Страница 2 из 2
– Да наставит Великий Созидатель Ланса Бурогрива!
Публика дружно возликовала. И Арон загарцевал от радости. Ведь пожелание про Великого Созидателя считается залогом удачи.
Когда толпа начала расходиться, юный Бурогрив посмотрел на солнечный столб. До заката осталась три деления. «Значит пора возвращаться домой», – решил Арон.
Он уже собрался идти обратно, как вдруг заметил жеребенка чубарого окраса. Тонкие ноги малыша дрожали, и светло-карие глаза, полные страха глядели на четырех крупных жеребцов. Их рваные жилетки и поношенные шляпы говорили о том, что они из бездомных крестьян. Неотесанные жеребцы угрожающе ухмылялись и безотрывно пялились красными глазищами на пятнистого жеребенка.
– Малек, поздновато гуляешь!
– Может, мы проводим тебя до дома?!
Арон содрогнулся: их голоса, как гулкий вой серых волков, раздающийся ночью. Бурогрив, услышав такие голоса, чуть не отвел взгляд. Однако выстоял. Он начал оглядываться в поисках стражников. Но тут грянул крик, полный боли:
– Ай! Отпустите, пожалуйста!
Гадкие мустанги прижали чубарого жеребенка к стене, держа за горло. Арон понял, что не может надеяться на взрослых.
– Не бойся! – угрожающе процедил серый конь в соломенной шляпе. – Будет больно!
Когда негодяи готовились придушить жеребенка, Арон схватил древко от метлы, брошенное каким-то маленьким шалуном, и кинулся в атаку. И прежде чем злодеи успели сообразить, что происходит, юный Бурогрив напал и мощными ударами выбил из них дух.
На стороне Арона были внезапность и молодость, потому мерзкие мустанги не смогли даже понять, кто их так отделал. Пока они отмокали в грязных лужах, он потянул чубарого жеребенка зубами за гриву и закричал:
– Бежим!
Они скакали прочь от центра Столицы, не замедляя галопа. И только когда спасенный начал задыхаться и покрылся «мылом»7[7], тогда Арон остановился и, повернувшись к нему, представился:
– Я Арон Бурогрив, сын Ланса Бурогрива.
Пятнистый жеребенок еще не пришел в себя и постоянно зыркал светло-каримиглазами по округе. В его голове царила неразбериха. Паника сдавила горло, и каждое слово выходило изо рта тоненьким писком. Но вот, собравшись с силами, жеребенок выдавил:
– Я… Бен Пятно, сын… сын..
– Сирота? – догадался Арон.
Бен не перестал затравленно оглядываться, однако страх начал затихать. И он сказал:
Бен не перестал затравленно оглядываться, однако страх начал затихать. И он сказал:
– Идем, Бен Пятно.
Арон спокойным шагом направился к воротам.
– Мы куда?! – закричал Бен, догоняя его.
– В мой дом. Отец наверняка волнуется.
– Он что, живет за воротами?
– Да. – спокойно подтвердил Арон.
– Класс! – Бен от радости подскочил и замахал хвостом.
– Ты рад, что мы окажемся за стеной?
– Конечно, я всегда хотел оказаться за пределами за… города!
Арон смерил нового знакомого пристальным взглядом и подметил, что пятна на его шкуре какие-то темно-зеленые. Еще сильнее Арона взволновал вид копыт: они были в темно-лиловых, похожие на капли от чернил, отметинах.
Бен, заметив подозрения спасителя, пояснил:
– У меня цинга.
Арон молча кивнул. В Агийвии и вообще в Зеленоземье цинга не редкость, особенно среди жеребят. И из-за нее копыта действительно покрываются пятнами, придавая отталкивающий вид. Как раз из-за жуткого вида этой хвори считалось, что привести больного цингой в дом – значит накликать беду. А юный Бурогрив прекрасно знал, что это просто неприятный недуг и лечится теплым чаем с лимоном. Арон сам пил такое лекарство.
Но, допустим, Бен и вправду болеет цингой. Допустим. Однако другую странность его копыт этим не объяснишь: цвет самих копыт был белоснежным, как сверкающий жемчуг на дне Средиземного Озера.
Тут, заметив, что колени Бена все еще дрожат от пережитого ужаса, младший Бурогрив решил помочь новому знакомому унять страх. И спросил:
– Есть хочешь?
– Честно, хотелось бы. – дрожащим голосом признался чубарый жеребенок.
– Хорошо, идем.
И Арон направился к воротам. Бен догнал его и полюбопытствовал:
– Скажи Арон, сын Ланса…
– Просто Арон.
– Скажи… Арон, каково это жить на зеленом лугу?
– Спокойно и тихо. Но я с удовольствием бы поохотился за жемчугом на Средиземном Озере.
– А я хотел бы погулять по тропинкам Елисейского Леса! – поделился Бен.
– По… землям единорогов?
– Ну… да. – ответил неуверенно чубарый жеребенок.
– А зачем?
– Просто… Хочу увидеть единорогов. Я слышал они способны двигать по воздуху предметы и разговаривать с деревьями!
