Страница 2 из 4
Лирическое отступление
Мой муж души не чает в мотоциклах. Где-то в чертогах его разума стоит маленький чемоданчик, где ждут своего часа косуха, сапоги-казаки, бандана, накладная борода, пара-тройка фигуристых красоток (с моим лицом, естественно) и розовые мечты про "да здравствует ветер, который в лицо". Потому что я в лучших традициях трусливой жены, считающей байк машиной для самоубийства, не только отказалась тратить семейный бюджет на покупку "коня для настоящих пацанов", но и стребовала с мужа обещание не кататься тайком от меня.
А ещё муж всю жизнь хотел стать высоким. Он вообще-то и так не маленький – метр девяносто, но два ноль пять почему-то считает гораздо интереснее.
Всю мою беременность он втолковывал сыну в животике планы на грядущую "пятилетку": вырасти большим-пребольшим и любить мотоциклы, чтобы, цитирую, "отомстить за отца".
Когда Миша родился, первое, что сказала акушерка, было "какой он у вас длинненький получился". А по прошествии двух лет этот "длинненький" строго посмотрел мне в переносицу и заявил: "Мися. В сядик. На мацацыклике паедет".
Все домочадцы, кстати, поклялись, что тему байков при ребёнке вообще не поднимали. Наверное, гены.
UPD: На момент публикации этого сборника Костя – уже несколько лет как гордый обладатель мотоцикла, и меня на нём тоже катал. Так что зря я очковала тогда.
22 июня
Сегодня у нас с Костей было боевое крещение: повели Миху в кино на "Как приручить дракона". Я нервно дрожала ягодицами и всё ждала, когда наш маленький гаврош полезет на баррикады. Костя в противовес был непроницаем и собран. Но сын вёл себя на удивление достойно, только два раза сгонял папу в туалет (ложная тревога) и разочек решил прогуляться по рядам, но был вовремя подкуплен попкорном.
А потом Миша вернулся домой, потребовал краски и нарисовал две бурые кляксы. Утверждает, что драконы выглядят именно так.
28 июня
Проснулась с навязчивой мыслью, что надо сделать что-то важное. Поразмышляла и пошла жарить котлеты. Минуту стояла над конфоркой с солонкой в руках, всё думала, как бы это сподручней зажечь ею газ. Но это ничего, главное, что сын, глядя в мое озадаченное лицо, сказал: "Мама, ты класивая". Что, согласитесь, на сонную голову особенно приятно.
30 июля
В рамках программы "Подготовь сына к садику за один день" взяла Миху с собой за покупками. Обувь купили без эксцессов, зато в магазине одежды у меня чуть не свернулась шея, пока я лихорадочно шерстила ассортимент и одновременно старалась держать товарища в поле зрения. Товарищ же плевать хотел на все мои старания и шнырял по залу на запредельной скорости. Так что где-то раз в полминуты я ещё и выкрикивала в воздух истеричное: "Миша, ты где?"
Консультанты на зале сдавленно хихикали и тыкали в укромные углы (каждый раз в разные), где прятался от меня этот шилопопый партизан верхом на своем верном самокате.
Зато в примерочной Мишу как подменили. Он с удовольствием мерял всё нахапанное мной и одобрительно приговаривал: "Халасо, мама. Миса класивый".
14 августа
Жесткач – это ночью сесть на поезд. Игрушечный. Задницей. С размаху. В темноте. И шальной ягодицей нажать на одну-единственную крошечную кнопочку. И взорвать ночную тишину терзающим уши и душу визгом из маленьких, но гордых динамиков этого самого поезда.
P.S. Никогда. Никогда не разрешайте детям укладывать спать свои игрушки на вашей кровати.
19 августа
Ой, это ж я ещё не рассказала, как мы с Михой первый раз в первый сад сходили!
Короче. Ещё в конце мая нас с мужем вызвала на ковёр заведующая и всё подробно объяснила: мол, уважаемые родители, за лето подготовьте ребёнка к ранним подъемам и водным процедурам (а именно, к душу). Мы, конечно, степенно кивали и рисовали в своем воображении идиллические картины пробуждения с жаворонками и закаливания в сияющей на утреннем солнце росе. Да. Безусловно. Наш сын слегка подкорректировал эти фантазии, вставая, как курортник на отдыхе, в 9-10 утра, а на все попытки при вечернем купании полить на него душем каждый раз поднимал такой визг, как не всякая впечатлительная девица – на мышь.
