В итоге я выяснил: душа — это не материальный объект, а скорее явление, возникающее при стечении определённых условий. Если у существа были тело, дух, самосознание и воля, оно могло обрести душу. По факту та являлась инструментом, позволявшим развиваться, и одновременно — мерилом текущего прогресса. При займе силы у архидьяволицы моя душа «перепрошивалась» под сущность Зариэль, переставая быть просто человеческой.
После моей смерти все накопленные знания, умения и могущество переходили контрактеру. Поглощая их, Зариэль становилась сильнее. Именно поэтому мне вменялось всеми путями увеличивать свои знания и власть — в конечном итоге всё это становилось достоянием эрцгерцогини.
По договору после кончины я становился лемуром — низшим существом в иерархии Девяти Преисподних. Это нечто вроде животных с базовыми инстинктами, лишённых чёткого самосознания. Однако если во время службы я докажу свою полезность, Зариэль может возвысить меня до следующей ступени. При таком повышении память и сознание возвращались. Если я соглашался, то приносил клятву верности и вступал в её воинство на правах рядового пекельного аборигена.
Наказание, по сути, было одно: душа досрочно переходила контрактеру, а я обращался в лемура и помещался в Авернус. При этом Зариэль могла заменить кару на более мягкую, но я был волен отказаться от поблажки и выбрать стандартное наказание.
Иерархия демонов, бестиарий, условия обитания и детали дальнейшей службы в договоре и приложении не раскрывались.
Если сущность Зариэль оставалась загадкой, то моя собственная суть была расписана на десяти страницах. Со всей подноготной. Все мои показатели, черты, навыки и слабости были вынесены в виде графических таблиц и схем с множеством переплетённых блоков. Там было всё: от группы крови до детских прививок.
Больше всего удивило, что меня наделили характеристиками: силой, ловкостью, телосложением, интеллектом, мудростью и харизмой. Все графы, с поправкой на расу, были заполнены восьмёрками. У каждого параметра имелся «модификатор», равный минус единице.
Характеристики связывались с навыками. Сила — с атлетикой; ловкость — с акробатикой, скрытностью и воровством; интеллект — с историей, магией, расследованием и религией; мудрость — с восприятием, выживанием и проницательностью; харизма — с обманом, запугиванием и убеждением.
Также мне вменили предысторию «запутанное детство», открывшую доступ к анализу и восприятию. Определили и мировоззрение — законно-нейтральный; расшифровку этого термина предстояло искать в гроссбухе отдельно.
Но больше всего огорчили мои душевные качества и идеалы. Среди них не оказалось ни одного положительного. Был патриотизм, но он шел «в комплекте» с национальностью. В остальном: уступчивый, неинициативный, вспыльчивый, цепляющийся за жизнь социопат с заниженной самооценкой.
Из всего прочитанного оставалось непонятным: на кой чёрт я понадобился эрцгерцогине в таком виде?
Некоторые пункты требовали выбора из предложенных вариантов. Например, раздел с начальной экипировкой: по условиям договора она мне полагалась.
Я мог выбрать лёгкий арбалет с двадцатью болтами или любое простое оружие вроде ножа, топора или булавы. Следом шли «мешочек с компонентами» или «магическая фокусировка», а также «набор учёного» или «набор исследователя подземелий». В придачу полагался кожаный доспех.
Если с арбалетом всё было ясно, то с остальным возник затык. В ходе нудных поисков удалось откопать, что мешочек содержит материальные компоненты для заклинаний. Это породило новые вопросы: что это вообще такое и с чем их едят? Проблема в том, что в текущем статусе мне не полагалось знать лишнего — только то, что в договоре. Что именно лежит в мешочке и как его использовать, почерпнуть было негде.
Изучая подпункты, я выяснил, что могу вообще отказаться от снаряжения. В таком случае выдавали компенсацию — восемьдесят золотых монет. Восемьдесят! Если в монете хотя бы грамм золота, это восемьдесят грамм. При рыночной цене около восьми тысяч за грамм выходило шестьсот сорок тысяч рублей! Огромные деньги — плата за два года обучения…
Я понимал: раз выделяется такая сумма, экипировка явно не простая, а «системная», которую на Земле не купишь. Но эти понятия были абстрактными. Ну не верил я, что системный нож сделает больше столового. А если будут заклинания, то на железки я вообще забью. Тот же доспех — не под футболку же его надевать? В городе в таком виде только внимание органов привлекать.
Деньги казались реальными и весомыми. На них можно купить еду, выпивку, женщин. Вечное безденежье сказало своё веское слово, и я выбрал золото.
