– Ты мне дерзишь?
– Что вы, нет.
Фабиан решил спасти положение и перетянуть внимание на себя. Он вытащил из-за пазухи слегка помятый букет полевых цветов и протянул матери.
– Мама, я гулял и смотри, что нашёл. Подумал о тебе.
Адалина выпустила Мириам из-под прицела холодных глаз и одарила сына лучезарной улыбкой.
– Дорогой, ты у меня такой внимательный.
– Можно мне идти? – Мириам робко поднялась из-за стола, оставив тарелку почти нетронутой.
– Иди и не забудь про музыку.
– Да… Мама.
Фабиан проводил её сочувственным взглядом, сел за стол и спросил.
– Где отец?
– Решил позавтракать в своем кабинете. Знаешь, после твоего отъезда, он практически не выходит оттуда. Надеюсь, ты не собираешься покинуть нас слишком скоро?
– Не беспокойся та этот счёт, я пробуду так долго, как понадобится.
***
Мириам разучивала на клавесине очередную композицию. В отличие от танцев, музыка давалась ей легко. Она интуитивно чувствовала мелодию и схватывала на лету, а её импровизации вызывали у господина Бенигно восхищение. Из неё мог бы получиться отличный композитор, родись она мальчиком.
Когда вошёл Фабиан, учитель обернулся и учтиво поклонился. Мириам тоже поднялась с табурета и присела в книксене. Фабиан усмехнулся церемонному приветствию.
– Господин Бенигно, вы не проголодались? Кухарка испекла прекрасные пирожки.
– Думаю, мы можем прерваться, – лукаво произнес менестрель, оставляя их вдвоём.
Фабиан оказался рядом, едва за ним успела закрыться дверь. Мириам уставилась в пол, не зная, как следует себя вести. Теперь, когда маски сброшены, и чувства обнажены, о прежних отношениях не может быть речи. Дозволено ли им оставаться наедине?
Видя её смятение, Фабиан подвёл к окну и усадил на софу.
– Цветы пришлось отдать, но у меня есть кое-что получше.
Он достал украшение на серебряной цепочке. В простой, но элегантной оправе сидел совершенно плоский и гладкий камень, на срезе которого выступал розовый узор виде четырехлистного клевера.
– Я ведь не успел поздравить тебя с днем рождения. Это андалузит.
– Спасибо, он очень красивый.
– Ты дала его мне, когда я уезжал. Помнишь? Его лишь обработали и вставили в оправу.
Мириам зажала камень в ладони, тот ещё хранил тепло. Фабиан помог надеть украшение и подставил щеку для поцелуя. Когда её лицо приблизилось, он повернул голову, и их губы встретились.
– Нам нужно поговорить. Жду тебя через два часа в северной башне.
Он поднялся, чмокнул её в макушку и вышел. Мириам улыбнулась ему вслед. Сомнения, терзавшие всего несколько минут назад, разбились как волна о каменный мол. Её Фабиан вернулся, она больше не будет одна. Тем лучше, что они не брат и сестра. Только что это меняет? Неважно. Больше ничто неважно. Пусть мир летит в бездну.
Ветер ударил в окно сломанной веткой, но Мириам не обернулась. Разразись сейчас небо градом, она бы не заметила. Мысли унеслись далеко, где она вместе с Фабианом. Где он ведёт её под руку, а она болтает о ерунде. Они забредают в дальнюю часть сада, где сладостью благоухают розы и мятной свежестью пахнет лантана. Он наконец обнимает её, и она позволяет себя поцеловать. Впервые, по-настоящему…
Анибал пришёл дать последний урок и застал ученицу у окна. Она сидела с отрешенным видом и глядела прямо перед собой. Солнце светило в спину, и казалось, что свет исходит прямо от неё. Он кашлянул, чтобы привлечь внимание. Девушка моргнула и подняла на него глаза.
– Вам сегодня нездоровится, леди Мириам? Или вы чем-то расстроены?
Она покачала головой и встала, разглаживая подол юбки.
– На балу вы показали себя великолепно, – улыбнулся танцмейстер. – И раз в моих услугах больше нет необходимости…
Он не успел договорить, в дверях показался слуга. Вид у того был взволнованный.
– Леди Мириам, лорд Гаэль послал за вами. Наказал срочно явиться.
Она растерянно взглянула на господина Лэло, словно тот мог объяснить, зачем она вдруг понадобилась отцу. Анибал кивнул ободряюще и сказал, что будет ждать её возвращения. Мириам покинула комнату и, снедаемая волнением, направилась в сторону отцовского кабинета.
Она переступила порог, и Лорд поднялся с места, указывая на свободное кресло.
– Мириам, присядь.
Она послушно опустилась в кресло и сложила руки на коленях.
– Господин Лэло, доволен тобой, ты делаешь успехи.
Внезапная похвала вызвала удивлённый смешок, поскольку леди Адалина заверяла в обратном.
– Да, у меня получается гораздо лучше.
– Я позвал тебя для серьезного разговора, – Гаэль сделал паузу и прочистил горло. – Что ж, не буду ходить вокруг да около. Фабиан сообщил, что ты уже всё знаешь.
– Он сказал? – Мириам похолодела.
Теперь лорд накажет за то, что подслушивала. И наверняка заделает тайную дверь в часовне. Она сжала пальцами ткань юбки и опустила глаза.
– Мне жаль, что ты узнала от него. Прости, я должен был сам это сделать. Но ты навсегда останешься для меня дочерью.
Мириам расправила поникшие плечи, поняв, что волновалась впустую, но следующая фраза снова заставила напрячься.
