– Очень надо! Я из Марьино, у нас нет таких магазинов.
– Да, а почему и нет, – улыбнулся весело Олег Николаевич, – я всегда за то, чтобы сразу учиться ездить по делу.
Новый инструктор оказался человеком веселым, но с определенными заскоками. Он раз за разом заставлял девушек парковаться в самых неудобных местах, просил выезжать на встречку, пропуская вереницы машин. Анна откровенно устала за этот день, но времени зря не теряла и закупила много нужных вещей. Тут ведь у Макарона сандалики порвались, надо купить. Размеры всех детей были у Ани в голове. Женька кепку в саду потерял, и у него папка по трудам порвалась, а старший давно мяч футбольный просил, камеру для Шуринова велосипеда надо поискать, и батарейки в пульт от телевизора, ну и всякие вкусняшки, конечно.
Анна все нашла и была довольна собой. Для себя же решила, что надо взять дополнительные часы вождения перед самим экзаменом. Если змейка и подъем получались хорошо, то параллельная парковка по зеркалам не очень, надо бы потренироваться.
***
Наконец, уставшая мамочка многодетного семейства возвращалась домой. Воздух стал чуть прохладнее, и теперь заметно легче дышалось, а кучевые облака периодически скрывали солнце, принося облегчение.
Аня шла с двумя огромными сумками в обеих руках и думала о своем. Она уже скучала по Пашке. И особенно остро ощутила его нехватку, когда радовалась за Дениску.
– Девушка, может Вам помочь?
Вопрос так резко вырвал из глубоких раздумий, что Аня совершенно не поняла, что произошло.
– Что? Ой, нет, не стоит. Я тут рядом. Проезжайте, не надо помощи, – выпалила она, не понимая, что от нее вообще хочет молодой человек. Мужчина так резко образовался на ее пути, что не на шутку напугал Аню. Она стиснула сумки крепче и дернулась ближе к обочине.
– Девушка, так нельзя, я помогу.
Незнакомец хотел было выскочить из машины, и уже приоткрыл дверцу своего автомобиля, но совсем рядом раздался громкий звук клаксона зерновоза. Хлопок дверью, и машина незнакомца резко вильнула на встречку.
Аня меж тем юркнула в незаметную калитку в густых зарослях сирени и оказалась у себя в огороде.
– Черт меня побрал, – шла она и отмахивалась от странного наваждения, – никогда не ходила этой улицей, а тут как попутала. Сто лет не возвращалась домой через огород и еще столько же не стоит это делать. На Центральной какие-то придурки водятся. Напугал! Маньяк! Точно с утра набрался и пристает к приличным женщинам.
Аниному возмущению не было предела. Так к ней еще никто не подкатывал. Она вошла на веранду и со вздохом облегчения поставила тяжелую ношу на два стула.
– Фух! Дома!
Глава 3. Бабушкины сказки.
Село Марьино. Наши дни
Проснулся Николай, когда за окном звезды усыпали небосвод, и стало заметно прохладнее.
Мужчина спустился на первый этаж и заметил, как бабуля, сидя за столом, карты раскладывает и что-то невнятное шепчет. На столе стоял шар, внутри которого виднелись всполохи, словно молнию уменьшили и заключили в плен.
– Какая красота. Где достала? – Николай отдохнул. Здесь особая атмосфера и на сон мужчине хватало около пяти часов.
– Я его у знакомой купила, она мне по почте отправила. Он волшебный, – баба Нюра хитренько так прищурилась.
– Ба, это обычный плазменный шар, принципиальную схему которого разработал один из величайших изобретателей 19 и 20 веков – Никола Тесла в 1894 году. Почти мой тезка, – усмехнулся мужчина.
– Да? – бабушка уставилась на внука, словно вот сейчас он ей Америку открывал.
– Да, а современная версия плазменного шара была запатентована студентом Биллом Паркером в 1971 году. Принцип работы лампы основан на использовании тока высокой частоты, для него Тесла и придумал свой шар.