Весь договор был написан в лучших традициях крючкотворства — по крайней мере, мне так показалось. Многие термины после первого же появления на страницах заменялись аббревиатурами. Их было столько, и они были так похожи, что запомнить всё я решительно не мог. Чтобы не упустить важное, приходилось постоянно возвращаться назад и сверяться, зачастую теряя нить повествования.
Это раздражало. Хотелось поговорить с живым человеком — ну, или живым дьяволом, или какими они там бывают. Задать вопросы напрямую, а не пытаться откопать ответы в куче заумных фраз и запутанных определений. Копаясь в «буклете» с приложениями, я обнаружил чистые страницы, обозначенные как «дополнительные соглашения». Старательно выводя буквы, словно первоклашка, я вписал туда пункты:
1. Доступ к системной справке, базам данных и библиотекам.
2. Возможность использовать услуги консультанта или системного ассистента.
Как только я это сделал, в дверь постучали.
# Глава 3.
За дверью стоял заспанный Толик и с удивлением протягивал мне свою мобилу:
— Это тебя…
Я взял телефон и произнёс в трубку:
— Алло!
— Иван, не разбудил? — голос усатого рекрутёра сложно было не узнать.
Прикрыв трубку, я сообщил Толику:
— Это личный звонок, извини, — и закрыл дверь прямо перед его офигевшей физиономией.
— Нет, я не спал, всё нормально, — это уже в трубку.
— Вижу, у вас возникли трудности с договором? — пространно начал представитель дьявола.
— Нет, никаких трудностей, — не согласился я: как бы он не надумал договор забрать…
— А как же ваше дополнительное условие? — уточнил рекрутёр, и я, прям как наяву, увидел, как он скептически приподнимает брови.
— Что с ним не так? — я был сама невозмутимость.
— Вы должны понимать, что ваше условие нестандартное, нетиповое, и, в общем-то, не имеющее особого смысла, — в голосе собеседника промелькнули нотки раздражения.
— Вот уж позвольте не согласиться, смысла в нем более чем предостаточно, — позволил я себе не согласился.
— Для изменения стандартной формы договора, которая потребует личного вмешательства нашей Госпожи, должна быть более чем серьёзная причина. Не могли бы вы мне её обозначить? — начал отмазываться дедок.
— Да, ага, я как раз подготовился… где оно, вот, закладку сделал. Цитирую:
«Чернокнижники – искатели и хранители секретов. Они раздвигают грани понимания нашего мира, всегда стремясь расширить свои познания. Там, где мудрецы или волшебники увидят опасное знамение и закончат свои изыскания, чернокнижник продолжит идти вперёд несмотря ни на что. Для того чтобы стать чернокнижником требуется особая смесь интеллекта, любопытства и безрассудства. Многие назвали бы это признаком безумия, чернокнижники же называют это решимостью…»
— Не совсем понимаю, куда вы клоните? — беспардонно перебил меня придирчивый старикан.
— Ну, так туда — к списку должностных обязанностей. В соответствие с ними я должен преувеличивать свои знания любым доступным путём, так? А самый простой способ на начальном этапе – это получить доступ к вашим базам данных и консультанту, который мог бы дать пояснения и помочь разобраться. За счёт прописанных мною специальных условий я смогу в кратчайшие сроки максимально расширить собственные знания, чем, безусловно, продвинусь в выполнении условий договора.
— Обычно недостаток знаний решается посещением общественных библиотек и самообучением… — скептически ответила трубка.
— Тогда вот, ещё, цитирую:
«Как только договор заключён, жажда колдуна к знаниям и власти не может быть утолена обычной учёбой и исследованиями…»
— Избавьте меня от этого флуда, — перебил меня недовольный абонент, — я занятой человек. Переходите к сути, ближе к телу, как у вас говорят.
— Тогда в чем вопрос? Я всё сформулировал в допсоглашении. Дайте мне доступ к справочному материалу!
— И как вы себе это представляете? — страдальчески вздохнул потусторонний рекрутёр. — В плане реализации?
— Да хоть бы и вот так же – буду звонить вам и спрашивать…
— Нет уж, увольте, — нервно хохотнул собеседник, — у меня и так забот хватает. Но мысль ваша — мне ясна. Думаю, мы можем что-нибудь придумать. Вот только есть один щипитильный момент…
— Какой? — насторожился я.
— Дополнительные условия требуют дополнительной оплаты. Вы готовы к этому? — проникновенно уточнил поверенный дьявола.
— Зависит от того какой именно будет оплата… — невольно сглотнул я.
