* * *
Шли друг к другу два богатыря, Семетей и Сейтек, отец и сын. Вся родня смотрела на них с сердечным трепетом, ожидая трогательной встречи. Кюлчоро смотрел на брата с гордостью – ведь даже сзади он походил на дракона, внушая доверие каждому следовавшему за ним джигиту своей телесной мощью и непоколебимостью духа. Из-за плеча Семетея виднелось лицо Сейтека, которое выражало радость, понятную для всех и находившую всеобщую поддержку в душах близких. Обнялись оба богатыря, отец и сын.
– Сынок, – прошептал Семетей.
– Отец, – вырвалось у Сейтека.
Семетей схватился за плечи Сейтека и немного отстранил его от себя, не выпуская из рук. Посмотрел в глаза сына на мгновенье и опять прижал к богатырской груди.
– Я рад, мой сын, – сказал Семетей, – что ты находишься в моих объятиях.
– Я тоже рад, отец, – ответил Сейтек.
У матери Каныкей и Айчурек лились слезы из глаз. Особенно у Айчурек. Как она мечтала об этой встрече сына с отцом с тех пор, как ее насильно увезли в земли Жеты-Озен…
Все они подъехали к дворцу. Старец Бакай попросил Семетея опуститься на одно колено.
– Аксарбашыл! – прокричал Бакай слабым голосом.
– Аксарбашыл! – прогремел Кюлчоро.
– Когда мы потеряли Семетея, – заговорил старец Бакай, – было больно всему народу, не только Каныкей и Айчурек. Больно было всем нам, его близким. С исчезновением Семетея исчезли наши надежды на будущее, исчезли наши мечты и замыслы, с которыми связывали свои судьбы наши люди. Сейтек был для нас последней надеждой. Слава Тенгри, он вернул нам его. Он сегодня возвратил нам и Семетея, к общей нашей радости.
– Слава Тенгри! – крикнул кто-то из толпы.
Шум радости распространялся по всей долине, отдаваясь эхом в каждом уголке, в каждой ложбине и даже от каждого камня таласской земли. К богатырям начали стекаться люди. Знающие Семетея старцы и мудрецы подходили к нему и выражали радость по случаю его возвращения к своему народу…
* * *
Карадоо с раннего утра повел войско в сторону страшных земель Желпиниш. Ему во всем помогал Бозбала, как знаток кратчайших путей к месту, где стояли камни с надписью великих людей народа. В прошлый раз Бозбала обещал приехать к тем камням рано утром для встречи с человеком Сарыбая…
К вечеру войско Карадоо подъехало вплотную к границам земель Желпиниш. Он приказал войску устраивать лагерь для ночлега, а сам поехал смотреть на камни с надписью. Карадоо заметил камни еще издали. Высотой они были с человеческий рост, а объемом не меньше средней величины джуламеек. Камни показались ему родными, возможно, из-за того, что к ним некогда прикасались святые богатыри народа. Это они написали предупреждение «…дальше проедешь, живым не вернешься». Так проявилась их огромная забота о всех потомках, кто считал себя кыргызом и любил путешествовать по свету. Карадоо спешился с Кылкурена и подошел к камням. Пощупал надписи, при этом им овладело чувство, будто пальцы касались рук великих богатырей. Солнце садилось, скрываясь за обрывком облака на черте между землей и небом, и край темноты поплыл за светилом, покрывая тьмой окрестные земли…
Утром Карадоо и Бозбала подъехали к тому месту, где они договаривались встретиться с людьми Сарыбая. Их ждал немыслимо огромный великан. Пеший, он был на голову выше, чем Карадоо на скакуне Кылкурене. И не было у великана никакого скакуна. Он прибыл на встречу пешком.
– А-а, явились? – великан рассмеялся.
Его смех показался Карадоо просто издевательством.
– Да, как договаривались, – ответил Бозбала.
– Ваш хан приехал? – спросил великан.
Он уже не смеялся. Пришлось ответить самому Карадоо.
– Да, приехал, это я – хан, – сказал он. – Меня зовут Карадоо.
– А меня – Темиркул, – отозвался великан. – Вы мне нравитесь тем, что сдержали слово.
«Он, видимо, у Сарыбая числится самым важным человеком», – подумал Карадоо.
– Кто вы? – спросил он. – Помощник Сарыбая?
– Я – глава его войска, родной его брат, – ответил великан Темиркул. – Аскербашы.
– Мы не желаем воевать с вами, – сказал Карадоо и спросил: – Что вам нужно?
