– Мороженое! – потребовала она, дергая его за рукав.
Тэ Джун вдруг почувствовал себя очень неловко – люди продолжали негодовать, да и еще эта назойливая пианистка прилипла под боком. Только чтобы поскорее отсюда уйти, он достал из заднего кармана штанов парочку смятых купюр и протянул их бородатому мужчине за прилавком. И еще на всякий случай накинул на себя капюшон, воровато оглянувшись по сторонам.
– Банановое, – попросил он и еще сильнее согнулся под весом Хи Джу, рука которой тянула его вниз. – Эй, ккомтакчи25! Ты отлипнешь сегодня от меня?
– Неа, – довольно высунула язык Хи Джу. – Сегодня точно не отлипну.
Тэ Джун удрученно вздохнул, забрал у продавца мороженое, небрежно всучил ей рожок и поспешил покинуть магазин.
– Тэ Джун, – сладко протянула она, прижимаясь головой к его плечу. – А я же говорила, что ты очень красивый?
– Раз десять за сегодня, – фыркнул он.
– Ах! Ну как с этим прекрасным лицом у тебя в комплекте такой ужасный характер? – спросила она и откусила мороженое вместе с вафлей. – Вот поэтому у тебя и нет хорошей девушки.
Тэ Джун покосился на нее, подняв бровь.
– У меня не поэтому ее нет. А потому что мне не нужны отношения.
– Правда? – удивилась она. – Это почему?
– Потому что с вами, девушками, много проблем. Вы слишком шумные.
Хи Джу обиженно надула щеки.
– Пффф! Как будто с вами легче! Думаете только одним местом.
– Эй! Не надо обобщать!
– Да кто бы говорил!
Парочка, шагая, сердито уставилась друг на друга, совершенно позабыв о том, что навстречу им тоже шли люди.
– Смотри куда прешь! – выругалась незнакомка, столкнувшись плечом с Хи Джу.
– А у самой глаза на затылке? – огрызнулась она и удивилась сама себе.
Вообще, Пак Хи Джу редко вступала в такие перепалки, считая, что легче извиниться и пройти мимо, чем раздувать ненужную никому ссору. Но сейчас в ее голове командовал выпитый алкоголь, поэтому, лишившись страха и, скорей всего, совести, она чувствовала себя как никогда смелой.
– Что ты сказала? – возмутилась та и отпустила руку мужчины, с которым шла.
Незнакомка принялась размахивать руками и кричать на всю улицу, обсыпая неприличными фразами Хи Джу, у которой глаза от такого словарного запаса становились все шире и шире.
– Эй, сумасшедшая, просто заткнись и иди дальше, – перебила ее Хи Джу и продолжила наслаждаться десертом.
– Заткнись? – оскорбилась она. – Ты это мне сказала? Щибальнё26!
– А ну, повтори! – встала на дыбы Хи Джу. После такого-то обращения.
– Эй, Ккомтакчи, – одернул ее Тэ Джун. – Прекрати, извинись и пошли пить кофе.
Но Хи Джу пропустила его слова мимо ушей и сделала шаг вперед к невоспитанной девице, отпустив рукав, за который держалась всю дорогу. Тэ Джун, схватив ее за шарф, потянул обратно к себе.
– Заканчивай! – повторил он раздраженно и повернул ее лицом к себе.
– Тэ Джун?
Пианистка снова развернулась в сторону девицы, которая, кажется, была очень даже знакома с Черным Принцем. Он же стал присматриваться, пытаясь на пьяную голову понять, откуда знаком голос.
– Ох, черт! – поморщился он и закусил губу, когда вспомнил.
– Тэ Джун! – тон незнакомки поменялся с истеричного на мелодичный в долю секунды. Она подошла ближе, потеряв интерес к Хи Джу, и вообще позабыла о том, что в стороне стоял ее спутник, решающий важные дела по телефону. – Почему ты не перезвонил? Я так ждала!
Хи Джу мотала головой то влево, то вправо: то на Тэ Джуна посмотрит, то на эту разукрашенную слепую курицу. А когда та подошла к нему слишком близко и взяла за руку, то округлила глаза так, что, казалось, они у нее выпадут из орбит – настолько ее возмутила подобная выходка!
