– Ты же не всерьез? Не закроешь его?
Сайген вздохнул, взлохматил свои волосы, и так стоящие торчком.
– Я боюсь, – признался спустя время.
– С каждым может что-то случиться, – мягко напомнила Зоя. – На его месте мог бы быть ты. Только вот у Шейда и мысли бы не возникло забрать у тебя свободу и тем самым обезопасить себя.
– Я человек, – вырвалось у Сайгена. Он тут же поморщился, поняв, что сказал. Зоя пораженно откинулась на стену.
– А он, по-твоему, кто? Позволь заметить, – голос ее возмущенно повысился, – что ты более деревянный чем он!
– Конечно… – зашипел Сайген, вдруг обозлившись. – Шейд лучше меня. Справедливее, милосерднее. Прям ходячая насмешка перед глазами! Весь такой жертвенный, в то время как я всего лишь хочу жить! Давай, сравнивай нас дальше, ведь я проигрываю ему во всем…
Зоя обхватила свой лоб, не зная, что сказать.
– Ты не прав, – вспомнила, сколько раз Шейд говорил об обязанностях мастера, невыносимо гнетущих его. Злился, отчаивался. – Он не идеальный, и хочет отвертеться от клубных дел. А ты лидер, не боишься ответственности.
Сайген презрительно фыркнул и встал.
– Это говорит только о его здравомыслии. Я еду к отцу. Надо рассказать прежде, чем узнает со стороны.
Зоя тоже встала.
– Шейд на самом деле хочет быть тебе другом. Может… – от резкого движения в висках снова застучало и она перевела дыхание. – Ты все же потеплеешь хоть немного? Вам же двоим будет проще.
Сайген был уверен в вынужденной лояльности Шейда, не предполагающей товарищеских посиделок. Непринужденностью между ними и не пахло.
– Я хотел бы. Очень хотел, – протяжно вздохнул. Не раз представлял, что они вдвоем не потому что вынуждены, а потому что им действительно этого хочется. – Но перед глазами стоит Аман. Он тоже всех убедил, что Пауль его любимый и дорогой брат, а на деле как вышло? – Повернулся к Зое, сверкая глазами. – Я не могу, понимаешь? Не могу! Если Шейд будет знать, что я наготове, то поостережется втыкать мне нож в спину!
– Да он и не собирается! – Зоя треснула ладонью по стене. Вышло громко и больно. – Ты что, специально толкаешь его к этой мысли?? Ждешь, чтобы он отчаялся, а потом скажешь – вот смотрите, все как я и говорил? – Она сжала заболевшие пальцы, поражаясь непонятливости друга. – Ты ведь поверил человеку, которого первый раз видишь, а Шейду не можешь?
Сайген коротко рассмеялся.
– Поверил? Серьезно? Да я глаз не спущу с этого эскулапа. Потому Шейд и будет в доме отца, ведь там полно камер и людей. Ты можешь остаться с ним, кстати. Только кровь не выкачивай из него, будь добра.
Это Зоя и сама понимала. Печально опустила плечи. Сайген выглядел потерянным, одиноким, глядя на двери палаты. И он на самом деле опасался фальши со стороны своей тени. Чем больше она бы защищала Шейда, тем скорее Сайген убеждался бы в обратном, ведь она не сторонний человек. Поэтому просто обняла друга, и он обнял ее в ответ, потрепал по макушке. Как будто даже расслабился.
– Сторожи. Я вызову такси и скатаюсь домой, – отпустил ее, усадил обратно на стул и зашагал по коридору.
– Сайген, – Зоя позвала его. Сайген обернулся. – Ты лучший! – И подняла вверх большой палец. Ей показалось, увидела его скупую улыбку.
Шейд еще спал. Его перевозили в другую палату и Зоя, едва завидев каталку из операционной, пристроилась сбоку, вглядываясь в бескровное, безмятежное лицо. Его накрыли простыней, на штативе болталась система капельницы. Из-под простыни выглядывали голые ступни, сердце как всегда сжалось при виде четырех пальцев вместо пяти. Потянула вниз ткань, чтобы прикрыть ноги.
– Сколько он еще будет спать? – спросила у санитара. Ответила ей медсестра.
– Думаю, долго. Часов пять еще, не меньше, анестезиолог хорошо постарался в этот раз. Пациент все пытался проснуться во время операции.