– Наш отец Желмогуз в молодости мечтал завоевать весь мир, – сказал Темиркул. – Когда он жил на острове Мангуба вместе с братьями.
– И что, – заметил Карадоо, – кто помешал ему завоевать весь мир?
– Богатырь кыргызов Манас, – зло выговорил Темиркул. – Убил нашего хана Макел-Малгуна и взорвал наш остров Мангуба.
– Что вы хотите сказать? – удивился Карадоо. – Вы из племени сазаншон?
– Да, мы из племени сазаншон. Если не хотите воевать, – улыбнулся Темиркул, – весь скот, что есть у вашего народа, перегоните в наши земли.
– Только скот требуете?
– Не только, – еще шире улыбнулся Темиркул. – Соберете у народа все золотые украшения и на коленях должны будете просить пощады у Сарыбая.
– И это все?
– Мы вырежем всех ваших воинов, – продолжил Темиркул с улыбкой.
– Мы не позволим просто так резать наших людей и не будем просить пощады, – грубо ответил Карадоо. – Будем сражаться, чтобы защитить свой народ.
– Тогда ты, Карадоо, – сказал Темиркул, – готовься выйти на поединок с Сарыбаем.
– Я хоть сейчас могу выйти на поединок! – грозно сказал Карадоо.
– Поживи еще денек, – улыбнулся великан Темиркул. – Ты должен предупредить свой народ.
– О чем?
– Всех мужчин вашего народа вырежут, – сказал Темиркул. – А женщин передадут новому хану Жезбилеку, сыну Энтераалы, чтобы родили новых существ.
– Кто это и о каких существах речь?
– Самый старший из кобелей со своим собачьим войском, – усмехнулся великан. – Всех воинов из его войска женим на ваших женщинах.
Это было издевательством над всеми людьми на земле. Над человечеством вообще. У Карадоо волосы встали дыбом. Этого великана он захотел задушить прямо на месте. Зря говорят, что переговорщиков нельзя убивать.
– Что за скотство они творят? – пробормотал Бозбала с удивлением.
– Новые существа называются итаалы, – подсказал Темиркул. – Матери из людей, а отцы – псы-кобели. Весь мир окажется в руках народа итаалы.
Карадоо почувствовал, как рука сама сжала рукоять сабли. Он еле сдержал гнев на собеседника и вспомнил свой главный вопрос.
– Почему вы не напали на мой народ, а ждали моего прибытия?
– Спроси Жезбилека, – ухмыльнулся Темиркул.
– Кто такой Жезбилек?
– Он станет повелителем жедигерцев, – засмеялся Темиркул. – Зачем ему нападать на свой народ, когда главный враг его – ты, Карадоо.
Задумано неплохо для сазаншонов, Карадоо разозлили замыслы врага. Сазаншоны очень уверены в своей победе, и это он воспринял как издевательство над собой.
– Пусть ваш Сарыбай ждет меня здесь утром, – Карадоо плеткой ударил по груди Кылкурена, разворачивая его.
– Несомненно, он будет ждать тебя, – сказал великан вслед отъезжающему Карадоо. – Приготовься отправиться на небеса!
– После вас! – Карадоо не стал поворачиваться в сторону великана…
Очень страшное дело задумал сазаншон Желмогуз. Если они говорят правду, то Семетей ава поступил правильно, попытавшись его уничтожить. Очень жаль, что сумел он только ранить его. Однако выходило, что Желмогуз, прежде чем умер, успел передать сыну Сарыбаю свое желание овладеть всеми землями и заполнить их народом итаалы. Он отлично знал, что осуществлению этих замыслов могут помешать только потомки Манаса. Вот поэтому они околачивались на границах земель Жеты-Озена, чтобы встретить внука самого Манаса. «Они же могли напасть на наши земли, – подумал Карадоо, – чтобы уничтожить Сейтека». Почему-то не стали…
Утром, подъезжая к месту встречи, Карадоо увидел огромного человека, сидевшего на верблюде. Ноги великана касались колен животного. Лицо у него полностью покрывали волосы, из-за чего не разобрать было величины глаз и ноздрей. Уши скрывались под шлемом. На нем был широкий кожаный кементай, сверху – безрукавка, кеколпок и кандагай. В правой руке он держал огромный топор, а на левой висел круглый щит…
Карадоо ударил плеткой по крупу Кылкурена, и тот стрелой помчался к богатырю, сидевшему на верблюде. Карадоо был уверен, что это сам Сарыбай.