– Ын Ха, а что происходит? – послышался грубый бас над ухом.
Ростом с Тэ Джуна, но крупнее по телосложению, мужчина наскоро закончил свой телефонный разговор и подошел ближе. Тэ Джун понял, что дела совсем плохи, когда тот принялся разминать кулаки.
– Погоди, это что, с этим ушлепком ты развлекалась, пока я решал дела в Пусане27? – спросил он, но его вопрос остался без ответа.
Разглядывая как эта выскочка “Ын Ха” держит Принца за руку, внутри Хи Джу разлилась кипящая лава. Поэтому, совсем не подумав, она подошла к сопернице и со шлепком влепила остатки мороженого ей в лицо. Вопль, который раздался после, наверное, долетел до самого Пусана.
– С ума сошла? – закричала в истерике Ын Ха, стирая с лица тональный крем в пять слоев вместе с мороженым.
– Руки не распускай! – ответила ей Хи Джу, отряхивая ладони с невозмутимым видом.
Мимо нее что-то промелькнуло, и Тэ Джун резко отлетел в сторону. Воспользовавшись тем, что все отвлеклись, вспыльчивый пусанский мужчина заехал ему кулаком по лицу. Тэ Джун устоял, сплюнул на асфальт кровью и резко протрезвел. Глаза у него моментально вспыхнули, и он тут же бросился в ответ.
Парни сцепились между собой, хватались за кожаные куртки друг друга, пока прохожие с криками отпрыгивали в стороны. Тэ Джун неплохо уворачивался от летевших на него тумаков, демонстрируя неплохие навыки в уличных драках. А его соперник, хоть и был медлительнее, но, так или иначе, превосходил в силе. Пусанец схватился за рукав Тэ Джуна, дал ему коленом в живот, и он согнулся. Хи Джу, наблюдавшая со стороны, не могла позволить этому громиле нанести следующий удар, поэтому шустро подскочила сзади и со всей силы пнула сапогом ему между ног.
Раздался вопль во второй раз, уже хриплый и низкий. До Хи Джу долетели обрывки ругательств на диалекте, но разобрать их было сложно, потому что его хорошо подкосило – он схватился за драгоценное место руками и рвано дышал от болевого шока. Она осталась безмерно горда собой, потому что Тэ Джун, наконец, был в безопасности. Но, не так надолго, как бы хотелось. Мало того, в опасности оказалась она сама, когда пусанец с красным от гнева лицом нацелился на нее, чтобы проучить.
У Тэ Джуна резко включился джентльменский инстинкт, как только он увидел, куда направилась эта гора с мышцами, и заехал ему со всей силы по щеке. Брызнула кровь – кольца у Принца сработали как верные кастеты. Все началось по-новой, когда они снова вцепились друг другу в куртки.
Хи Джу подбежала к Ын Ха и схватила ее за волосы, решив отомстить, раз уж подвернулся случай поучаствовать в уличной драке. А то, кто его знает, когда она еще сможет так весело провести время?
Но, откуда не возьмись, послышались сирены полицейских машин, быстро приближающихся на место драки. Ли Тэ Джун все никак не мог отвязаться от назойливого ревнивого бойфренда бывшей подружки, чтобы убежать, а Пак Хи Джу даже не придала этому большого значения, не понимая чем все это может обернуться…
Глава 7
Отрезветь получилось быстро, еще в машине. А теперь Пак Хи Джу сидела с краю на темном жестком диванчике в полицейском участке, поглядывая на Тэ Джуна, который развалился в противоположной стороне. Он почти лежал, широко расставив ноги, и нервно теребил спутавшиеся волосы.
Несмотря на то, что Хи Джу оказалась в полицейском участке за нарушение общественного порядка впервые, нервничала она вовсе не из-за этого, а из-за Тэ Джуна, который был очень и очень зол. Приходилось сидеть тихо, резко не шевелиться и не издавать звуков, чтобы бомба замедленного действия в метре от нее не рванула на все здание.
В это же время прямо перед ними за столом сидел юный хорошо сложенный офицер, который записывал показания господина Нам с рассеченной щекой. Ын Ха сидела рядом: вооружившись миниатюрным зеркалом, она вытирала расплывшуюся по лицу тушь и разыгрывала трагедию. При виде нее у Хи Джу на языке вертелась словесная гадость, высказать которую, она, конечно же, в трезвом уме позволить себе не могла.