Зоя тайком изучала лица и думала, сколько людей видело Шейда изнутри. Сестра была удивлена, кажется, только действием анестезии, санитары вообще не смотрели на Шейда. Утешилась выводом, что не все так плохо, чтобы волноваться из-за огласки.
Вернулся недавно нанятый Сайгеном врач и велел оставить пациента на каталке, не перекладывать на кровать. Шейда завезли в палату и оставили в покое. Тогда только Зоя, оставшись с ним наедине, приподняла простыню, чтобы увидеть. Но через всю грудь наложена была широкая повязка, скрыв все манипуляции, что с ним проводили. Сбоку на шее тоже прилеплены были бинты. Поцарапано лицо, руки. Зоя приложила ладонь к его щеке, прохладной, и глаза мгновенно наполнились слезами. Вытерев их, отправилась просить одеяло. Впервые за ночь подумала о библиотеке и той девчонке, избежавшей смерти. Была даже мысль позвонить Теушу и узнать о ней, но телефон остался в палате вместе со всеми вещами.
Зоя оглядела свой больничный халат и резиновые шлепки. После чего побежала переодеваться.
Сайген приехал довольно быстро на микроавтобусе. Где взял – непонятно, у него такого транспорта не было, как и у мэра. Позаимствовал у кого-то из охранников. Хирург лично вывез каталку с укутанным по самую шею пациентом к служебному подъезду и помог переложить Шейда на носилки в салоне, поставленные на место убранных сидений. Зоя забралась туда же. Хирург вопросительно посмотрел на Сайгена.
– Садитесь быстрее, – поторопил его Сайген. Закрыл задние двери, вернулся за руль. Пробежался взглядом по больничным окнам. – Проблем не будет?
– Этот попутчик, которого вы подобрали на дороге, подписал бумагу, что претензий к больнице не имеет. Его жизни ничто не угрожает, так что удерживать силой не имеем права, – хирург склонился над спящим человеком, прослушал его пульс. – Скоро уже проснется. Я хотел бы понаблюдать его состояние.
– Так и сделаем, – сказал Сайген. Шейд останется под присмотром врача, а за врачом присмотрит Зоя. И отец. Сайген надеялся, что тот уже успокоится к тому времени, как микроавтобус довезет их до дома.
Тиль Вилеш потерял дар речи от сжатого рассказа об аварии. Сайген раз двести повторил, что Шейд ранен несерьезно. И что они были вместе. Хотя у самого в голове бродили точно такие же мысли, но первые же слова отца об усиленном присмотре за Шейдом вызвали яростный протест. Сайген напомнил ему о поставленном условии – быть вместе. Они его выполняли – даже разбились, не отходя друг от друга. Придраться тут было не к чему.
Устав спорить, Сайген сухо уведомил отца о докторе, который займется выздоровлением Шейда и будет находиться в доме. Мэр ошеломленно наклонил голову набок, ожидая дальнейших пояснений. А Сайген добавил, что вот за врачом отец может наблюдать сколько душе угодно. Попросил домработницу приготовить комнату для Шейда, для его доктора на случай, если тот останется рядом, и ушел искать подходящую для перевозки машину.
Хирург Даниш, попав в огромный дом мэра, осторожно протянул руку хозяину, размышляя, что тому известно о друге своего сына. Тиль Вилеш так же настороженно пожал ее, мысленно уже подбирая людей составить доктору компанию. И поджал губы, официальная вежливость на его лице сменилась беспокойством, когда увидел носилки.
– Серьезно ранен? – вырвалось у него.
– Переломы, ушиб. Рана на шее, но там ничего страшного, – успокоил его врач. – Покой – все, что ему сейчас нужно.
– Это обеспечим, – проговорил мэр, не сводя глаз с охранников, поднимающих Шейда на второй этаж. За носилками шла девушка, Зоя, как помнил. О ней Сайген предупреждал отдельно. Сообщил, что эти двое живут вместе и просил не вмешиваться в их отношения ни одним глазом.
– Кесав! Ты еще жени его! Стоило только дать волю, как…
– Я спешу, – оборвал возмущения отца Сайген, успевший уже вымыться и переодеться. – Небольшие неувязки в клубе. Вернусь, тогда и поспорим как следует, хорошо? Ты будешь меня ругать, а я буду слушать, как обычно. – Договаривал Сайген уже из-за двери. – Возьму твою машину?
– Целый руководитель странноватой толпы. Куда уж тебя ругать…
Сайген хмыкнул и закрыл дверь за собой. Хотелось есть, пить и спать, но вместо этого направился в гараж, чтобы мчать в библиотеку. По дороге с третьего раза дозвонился до Данте.
