Злюка

– Попытаюсь, если не получится, попробую научить тебя. В крайнем случае, выберусь сама – много времени это все равно не займет.

– Хорошо, – согласился я, – при случае попрошу.

Так мы в беседе скоротали еще какое-то время. Солнце стало заметно клониться к горизонту, и внутри меня затеплилась надежда, что сегодня приключений уже не будет. Однако уже через пару минут идущий впереди Эдвардс внезапно остановился. Я сначала не понял причины остановки, но потом увидел, что он стоит и принюхивается.

– Псиной воняет, – подтвердила наемница, – я тоже чувствую.

– Этого я и боялся, – чуть ли не простонал Эдвардс, – в половине рассказов экспедиций говорится, что они натыкались на волка-переростка, которого не берет ни оружие, ни магия. Он пропускает через свою территорию, только если отвлечется на еду. Как правило, члены экспедиций успевали миновать его владения, пока зверюга жевала одного-двух их коллег…

– А как на счет обойти? – вкрадчиво осведомился я.

– Придется! – снова практически простонал Пройдоха. – Вот только придется оббежать, а еще тебе, как только сможешь пользоваться Даром, нужно будет позаботиться о выносливости; есть опасения, что спать нам сегодня не придется.

– В какую сторону побежим? – задала резонный вопрос наемница.

– Вправо, – ответил Эдвардс и побежал.

– Интересно, а почему не влево? – тихо, ни к кому конкретно не обращаясь, спросил я.

– Потому что ветер дует слева и несет с собой запах псины, – пояснила Язва, все еще находящаяся сзади.

Ну и слух у нее! Да еще и интонации в голосе появились эдакие Ливановские, когда тот из телевизора говорит: «Это же элементарно, Ватсон!».

Бежали мы почти до самого заката. Под конец, когда я стал спотыкаться чуть ли не на каждом десятом шагу, Язва не выдержала:

– Пройдоха! Мы уже сами воняем не хуже того волка! Еще чуть-чуть и обоняние нам не поможет определять его местонахождение. Может, зайдем в лес, да проверим?

– Это на ночь-то глядя? – практически ужаснулся я. – Давайте лучше здесь переночуем, завтра зайдем в лес, выроем волчью яму, привяжем к ее краю Язву в качестве приманки. Волк угодит в ловушку, мы отвяжем Язву, если будет себя хорошо вести, конечно, и побежим себе дальше!

– Нет, – возразил Эдвардс, – наемница права: нужно хотя бы изредка проверять, иначе обегать опасную зону можно до старости.

Фразу он договаривал уже в лесу.

– Иди! – сказал я Язве. – Твоя ж идея была!

Наемница мазнула по мне надменным взглядом и пошла за Эдвардсом, по пути слегка задев меня без нужды отведенным в сторону локтем.

Постояв немного на опушке, я понял, что одному в относительной безопасности мне еще некомфортнее, и полез вслед за товарищами.

Псиной, вроде бы, не воняло, да и следов пребывания тут зверя Эдвардс не находил. Так что, поначалу мы в лесу крались, а потом уже, не таясь, снова перешли на бег.

Кстати, вот вам загадка: какой хищник станет охотиться на сильную добычу, если рядом есть соразмерная слабая? Раньше я бы ответил, что никакой, ну, или бешеный. А теперь я знаю, что еще и тот хищник, которого создали магическим путем.

Потому что Волк (да, он оказался таким большим, что не писать его с заглавной буквы было бы кощунством) одарил своим вниманием именно самого крупного члена нашей команды – Эдвардса.

В один момент Пройдоха будто врезался в невидимую стену – так внезапно он остановился. Мне потребовалось применить ощутимое усилие, чтобы не влететь в его спину. Выглянув из-за Эдвардса, я убедился, что все мои опасения сбылись в полный рост, и даже выше.

Оказалось, что не просто так мы легко бежали по лесу, не особо сдерживаемые растительностью – местный хозяин был завидных размеров и в противном случае просто не смог бы передвигаться по своим владениям.