К садику готовы, подумали мы пару дней назад и обреченно вздохнули.
Сегодня мое утро началось чуть позже семи (рань несусветная, с учетом, что вчерашний вечер закончился в час ночи). Сначала я секунд пять вращала пяткой и лениво напрягала извилины, чтоб досмотреть на редкость интересный сон, а потом как подпрыгну! Это же день Х! Прыгаю и вспоминаю, что ещё с ночи Мише запасных трусов настирала и сушиться повесила. Как они там? Выскакиваю из-под одеяла и мчу к сушке. Висят, конечно, как миленькие, на месте, но на ощупь – не на пятёрочку. Ладно, думаю я, хорошо, что проснулась пораньше. И включаю утюг.
Все хоть раз в жизни сушили трусы утюгом. Все хоть раз кляли их за компактный размер и неудобные складочки. Ну, вот и я решила не выбиваться из общей массы.
Вдоволь нагладившись и собрав Мише ссобойку в рюкзак, захожу в спальню, а там – мамаево побоище. Павшие в неравной битве со сладким утренним сном воины храпят вповалку: их позы – мечта любого йога, на лицах – безмятежность… и тут я – дамокловым мечом нависаю над их буйными, но сонными головами.
Сначала я растолкала мужа (мы с ним договорились совместными усилиями проводить сына в сад). Говорю ему: буди Мишу. Он в ответ многозначительно шевелит щеками и… обратно спать. Ладно, думаю я, начнем с десерта. Иду к сыну, ласково глажу его по спинке и проникновенно шепчу: "Вставай, малыш, пора в садик". Тьфу! До сих пор в памяти мои сонно слипающиеся глаза лет эдак двадцать назад и мама, нежно, но целеустремленно разворачивающая меня из одеяла.
Миша реагирует на мои притязания самым логичным образом, то есть никак. Продолжает спать и губы ещё такой трубочкой вытянул. Да, думаю, дисциплина в этом доме – на высоте. Возвращаюсь опять к пункту А. "Костя, – прошу, – очнись, мы же в сад опоздаем". "Мгм", – отвечает мне муж и переворачивается на бочок.
Сцена моих скитаний из пункта А в пункт Б продолжается ещё минут десять, пока, наконец, оба пункта не садятся в кроватях, взъерошенные и осоловелые. До выхода 20 минут, надо ещё позавтракать и одеться. Успеем, оптимистично думаю я.
Ровно через 35 минут две утренние бабушки под нашим подъездом были отброшены на спинку лавки воздушной волной от трёх пролетающих мимо "болидов". "Здрасти!" – крикнули им откуда-то из гущи событий, и через секунду во дворе опять стало пусто.
Прилетаем к саду (Миша, как Олимпийский огонь, передавался из рук в руки на протяжении всего забега, для скорости), всадниками Апокалипсиса врываемся на территорию и почти сразу спотыкаемся о приличную горку вывороченного асфальта. Дорожные работы. Тааак… Дело в том, что сегодняшний день Х – отложенный уже на неделю из-за этих самых работ. Нас предупреждали тогда, но почему-то не предупредили сейчас.
Уже спокойнее идем к главному входу и там встречаем заведующую, которая смотрит на нас светлым взглядом и спрашивает:
– А что, вам разве не звонили, что ещё на неделю откладывается?
– Нет, – отвечаем мы нестройным хором, – вообще никто не позвонил.
– Вот незадача какая, – участливо говорит заведующая. – Ну, что поделаешь, придется домой идти.
И тут я понимаю, что все подъёмы, сборы, забеги – всё это было зря. Стою и сама себе не верю. А Миша тем временем узревает на горизонте качели и стартует туда со всех ног. Костя – за ним. У меня в кармане начинает вибрировать телефон, достаю посмотреть – Мишина бабушка:
– Алло, Света, ну как Мишке садик? Понравился?
– Очень, – говорю. – А через неделю ещё больше понравится, когда его откроют, наконец.
21 августа
"Палази эту канфету на стол, и никто не пастлядает!" – орет Миша на ухо благостному отцу, который только что развернул шоколадку и упоённо подносит ее ко рту.