– Ма-ана-ас! – выкрикнул уран Карадоо.
На ходу он приготовился ударить копьем по груди Сарыбая.
– Ма-ана-ас! – голос Карадоо разнесся по всей степи.
Копье Карадоо ударился по щиту Сарыбая. Звук удара был глухой. Копье отскочило в сторону. Карадоо заметил, как блеснул топор в руке Сарыбая. Удар топора пришелся по древку копья. Карадоо почувствовал всю мощь Сарыбая. Чуть рука не отвалилась от сильного удара. Выхватил Карадоо из-за пазухи топор айбалта, чтобы снова напасть на Сарыбая. Развернул Кылкурена и направил скакуна в сторону врага. Еще раз Кылкурен помчался стрелой к верблюду.
– Ма-ана-ас! – затянул уран Карадоо, замахиваясь топором.
Его удар пришелся по шлему Сарыбая. Карадоо показалось, будто он ударил по камню, который даже не пошевелился, так был тяжел.
– Разве это удар! – громко усмехнулся Сарыбай.
Он тоже ударил топором по голове противника. У Карадоо потемнело в глазах. Удар был очень сильный. Он подумал, что если Сарыбай сможет так ударить несколько раз, то добьется победы. Поэтому дальше Карадоо очень старался не пропускать ударов Сарыбая. Бились они топорами, палицами. Несмотря на неуклюжий вид, верблюд под Сарыбаем оказался подвижным, шустрым и легким в управлении скакуном. Прошло много времени, солнце уже дошло до самого высокого положения на небе. Богатыри и скакуны страшно устали от битвы и от жары.
– Давай отдохнем! – прогремел Сарыбай.
– Я согласен! – выкрикнул Карадоо.
Они разъехались на некоторое расстояние. Через несколько мгновений Сарыбай обратился к Карадоо, закричав:
– Ты кто, родственник Манаса?!
– Нет. Не родственник, – ответил Карадоо.
– А почему тогда возносишь как уран его имя?
– Он нас, кыргызов, сделал народом, – ответил Карадоо. – Поэтому для нас его имя – уран и святыня.
Замолчали оба богатыря. Карадоо решил получить ответ на свой вопрос.
– Почему ты решил дождаться меня?!
Сарыбай посмотрел на него с удивлением и рассмеялся так, будто увидел сумасшедшего.
– А вдруг ты сдашься без боя.
– У нас никто не сдается без боя.
– Бывало, что мне сдавались и без боя.
– Теперь жалеешь или нет?
– Я никогда не жалею.
Карадоо не получил ответа на свой вопрос. Но прекрасно понял, что ответ Темиркула правдив. Ему стало ясно, что сам он не сможет одолеть великана Сарыбая. Карадоо нужно было время, чтобы отправить вестника в Талас. Пусть богатыри Кюлчоро и Сейтек узнают, что им угрожает сазаншон Сарыбай. Пусть они помогут одолеть опасного врага.
– Давай, Сарыбай, продолжим схватку завтра! – обратился Карадоо к Сарыбаю.
– Я тоже хотел тебе предложить перенести сражение на завтра, – обрадовался Сарыбай.
Оба богатыря немедленно вскочили на скакунов и поспешили к своим лагерям…
* * *
Карадоо приехал к лагерю в паршивом настроении. Он уже знал, что победа за Сарыбаем. Он проиграл ему. Нужно просить помощи у Кюлчоро и Сейтека. Он спешился у своего шатра. Отдал поводья Кылкурена актаяку и велел ему позвать Бозбалу. В раздумьях он зашел к себе в шатер и свалился на олпок. Ему хотелось плакать…
Заглянул в шатер Бозбала.
– Как сражался, Карадоо? – спросил он.
Карадоо перевернулся на спину и молча сел.
– Входи, Бозбала ава, – ответил он. – Видишь, пока жив.
Бозбала зашел в шатер и присел рядом с Карадоо.
– Как Сарыбай дерется на поединке?
– Он намного сильнее меня, – с горестью ответил Карадоо. – Я не мог его одолеть.
– Вижу, что у тебя упало настроение, – заметил Бозбала. – Надо крепиться, главное в поединке – это вера в победу.
– Не знаю, Бозбала ава, – сказал Карадоо. – Тебе нужно ехать срочно в Талас. Пусть сюда прибудут Кюлчоро и Сейтек. Я постараюсь продержаться до их приезда.