С шерстью грязно-серо-зеленого цвета, в холке не ниже Пройдохи, с зубастой, как у акулы, пастью, он стоял, высунув лиловый язык размером с мой теперешний локоть, и смотрел на нас тяжелым взглядом.

– Почему он нас еще не съел? – раздался из-за спины тихий шепот Язвы.

– Вот только подсказывать ему не надо! – так же тихо возмутился Эдвардс. – Видимо, сыт, вот теперь и думает, кто из нас вкуснее.

– Угу, – поддакнул я, – конь на обед, молодец на ужин…

– Пройдоха, – усмехнулась Язва, – твоя малахольная от страха бредить наяву начала, ей кони мерещатся!

– Уходить нужно, – прервал я пустые разговоры, – пока Волк тупит.

– Медленно, очень медленно пятимся! – тихо и четко скомандовал Эдвардс, сам подаваясь назад.

Мы послушались и прошли таким манером метра с два, а потом Волк нас ожидаемо неприятно удивил. Присев на задние лапы, он высоко и далеко прыгнул и оказался у нас за спинами.

– Похоже, не выпустит он нас, – произнес я то, что все остальные уже и так осознали.

– Какие-нибудь идеи, кроме как попрощаться, имеются? – уточнил Эдвардс, доставая кинжал из ножен.

Волк на это действие прореагировал еще более жутким оскалом и сделал шаг вперед.

– Подожди, – попросил я Эдвардса, – и не шевелись! Я сейчас залезу тебе на плечи, а ты, придержи меня одной рукой за лодыжку для равновесия.

Вскарабкавшись на Пройдоху, я встал в полный рост поднял вверх руки и постарался громко и грозно крикнуть.

Последнее у меня получилось хуже всего. Думаю, за мой грозный крик на соревновании чаек я получил бы главный приз. Зато я всех удивил. И Эдвардса, и Язву, и Волка. Тот даже передумал и сделал шаг назад, явно озадаченный моим представлением.

– Пройдоха! Я продолжаю настаивать, что девчонка сходит с ума! – в присущей ей марене прокомментировала мои действия Язва.

– Экуппа – молодец! – весело возразил Эдвардс. – Я бы и сам должен был догадаться, что зверь хоть и волшебный, но все же зверь! Его действительно можно попытаться напугать размерами и звуками! Прижмись поближе ко мне, чтобы мы втроем казались одним целым и попробуем обойти его по дуге!

Не получилось.

Волк больше не приближался, идя параллельно с нами. А когда мы попытались пойти на него, зверь сначала попятился на несколько шагов, но потом все же остановился, припал к земле и злобно зарычал, всем своим видом показывая, что готов к схватке. Мы постояли, покричали, но Волк больше слабины не дал.

– Скоро он снова проголодается и перестанет с нами играться, – проговорила Язва.

Да, теперь она решила озвучить общую мысль.

– Выхода нет, времени тоже нет, как и шансов на победу, – заговорил, вдруг, Эдвардс, – я приму бой, а вы прорывайтесь назад. Зашли мы не слишком глубоко, возможно, у вас еще есть шанс вернуться назад.

Я взглянул вниз на наемницу. Лица ее видно не было, но я кожей чувствовал, как она колеблется. Ей ведь тоже нужна была Элизи. Причем нужна живой и здоровой…

Даже, дай я слабину и сбеги назад к опушке во время скоротечного боя людей со зверем иммунным к магии и физическому урону…

Стоп!

– Эдвардс! – радостно крикнул я. – Кажется, у меня есть еще одна идея! Причем, она гораздо лучше первой!

Глава V. Долгожданный отдых и короткий разговор о важном

Выдерживать такой быстрый темп бега я уже не в силах. Последние метров двести мне помогала бежать Язва, закинув мою руку себе за шею и придерживая меня за талию. Но и этого уже мало. В глазах темно, а ноги будто ватные. Тогда на помощь наемнице приходит Эдвардс, и меня уже практически несут, потому что деревья еще растут слишком редко, а это может значить сейчас только одно – мы все еще на территории Волка.