— Наш бенефактор может назначить вам любое «специальное условие» или нанести на вас «связующий знак». Детали и того и другого всегда остаются на усмотрение повелительницы.
— А можно пару примеров? — насторожился я.
— Специальные условия могут быть весьма причудливы. Вы, как любитель цитат, должны оценить:
«Когда ваш бенефактор обратится к вам, вы должны принять немедленные меры против его конкретного врага», «ваш договор проверяет вашу силу воли – вы должны воздерживаться от алкоголя и других опьяняющих веществ», «по крайней мере, один раз в день вы должны написать или вырезать имя или символ своего бенефактора на стене здания», «иногда вы должны проводить причудливые ритуалы для поддержания своего договора», «вы никогда не можете одевать один и тот же наряд дважды, так как ваш бенефактор считает такую предсказуемость скучной…»
— А вот примеры связующих знаков:
«Один из ваших глаз выглядит так же, как глаз вашего покровителя», «каждый раз, когда вы просыпаетесь, родинка на вашем лице появляется в другом месте», «вы проявляете симптомы болезни, но не страдаете от неё», «ваш язык неестественного цвета», «у вас есть рудиментарный хвост», «ваш нос светится в темноте…»
— Жесть, — задумался я, хвост мне ни в какое место не впился, да и отказ от алкоголя – это полная попа, я только жить начинаю и не хотелось бы делать это на сухую. — А можно пойти на компромисс, пусть будет и спец условие и связующий знак, но только я сам выберу их из списка? Ну, или пусть назначит бенефактор, но без перегибов, чтоб никаких там хвостов и светящихся членов на носу, и без запретов на спиртное, наркотики и женщин?..
— Секундочку… приемлемо, — с небольшой заминкой ответил любитель бульварной прессы.
В трубке воцарилась тишина, а потом рекрутёр объявил:
— Связующий знак будет следующим: клеймо с зашифрованным именем нашей госпожи, и каждое утро оно будет смещаться на новое место на вашем теле. Специальное условие следующее: после каждого использования консультанта или получения доступа к базе данных вы должны будете поглотить удвоенный объем пищи. Принимаете?
— Э-э-э, да, — согласился я. Вроде терпимо, не придётся хвостом вилять и от случайных половых связей воздерживаться, и то ладно. Хотя если клеймо на лбу высветится, могут возникнуть неловкие ситуации.
— Отлично! — судя по голосу, абонент был более чем доволен, вероятно, я всё же в чем-то прогадал. — Дополнительные условия внесены в договор. Надеемся на долгосрочное и продуктивное сотрудничество…
В трубке раздались гудки прежде, чем я успел сказать «ну всё, пока, целую».
***
Толик терпеливо поджидал у двери — наверняка пытался подслушать.
— Благодарю, — я вернул ему мобилу и подколол: — Чего не спишь?
— Вообще-то не по-соседски это, чужие номера в мусарне оставлять. Свой пора завести, я тебе не телефонная будка, — Толик скрестил руки на груди. Видимо, абонент представился ему сотрудником полиции. — Чего звонили-то? Закроют тебя? Баба Тоня как в воду глядела: говорит, гадала — казённый дом тебе выпал…
— Типун ей на язык и чирей на задницу, — поплевал я через правое плечо. — Свидетелем прохожу по делу об убийстве, вот и названивают. А номер твой я не давал по той простой причине, что не знаю его. Походу, сами пробили. Или пасут тебя. Баба Тоня точно на меня гадала, а не на тебя?
— Да точно, точно, к гадалке не ходи, — осклабился сосед. — Ты это, имей в виду: я не справочное бюро, телефонные услуги в любом случае денег стоят…
— Ну, ты это так прокурору в следующий раз и скажи, — похлопал я его по плечу. Толику давно тридцатник стукнул, но ростом он был ниже меня и основательно «измучен нарзаном», так что грозным не выглядел. — Да и все входящие бесплатны, не?
— А за беспокойство? Посреди ночи меня подняли, поспать не дают!
Будто вы, чёртовы алкоголики, мне даёте поспать своими кошачьими концертами…
— Тогда считай, что я колбасой рассчитался.
— Какой такой? — насторожился сосед.
— Которая периодически исчезает с моей полки в холодильнике, — пояснил я.
— Опять, что ли, за старое? Прошлого раза мало было? — презрительно скривился синяк.