– Все живы?
– Вполне, – сонный голос Данте навел на мысль, что еще рановато для звонков. – Где Шейд? Он должен был запросы в чаты раскидать.
Сайген мысленно застонал.
– До обеда все будет. Он… занят. Вечером буду в Химере, проведу внеплановую чистку. Всем. – Чтобы не лазить по спискам, ибо успеть везде одному было практически невозможно. Накануне получилось договориться со станцией переливания крови, хоть это стоило ему нервов и еще больше – денег, так что мог позволить себе подобную роскошь. Проскочила мысль об открытии уже собственной станции: эросы и гурманы всю толпу не обеспечат запасами.
– А, еще приходил тип из полиции, что с Шейдом раньше лазил, – вспомнил Данте.
– Что хотел? – Сайген похолодел.
– Видеть нашего бармена.
– Не сказал, зачем? – Сайген принялся лихорадочно припоминать, чем закончилась служба Шейда в полиции. Он оттуда уволился, отец сказал ему возвращаться в дом, когда Аман охотился за ними. И больше никаких контактов с этой государственной структурой не имел.
– Нет. Поглядел на наших и ушел. Атари еще был, кровь брал. Ну и все, в принципе.
Атари брал кровь из хранилища. Сайген потер лоб. И зачем она ему нужна? Затормозил на светофоре, пропуская пешеходов.
– Данте, до вечера еще посиди за стойкой. Потом я приеду.
– Понял, – уныло проворчал эрос и отключился.
Голова начала болеть. Сайген поехал дальше, в центр, к библиотеке, радующей глаз зеленью плюща посреди серых зданий и голых еще деревьев. Дверь открыл своим ключом. Ступил внутрь, окинул взглядом зал. Навстречу ему поднялась Хана.
– Где все?
– Крайтон с Рейган, – ответила Хана. Сайген вздернул бровь, она пояснила: – Девушка, которую привезли. – У Сайгена сразу возник вопрос, что он с ней делает, но оставил выяснение на потом. Девчонка здесь и ладно, сейчас важнее поговорить с Теушем о том, что случилось на дороге. – Атари уехал на работу.
– Теуш тоже?
Хана замялась, повела глазами в сторону. Сайгена начало трясти.
– Что? – рявкнул.
– Он с Даичи, – Хана вздохнула и указала на бывшую спальню Пауля. – Там.
Какого черта они там уединились, думал Сайген, размашисто шагая по залу. Крайтон и девчонка, наверное, на маленькой кухоньке, обустроенной Паулем в одной из кладовок, раз спальня занята. Странно, что Хана одна сидит. Потом запоздало сдвинул брови – Крайтон и Рейган?
Протянул руку, повернул ручку, открыл дверь.
– О Господи! – против воли вырвалось у него при виде двух тел на кровати. – Я не знал…
Тут же захлопнул дверь, ошеломленно проворачивая в голову сцену. Даичи и Теуш? Потряс головой, шлепнул себя по лбу.
– Сайген! – донеслось из-за двери. Даичи. Сайген попятился, спотыкаясь. – Быстро сюда иди!
Даичи звучал встревоженно. Тогда Сайген предположил, что не так понял. Может, у них что-то не получилось и на самом деле помощь нужна, а Хану звать не хотят. Заглянул внутрь спальни уже осторожнее.
– Вы одеты?
– Ненормальный, что ли? – взвился Даичи, окинув Сайгена злобным взглядом. Но взрыва негодования хватило ненадолго, он упал обратно на подушку. – Ему плохо… и мне хреново. Подключи меня к пакету, на столе лежит.
Сайген оглядел комнатку, заметил указанный пакет с кровью на столе. С трудом оторвал от него взгляд и пригляделся к Теушу, сжавшемуся в комок и скулящему как брошенный щенок. Даичи лежал рядом и как мог успокаивал его, гладил по голове.
– Ты что с ним сделал? – подозрение опять начало расти со страшной скоростью. Теуш на себя был не похож.
– Он сказал, что примет агонию, потому что никого подходящего не нашли, – Даичи вытер свой мокрый лоб. Сайген сел на стул. – И вот…
– Два идиота… Почему мне не позвонили? – вскричал Сайген, вскакивая. Схватил пакет. – Руку!
Даичи попытался передавить свою руку, но сил не было, он просто вытянул ее на кровати. Пальцы конвульсивно дернулись.