А идея моя была проста, как все гениальное. Если существо нельзя заколдовать или разобрать на части, почему бы его не отравить?! Тем более, что у в бездонном рюкзаке Эдвардса томятся несколько ядогенераторов.

Самым сложным пунктом моего простого плана было – насадить на серповидное острее болта сразу двух жуков так, чтобы и начать выпускать из них яд, и не вымазаться в него самому. Но Эдвардс справился. А уж загнать болт прямо в приоткрытую исполинскую пасть для Пройдохи и вовсе было плевым делом.

Ожидаемо, яд подействовал не мгновенно, а вот агрессию с нашей стороны Волк уловил сразу! Не успел стихнуть звук спускаемой тетивы, а зверюга уже прыгнула на нашу кучно стоящую троицу. Но мы были готовы и к этому. Я прыгнул на ближайшую ветку и принялся карабкаться вверх, едва не плача от счастья, что у нас на пути монстр не из семейства кошачьих, ну, или какой-нибудь бурый мишка. Язва с Эдвардсом прыснули в разные стороны, ускоряясь, благодаря остаткам сгенерированного Дара.

Волк плюхнулся на опустевшее место, вращая головой на все триста шестьдесят градусов и выбирая мишень для атаки. Жребий снова пал на счастливчика Эдвардса. Он здорово уворачивался, постепенно уводя Волка в сторону от нас. Язва воспользовалась этим и тоже взобралась на дерево и уже сверху сообщила Пройдохе, что она в безопасности. После этого Эдвардс тоже решил последовать нашему примеру, но не мог оторваться от преследователя на достаточное расстояние, чтобы успеть сделать задуманное.

На помощь ему пришла наемница. Сначала она метнула один из своих стилетов, метя в глаз зверя. Тот моргнул, и бронированное веко без труда выдержало атаку. Тогда Язва применила свой коронный бросок: напитала второй стилет Даром и метнула его особенным образом. Клинок летел, вращаясь так, словно им выстрелили из винтовки с нарезным стволом. В этот раз Волк стоял к ней спиной, и целью стало его ухо. И кое-какой результат таки был достигнут! Стилет, конечно, отскочил от уха, но оцарапал его до крови.

Первый раз в жизни я видел безмерно удивленного Волка! Он прекратил преследование Эдвардса, изумленно взглянул на Язву, потом попытался скосить глаз на ухо. Последнее у него получилось плохо и оба глаза зверя начали наливаться кровью. Он подскочил к дереву, на котором спасалась наемница и с результативностью экскаватора начал подрывать у него корни. Еще несколько секунд, и дерево свалилось бы на землю или ветки других деревьев. В любом случае, Язве пришлось бы туго, но, наконец, начал действовать яд, которым были переполнены тельца жуков!

Сначала Волк остановился, потом начал водить головой из стороны в сторону, а потом, смешно подпрыгивая, помчался куда-то вдаль, то и дело врезаясь в деревья, или спотыкаясь о из корни.

Мы не стали ждать и секунда, чтобы со всей возможной скоростью пуститься наутек!

Вот теперь меня и несут два товарища, которые и сами-то еще могут передвигаться только благодаря крохам Дара, хотя и те уже на исходе, судя по состоянию Эдвардса и Язвы.

– Вон, – с трудом прохрипел Пройдоха, – впереди… стена… из… кустов… мы… почти… дошли…

Когда мы проломили эту стену, Язва споткнулась, мы с ней повалились на землю и подняться уже не смогли. Тогда Эдвардс схватил нас за воротники и потащила прямо земле, засыпанной мелким сором и сухими ветками. Потом упал и он. Но почти сразу же сзади послышался громоподобный рык и треск ломаемых деревьев. Волк, быстро придя в себя, ломился через заросли вслед за нами. Эдвардс тоже зарычал, поднялся и, шатаясь, снова потащил нас вглубь леса.