– А почему когда мы подносим руку к шару, плазменные лучи притягиваются к нам?
– Дело в том, что мы проводим ток, причем проводим его намного лучше, чем это делает воздух, и электрический ток начинает легко проходить сквозь нас дальше в землю. Мы же практически ничего не чувствуем, потому что сила тока, а именно она определяет его опасность для нас, оказывается очень маленькой.
– Николка, с тобой волшебством совсем не интересно заниматься. Вот то ли дело Надька, та, что через три дома живет. Она так восхищается моими талантами, и особенно шаром.
– Что интересно, благодаря этому же эффекту так называемые емкостные экраны мобильных устройств реагируют на наше прикосновение. Касаясь экрана, мы позволяем большему количеству тока утечь в нас, что раньше утекало в воздух, в результате чего изменяются электрические параметры электросхемы телефона, и он отвечает на наше прикосновение.
– Ты… ты, когда ко мне посетители приходить будут, не маячь перед глазами. Сбивать будешь своим невозмутимым взглядом.
– Хорошо, развлекайся, если тебе это интересно. Мое мнение ты знаешь, я непроходимый материалист. Меня сложно чем-то удивить, я видел, как бьется сердце.
– Какие красивые слова, но зная, кто ты, звучит жутко. Николай, ты наверняка голоден? Я пирожков напекла, а еще есть голубцы. Хочешь?
– Мои любимые?
– Я знаю, чем приворожить красивого мужчину.
– Бабулечка, ты чудо. Да, и ты подумала над моим предложением?
– Подумала, не люблю я город. Грязный воздух, суеты много. Там я заскучаю. Вот родила бы твоя змеюка кого, я бы может и подумала, а так…
– Опять ты за свое. Обследуемся мы, ждем результатов. Не все так гладко как хотелось бы, да и я могу понять Еву, ведь ЭКО это не особо приятное мероприятие. Она у меня палец порежет – чуть в обморок не падает, а тут такое.
– Где ты ее такую откопал малохольную? Тебе нормальная женщина нужна, а не это недоразумение, – скривилась баба Нюра и расправила свою кофточку, ей явно нравилось, как она пошита. Внука любила, и очень, а вот Ева ей как кость в горле.
– А что в твоем понимании нормальная женщина?
– Такая, которая… коня на скаку остановит и в это, как ее…
– В горящую избу войдет?
– Ага, и в избу…
Николай сам себе наложил голубцы и разогрел в микроволновке. Подогрел и пару пирожков, а чай бабушка ему сделала такой, как он любит, с лимоном и сахаром.
Неожиданно в дом постучали. Бабушка поспешила к выходу, а Николай принялся уплетать свой поздний ужин. Решил заночевать в Марьино, а утром, часа в четыре, отправиться в обратный путь. Планерка в десять и он намерен отправиться сразу на работу.
Пришло новое сообщение от Евы:
«Улетела на Бали, горящая путевка. Все так неожиданно. Я с Жанной. Не теряй».
Николай лишь глубоко вздохнул и написал в ответ.
«Удачно повеселиться. Люблю. Очень скучаю».
Мужчина задумчиво осмотрелся. И снова в его душе поселилось неприятное чувство одиночества. Вроде бы все в порядке, но зерно сомнения начало прорастать. Ева не казалась ему теперь такой идеальной, но он не любил до нее никого, а вот ее воспринимал как избалованного ребенка, которого он же и продолжил баловать. Только вот к чему это приведет, никто не знает…
Он осмотрелся по сторонам, подумал, что все для бабушки устроил здесь лучшим образом: отопление, вода, все сделано. Шум заставил Николая отложить вилку и отодвинуть тарелку. Он встал и решил все-таки посмотреть, что там происходит. Вышел в просторную прихожую и едва не рассмеялся.
– Бабуля, и чем лампочку смазывать будешь? Может, вкрутим ее в люстру вместе со счастливым лампочкоглотателем?
Николай с любопытством рассматривал трех мужчин, на вид им можно дать хорошо за сорок. У одного во рту торчала лампочка, цоколем наружу.