– Теуш сказал, что сделает мне… После. Но не смог. Атари ушел…
Сайген содрогнулся, представив, что обнаружил бы в библиотеке, приедь он на пару часов позже. Ругая про себя Теуша и Даичи, сам перетянул своим ремнем руку эмпата выше локтя, нащупал вену и ввел иглу. Поискал, куда можно было подвесить пакет, ничего не нашел. Остался сидеть с поднятой рукой, неверяще глядя в лихорадочно блестящие карие глаза рыжего убийцы.
– Вы же знаете, что нельзя! Даичи, чем ты думал? Насильно впихивать в него?
– Теуш сказал, выдержит. Он настаивал… А я плохо уже соображал, – Даичи поднял глаза к потолку, затихая, впитывая живительную прохладу, омывавшую его изнутри. Звон в голове стал тише. Из самой глубины его легких вырвался измученный вздох. – Я на самом деле испугался. Не мог встать, достать… Даже телефон.
Теуш рядом дернулся и Даичи второй рукой обнял его, прижал темноволосую голову к своему плечу. Поднял на Сайгена растерянный взгляд.
– Я не знаю, что делать, – признался. – Он воет и трясется, как девчонка после первого секса.
– И я не знаю! – Сайген вдруг позавидовал Шейду, лежащему под наркозом. Захотел туда же. – Вы же, мать вашу, эмпаты! У вас ведь все чувства обострены, пусть и можете закрываться от них. А если не закрываться? Как он сейчас?
– И что? – тихо спросил Даичи.
– Будешь нянчиться с ним, пока в себя не придет! – Сайген едва сдержал желание накричать на эмпата. Но тот так трогательно старался утешить эроса, что передумал. Поговорить с Теушем сегодня, видимо, не судьба. – Будешь слезы ему вытирать, за ручку держать и убеждать, что жизнь не закончена для него из-за одного товарища. Бог ты мой… В следующий раз мне звони!
– И что ты сделаешь? У нас нет запросов!
– Ты не был в отеле, – перебил его Сайген, начиная понимать, откуда такая необходимость случилась использовать того, кто под рукой. – Даичи, но почему?
– Подстава, – сообщил Даичи. Глаза Сайгена расширились. – Там были врачи и полиция. И ждали они меня. Я не стал даже заходить, прошел мимо и вернулся в библиотеку. Кто запросил агонию?
Сайген молчал, в то время как сердце колотилось все быстрее. Запросы всегда анонимны. Но так как номер, на который они поступают, дал ему совет, то выполнял их без задних мыслей. И до случая с этой девочкой, Рейган, ничего не сбоило, встречи были расписаны по минутам и проходили так же точно.
В качестве донора выступает человек, вызывающий сомнения одновременно у нескольких эмпатов. Крайтон всех пугает при одном лишь намеке на насилие в ее сторону. Вместо принимающего субъекта выступают стражи порядка и врачи.
– Не могу отвязаться от мысли, что на моем лбу нарисована здоровенная красная цель, – тупо проговорил Сайген и потрогал себя.
– Не, нету, – отозвался Даичи, глянув на морщины, прорезавшие лоб Сайгена и ставшие еще глубже после замечания. – Пакет почти пуст. Спасибо.
– Он на тебе, – напомнил Сайген, указав на Теуша. Вытащил иглу, свернул пластиковую упаковку и поискал мусорное ведро. Потом спохватился, сунул в карман для утилизации в камине клуба. – Что там с Крайтоном?
Даичи откинулся на подушку.
– Это не он. – Бровь Сайгена непонимающе дернулась. – За ним ходит хвостом эта Рейган, заглядывает ему в рот и пищит от восторга от одного его взгляда. А ему хоть бы что. Я, честно говоря, в ужасе. Можно как-то вернуть прошлого Крайтона?
– Схожу гляну, – Сайген встал. Сел обратно. – Немного позже. Надо с чатами разобраться, до обеда обещал сделать. В этой читальне есть еда? Вы узнали что-то у девчонки?
– Теуш что-то приносил, но не уверен, что осталось, – Даичи погладил Теуша по спине, когда тот завозился. – Тише, тише… Вот уж друг мне достался… Нет, ничего не спрашивали, не успели. Сайген.
Сайген уже полез в свой телефон, поднял голову.
– Ну?
– Теуш сказал, что вы врезались в железо на дороге.
– Именно туда.
– Не было никаких знаков и ограждений, когда я ехал. Их поставили прямо перед вами.
Глава 6