– Этот мелкий ублюдок, – пусанец ткнул пальцем в Тэ Джуна, – спал с моей девушкой! Да я еще мало ему врезал!
– Господин Нам, прошу воздерживаться от оскорблений, – в который раз повторил ему полицейский, постукивая ручкой по столу.
– Я же не виноват, что у тебя в штанах ничего нет, кроме кредитки, – кинул в его сторону Тэ Джун. Кажется, от стресса он совсем потерял инстинкт самосохранения.
Господин Нам встал, опрокинув стул, и сжал добела кулаки.
– Ах, ты-ж, кусок мусора! – оскорбленный, он снова бросился к нему.
Хи Джу тут же вскочила с места, заслонив собой Тэ Джуна, но господин Нам, на ее счастье, даже не успел добежать до дивана – его тут же повалили на пол офицеры, скрутили, надели наручники и увели куда-то за угол в другое помещение.
– Такая смелая? – спросил Тэ Джун.
– Что? – обернувшись, переспросила она.
– Если бы ты меньше размахивала руками, то нас бы здесь не было, – ответил он и резко перевел на нее взгляд из-под нахмуренных темных бровей.
– Мне бы не пришлось, если бы ты меньше спал с кем попало.
Глаза Тэ Джуна грозно сверкнули. Он провел языком по корочке запекшейся крови на губе, на скуле багровел синяк, над бровью, как и на костяшках пальцев, блестели свежие ссадины. Ему, конечно, хорошо сегодня досталось. Но ведь и она не сидела без дела – в кармане лежал трофей в виде клока черных женских волос, которые оказались нарощенными. Да и вспомнить как господин Нам почти опустился перед ним на колени благодаря ее смекалке. Хи Джу обиженно отвернулась и снова села от него подальше, на самый-самый край.
– Ох, Ли Тэ Джун, Ли Тэ Джун, – обратился к нему полицейский за столом. – Давно не виделись! А я, признаться, уже начал волноваться.
Парень в форме широко улыбнулся, выпрямился, после чего перевел внимание на Хи Джу, невинно хлопавшую ресницами.
– Госпожа Пак, – продолжил он. – Вас-то как угораздило связаться с ним? Вы же, вроде бы, выглядите прилично. Пак… Хи Джу? – прочитал он имя на пластиковой ID28.
Она кивнула головой, но окинула его коротким презрительным взглядом, ибо не ему судить с кем ей водиться.
– Ну, что же, – подытожил офицер, – на первый раз обойдемся предупреждением, но в следующий – придется уже отвечать по всей строгости закона и заплатить штраф. Не думаю, что вам, госпожа Пак, нужны проблемы в институте. Тэ Джун, тебе стоит поблагодарить подругу.
Но Тэ Джун, громко фыркнув, показательно отвернулся в сторону.
– А теперь, госпожа Бэк Ын Ха, пообщаемся с вами, – полицейский обратился к девушке, надувающей пузыри из соплей.
– Хи Джу! – закричал кто-то громко до боли знакомым голосом, и пианистка испуганно округлила глаза.
На пороге застыл дядя Хван, переводя дух после нелегкой для его возраста пробежки. Волосы у него на лбу слиплись от пота, губы плотно сжались, на груди перекрутилась лямка от чехла со скрипкой, накинутой в спешке. Узрев любимую племянницу, он бросился к ней.
– Ах, ты ж, негодяйка! – господин Пак принялся лупить ее маленькими ладонями по чем попало и до куда мог дотянуться.
Хи Джу вскочила с места и стала бегать между столами, чтобы избежать участи быть наказанной прямо в участке. Весь состав дежурных офицеров, наблюдая за ними, посмеивался, а Тэ Джун, подняв пятую точку с дивана, решил вмешаться и ходил следом за господином Паком.
– Аджосси29, не бейте ее! – вступился он, схватив его за край куртки. – Она просто выпила сегодня лишнего.
– Что? – возмутился дядя Хван. – Так ты еще и пила? Ну, держись!
Поняв, что сболтнул лишнего, Тэ Джун закусил губу и тут же согнулся, получив под дых от господина Пака.