– Я ж знахарка, а не травматолог, ребята, – оправдывалась старушка.
– А что ж делать-то? Вот незадача. Валька, зачем лампочку в рот взял? Вот мозгов нет ни грамма. Автобусы не ходят, а такси… да где ж его в такой час найдешь? И денег столько нету. Баба Нюра, может разбить?
– Ну да, и рискнуть жизнью друга? Осколки могут отправиться прямиком в дыхательные пути. Ложись на диван, боец. Помогу тебе, – Николай изучал анатомию человека досконально и сейчас знал, что делать. Бабушка и двое приятелей смотрели, как выполнив несложные манипуляции, заехавший так вовремя хирург, достал лампочку и вручил ее правообладателю.
– Много проиграл?
– Тысячу.
– Ну что сказать, отделался легким испугом, – пожал плечами Николай и поднялся.
– Спасибо, Колька. Давно приехал? Может на ночную рыбалку с нами, на мотыля? Или как?
– Нет, но в следующий раз буду в воскресенье. Это я так, если что, а то вдруг надумаешь рыбу на палец половить. Или еще что-нибудь интересное придумаешь.
– Скажешь тоже. У меня опыт, я самый лучший рыбак на селе, так что приезжай, я тебе такие места покажу, ты отродясь подобной красоты не видел.
– Звучит очень заманчиво. Посмотрим.
– Баба Нюра, моя Машка завтра тебе молочка свежего принесет за спасение Вальки, а то хирург твой очень страшно про осколки рассказывал. За такое две банки молока положено.
– Спасибо, ребятки. Только когда лампочки есть надумаете на спор, узнавайте сначала про Николая.
– Бабуль, а ты что не запомнила, что делать надо?
– Колька, да брось ты бабулю подкалывать. Ты лучше почаще приезжай.
Три веселых друга покинули бабушкин дом, а Николай взял со стола пирожок и откусил.
– Колька, а может тебе к нам в село фельдшером устроиться? Будешь у нас тут местная знаменитость.
– Ага, ты смотри, парни совсем бдительность потеряют, расслабятся. Тут такое начнется.
– Думаешь? А у нас в сельпо продавщица Зинка симпатичная. Кстати, разведена. Вот точно знаю, она бы тебе родила. Или вот Аленка, доярка.
– Бабулечка, у меня Ева жена. Ну чего ты? Все у нас хорошо.
– Хорошо? Знаю я ваше «хорошо». Ты органы штопаешь, а она на Бали попу греет.
– Кхм, ты давно эзотерикой заниматься начала? Мне кажется, у тебя дар. Развивайся, думаю, дело пойдет, – мужчина не стал признаваться в том, что женушка действительно на Бали, правда вряд ли он даже отдаленно имеет представление о том, чем она там занимается…
– Говорю же, вот чувствую, что у меня словно третий глаз открылся.
Николай сегодня больше не спал. Они весело пообщались с бабулей, подкалывать друг друга они любили. Он видел в ней друга и чувствовал ее безусловную любовь. Она такая откровенная, немного странная, но очень любимая и почитаемая внуком.
Родители жили во Франции, в Париже, и им не было дела до Николая. Нет, раньше они присылали деньги на его содержание, но это все. Они даже про его день рождения забывали, а родился он 1 января. Такое напоминание, сложно забыть подобную дату. Хотя самому хирургу не очень нравилось, что так совпало. Его день рождения на фоне Нового года как-то терялся, зато гарантированно в этот день у него выходной, и можно спокойно отдохнуть от работы.
Сам Николай вырос непроходимым домоседом. Возможно, потому что работа у него тяжелая. Ну вот, не тянула его за границу, а Родину любил и отдыхал только на российских пляжах. Правда Ева его такой любви не разделяла и брезгливо морщилась, если вдруг приходилось отдыхать где-нибудь на побережье Черного моря, и даже самый крутой отель настроения не добавлял.
