить принести?
– Не надо, – Григорьев отрицательно качнул головой. Голос звучал хрипло. – Со мной все в порядке. Просто Илюха, он… был лучшим. Ладно, зачем именно мы понадобились?
Генерал встал, заложил руки за спину и подошел к окну.