Если чо, ребенка подучила я.
4 сентября
Я говорю: спать иди, ребёнок!
В ответ мне – дробный топоток, и вот уже Миша в позе Доцента из "Джентельменов удачи" сидит под столом и пытается убедить меня, что спать он не хочет.
Потом Миша превращается в миллион маленьких Мишенек и единовременно требует: пить, маленькую подушку, большую подушку, мама спой, мама не пой, включи свет, папа иди сюда, большую красную машинку, маленькую красную машинку, пожалеееей, поцелуууй, ещё пить, а теперь покушать хлебушка, аааа, ааааааа, не хочу спать, про люли-люли спой, нет не пой, про зайчика спой (а у матери-то дефицит песен про зайчика!!!), опять хлебушка, опять включи свет…
И так до тех пор, пока сон не напрыгнет на него внезапно, из-за угла.
Люблю сына, любовною любовью люблю.
8 сентября
1. Съел втихаря полпачки карамельного попкорна, чтобы, цитирую, "миклобов из зывотика выгнать".
2. Попросил нарисовать на листочке попу и начал по ней стучать ладошкой. Говорит: "бью па попе, она плахая".
3. Потребовал нарисовать дятла с пупком. Потом забрал карандаш и стал закрашивать пупок, приговаривая: "зяцем тут пуп, это зэ пцицька!".
29 декабря
Мальчик пришел и влез на голову. Спрашивает: "Хоцис, пацитаю тибе скаску?"
Сын, говорю, ясен пень хочу, твои сказки – лучшее, что можно придумать. Давай заводи.
Миша подтягивает к себе последний выпуск журнала ЗОЖ из прабабушкиных запасов (рядом лежали), разворачивает и заявляет:
– Зыли-были дед и баба. И была у них кулацька Яба.
– Какая-какая курочка? – уточняю.
– Ну, сматли, написана: Я-ба, ку-лаць-ка.
И пальцем в страницу – тык!
А там: "Барсучий жир: ваш друг и помощник".
Глава пятая, 2015-я
4 января
Пока я росла, мама с бабушкой периодически смотрели на меня с умилением и говорили что-то вроде "ты даже совсем крохой такая уже где умница была". Далее следовали наглядные примеры моего недюжинного ума в возрасте, к примеру, года, трех, шести, десяти лет. Я, кстати, слушала эти дифирамбы со скепсисом, ясно же: каждый кулик своё болото хвалит, а я у них – самое любимое чадушко.
Но теперь у меня есть Миха. И я реально ощущаю интеллект. Парню ещё два с копейками, а он уже хитёр и безнравственен (всё, как я люблю). И, главное, смышлёный такой!
Сейчас вот укладываю его спать:
"Мама, спой "паклысе", – заказывает товарищ. "Паклысе", а вернее, "пакрысе" – это "понемногу" на белорусском. Есть у нас в Беларуси колыбельная, и там – строчка "пакрысе на расе патухаюць зоркi-сплюшкi…".
Я такая: ок, сын, и затягиваю чисто мотив, без слов.
– Мама, пой!
– Миш, так я же пою!
– Нет! Ты паёш "ня-ня-ня", а нада "паклысе маласе…"
На днях спросила у мамы, мол, помнишь, ты всё хвалила меня маленькую, такую умницу-разумницу, а что насчёт Миши? Уровень IQ соответствует?
"Да какое там, – ответила моя безапеляционная мать. – Миша гораздо умнее".
4 февраля
Сижу в сугробе, оттираю снегом грязь с варежки.
– Мама, – вкрадчиво говорит мне мой хитрожёлтый сын. – Я тозе хатю сваи варески патисьтить.
Валяй, ребёнок, отвечаю ему.
Отворачиваюсь к своим рукавичкам, и мне в ухо прилетает смачный снежок. А за ним и довольный гогот: "Хахахаха, папааал!"
14 февраля
Когда 13 февраля закончилось для вас в полтретьего ночи, не сильно хочется, чтоб 14-е началось в восемь утра (хоть это и Праздник Любви).