Аверин-старший занимался бизнесом, и у него имелась собственная сеть ресторанов во Франции, жена Юлия и дочь бабушки Нюры ему активно помогала. Они никого больше не родили, но иногда являлись лично в дом бабули, чем очень ее расстраивали.
Дочка Юлия не любила свою мать. Всегда была ветреной, а быт ее тяготил. Ева похожа на нее, и вот со свекровью они общались довольно неплохо. Для Николая его родители были чем-то неопределенным. Теплых чувств он к ним не питал, потому что попросту их не знал.
Родители как данность. Они есть, где-то там, и когда они приезжают, в доме бабушки Нюры много ругаются и выясняют отношения. Это такие люди, которые отправляли бабушки деньги на его содержание. Да, он получил достойное образование, но это скорее его заслуга, нежели родителей. Учился на бюджете, много занимался дополнительно, и его успехи это результат упорного труда. Работать начал сразу после школы, из института бежал на завод. Подрабатывал в такси, а деньгами родителей пренебрегал. И сейчас Ева тратила его деньги, его накопления, а не те, перечисленные его родителями, суммы, до сих пор лежащие на счете. Сейчас они больше денег не отправляют, а он в них и не нуждается…
Николай сегодня был на удивление задумчивым. Возможно, кризис среднего возраста. Осмысление, что пора в жизни что-то менять, не пришло, но ощущение неправильности всего происходящего появилось.
«Ева-Ева, какие тайны ты скрываешь от меня, хотел бы я знать?».
– Не тайны, а скелеты в шкафу, – вдруг, словно прочитав его мысли, пробурчала бабушка Нюра.
Николай даже чаем поперхнулся в этот момент…
– Бабуль, ты меня пугаешь…
– То-то же, а то шар ему ненастоящий…
Глава 4. Сумерки – время перемен.
Сегодня бабушка тоже решила не ложиться спать, а с первыми петухами проводила внука в обратный путь. Он еще раз предложил ей перебраться в Ростов, а она лишь помотала головой, смахнула слезинку и помахала внуку.
Он едва бибикнул, распугав птичек, мирно сидящих на дикой яблоньке, и, включив радио, свернул на другую улицу. Вспомнил странную девушку, ту, что шла с тяжелыми сумками. Мимолетный взгляд, но он заметил, какой у ее глаз невероятный красивый, насыщенный, васильковый оттенок радужки, и какая сама она особенная.
– Да что я о ней все думаю? Мало ли в мире незнакомок, таскающих тяжелые сумки? Надо о здоровье думать, а она непосильные нагрузки терпит. А потом таких как ты, красотка, мне лечить. Почему обязательно мне? Вот черт. И Ева опять сбежала, не нравится мне все это…
Едва-едва начало светать, а у Николая армия тараканов в голове устроила очередное заседание, поэтому хирург был задумчивым и серьезным. Он отдохнул и приготовился вернуться к работе.
Громов уже отправил сообщение, что на планерке будет жарко: медсестра перепутала лекарства, и чуть не угробила пациента. Понятно, что он накажет виновных. Мало что понял из разговора с Громовым, какая-то новая медсестра по имени Марьяна.
Николай вставил в одно ухо беспроводной наушник и нажал на контакт друга. Он очень хотел узнать подробности ЧП.
– Громов, ну что ты как маленький? Пациент уцелел?
– Ясно дело, но у него в карточке красным по белому отмечены препараты, на которые у него аллергическая реакция. То, что Вадим назначения не в ту карту положил, это неважно. Фамилия же указана в процедурном листе, всегда нужно внимательно читать. Вадим – интерн и за ним проверять надо, а вот эту Марьянку я готов наказать. Вина все равно на ней.
– Дождись меня, и мы во всем разберемся.
– Марьянку пороть надо.
– Эй, потише, ты же хирург. Мы всех лечим, и никого не калечим. Правило номер один, ты же помнишь.
– Я ее придушить готов.
– А вот это что-то новое. Все, друг, остынь. Жди, скоро приеду. Пробок на дороге нет, домчу часа за четыре.