— Мало, мало, — поскрипывая зубами, вздохнул я. — Ладно, Толян, давай потом поговорим. У меня курсовик, надо до завтра доделать. Не успеваю. Уголь за соседом дотаскивать приходится…
На это сосед фыркнул что-то непереводимое и ушёл к себе, хлопнув дверью. Ну, всё, им с сожительницей теперь разговоров на неделю, будут мне косточки перемывать. А разговор с Толиком и по поводу пропадающих продуктов, и по поводу воровства в целом, действительно имел место быть. В тот раз он возмутился, сделал обиженную мину и дружков-собутыльников привёл на разборку, в количестве трёх единиц. Они неумело, но с недюжинным рвением объяснили мне, что я неправ, и что без доказательств хорошего человека обвинил, оклеветал, ведь у нас в стране как? – не пойман не вор. Заставили под это дело списать ему все долги, и дать денег на «мировую», для поправки здоровья. Душевного, естественно.
Долги мне пришлось простить, они хоть и пьянь подзаборная, но их было трое, и они вполне могли и отвёрткой пырнуть, и монтировкой по голове приласкать. Ссыкотно, хуле. Однако что-то мне подсказывает, что в скором времени мы вернёмся к этому разговору и долги я всё ж таки взыщу, да ещё и с процентами. И не только с Толика, со всех. Вот прямо вообще со всех. Азъ воздамъ…
Надо было ещё демонически рассмеяться, но я не сдержался и просто заржал. Тоже мне, аццский мститель выискался, ага.
Я вернулся к изучению договора. Сон как ветром сдуло, да и на улице уже посветлело. На пары в этот день не пошёл: во-первых, ломило всё тело, во-вторых, действительно увлёкся текстом — описанием класса, возможностей и прочих ништяков.
Описание класса было представлено в табличной форме. Максимальный уровень, которого я мог достичь на этом поприще, был двадцатым. После него, наверное, всё — пенсия.
Имелись указания на некие ячейки заклинаний, заговоры, сами заклинания, потусторонние воззвания, умения бенефактора и таинственный арканум. Кроме того, на некоторых этапах было предусмотрено повышение характеристик.
По всему выходило, что после подписания договора я изменюсь физически и мне станет доступна магия, дарованная силой моей покровительницы. Вероятно, появится мана, её запас или даже источник.
Как ни странно, но договор со всеми приложениями я осилил за день, а не за неделю, как предполагал. Закончил уже под вечер — бессонные сутки дали о себе знать, и, подписывая бумаги, я откровенно клевал носом. Подпись на миг вспыхнула золотом, а потом приобрела кроваво-красный оттенок. В воздухе сгустился мрак, повеяло холодом, лампочка вспыхнула и погасла. Почти в тот же момент мне на глаза легли чьи-то ладони. От неожиданности я вскочил, дёрнулся, оступился и упал, ударившись головой о край стола…
***
Кажется, какое-то время я был без сознания. Очнулся со странным ощущением: что-то здесь не так. Вернее, всё было слишком «так» — тело не болело. Я потрогал нос — тоже не болел. Потрогал голову в месте удара о стол: небольшая шишка имела место быть. Всё чудесатее и чудесатее.
Поднявшись с пола, я чуть было заново не свалился — в этот раз от инфаркта. На моей кровати в позе пай-девочки, аккуратно сложив руки на коленках, сидела девушка. Прекрасная. И голая. И оттого ещё более прекрасная.
Белые волосы в красивой укладке, голубые глаза, идеальная грудь, идеальная фигура, идеальная талия, идеальное лицо. Всё в ней было идеальным. Совершенным. Безупречным. Те модели, которых я позавчера повстречал в ресторане, удавились бы от зависти.
При этом загадочная девушка была не просто идеальна, она была идеальна во всём: рост, длина и цвет волос, пропорции лица и тела, контуры шеи, форма груди, локти, ладони, длина пальцев, форма ногтей, контур талии, животик, пупок… Девушка словно следила за моим взглядом и, как бы подчиняясь ему, кокетливо развела ноги, что позволило убедиться: цвет волос у неё натуральный, а киска столь же совершенна и безупречна, как и всё остальное тело.
Я сглотнул подкативший к горлу ком. Но ведь так не бывает? Ни единого изъяна, более того — ни единого намёка на изъян. Кажется, она даже светилась от распирающего её совершенства и гармонии!
Красотка улыбалась совершенными губами и дружелюбно смотрела на меня идеальными глазами.
— Здрасте, — улыбнулся я в ответ. — А вы кто?
— Кто я? — она задумчиво свела изящные бровки. — Не знаю. Какой-то сложный вопрос. Неоднозначный. Я твой виртуальный ассистент, вот!
— Как Сири, что ли? — о таком подгоне со стороны работодателя я даже мечтать не смел.
— Сири… Красивое имя. Пожалуй, да, я буду зваться Сири!
— А я Иван, — представился я.