Миша любовно проснулся ни свет, ни заря, любовно сбегал за охапкой своих машинок, любовно принудил меня сонную играть в "ухуу! грузовик летит с горы" (в роли горы – мои коленки), любовно напевал при этом куплет из КиШа (мы с Костей хихикали сквозь сон), любовно включил своего адского робота и скомандовал ему "Огонь!": робот любовно метал поролоновые диски из резервуара в башке, Миша любовно гарцевал по комнате и любовно орал "Где мозгА? Куда его мозгА полетела?"
Столько подарков от этого парня с утра, я прям не знаю. День святого Валентина – лучший праздник ever.
17 февраля
Каждое утро у нас начинается одинаково: Миша приподымается в своей кроватке, фиксирует взглядом родителей, настигнутых сном в произвольных позах, и проникновенно хнычет: "Пааапа, дай больсую подуску". Сразу объяснюсь: большая подушка – собственность Кости, он спит на ней, нежно обхватив руками, всю ночь, но вот под утро происходит расставание.
Как всякий сонный и ленивый родитель, Костя старается обеспечить сына подушкой с минимальными трудозатратами, а именно, одним мощным броском швыряет её в сторону Мишиной кроватки. Но, надо отдать ему должное, целится в стену рядом. Подушка рикошетит в кроватку, Миха кидается на неё грудью и дарит родителям ещё полчаса-час безмятежного сна.
И вот сегодня утром сценарий повторился:
"Пааапа, дай больсую подуску", – проныл клиент.
Я приоткрыла глаза как раз в тот момент, когда вышеупомянутая снарядом просвистела над моей головой. Но стукнулась о бортик кроватки и увесистым кулем вернулась к нам.
"Мдааа, как метатель вы так себе", – по принципу популярного мема пробурчала я в сторону мужа, вялой рукой подняла подушку, размахнулась и… вписала её ровненько в Мишину выжидательную физиономию.
Ребёнок взоржал, Костя тоже. "Ну, ты вообще, – говорит. – Я же специально в сторону метил, а ты прям – ни морали, ни принципа".
Дело в том, что и я как бы тоже в сторону метила, но теперь уже точно никому ничего не докажешь.
27 марта
Как мать я состоялась. Сегодня с подругой водили наших бузотёров в кино, потом в "Лидо", а шлифануться решили парком Челюскинцев. И задержались там на целых три часа. Представляете? Не матери, а сокровище.
Однако это стало фатальной ошибкой. Опьянённые мультиком и халявными сластями дети рьяно пошли на штурм детской площадки в парке и успели подраться-помириться-исноваподраться раз триста за эти три часа. Нехитрый подсчет подсказывает: в среднем сто драк в час. Но это предыстория.
А сейчас – главный сюжет. Когда вкрай измотанные ноющие парни приплелись на остановку, чтоб ехать домой, и плюхнулись на лавочку двумя кучками без костей, моя подруга взяла их самокаты подмышку и пошла высматривать маршрутку. Миша вяло спросил у меня: "Мам, зачем тётя Лена наши самокаты унесла?". А я, вместо заботливого материнского "Сиди, сыночек, тётя Лена просто взяла их с собой, чтобы не укатились без присмотра", ответила:
"Чтоб загнать по сходной цене. Сейчас пару минут и, считайте, дело в шляпе".
Сначала они хором зарыдали. Я отмазалась чем-то вроде "да ладно, шутка". Ответом мне были два осуждающих взгляда, и парни по очереди на подкашивающихся ногах, но сходили-таки к тёте Лене и твёрдой рукой забрали у неё свои самокаты. На всякий случай. Тетя Лена вслух недоумевала, что это им вдруг стрельнуло, ребята мрачно отмалчивались, а я задорно хихикала на лавочке.
Говорю же, состоялась.
11 апреля
Тихое, безмятежное утро. Миша начал его с того, что встал на четвереньки на подоконнике. Заявил, что он – котёнок. Помяукал, потом закурил. Курящих котят я видела только в "Ну, погоди!" поэтому уточнила у томного декадента, где он нахватался тайных знаний. Манерно зажав скрученную бумажку в пухлых пальчиках и флегматично глядя в окно (стиль "непризнанная поэтесса"), котёнок поведал мне, что так делал дедушка, которого из пластилина слепил папа (пластилиновый морячок Попай в Костином исполнении).
Потом котёнок нагадил на подоконник невидимыми какашками. И, смешно сложив лапку ковшиком, стал загребать свой проступок, аккуратненько так, со всех сторон.