– Аджосси, – говорил он, пытаясь выпрямиться. – Не ругайте ее!
– Да какой я тебе аджосси? – дядя Хван остановился и поднял голову на парня, который вырос прямо перед ним. Он просканировал его снизу вверх, оценив крашеные волосы, подведенные глаза, одежду как у последнего бродяги из подворотни. Господин Пак пришел сначала в ужас, а потом в крайнюю степень негодования. – А ты еще кто такой? А что на тебе надето?
Тэ Джун резко побледнел.
– Какой позор! – брызгал слюной дядя. – Это с ним ты болталась весь вечер?
Крепко схватив племянницу за рукав, уже не знавшую куда себя деть от стыда, господин Пак обратился к молодому полицейскому за столом:
– Офицер, мы же свободны?
– Конечно, – еле сдерживаясь от смеха ответил тот, протянул ему ID студентки и указал рукой в сторону выхода.
Дядя Хван потащил за собой Хи Джу, которая прикрывала ладошкой лицо и еле за ним поспевала, но тут же встретилась лбом с дверным косяком и столкнулась с влетевшим в помещение Сан Хо, который, отвесив им поклон, поспешил внутрь.
– Не отставай, – командовал дядя, ускоряя шаг и не оглядываясь на племянницу. – Ну, я тебе дома покажу!
Добравшись до дома, господин Пак набирал пароль на входной двери, пока Хи Джу, приготовившись ко всем наказаниям на свете, терпеливо и молча ожидала своей участи.
– Надо же, – не переставал возмущаться он, – как испортилась! А с кем повелась? Айгу30! На него даже смотреть противно, тьфу!
Для пущей убедительности он плюнул в пол и, надавив на ручку, распахнул дверь, из-за которой вырвался запах гари.
В гостиной играла танцевальная поп-музыка, в коридоре витал дым, а из кухни пахло жареным кимчи31. Ну, или тем что от него осталось.
– Вернулись, наконец! – показалась из гостиной фигура пожилой дамы с ярким лавандовым цветом волос.
– Бабуля? – только и успела промямлить Хи Джу, наблюдая за тлеющей в руках женщины сигаретой…
Глава 8
Застыв на пороге, дядя Хван и Хи Джу с изумлением смотрели на женщину, опирающуюся о косяк двери в гостиной. Она сделала затяжку, с особым наслаждением выдохнула дым, а затем без смущения стряхнула пепел на деревянный пол.
Короткие волосы, чуть прикрывающие увешанные сережками уши, на руках несколько серебряных колец с разноцветными камнями и кричаще-красного цвета ногти; в потертых джинсах и черной растянутой футболке с группой “H.O.T.”32 в их лучшие годы (когда в моде еще были те странные прически).
– Мама! – завопил дядя Хван, схватившись за голову.
Толкнув племянницу в дом, он захлопнул дверь и швырнул верхнюю одежду на близ стоящее трюмо. Хи Джу скинула обувь, закрыла руками нос и побежала по лестнице на второй этаж открывать окна.
– Ох, Хван, не ори! И так голова гудит, лучше поищи мне таблетки, – бабуля вернулась в гостиную, где на пианино ее ожидала початая бутылка макколи33 с алюминиевой чашкой. – Знаешь кого я встретила в автобусе по пути в Сеул? Эту пройдоху Мин Сук! И она еще жива, стерва! Пришлось с ней пить в том миленьком ресторанчике возле Аняна34, куда мы с тобой ходили в прошлом году. Ну, ты же помнишь?
Дядя Хван крякнул ей в ответ что-то невнятное, бегая в панике по квартире.
– Да она от зависти чуть не задохнулась, пока жевала саннакчи35! Я ей про вас рассказала… Хван, ты какой-то нервный. Айгу, совсем не рад меня видеть?
Господин Пак истерично усмехнулся. А может быть, наоборот, всплакнул.
– Как знала, как знала! Вы же без меня тут совсем со скуки помрете, – рассмеялась она и затушила окурок в цветочном горшке.
– Действительно, – с сарказмом вставил он, убирая с Блютнера все то, что его оскверняло на кофейный столик рядом. – Тебя только тут не хватало, Хи Джу и так уже пошла по наклонной…