В конце концов, Эдвардс упал и больше не мог подняться, а треск позади нас не прекращался, а становился все громче – разъяренный зверь приближался.

Язва тоже практически не шевелилась. Тогда я подполз к рюкзаку Пройдохи, достал из него арбалет и начал шарить в нем дальше в поисках болта и хотя бы одного жука. Так стрелять, как Эдвардс я не умел, но у меня могло бы быть больше попыток – Волку требовалось немало времени, чтобы проломиться к нам сквозь практически непроходимые для такой громадины заросли.

Но геройствовать в этот раз не пришлось. Внезапно треск прекратился. Волк нерешительно зарычал, потом еле слышно взвизгнул, а после этого я услышал его быстрые удаляющиеся шаги.

– Хоть бы он ушел не из-за того, что его прогнал кто-то более сильный, – пробормотал я, не спеша прятать арбалет обратно в рюкзак.

Мои товарищи лежали на земле не в силах пошевелиться и даже разговаривать. Видимо, это была не обычная физическая усталость, похоже Дар – это не такой уж и подарок, он буквально выпил все силы из наемницы и Эдвардса взамен на несколько лишних пройденных метров.

Уже не торопясь, сопровождаемый не слишком одобрительным взглядом Пройдохи, я нашел болт и взвел арбалет. Затем снова полез в рюкзак.

А что? Эдвардс, кажется, обещал показать нам его содержимое то ли на первой стоянке, то ли на первой ночевке. Ну, так я сейчас стою, и ночь уже на носу.

– Ты уж извини, – сказал я, обращаясь к Пройдохе, – но мне вас нужно как-то охранять, а может даже и лечить.

Я, конечно, не уверен, но взгляд Эдвардса, вроде бы, немного смягчился.

Воодушевившись, я залез в рюкзак едва ли не с головой! Света вокруг оставалось все меньше, поэтому я действовал практически на ощупь, надеясь на то, что внутри нет ничего колюще-режущего, размещенного там без ножен или, хотя бы, футляра.

Три или четыре раза я доставал из рюкзака предметы, функционал которых был мне либо полностью не ясен, либо ясен не до конца. В итоге мне посчастливилось достать что-то очень похожее на факел.

Поднеся его к лицу Эдвардса, я стал ждать от товарища хоть какой-нибудь реакции. Тот дважды моргнул.

Что ж, хорошо. Осталось понять, как его зажечь…

– Тут есть немного Дара, – ожила у меня в голове Экуппа, – если ты не против, я бы занялась обустройством лагеря, зарядкой накопителя и лечением.

Кем бы я был, если бы отказал, да еще и без веской причины?

Мы поменялись местами, но в этот раз я не стал ничего пересматривать, а с превеликим удовольствием поспал!

Слу-у-у-шайте, как же я поспал! Для полного комплекта ощущений не хватает только ломоты в боках! Немного полежав на белом полу, который, стоило мне на него лечь, показал себя лучше любой кровати, я уселся в кресло и решил ознакомиться с окружающей ситуацией.

К моему легкому удивлению, снаружи времени прошло совсем немного. Эдвардс и Язва лежали в центре небольшой лишенной растительности освещенной неровным светом весело горящего и потрескивающего факела поляны. Сначала я подумал, что это уже следующая их ночевка, но потом заметил, что рюкзак Эдвардса лежит точно так, как я его оставил. Получалось, что либо Экуппа убрала мелкую растительность вокруг них, либо это произошло под действием факела, который она разожгла.

– А сколько прошло времени? – тихо спросил я у нее.