– От кого ты это слышал?
– Ну… Э-э… В таверне.
Арон начал догадываться, что Бен скрытничает. Его можно было бы сдать стражникам, однако эту мысль Бурогрив сразу отсек, ибо каким он будет конем, если пойдет на предательство? Но Юному Бурогриву очень хотелось узнать побольше о новом знакомом.
– А что ты слышал о пегасах?
– Я слышал, они выдающиеся архитекторы и лучники.
– Добавь еще, что они умеют летать! – отшутился Арон.
Бен в ответ улыбнулся. И встретившись взглядами, оба жеребенка засмеялись. Это было странно. Но настоящая дружба всегда странная и всегда рождается, когда просто смотришь в глаза другу и видишь в них свое отражение.
Жеребята подошли к воротам, где их встретили те же стражники, которые проверяли Арона на входе в город. Они вежливо поприветствовали малышей и без вопросов пропустили их к выходу. Арон же подметил, как Бен дрожал, словно один вид стражников внушал ему ужас.
Когда они отошли достаточно далеко от города, Бен начал резвиться и кувыркаться, щекоча свою шкуру острыми травинками. Видимо, цинга не сильно его беспокоила.
– Ты действительно мечтал сбежать из Столицы. – подметил Арон смотря, как его друг наслаждается жизнью за воротами.
Распластавшись среди ромашек, Бен начал засыпать.
– Эй, вставай, – Арон легонько ткнул его носом в щеку. – Нам есть пора.
– А что на ужин? – пробормотал Бен, приоткрыв светло-карие глаза.
– Суп будешь?
– Да! – Бен резко вскочил и в его шерстке застряли несколько травинок.
– Тогда вперед, – Арон мотнул головой в дальний край поляны, где стояла уютная крестьянская хижина. – Мой дом там.
– Спорим, я обгоню тебя? – Бен, отряхнувшись от травинок, бросился рысью к хижине.
– Уверен? – усмехнулся Арон, догоняя его.
– Я знаю! – чубарый перешел на галоп и ускакал далеко вперед.
– Ты ошибаешься! – заявил юный Бурогрив и тоже поскакал галопом за Беном.
Арон догнал друга в один момент и кинулся на него, повалив в заросли клевера. Они испытывали то чувство счастья, когда скачешь по густой зелени и резвишься среди цветов. Или лежишь, вдыхая пропитанный влагой воздух, и смотришь на облака, принимающие формы овнов и драконов. Такое чувство не передашь словами и не нарисуешь на картине, потому что это было чувство свободы. Свободы, которой так многим не хватает.
Друзья смотрели на кормящихся свежей зеленью камелопардов8[8], выглядывали бегающих в высокой траве куропаток и слушали тихий мелодичный свист ветра. Но, подойдя к хижине, Бен замешкался, и улыбка его омрачилась неким дурным предчувствием.
– Ты в порядке? – забеспокоился Арон.
– Д-д-да, – дрожащим голосом выдавил гость. – А… твои родители не рассердятся, что ты привел незнакомца?
– Скорее Сезон Ветров не наступит, чем отец с мамой не пустят голодного путника.
– Это хорошо. – успокоился Бен и вошел внутрь.
Юный Бурогрив последовал за ним. Он все больше убеждался, что цинга скорее часть образа, а не часть здоровья.
Когда друзья вошли внутрь, суп как раз сварился. Возле горящего очага лежали Ланс Бурогрив и прелестная кобылка Гвен Белогривая. Завязанный на ее макушке синий платок давно выцвел, изменив свой оттенок на лазурный. Но даже так мать Арона была красивой, гордой, и казалось, что ей больше подходит роль герцогини, а не служанки у придворной дамы.
– Привет, мам, привет, пап!
– Наконец-то ты пришел! – Гвен радостно вскочила и, подойдя к сыну, поцеловала его в щеку. – Я уже волновалась!
– Прости, мам. – от такого нежного приветствия Арон окрасился стыдливым румянцем. Стеснительно улыбаясь, он представил пятнистого гостя: – Это Бен Пятно. Мы познакомились с ним около дворца.
– Бен Пятно? – Ланс подозрительно взглянул на чубарого жеребенка. – А чей же ты сын, Бен?
– Н-нет у меня… н-никого. – заикаясь, ответил малыш.
Ланс посмотрел на Бена так, словно хотел протереть на нем огромную дыру. Даже Арону, прекрасно знавшему добрый и благородный характер отца, стало не по себе. Юный Бурогрив отдал покупки матери, а Ланс продолжал «бурить» Бена своим строгим взглядом. Но вот он улыбнулся и сказал:
– Ну что ж, садись за стол, Бен Пятно! Такому малышу грех отказать в приюте. – и Ланс добродушно рассмеялся.
Но во взгляде при этом была какая-то наигранность, словно отец Арона лишь делал вид, что верит Бену. Юного Бурогрива беспокоило это притворство, однако он вместе с другом, отогнав страхи, сел за стол и коротк
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