– Я выделил тебе хорошее приданое и собираюсь подыскать достойного мужа.
– Мужа?
– Ты разве не хочешь замуж?
– Я не думала об этом, – честно призналась она.
– Самое время задуматься. Возраст у тебя подходящий. Да и многие благородные господа, что присутствовали на балу, заинтересовались твоей персоной. Не буду тебя более задерживать. Иди и хорошенько обдумай, что я сказал. Недалёк день, когда какой-нибудь достойный лорд попросит твоей руки.
Заметив её смущение, отец поспешил отпустить. Обоим разговор дался легче, чем они предполагали, но всё равно оставил тяжёлый осадок.
Мириам вышла от Гаэля огорчённой и растерянной. Она всегда осознавала, что жизнь ей не принадлежит, а теперь и вовсе ощущала себя безвольной куклой. Смела ли надеется, что мужем станет тот, кому так безрассудно отдала она сердце. Тяжесть кулона явственней осязалась на коже. Захотелось найти Фабиана и вывалить опасения, позволить утешить и дать себя уверить, что непременно всё кончится благополучно. Но он уже поджидал в коридоре, нетерпеливо расхаживая взад-вперёд.
– Я не успел тебя предупредить. Как всё прошло?
– Твой отец собирается выдать меня замуж, – с ходу выпалила она.
– Замуж? За кого?!
– Он сказал, что найдет достойного, – переходя на шёпот ответила Мириам.
Фабиан прижал её к себе и погладил по голове. Его объятия подарили успокоение и защищённость. От осознания, что так же будут обнимать чужие руки стало дурно. Мириам дала себе слово, что лучше умрёт, чем позволит прикоснуться к ней другому мужчине.
– Что здесь происходит? – окрик Адалины заставил их отступить друг от друга.
– Мириам узнала, что не родная нам, – спокойно ответил Фабиан.
– Тем более, не пристало обниматься с посторонним мужчиной.
Мириам захотелось провалиться сквозь землю. Хрупкие мечты разлетелись хрустальным бисером. Как могла она допустить, что им позволят быть вместе.
– Мама, – в голосе Фабиана прорезалась жёсткая нетерпимость. – Будьте снисходительны. Она ведь была мне сестрой все эти годы. И останется ей, несмотря на отсутствие кровного родства.
Адалина побледнела от внезапной отповеди сына и поджала губы.
– Что ж, занятий никто не отменял. У тебя два дополнительных часа, помнишь?
Мириам сделала книксен и поспешила уйти. Фабиан осуждающе посмотрел на мать и двинулся следом.
Адалина напряженно сверлила спину удаляющегося сына, и в памяти всплыл разговор с Дамианом, который состоялся после бала.
– Мириам распустилась точно персиковое дерево. Ни один мужчина сегодня не смог пропустить такой красоты. Но с платьем ты перестаралась, не стоило так явно выставлять её напоказ.
– Чем быстрее Гаэль найдёт ей мужа, тем быстрее избавимся от неё.
– Скорое замужество пришлось бы очень кстати. Особенно теперь, когда вернулся Фабиан. Он просто пожирал её глазами.
Адалина встревожилась ни на шутку, но предпочла не выказывать паники раньше времени.
– Тебе померещилось, она для него ещё ребёнок.
– Мириам – женщина, Фабиан – мужчина.
– Ты всё преувеличиваешь. Они росли, как брат и сестра. К тому же, у Фабиана есть невеста в столице.
– Невеста не жена, да и жена не помеха.
Дамиан наградил красноречивым взглядом, от чего по телу Адалины прокатилась дрожь.
– Известны случаи, когда между кровными вспыхивали чувства, а они всего лишь названые родственники, – вполголоса добавил он.
***
Мириам вяло перебирала струны арфы, а господин Бенигно аккомпанировал на клавесине. Беззвучно прошёл Фабиан и занял пустующую софу.
– Мириам, сколько можно этого уныния? Господин Бенигно, сыграйте нам что-нибудь повеселее.
Клавесин сменил строгую сонату на легкомысленную жигу. Фабиан улыбнулся и вывел Мириам на середину комнаты. Она поборола прежнее смущение и не противилась.
– Сегодня в деревне праздник первого урожая. Мы могли бы сходить развлечься.
– Твои родители этого не одобрят.
– Мы улизнём и никому не скажем, – заговорщически шепнул Фабиан.
– Это неправильно.
– Иногда правила стоит нарушать. И потом, ты постоянно сбегаешь в лес.
– Это другое.
– Неужели? Мири, соглашайся, будет весело. Ты ведь никогда не веселилась по-настоящему.
Мириам открыла было рот, чтобы напомнить про бал.
– Праздник, устроенный моим отцом не считается. Обещаю, мы ненадолго. Ты не пожалеешь, клянусь.
Его взгляд излучал такой заразительный задор, что Мириам сдалась.
– Хорошо.
– Начали без меня? – громко спросил появившийся в дверях Лэло.
– Доброго дня господин Анибал. Я уже ухожу. Оставляю её в ваших умелых руках.
Фабиан подмигнул Мириам и поспешно удалился.
– Так вы отдаёте предпочтение жиге? – спросил танцмейстер, как только за ним закрылась дверь.
– Нисколько, господин Анибал. Это был выбор моего… брата.
На последнем слове она запнулась. Наверняка он уже в курсе истинного положения дел. Такие новости разносятся со скоростью селевого потока. Она вгляделась в его лицо, но учитель ничем не выдал своей осведомлённости и одарил лёгкой улыбкой.
– Зовите меня просто Анибал. С чего хотите начать сегодня?