– Когда ты или я где-то на задворках твоего сознания, то время для нас там становится относительной субстанцией, при условии доступа хотя бы к крохам Дара. – поделилась со мной информацией девушка. – Когда мы с тобой попали в больницу, и я, благодаря амулету, временно получила сносный доступ к Дару, то смогла потом в считанные дни полноценно без спешки впитать весь твой жизненный опыт и проникнуться им. Хотя, поначалу почти все казалось мне невероятным, пошлым, вульгарным и пугающим. А некоторые вещи или события вызывали сразу все эти эмоции или даже еще с десяток менее ярких, и в лучшем случае нейтральных. Но потом, благодаря тому, что все это было мне предоставлено через призму твоего восприятия, я смогла если не принять все это, то, хотя бы, не отторгать, не разобравшись. Сильно я тебя запутала?

– Ну, довольно сумбурно и неожиданно, но, суть я, кажется, уловил, да и о чем-то подобном я смутно догадывался. Ты хочешь сказать, что в данном конкретном случае ты, транслируешь мне мои же воспоминания о том, как чувствует себя абсолютно выспавшийся человек?

– Не совсем, – ответила Экуппа, – я искусственно ввела тебя в эту фазу, но все ощущения реальны, потому что ты действительно выспался, так как в твоей локации прошло больше десяти часов, в то время как у нас тут – минут пять, не больше. А если бы было нужно, то могло пройти не больше секунды, но это уже немного сложнее.

– Как это, наверное, здорово – вот так вот уметь консервировать время! – невольно восхитился я.

– Уверена, что в двух наших мирах на это способны только мы с тобой! – рассмеялась Экуппа. – И то с ограничениями. Если, когда-нибудь, мы окажемся в спокойной безопасной обстановке, и задумаемся о том, как нам захватить эти оба мира, то, думаю, у нас будут шансы на успех!

Вот дрянная девчонка! Она даже шутить в моей манере умеет: с каменным лицом и серьезными интонациями, заставляя собеседника сомневаться, а шучу ли я вообще.

– Другими словами, ты там хозяйничаешь всего несколько минут, – подытожил я, – и, естественно, тебе этого мало.

– Дело даже не в этом, – ответила Экуппа, – я чувствую, что кто-то кружит по окрестности, то приближаясь к нам, то отдаляясь. Опасности, как таковой, он пока не представляет. Тут скорее любопытство.

– Это монстр, человек, растение? – задал я наводящий вопрос.

– То, что я могу почувствовать, мне смутно знакомо и не вызывает особых опасений. Так что, когда мы с тобой поменяемся назад, я буду держать ухо востро и в случае чего приду на помощь.

А потом Экуппа занялась медленным и щадящим восстановлением сил и энергий наших товарищей, порой комментируя те или иные свои действия. Вопросов у меня ее комментарии вызывали больше, чем ответов. И тогда она засадила меня за учебу.

Я просмотрел многочасовой ролик про ее детские уроки по мастерству управления Даром. Было интересно, познавательно, хоть и не все я понял хотя бы наполовину. Ей ведь преподавали теоретическую часть того, что она уже с раннего детства считала естественным и само собой разумеющимся.

И, тем не менее, кое-что для себя я все же уяснил. И теперь только ждал момента применить свои знания на практике.

А время снаружи уже шло не так медленно, как раньше. Обстановка там поменялась и даже основательно накалилась. Я попал не в самое начало разговора, но, думаю, сразу правильно все понял.

– …Пройдохе ты помогла восстановить запасы, а мне нет? – глядя на Экуппу исподлобья, нехорошим голосом спрашивала наемница.

– Тебе я тоже помогла! – возмущалась та в ответ. – Каналы циркуляции Дара укреплены, они чистые и расширены практически максимально.

– Его ты запитала под завязку! – практически шипит Язва в ответ на оправдания девчонки. – Да еще и все побрякушки зарядила!

– Ему сложнее восполнять запасы! Ты думаешь, что я не знаю, как ты это делаешь?! – в тон наемнице прошипела Экуппа. – Тебе для этого просто нужно поспать! Ты можешь восстанавливаться прямо на ходу!